САЙТ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДЛЯ ПРОСМОТРА ЛЮДЯМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ

compress Лиза Генри "Мрачные пределы", 5/15, 18/06/2021

Больше
11 Апр 2021 15:44 #16 от Горечь
Горечь ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 3/15, 17/02/2021
Спасибо за возможность прочитать продолжение.
В свое время меня просто таки восхитил Брейди своей готовностью любить и защищать, пусть не всех, но он в святые и не рвался.) И сейчас он мне нравится не меньше, пусть и немного по-другому. Такое кардинальное изменение жизни должно было стать для него сильным стрессом, а он держится. Пусть по привычке держится именно за злость, но многие ли из людей могут быстро изменить свою манеру поведения?
Поблагодарили: Калле, verle69, Maxy

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Maxy
  • Maxy аватар
  • Wanted!
  • Fille avec les lunettes roses
Больше
25 Апр 2021 18:02 #17 от Maxy
Maxy ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 3/15, 17/02/2021

Горечь пишет: В свое время меня просто таки восхитил Брейди своей готовностью любить и защищать, пусть не всех, но он в святые и не рвался.)

Вот и мне тоже этим понравился. Искренняя любовь к сестре и Кэму, привязанность к доктору. Лично для меня, в этом произведении живые характеры героев в некоторой степени компенсируют переизбыток мрачности.... Ох, да еще и название в тему, только заметила  :nyam:

"Quoi que l'on dise, quoi que l'on pense, il faut se rêver mon amour"
Поблагодарили: Калле, verle69, пастельныйхудожник

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
01 Май 2021 02:26 #18 от softrustle
softrustle ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 1/15, 03/11/2020
Спасибо за интересную историю, прочел первую книгу и продолжение махом. Чувствуется, что у автора либо нехилый жизненный опыт, либо имеются познания в психологии. Оба ГГ пока логичны как по учебнику, Брейди, выходец из местных фавелл, знает как выживать и не имеет заблуждений что на нем свет клином сошелся. Да, есть психологическая травма, его пугает космос, и это бумажной салфеткой не стирается. Попробуйте объяснить страдающему клаустрофобией, что лифт случайно остановился между этажами, и ждать рационального поведения... Вполне понятны "выходки" и агрессивные реакции на любые раздражители после пережитого на станции и у Безликого. К страху перед космосом присуммился страх повторения пугающего контакта, когда модель поведения не выработана. Какая тут рефлексия, удивительно, что он еще держит себя в руках и на людей не кидается, на любого кто сказал что-то нелицеприятное.

У Кэма же бОльший жизненный опыт и более раздвинуты рамки. Он смог принять контакт, и я не увидел душевных метаний по поводу 4-х летнего статуса домашнего любимца. Неприятно - да, но пунктик не обозначился, похоже даже местами на Стокгольмский синдром... А вот тайн у него по первой книге было множество - зачем-то же он скрывал от Брейди под ментальным блоком любые сведения о семье, темнил о конкретике визита Безликого, отделываясь фразами "лично ты не умрешь". Словом, Кэм менее понятен и более несимпатичен, имхо. Опять же, совместно пережитое, конечно, сближает, и даже будет толкать держаться вместе, но пока у них слишком большая дистанция и в предыдущем образе жизни, и в образовании, и во внутренних устремлениях. Не вижу пока якоря, который будет держать их вместе. Пока приходится верить в какое-то неземное притяжение между этими двумя, феерический секс и совместно приобретенный уникальный опыт, о котором еще свежи воспоминания.

Буду ждать событий. В том, что Безликий просто обязан выпрыгнуть из коробочки, основная интрига, но автор еще много уделяет времени деталям и описанию некоторых героев - Криса, Люси. Интересно, как их вплетут во всю эту оперу)

Не бойся своих желаний... Бойся моих! (с)
Поблагодарили: Калле, пастельныйхудожник, Maxy

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Калле
  • Калле аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Кавайный элемент
Больше
07 Июн 2021 16:37 - 15 Июн 2021 11:45 #19 от Калле
Калле ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
Глава Четыре

— Гаррет, хочешь отсюда выбраться?
Если бы вопрос задал кто угодно другой, я бы громко ответил: «Еще бы!» Но Крис Варро?
Я сощурил глаза — я сидел на полу, царапая бетонный пол камушком, который застрял в подошве моего левого ботинка. Ну, чем еще тут заняться?
— И чего мне это будет стоить?
Крис покачал головой и ухмыльнулся:
— Ну ты и фрукт. Сидишь здесь три дня, а гонору не убавилось. Что с тобой вообще такое?
— Эмм… помнишь тот раз, когда ты со своими дружками-уродами меня пытал?
Он фыркнул:
— «Пытал»? Это была продвинутая техника допроса.
— Можете засунуть свою «продвинутую технику допроса» поглубже себе в зад. — Я показал ему средний палец. — Сэр.
Крис взялся за решетку камеры и пристально посмотрел на меня. Долю секунды его красивое лицо — а оно в самом деле было красивое, хоть я и предпочел бы, чтобы оно походило на жопу бабуина, но мечтать, говорят, невредно — казалось мрачным и серьезным, а потом он слегка улыбнулся. И когда заговорил снова, голос его звучал мягко:
— Речь ведь о Безликих. Стал бы я вести себя по-другому, будь у меня возможность все переиграть? Нет, не стал бы. Если бы я считал, что кто-то скрывает информацию о Безликих, и мне нужно причинить боль невинному человеку, чтобы узнать правду, я бы не колебался. И я не собираюсь за это извиняться.
От его искренности воздух между нами заискрил, будто завибрировав от напряжения, а потом «струна» лопнула.
И моя правда — что я ненавидел его за тот допрос куда меньше, чем за то, что он был первым парнем Кэма — трусливо поджала хвост.
— Так хочешь домой? — спросил он.
— Ну хорошо. — Я пожал плечами, старательно сдерживаясь. — Да, хочу.
Он молча оглядел меня, словно размышлял, не вру ли. Я не врал. Я соскучился по Кэму, по Люси и устал спать на бетонном полу камеры в компании лишь собственных кошмаров.
— Отлично, — наконец кивнул он. — Я тебя вытащу.
Я не спросил его, во что мне это обойдется.
А стоило.
* * * *
— Брэйди! — Люси повисла на мне, стоило шагнуть через порог. Она так крепко меня стискивала, что я чувствовал, как трещат ребра. — У меня четверка с плюсом по арт-проекту, а еще я сделала тебе браслет, и мы вчера ели мороженое без тебя, а сейчас Кэм готовит макароны, и ты должен сказать ему, чтобы не клал морковку в мои!
— Я-то скажу, — заверил я, поднимая ее и крутя. — Но он скорее всего не послушает.
Она восторженно завизжала и, стоило опустить ее, унеслась в спальню:
— Я за браслетом!
Интересно, он такой же, как у нее на запястье? Из розовых и желтых блестящих бусин? Остается надеяться, что меня не станут высмеивать другие солдаты. Хотя с меня сталось бы носить его всем назло.
В дверях кухни появился Кэм.
— Брэйди?
— Вырвался раньше обычного, — сказал я.
Он хмуро оглядел меня:
— Как?
— Крис Варро.
Он нахмурился еще сильнее:
— Крис?
— Ага. — Я пожал плечами — типа «подумаешь, фигня».
Кэм шагнул ко мне — мы обнялись — и отступил. Перехватив мою руку, он погладил большим пальцем заклеенные пластырем костяшки.
— Что это?
— А, это… — Я неловко поежился под его взглядом. — Стукнул кулаком стену.
— Зачем?
— От скуки, — промямлил я. — Не знаю.
От скуки и злости, от бессилия и оттого, что опять застрял на гауптвахте. Мне будто хотелось наказать себя за глупость, хотя настоящим наказанием это и не назвать — боль в руке отвлекала меня от жалости к себе и мыслей о Кэме и Люси. Стукнуть ту стену было чертовски приятно.
«У тебя проблемы с самоконтролем, — сказал Сэм, заливая мои пальцы антисептиком. — Возьми себя в руки, парень».
— Я очень скучал, — сказал я резко севшим голосом.
Кэм притянул меня к себе и снова обнял. Наши лбы соприкоснулись. Мы замерли в тишине прямо в дверном проеме.
Напряжение словно вытекло из меня.
Может, он знал, что мне это нужно?
Наши сердца бились вразнобой.
А когда-то они звучали в унисон.
Вернувшаяся Люси схватила меня за руку и просочилась между нами. Она натянула на мое запястье эластичный ремешок из голубых и зеленых бусин.
— Спасибо.
— Тебе нравится? — гордо спросила она.
— Конечно. — Я крепко стиснул ее. — Сука, еще бы.
Кэм вскинул брови.
Опять двадцать пять. Три дня на гауптвахте никак не улучшили мои манеры.
— Идите, — кивнул Кэм. — Помоги Люси с домашним заданием, а я пока доделаю ужин.
— Уверен?
Он улыбнулся:
— Я позову, когда будет готово.
* * * *
Иногда мне казалось, что я все еще лежу в гребаной капсуле и эта жизнь нереальна. Это просто сон, навеянный капсулой Кай-Рена, чтобы меня успокоить. Капсула давала мне все, что нужно, точно коварный наркотик, циркулирующий в крови. Может, я не знал, что все еще остаюсь пленником. Может, я как те люди из древнего мифа*, томящиеся в пещере и следящие за игрой теней без возможности обернуться и увидеть действительность.
Торча в консервной банке посреди космоса, я перечитал почти все книги Дока. У него имелись не только справочники по медицине. У него была куча книг, которые я не понимал, но иногда часть смысла со страниц все же оседала у меня в голове. Как те люди в пещере или парень, толкающий камень на гору каждый божий день.
Жизнь бессмысленна — вот, о чем говорила та книга. Жизнь абсурдна. И какая-то часть меня смеялась во время чтения, потому что это было правдой, но другая часть пугалась, словно земля ушла из-под ног, и я падаю, не зная, за что зацепиться.

И даже теперь, когда ноги мои прочно стояли на Земле рядом с Кэмом и Люси, я сомневался, что все еще не лечу в пропасть.
— Синее — это море, — объясняла Люси. Она лежала на животе на полу, болтая ногами, и жевала свою косичку, раскрашивая карту. — Можешь взять желтый.
— А что у нас желтого цвета?
Она ткнула пальцем в карту.
— Побережье. Копа.
— В Копе же все красное.
— Я знаю, — фыркнула Люси. — Но на карте она желтая.
Я взял карандаш, и мы стали вместе раскрашивать карту.
Плевать, если Копа на карте желтого цвета. Если Люси через год-два ничего о ней не вспомнит — плевать. Если бы я мог, то стер бы Копу с карт собственноручно.

Мы красили карту, пока Кэм не позвал нас ужинать. Мы сидели за маленьким столом, и Кэм с Люси рассказывали мне, что я пропустил. На десерт было мороженое. Люси жаловалась, что шоколадное закончилось.
— Я, наверное, могу взять ванильное, — вздохнула она.
— Ну, не хочу тебя заставлять, — поддразнил Кэм.
Люси закатила глаза.
Нам нравилось ее баловать.
Люси Гаррет, девочка-беженка из Копы, жалуется на наполнитель в мороженом.
Немыслимо.
Казалось бы, невероятно, но за моим чувством эйфории крылось что-то еще — наверное, гордость, окутанная сожалениями. Я думал об отце. О том, как он ради нас загнал себя в могилу, как он задыхался, пытаясь дышать отмирающими легкими. Я сделал то, что обещал — присмотрел за Люси, — но мне очень хотелось, чтобы он все видел своими глазами, потому что он наверняка умер с мыслью, что она следующая.
С мыслью, что я не справлюсь.
Наверное, он чувствовал себя полностью опустошенным.
Я смотрел, как Люси запихивается мороженым, и пытался поверить, что это реальность, что все происходит на самом деле.

— Эй. — Кэм встревоженно посмотрел на меня. — Что случилось?
Я глубоко вздохнул:
— Ничего. Просто устал.
Кэм вскинул брови:
«Брэйди».
Губы Кэма не шевелились, но я отчетливо его услышал.
Голос Кэма в моей голове.
Меня охватил страх, сердце в груди остановилось.
— Брэйди, — сказал он, прощупывая мой пульс. — Черт. Ты совсем побледнел. Ты в порядке?
— Ты позвал меня по имени, — ответил я, за шумом крови в ушах я сейчас ничего не слышал.
Кэм нахмурился:
— Ну да. Я спросил, в порядке ли ты.
— До этого. Ты сделал это раньше.
Он выглядел растерянно.
— Что? Когда?
— Я услышал это, — прошептал я, боясь говорить вслух, словно все сказанное сразу станет правдой. — У себя в голове.
— Нет, — отрезал Кэм. — Нет, ты просто устал. Тебе померещилось.
Я перехватил его взгляд:
«Ты уверен? Кэм, пообещай, что это так».
Между нами повисло молчание.
Тишина и только мое заходящееся от страха сердце.
Взгляд Кэма, его прикосновение не давали мне сойти с ума. Пальцы впивались в мое запястье — туда, где бился пульс.
— Брэйди? — спросила Люси. — Тебе плохо?
Я сверкнул улыбкой, хотя было невесело.
— Просто устал. Наверное, слишком перестарался с твоей домашкой.
— У тебя почерк неровный, так что пятерку я не получу.
— Ну, нечестно живешь — себя подведешь.
Интересно, помнит ли она, что эту поговорку любил отец? Я никогда не понимал ее смысла. В Копе неважно, честно или нечестно ты живешь, победителей там нет.

Кэм взглянул на часы.
— Пора в постель, Люси. Мы скоро придем пожелать тебе спокойной ночи, по рукам?
— Хорошо. — Она отнесла тарелку в раковину и убежала в ванную чистить зубы.
Все вернулось на круги своя так быстро, словно я все время был здесь.
Я соорудил Люси бутерброд на завтра, а Кэм уложил в рюкзак ее сок, яблоко, морковные палочки и овсяное печенье. Мороженое требовалось компенсировать всякой здоровой фигней, так?
Я вымыл посуду, а Кэм вытер ее и поставил на полку.
Мы вместе уложили Люси.
Кэм стоял в дверях и слушал, как я читаю ей сказку.

А потом мы устроились на диване и смотрели телевизор.
Кэм обнимал меня за плечи, а я прислонялся к нему. От него так здорово пахло. Теплом, уютом и домом — я потер глаза рукой и сказал себе, что не собираюсь рыдать о том, как соскучился и как мне этого не хватало, или как мне обидно, что вселенная работает иначе. Вселенная готова поиметь Брэйди Гаррета по любому случаю, просто потому что может.
Потому что жизнь бессмысленна.
И абсурдна.
Потому что если какой-нибудь неудачник не катит камень в гору каждый божий день, или если кому-нибудь не клюют печень орлы, то как остальным понять, что все тщетно?

Док как-то говорил, что я упустил суть мифов.
Кэм взял меня за подбородок и запрокинул мне голову.
— Ты в порядке?
— Даже не знаю.
Он нежно поцеловал меня, едва касаясь губами губ.
— Прости, что почти не навещал.
— Не извиняйся. Тебе нужно было смотреть за Люси.
— Я скучал, — сказал он.
— Я тоже. — На этот раз я поцеловал его первым: чуть агрессивнее, чем собирался, но какого черта? Прежде чем он успел ответить, я оказался на нем. Уперся коленями в подушки по его бокам и запустил пальцы ему в волосы — они были длиннее, чем мои, но короче, чем когда мы познакомились. Впрочем, ухватиться было за что: я потянул его за волосы, так что он застонал, и толкнулся языком ему в рот.
Кэм отпрянул и прикусил мою нижнюю губу. Сжав ее зубами, он потянул, посылая дрожь возбуждения в пах. Я заерзал у него на коленях, чувствуя, как наливается член.
Он выпустил мою губу и проложил дорожку поцелуев до уха.
— Ну что, в спальню?
— Да. О да!
* * * *
Потолочный вентилятор лениво ворочался над нами, когда Кэм повалил меня на постель. Мне нравилось так — лицом к лицу. Мы делали все медленно, осторожно, и иногда это было именно то, что мне нужно. Как сегодня. Кэм провел ладонями по внутренней стороне моих бедер, раздвигая мои ноги. А затем, вместо того чтобы уделить внимание члену, склонился надо мной и прижался губами к животу. Он выцеловывал чувствительную кожу, которую покалывало прохладой каждый раз, когда он отрывался от меня.
— Хватит дразниться, придурок.
Он сурово поглядел на меня.
— Что за панибратство, рядовой Гаррет?
Ах, так это игра? Я умел играть в такие.
Я облизнул губы и сощурился:
— И что вы собираетесь делать по этому поводу, сэр?
Кэм наклонился ко мне. Опустил руку и стиснул мои яйца: недостаточно, чтобы сделать больно, но довольно сильно, чтобы я боялся вырваться.
— Не испытывай мое терпение, Гаррет.
— Нет, сэр. Даже и не думал, лейтенант Раштон, сэр.
— Не хотелось бы подавать на тебя рапорт, — сказал он.
— У меня и так дурная репутация, — прошептал я, чуть не грохнувшись с кровати, когда его ладонь сомкнулась на моем члене. — О боже.
— Мне это известно. Меня предупреждали насчет тебя, Гаррет. Сказали, что ты тот еще зубоскал. Знаешь, что я им ответил?
Я застонал — потому что ладонь продолжала мучить мой член.
— ЭлТи!
— Я сказал, что смогу приструнить твою упрямую задницу.
— Уверен, что вы можете делать с моей задницей что пожелаете, — согласился я. — Сэр.
Уголок губ Кэма дернулся, но он переборол улыбку.
— Вот как?
— Да, сэр, — ответил я. Пусть это и игра, но мое отчаянное желание трахнуться вовсе не шутка. — Пожалуйста, сэр!
— Ясно, ясно, Брэйди, — сказал он, и я понял, что игры кончились. Иногда мы играли иначе — посерьезнее, пожестче, но не сегодня. Я соскучился по Кэму, а он по мне, думаю, нам обоим хотелось побыть самими собой, прежде чем притворяться кем-то еще. Я не хотел, чтобы лейтенант Раштон отдавал мне сегодня приказы, не хотел видеть, как далеко мы можем позволить себе зайти. Я просто хотел Кэма как можно ближе, чтобы ничто нам не мешало.
Он склонился надо мной — воздух словно сгустился — и потянулся к тумбочке за смазкой. Кэм выдавил немного на пальцы — я усмехнулся пердящему звуку, который издал тюбик. Кэм закатил глаза и стер глупую ухмылку с моего лица, запихнув в меня сразу два пальца.
— А предупредить? — охнул я, выгнувшись на постели.
— Хотел увидеть, как ты вздрогнешь. — Он прижался губами к моей груди, ухватил сосок зубами.
— Черт, — простонал я. — Боже.

Он осторожно раскрывал меня, медленно двигая пальцами, сгибая их так, чтобы они задевали простату, посылая по позвоночнику мурашки. К тому времени как он дошел до трех пальцев, с моего члена вовсю текло на живот, а мошонка так натянулась, что я застыл на грани оргазма. Я чуть не кончил, когда его член оказался во мне. Даже не знаю, как сумел сдержаться.
Господи, это давление и жжение. Так приятно. Кэм точно знал, как со мной надо обращаться. Он вошел по самые яйца, дыша мне в шею, пока я не заерзал под ним и не обхватил его бедра ногами. От резкого движения изменился угол проникновения, и мы оба застонали.
— Ну же. — Я выгнулся и провел языком по его шее до подбородка. — Давай, трахни меня.
Он толкнулся мне навстречу.
— Люблю тебя, — прошептал он. — Боже, как я люблю тебя.
— Люблю, — отозвался я, впиваясь пальцами ему в спину. — Кэм, я скучал по тебе.
Ритм мы нашли сразу, подгоняя друг друга все ближе к пику. Жар внутри скручивался спиралью все туже и туже. Так близко. Я был так близко. А потом Кэм сунул между нами руку и обхватил мой мокрый член. И я кончил, стискивая его внутри, дрожа под ним всем телом.
— Брэйди, — простонал Кэм, содрогнувшись, и сорвался вслед за мной.
Мы лежали, сплетясь телами, совершенно выжатые, все в поту, и тяжело дышали. Животы наши были перепачканы, а сперма Кэма вытекала из моей задницы.
Даже когда все было хуже некуда или казалось, что всему конец, в постели у нас все выходило как надо. Когда ничего не оставалось, нам было хорошо. Когда Кэм был центром моей вселенной, а я — его, все было идеально. Идеально просто.
Так почему, когда все так замечательно, я настолько уверен, что это ненадолго?
Кэм поцеловал меня и скатился мне под бок.
Я заснул первым.
* * * *
Было темно.
Пол подо мной был гладким и блестяще-черным, словно панцирь жука. Не похоже на известные мне металлы. Он был теплый, будто живой. И тихо гудел. Надо мной в странных неровных углублениях загорались и тут же гасли огни, освещая потолок, стены и странные вены и артерии, пульсирующие прямо под поверхностью. Если свет мигал не беспорядочно, то я схему раскусить не мог.
Я уже видел этот сон.
В подсознании я всегда оказывался здесь, на живом корабле Кай-Рена.
Я встал на колени и глубоко вздохнул. Воздух здесь на вкус был совсем иным. Не спертым и холодным, как на Защитнике, но теплым и сыроватым. Я уперся ладонями в мокрый гудящий пол и поднялся на ноги.
Я был голым. Дрожал, несмотря на жару и влажность.
Знание, что это сон, совсем не утешало.

«Брэйди?»
— Кэм, — прохрипел я.
«Стой там, Брэйди».
Я вывалился из комнаты в извилистый коридор. Бугристые неровные стены были влажными и липкими от какой-то сочащейся слизи. Свет, то загораясь, то тускнея, лился прямо из стен, изнутри кровеносной системы корабля. Странные бесформенные штуки плавали в стенах, словно медузы, или проносились сквозь них, точно кровяные тельца в мутном кровотоке.
— Кэм? — снова позвал я, крутанувшись на месте, когда тень за моей спиной шевельнулась. Что бы там ни было, оно уже исчезло. Я обнял себя руками и продолжил идти.
«Стой, Брэйди».
Я не останавливался.
«Не входи».
Но я все равно вошел. Как и всегда. Даже зная, что это сон, даже зная, что я увижу за поворотом, каждый раз это было как удар под дых.
Тварь была на Кэме.
Безликий.
Белая твердая, точно фарфор, кожа на том, что заменяло лицо. Когти-пальцы стискивали его горло. Тело накрыло Кэма, стоявшего на полу на четвереньках. Гримаса на лице — возможно, даже улыбка, — когда он вскинул голову и увидел меня.
«Брэй-дии».
Кай-Рен, военачальник Безликих.
Кэм поднял мокрое от слез лицо.
— Не смотри, Брэйди. Не надо.
Но отпугнули меня не его слова, а эхо его голоса в моей голове. Этот голос повторял: «Господин, о, господин».
Я отшатнулся обратно в коридор.
Это просто сон.
Прислонившись к пульсирующей стене, я сполз прямо на пол, обхватил колени руками и свернулся клубком.

— Брэйди?
Я распахнул глаза и увидел рядом с собой сестру в ее пижаме с бабочками. Она протянула мне браслет из бисера, и я тут же нацепил его.
— Почему ты плачешь? — спросила она. — Ты потерялся?
— Нет. Все в порядке, — ответил я. — Я скоро проснусь.
— Хорошо. — Люси чмокнула меня в щеку.
Вселенная вокруг схлопнулась.
* * * *
Я очнулся.
Слава богу.
Я уставился в потолок.
Рядом зашевелился и потянулся Кэм.
— Черт, — выругался он в подушку.
— Ага.
Он перекатился и закинул руку мне на грудь.

— Мне приснился странный сон.
— Мне тоже, — отозвался я.
— Я снова был у Кай-Рена, — сказал он и вздохнул, пощекотав дыханием мою щеку. — И ты был там тоже.
У меня похолодела кровь в жилах:
— Ты сказал мне не входить.
Кэм отстранился, оперся на спинку кровати и включил лампу на тумбочке.
— Твою мать!
Вселенная высосала из меня весь воздух. Оставила меня пустым, почти задыхающимся. Легкие горели. Глаза жгло.
Нет, нет, нет, нет, нет.
Только не снова.
Только не это.
— Твою мать. — Кэм запустил пятерню в волосы и ненадолго прикрыл глаза. — Спокойно, спокойно, не паникуй. Возможно, это ничего не значит.
Мы снова видим сны друг друга, и это ничего не значит? Он ведь сам в это не верит ни на секунду. Если мы снова проникаем в чужие сны, то как быстро опять начнем читать друг у друга мысли? И как скоро Кай-Рен окажется у нас в головах третьим?
— Кэм, — прошептал я, перепугавшись, что нахлынувшая паника просто сомнет меня в любую секунду. Я приподнялся и тоже сел. — И что нам делать?
— Все хорошо. — Кэм обнял меня — я чувствовал, как колотится его сердце. — Мы со всем разберемся. Все будет хорошо.

Дверь спальни скрипнула, и мы отпрянули друг от друга.
В щелочку заглянула Люси.
— Что случилось? — спросил ее Кэм натужно-беззаботно.
— Ничего, — ответила она. — Я просто хотела проверить, здесь ли Брэйди.
Кэм улыбнулся:
— Снова на гауптвахту он пока не собирается, да, Брэйди?
Я уставился на Люси, внезапно почувствовав подступающую дурноту.
Она говорила не о гауптвахте.
— Нет, — покачала она головой. — Я думала, он потерялся. В месте с липкими стенами. Знаете, том, где живут Безликие?

________________________________________________
* Миф о пещере - По Платону, пещера олицетворяет собой чувственный мир, в котором живут люди. Подобно узникам пещеры, они полагают, будто благодаря органам чувств познаю́т истинную реальность. Однако такая жизнь — всего лишь иллюзия. Об истинном мире идей они могут судить только по смутным теням на стене пещеры.

P.S. 5-я глава будет через пару дней.

Save a Tree, Eat a Beaver
Поблагодарили: KuNe, SvetВладимировна, Mari Michelle, anakondra, Julia128, E9jafar, WALL-E, softrustle

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
07 Июн 2021 19:22 #20 от SvetВладимировна
SvetВладимировна ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
и в последнем абзаце у меня отпала челюсть!
вот эт-то по_во_рот.

Трудный народ эти женщины! ©
Поблагодарили: Калле, E9jafar

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Калле
  • Калле аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Кавайный элемент
Больше
18 Июн 2021 09:59 - 13 Июл 2021 08:16 #21 от Калле
Калле ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
Глава Пять

Все изменилось и в то же время осталось прежним.
На следующее утро мне поступил приказ доложиться Крису Варро в разведуправлении, а я думал лишь о том, что Безликие снова шарят у меня в голове и ему хватит одного взгляда, чтобы обо всем догадаться. А что потом?
Кэм хотел все обсудить, но что толку разговаривать? Наша связь вернулась. Обсуждай — не обсуждай, в этом нет смысла, и вряд ли мы можем обратиться к кому-то за помощью. Надо было бежать, потому что теперь Люси стала частью происходящего, частью всего этого муторного Безликого дерьма, а я ни за что не позволил бы военным наложить на нее лапы.
Эти уроды лепили на меня электроды, заставляли часами бегать на тренажере и тыкали иглами последние десять месяцев. Я отдал на военные нужды больше крови, чем любой из парней с наградой за боевые ранения. Только, похоже, сдавать ее в пробирках геройством не считается.
«Нет, — сказал Кэм утром. — Нет, бежать мы не будем. Бегство — худшее, что можно сделать. Мы можем все скрыть. И скрывать, пока не поймем, что делать».
А можем ли?
Боже.
Ну почему опять? Почему сейчас? И куда бежать, если угроза надвигается из космоса?
Нельзя ведь спрятаться от него, когда он повсюду?
Ты вертишься на шаре из грязи, летишь в черноте.
Бежать просто некуда.

Я сидел у кабинета Криса и тер глаза, пытаясь придумать выход, но несколько лет начальной медицинской подготовки не сделали из меня эксперта по эпидемиологии. Черт, это вообще вирус? Если да… если это был вирус, я не мог отделаться от мысли, что мы с Кэмом тут строили свою жизнь в беспечном неведении, как Тифозная Мэри*.
Может, до сих пор симптомы не проявлялись, потому что Кай-Рен догадался, что сперва военные засунут нас в карантин, как они и сделали. И что они потребуют регулярных проверок, как они и сделали. Сперва каждые несколько дней, потом каждые несколько недель, теперь раз в месяц. Может, что бы это ни было, оно активировалось, как только все успокоились и расслабились.
Что, если Кай-Рен просто притворился, что отпустил нас, а на самом деле использовал как носителей, чтобы заразить остальное человечество? Что, если мы все окажемся подключены к коллективному разуму Безликих?
— О, — услышал я голос и, вскинув голову, увидел направляющегося ко мне майора Хэнрона. — Гаррет. Я на сегодня встречу не назначал.
— Нет, сэр, — сказал я. — Я пришел к капитану Варро.
— О, — снова протянул Хэнрон и слабо, но самодовольно улыбнулся. — Я тут изучал последнюю энцефалосцинтиграмму. Интересно…
Впервые в жизни я держал язык за зубами.
— Очень интересно, — повторил Хэнрон (его улыбка исчезла, а лицо стало жестче) и пошел дальше.

Голос в моей голове кричал: «Беги, беги, беги!»
Хотелось бросить все, забрать Люси из школы и свинтить как можно дальше. Наверное, на север, может, обратно в Копу. Потому что хоть мы и не могли сбежать от Безликих, но сбежать от военных было мне по силам.
«Брэйди, нет».
Я застонал.
«Не лезь в мою голову, Кэм!»
Вчера нам приснился один сон на двоих, а теперь я слышу его, даже бодрствуя. Боже, если это какая-то инфекция, то мы уже полгорода перезаразили. Я подумал Сэме с гауптвахты и Марчелло. Подумал о женщине, с которой столкнулся вчера в холле. О парне за стойкой магазина, где я покупал свои сигареты. Подумал о ребятах, с которыми стоял на плацу, обливаясь потом. Подумал о толпах людей, с которыми встречался: прижимался в поезде, сидел рядом на футбольном матче или в баре.
Я стиснул руки в кулаки и сунул в карманы. Сердце снова понеслось вскачь. Меня затопило адреналином, хотелось только бежать.
«Успокойся, Брэйди».
— Успокойся, — пробурчал я. — Да пошел ты, ЭлТи. Эта гребаная тварь снова у нас в головах, а ты говоришь мне успокоиться.
В жопу его!
Часть меня хотела рвануть через всю базу прямо в его уютный прохладный кабинет и съездить ему по морде. Но умная часть, которая нечасто имела право голоса, понимала, что привлекать к нам внимание сейчас — худшее из возможных решений.
— Гаррет. — Я поднял глаза и увидел, что дверь Криса открыта, а сам он стоит в проеме. — Входи.
Я поднялся, вытащил руки из карманов и вытер о штаны. Я прошел мимо Криса в кабинет, и он захлопнул за мной дверь.
— Садись.
Я сел.

Кабинет был маленький. Ничего особенного. Такие же серо-стальные стены, как и по всей базе и на любом Защитнике в космосе. Как раз из таких помещений, в которых ты сидишь день за днем, год за годом и чувствуешь, как твоя кожа выцветает под стать комнате.
Крис сел за стол напротив меня.
— Дерьмово выглядишь.
— На гауптвахте бывает и похуже.
— Хорошо спится?
— А тебе какое дело? — вырвалось у меня даже грубее, чем я ожидал — в общем, как всегда. Крис цепко перехватил мой взгляд, и я решил, что снова на гауптвахту в ближайшее время совсем не хочу. — То есть, не понимаю, зачем вы спрашиваете, сэр.
Уголки его губ вздернулись в улыбке, которую я помнил еще по снам Кэма.
— Солдат из тебя ужасный, Гаррет. — Почему-то оскорблением это не прозвучало. — Офицер задает вопрос, ты на него отвечаешь. Он отдает приказ, ты выполняешь. Совсем нетрудно.
— Видно, в меня это так и не вбили.
Его улыбка стала шире:
— Похоже на то.

Он замолчал, я посмотрел на свои ботинки, потом на его книжную полку, потом на желтое пятно от протекшей воды на потолке в углу кабинета. Я тоже ничего не говорил. Может, все же научился хоть иногда молчать? А может, меня снова отвлекла тишина, и я прислушивался к голосу Кэма у себя в голове, задаваясь вопросом, прислушивается ли он к моему?
Я ненавидел космос. Большую часть времени на станции я был напуган до ужаса, кроме того периода, когда голос Кэма поселился у меня в голове и мы были единым целым. Он был точно маяк, такой яркий, что темнота расступалась. Когда-то он назвал меня своим сердцем, но для меня он был так же важен.
— Я хочу, чтобы ты кое-что послушал, — сказал Крис. Вытащив из стола планшет, он запустил аудио-файл.
Послышалось шипение, будто вырывающийся пар.
Сердце бешено заколотилось, я застыл. Я чувствовал, как коготь Кай-Рена скользит по моей обнаженной спине, вызывая дрожь.
— Выключи!
Крис ткнул пальцем в экран, прерывая запись.
— Значит, узнаёшь.
— Безликие, — сказал я, слово застряло у меня в горле. Во рту пересохло. — Это их речь.
— И ты понимаешь, о чем они говорят?
— Нет.
— А когда-то понимал.
— Это было давно. — Прежде чем наша связь порвалась. Боже. А что, если вернулась не только наша связь с Кэмом? Что, если Крис проиграет файл до конца и эти ужасные звуки сложатся в слова?
«Брэй-дии».
Тошнота подступила к горлу. Я старался бороться с ней, но трясущейся рукой прикрыл рот, на случай если не справлюсь. Еще не хватало заблевать Крису стол.

— Значит, слов ты не разбираешь? — нахмурился он.
— Нет, сэр. — Я сглотнул. — А в чем… в чем дело?
Крис положил планшет на стол.
— Гаррет... Брэйди. В следующий раз когда придут Безликие, я хочу, чтобы мы могли поговорить с ними.
— А с чего ты взял, что они придут? У нас же мирный договор.
А еще связь между Кэмом и мной снова ожила. Мне не хотелось верить, что это что-то значит, но, конечно, значит.
— Из-за этого. — Он выдвинул ящик и вытащил из стола папку. Открыв ее, он подвинул ко мне несколько документов. Снимки. Темный фон и смазанная россыпь звезд. — Показания с Одиннадцатого, Шестого и Второго. Три месяца назад, месяц назад. — Он постучал пальцем по последнему листу. — На прошлой неделе. Что ты видишь здесь, Гаррет?
Черноту. Пустоту. Удушье.
— Ничего, сэр.
Крис еще раз постучал по последней распечатке.
— Вот. Что ты тут видишь?
— Ничего! — Черная клякса размером с отпечаток пальца.
Ничего.

Боже.
И никаких звезд. Я что-то видел или нет? Что-то большое рядом с Защитником, заслоняющее собой звезды. Я видел это раньше из окна каюты, которую делил с Кэмом на Защитнике-3: черную тень. Темное пространство.
Корабль Безликих, за которым не видно звезд.
У меня закружилась голова. Сердце зашлось. Живот свело.
«Кэм? Кэм, это какой-то фокус?»
Потому что откуда мне знать, на что я смотрю? В космосе я был медиком-стажером, а не техником.
«Брэйди? Только не паникуй. Пожалуйста, держи себя в руках».
«Тогда скажи, что это розыгрыш!»
«Без паники».

Я отодвинул распечатки к Крису. Вдохнул, задержал дыхание, слушая, как колотится сердце.
— Я не знаю. И не понимаю, почему вы допрашиваете меня, когда могли бы спросить Кэма. Он знает о них куда больше, чем я.
И он-то точно не ударился бы в панику.
Крис погладил большим пальцем загнутый уголок верхнего снимка.
— Вы букашки, — сказал я без выражения. — Насекомые. Даже если бы вы их понимали, с какой стати им с вами общаться?
Пожужжите еще вокруг, и они всех нас прихлопнут.

Крис нахмурился:
— Ты ведь одно время говорил на их языке.
— Нет. — Я покачал головой. — Нет, Кэму что-то ввели — какой-то токсин, а может, это все какая-то мутация, что-то… и когда я выравнивал его сердцебиение, то каким-то образом попал на их частоту. Я не могу переводить их язык, потому что никогда его не слышал. Я слышу в голове — слышал, слышал в голове не язык пришельцев. А наш.
Крис посмотрел на распечатку, словно, если сконцентрироваться посильнее, все ее секреты откроются ему сами. Все тайны Безликих.
Мне вдруг очень захотелось попытаться объяснить ему — хотя я и сам все едва понимал.
— Иногда в этом потоке речи были задержки, почти незаметные, будто что-то не переводилось, но я никогда не слышал реальных слов. Я не могу научить вас тому, чего не знаю, сэр.
Крис слабо улыбнулся, в уголках глаз собрались морщинки.
— Господи, Гаррет. Иногда даже я не могу понять, врешь ты или нет.
Еще бы. Может, он и работает следователем лет шесть или больше, но вру я с рождения.

— Нет, — отрезал я, — если бы я мог, то сказал бы вам, как с ними общаться, разве нам есть что терять? Отчего бы не попробовать устроить переговоры, пока они не стерли нас с лица этой планеты навсегда.
— Вот тут ты не прав, Гаррет, — вздохнул Крис. — Они могли сделать это еще в прошлый раз. И ты об этом знаешь, и я знаю. Черт, да все командование знает. Ты когда-нибудь спрашивал, зачем нам вообще Защитники?
Я покачал головой.
— Я слышал одну историю — не знаю, насколько это правда. Во время Второй Мировой, когда Великобритания была на пороге вторжения немцев, Черчилль призывал людей сдавать металл для изготовления боеприпасов. Брали все, что было: старые кастрюли, чайники, все такое. На самом деле все это было абсолютно бесполезно при изготовлении боеприпасов, но дело было в другом. Это помогало людям чувствовать себя полезными. Избавляло от ощущения беспомощности. Вот и с Защитниками то же самое.
Он улыбнулся, словно считал все это забавным.
В этот момент я ненавидел его больше, чем кого-либо когда-либо в жизни. Я стиснул кулаки.

— Мой отец умер, потому что работал на заводе по изготовлению листовой стали для Защитников.
Его улыбка померкла:
— Мне жаль.
— Думаешь, люди из низов не знают, что такое беспомощность? — спросил я. — Думаешь, мы не замечаем, что именно беженцев-призывников отправляют на Защитники, а городские получают места на Земле? Это даже не пропаганда, это уже регулирование популяции. Ты правда думаешь, что все мы идиоты и ничего не видим?
Его лицо помрачнело.
— Я так не думаю.
— В самом деле? — спросил я. — Сэр.
Он молча смотрел на меня несколько секунд с нечитаемым выражением. Потом слегка покачал головой:
— Можете вернуться к работе.
Уж лучше таскаться со шваброй по госпиталю, чем… что это вообще было только что?
— Да, сэр. — Я поднялся. Выходя за дверь, я все еще чувствовал на себе его взгляд.
— Гаррет?
Стоило бы догадаться, что у ублюдка есть козырь в рукаве. Я обернулся.
— Сэр?
— Ты ведь сказал бы мне, если бы ваша связь восстановилась?
Я почувствовал, как кровь отливает от щек.
— Да, сэр.
Уверен, не нужно было работать следователем, чтобы знать, что я солгал.
* * * *
Первое, что я сделал, вернувшись в госпиталь — сломал швабру. Оказывается, достаточно швырнуть ее об стену. По пути в подвал за новой я проходил мимо палаты Марчелло и заглянул внутрь. Он сидел на постели, листая журнал. На полу у его ног — длинных и костлявых, таких же, как он весь — лежал раскрытый наполовину упакованный чемодан. Видимо, он все еще растет — понял я. В шестнадцать я тоже так выглядел: тощий, со слишком длинными для собственного тела конечностями.
— Куда-то собрался?
Он повернулся ко мне:
— Амой.
— Я думал, у тебя еще операции.
Он пожал плечами:
— Ни аарят, мау есть, мау еать.
— Можешь есть — можешь ехать?
Марчелло кивнул.
Бедный парень. Армия сломала ему жизнь, а теперь здешние шишки отсылают его домой без половины лица. И что ждет его дома? Уроды.
Я взял сломанную швабру в другую руку.
— Слушай, мне надо поменять швабру. Хочешь, сыграем в карты, когда вернусь?
Он пробурчал что-то утвердительное.
— Ну и отлично. Увидимся.
Он отвел глаза.
А я отправился в подвал.
* * * *
Прислонившись к шкафчику, я прикурил сигарету и пнул его пару раз — бамс-бамс-бамс — просто проверить, полегчает ли. Ни фига, не особо, но гулкий звук эхом разлетелся по подвалу, такой громкий, что заглушил все голоса в моей голове. Все противоречивые голоса, и голос Кэма тоже.
Эхо еще не затихло, а я открыл металлическую дверцу клети для санитарно-технического инвентаря. Шагнув внутрь, я потянулся за новой шваброй, но дверца за моей спиной вдруг захлопнулась.
Внезапно я снова оказался в кошмаре, что видел на гауптвахте, только сейчас я не спал. Я был заперт в клетке, и рядом стоял Безликий. Не просто какой-то там. А Кай-Рен. Я знал это. Нутром чуял.
«Брэй-дии, Брэй-дии».
Сердце упало куда-то в пятки.
Это нереально, этого нет.
Я глубоко вздохнул и повернулся к темноте за спиной. Ничего, только инвентарь для уборки и паутина. Ничего оправдывающего охвативший меня озноб. Ничего, кроме тошнотворного чувства, что я здесь не один. Тени шевельнулись, исказились, и я выгнул шею, чтобы поймать движение периферийным зрением. Ничего. Кай-Рен не прятался в тенях. Он был у меня в голове.
Не в подвале, а в моих кошмарах. И мои кошмары просачивались в реальность, грозя утопить ее в страхе.
«Брэйди?» — Я слышал тревогу во внутреннем голосе Кэма.
«Я в порядке».
Просто пересрался до чертиков, но Кэму это и так было известно. Он всегда это знал.
* * * *
— Марчелло? — Я достал из кармана колоду карт. Чемодан все так же лежал на полу. Журнал, который он читал, валялся на подушке. В ногах кровати ровной стопкой покоилась форма. Сапоги аккуратно стояли у кровати — расшнурованные, языками наружу. Из одного торчала баночка крема для обуви.
Марчелло отправлялся домой одетым как солдат, которым так и не успел побывать.
— Марчелло?
Я вышел в коридор, прошел чуть дальше — к душевой — и толкнул скрипучую дверь. Комната воняла, как все больничные санузлы: сильный дух хлорки и антисептика, перебивавший едкий запах мочи.
— Марчелло? — Три туалетные кабинки оказались пусты. Последние две были душевыми. В одной никого не было, а вторая оказалась закрыта. Я заколотил в дверь. — Марчелло, ты там?
Никакого ответа. Звука воды тоже не было слышно.
— Марчелло? — Я снова замолотил в дверь, потом опустился на четвереньки и заглянул под дверцу.
И увидел на полу босые ноги. Но они не стояли: левая едва касалась кончиками пальцев пола, а правая будто вывернулась и качалась туда-сюда, поскребывая плитку.
— Марчелло!
Не знаю, зачем я кричал. Его движения не были судорожными — он меня уже не слышал.

Я вскочил на ноги и толкнул дверь плечом. Она содрогнулась, но замок выдержал. Я снова и снова ломился в дверь. Плечо скрутило от боли. Меня будто накрыло ударной волной. На третий, а может, четвертый раз дверь распахнулась, шарахнувшись о стену душевой.
Марчелло привязал шнурки к головке душа и обернул вокруг шеи. Его глаза были открыты — здоровый и поврежденный, — в обоих полопались сосуды.
— На помощь! — крикнул я.
Чему Док успел меня научить, так это тому, что реанимация помогает лишь в паре раз из сотни, но именно тогда знание первой помощи и приходится как нельзя кстати.
Я вытащил складной нож из кармана и разрезал шнурки.
Марчелло стал падать вперед. Я попытался подхватить его, но он был слишком тяжелым. Мы оба повалились на плиточный пол.
— Помогите! — Я перекатил его с себя на спину, вскочил на ноги и подбежал к двери. — Помогите! — Ударив по кнопке экстренного вызова у раковин, я снова упал на колени рядом с Марчелло. Сердце не билось. Я запрокинул ему голову и проверил дыхательные пути. Накрыв ладонью зияющую дыру на месте правой щеки, я набрал в легкие воздуха и склонился над ним. Я выдохнул воздух ему в рот и почувствовал пальцами тепло.
Дыра не закрывалась полностью.
Воздух выходил наружу.
Я отстранился, накрыл руками его грудь и начал непрямой массаж.
Растворился в ритмичных движениях.
На двенадцатый нажим у Марчелло треснуло ребро. Я слегка переместил руки и продолжил. Я почти представлял рядом Дока: его ровный голос успокаивал, хотя все вокруг катилось к чертям.
Вот так, Брэйди. Действуй, сынок.
Док — вот, чего мне действительно не хватало, когда я вспоминал космос.

— Ну же, Марчелло. — Я склонился над ним, сделал еще три выдоха. Не уверен, попадало ли хоть что-то ему в легкие. Я даже не знал наверняка, есть ли во всем этом смысл, но продолжал, потому что так научил меня Док. Нельзя останавливаться, пока врач не скажет остановиться.
Снова массаж, снова дыхание рот в рот, но я, наверное, осознал, что Марчелло мертв.
Я услышал, как скрипнула дверь, и поднял глаза на медсестру. Секунду спустя появилась вторая и один из врачей, они отодвинули меня и принялись за дело сами.
Ну и здорово.
Я встал — спина разнылась неимоверно. Прислонившись к стене, я вытер рот рукавом.
Поморгав, я уставился на Марчелло, пока одна из сестер лепила к его коже электроды дефибриллятора.
Когда-то мои прикосновения помогали сердцу Кэма биться. Жаль, что с Марчелло это не работало. Я тянул к нему дрожащие пальцы, пока не понял, что брежу.
Я скользнул по стене на пол. Подтянул колени к груди и обхватил их руками. Мне лучше было сидеть, когда схлынет адреналин. Я стиснул трясущиеся пальцы в кулаки.

Хотелось закричать: «Ты же ехал домой! Домой!»
Но я знал, почему он это сделал. Возможно, если бы мне было шестнадцать и у меня осталось лишь пол-лица, я бы сделал то же самое. Марчелло даже есть сам почти не мог. Он жил в постоянной боли. И ему не стало бы лучше. А может, он просто не хотел видеть ужас на лицах родителей и друзей, когда бы люди, которых он любил, увидели, во что он превратился.
Перед глазами помутнело от слез.
Гребаный придурок.
Я не хотел думать об этом, не хотел видеть ничего больше, но сомневался, что смогу встать. Так что я сидел на плиточном полу и смотрел, как доктор и медсестры пытаются током вернуть жизнь трупу мальчишки, с которым я каждый день на протяжении месяцев играл в карты.
Мне пришлось накрыть рот рукой, давя всхлип.
«Брэйди?»
Мертв. Марчелло мертв.
«Мертв, мертв, мертв».

Я не сдержался — противный влажный звук вырвался из горла.
Врачи и медсестры еще несколько минут возились с Марчелло — вряд ли дольше, хотя казалось, что это длилось часы. Время шло неправильно. Все во Вселенной замедлилось. Я так остро это ощущал, что мне почудилось, я мог бы остановить время или обернуть его вспять, вернуться в те минуты, когда сердце Марчелло еще билось. Или даже дальше. До того момента, когда он получил ранение. Во времена до Защитника-3 и Безликих, до того как папа заболел и умер, до того как меня призвали, до того как я вырос, до того как даже родился. Вернуться во времена, когда я не был даже молекулами или звездной пылью.
Это и сделал Марчелло?
Я сморгнул, и вечность промелькнула перед глазами за секунду.
Когда я поднял веки, в туалете было еще больше людей. Еще один врач. Заведующий моргом. И доктор Хэнрон, психолог. Он стоял над Марчелло, худой и угловатый, точно богомол, качал головой и цокал языком. Его взгляд скользнул с тела Марчелло на меня.
— О, Гаррет.
Я уставился на него в ответ.
Он сжал губы и тускло улыбнулся. В уголках глаз собрались морщины. Может, это была сочувственная улыбка. Да без разницы! Все его натянутые улыбочки в мире не заставили бы меня забыть, каким козлом он был со мной с первой нашей встречи.

— Это я нашел его, — пробубнил я, докладываясь, как учил меня также Док.
— Гаррет, — повторил Хэнрон и снова покачал головой.
В первую нашу встречу он заявил, что я не умею контролировать свои эмоции, и спросил, не ставили ли мне в детстве диагноз «вызывающее оппозиционное расстройство». Ведь, если в мире полно мудаков, проблема, конечно, во мне. А то, что Хэнрон считал, что медицина в Копе — даже если бы мы могли ее себе позволить — включала в себя психиатрию, вообще нелепость. Просто смех какой-то. И он сам — то еще позорище.
«Ты странный», — посмеялся Кэм, когда я ему об этом рассказывал.
«Да пошел ты!»
И все же я вспомнил, что могу быть профессионалом, пусть Хэнрон и думал, что я на это не способен. Я перехватил его взгляд.
— Я срезал шнурок. Он не дышал. Пульса не было, сердце не билось. Я делал ему искусственное дыхание, пока не пришел врач. — Мой голос слегка дрожал, но это, наверное, оттого что я запыхался. Реанимация людей — тяжелое занятие.
Хэнрон, сощурившись, смотрел на меня. Он склонил голову набок, словно разглядывал слегка противный научный образец. «Перед вами жук-навозник, господа».

Я встал на колени и поднялся.
— Гаррет, вы куда?
— Нужно домыть полы, сэр.
Дверь туалета распахнулась.
— Брэйди!
Кэм. Он стоял в проеме, широко распахнув глаза, пытаясь разобраться, что происходит. Рассматривая сразу меня, Хэнрона, Марчелло и заведующего.
— Брэйди. — Он шагнул ко мне и обнял. Всегда любил это в Кэме. Ему насрать, что о нас думают окружающие. Если меня надо обнять, он обнимал меня, и по фигу чины. — Все хорошо.
«Прости. Он был твоим другом. Мне жаль».
«Я пытался, Кэм. Я пытался помочь ему».

«Знаю, я знаю. — Он успокаивающе погладил меня по спине. — Знаю».
Я зарылся лицом ему в шею. Мне хотелось впитать его близость, его запах, его всего, такого моего. Может, его лицо и самое известное на нашей планете, но все остальное принадлежит только мне.

— Лейтенант Раштон, — сказал Хэнрон бодрым звонким голосом, который совсем не подходил человеку, который стоит над трупом по сути ребенка.
— Сэр.
— Хорошо, что вы здесь, — кивнул Хэнрон. — Гаррету не помешает поддержка.
— Да, сэр. — Кэм покрепче обнял меня. — Брэйди, я…
— Только один вопрос, — перебил Хэнрон, и я посмотрел на него. Его улыбка теперь не была натянутой и сочувственной. Скорее искренне заинтригованной. — Как вы узнали, что что-то случилось?
Мысли Кэма заполнились белым шумом паники.
— Сэр? — голос Кэма звенел от напряжения.
— Гаррет не выходил отсюда. — Хэнрон шагнул вперед. — Так что я спрошу еще раз. Как вы узнали?
«Вот черт. Черт, черт, черт!»
Это его мысли или мои?
Да какая на хрен разница?
Ясно одно — мы оба в полной жопе.
_______________________________________________________
Тифозная Мэри – так англоязычные называют носителей опасных заболеваний, которые представляют опасность для населения из-за отказа принять соответствующие меры предосторожности.

Save a Tree, Eat a Beaver
Поблагодарили: KuNe, SvetВладимировна, oxi, anakondra, verle69, Maxy, WALL-E, wledina59, Bajra

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
24 Июн 2021 06:50 #22 от Bajra
Bajra ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
Большое спасибо за перевод. История пронзительная.
Поблагодарили: Калле

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
28 Июн 2021 22:23 #23 от verle69
verle69 ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
Спасибо большое за продолжение, очень ждала.
Поблагодарили: Калле

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
05 Июл 2021 10:56 #24 от Julia128
Julia128 ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
Спасибо за продолжение!
Поблагодарили: Калле

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • KuNe
  • KuNe аватар
  • Wanted!
  • Властительница табуретки
Больше
13 Июл 2021 00:25 #25 от KuNe
KuNe ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
опаньки, как это я пропустила аж целых 2 главы?!  :oh:
Сашик, спасибо большое за продолжение! и как всегда, на самом интересном месте!

снова общие сны, снова слышат мысли друг друга... но мне не нравится, что теперь и сестренка видит их сны.

Брейди как всегда нестабилен, истерит, не уверен в себе. но все равно он мне нравится :)

"многие хотят, чтобы было по ихнему. но так не будет. потому что нет такого слова"
Поблагодарили: Калле

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Калле
  • Калле аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Кавайный элемент
Больше
13 Июл 2021 08:19 - 13 Июл 2021 08:19 #26 от Калле
Калле ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
Всем спасибо за отзывы)
KuNe, хорошо, если только сестренка)

Save a Tree, Eat a Beaver
Поблагодарили: KuNe

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • KuNe
  • KuNe аватар
  • Wanted!
  • Властительница табуретки
Больше
14 Июл 2021 22:13 #27 от KuNe
KuNe ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
таааак, Сашик, спойлер, но интрига зашкаливает ))))

"многие хотят, чтобы было по ихнему. но так не будет. потому что нет такого слова"
Поблагодарили: Калле

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Калле
  • Калле аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Кавайный элемент
Больше
15 Июл 2021 08:13 #28 от Калле
Калле ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
Вряд ли спойлер, скорее - гнусный троллинг)

Save a Tree, Eat a Beaver
Поблагодарили: KuNe

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • KuNe
  • KuNe аватар
  • Wanted!
  • Властительница табуретки
Больше
15 Июл 2021 21:21 #29 от KuNe
KuNe ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
ах ты еще и троллишь :))))

вот лучше неси еще главы чудесные :)  :crazy:  :book:

"многие хотят, чтобы было по ихнему. но так не будет. потому что нет такого слова"

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Калле
  • Калле аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Кавайный элемент
Больше
16 Июл 2021 08:20 #30 от Калле
Калле ответил в теме Лиза Генри "Мрачные пределы", 4/15, 04/06/2021
Да у нас же главы поделены, следующая вроде за моей напарницей из группы ВК, но у нее ремонт и куча дел)

Save a Tree, Eat a Beaver
Поблагодарили: KuNe

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.