САЙТ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДЛЯ ПРОСМОТРА ЛЮДЯМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ

lightbulb-o Д. М. Снайдер "Имя на моем запястье"

  • denils
  • denils аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Модератор ОС
  • Модератор ОС
Больше
08 Ноя 2012 20:04 - 05 Окт 2013 18:24 #1 от denils
denils создал эту тему: Д. М. Снайдер "Имя на моем запястье"
Название: Имя на моем запястье
Автор: Д. М. Снайдер
Перевод: Zhongler
Бета: CrazyJill
Обложка: katikli
Рейтинг: R, ангст,
Размер: мини
Статус: перевод завершен
Размещение: С согласия команды ОС и ссылкой на наш сайт.

Предупреждение от автора: история грустная!

Перевод-презент для Alyn18

Аннотация:
Джеймс привык к случайным связям с молодыми мужчинами, в которых всю жизнь продолжает искать того, кого потерял много лет назад. Случайное замечание одного из любовников заставляет его вернуться в прошлое – к тому, кого он когда-то любил так сильно, к тому, кого призвали и послали на войну во Вьетнаме. Мужчине, который пропал без вести и которого Джеймс так и не смог забыть.

Скачать одним файлом
Поблагодарили: galakiss, kill_angel

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • denils
  • denils аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Модератор ОС
  • Модератор ОС
Больше
08 Ноя 2012 20:05 - 07 Фев 2015 00:36 #2 от denils
denils ответил в теме Re: Д. М. Снайдер "Имя на моем запястье"

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • denils
  • denils аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Модератор ОС
  • Модератор ОС
Больше
08 Ноя 2012 20:11 - 08 Ноя 2012 20:11 #3 от denils
denils ответил в теме Re: Д. М. Снайдер "Имя на моем запястье"
В комнате темно, и я ощущаю его неловкость, она замерла между нами словно заряженный револьвер. Я его почти не знаю, но он именно такой, каких я люблю: моложе меня и светловолосый. Он один из парней, с которыми я приехал сюда на выходные, в этот дом на пляже, и так же полон энергии, как раньше я. Он напоминает мне человека, которого я когда-то знал и поклялся никогда не забыть.
Ему двадцать, и когда мы окружены друзьями, он говорит без умолку. Но сейчас я чувствую, как он дрожит подо мной. Я прикасаюсь к нему, целую, кладу его на кровать, так же, как делал это с десятком других парней, шепчу ему, что все будет хорошо. И знаю, что он так же сильно волнуется, как когда-то я, годы назад, когда Дон, коснувшись в первый раз своим дыханием моей шеи, сказал, что любит меня, и что все будет хорошо. Сейчас я не произношу слова любви, потому что это не любовь, ничего подобного. Я даже не помню имени этого парня.
Возясь со своими джинсами, он улавливает блеск браслета, который я ношу на запястье левой руки и тревожно смеется.
- А тебе можно? - спрашивает он.
Я отодвигаюсь, не вполне понимая, о чем он говорит.
Он указывает на мой браслет.
- Ну это ведь медицинская штука?
Я объясняю, что это военный браслет. Он означает, что я потерял кого-то на войне. Означает, что человек, которого я любил, никогда не вернется домой. Рядовой Дональд Л. Джонс. Я провожу пальцем по имени и впервые за долгое время всматриваюсь в браслет – я так давно его ношу, что почти уже не ощущаю, он стал частью меня, словно обручальное кольцо или крестик на шее. Но сейчас я прищуриваюсь в темноте и вижу выгравированные буквы, вижу за этими словами паренька. Девятнадцатилетнего. Потрясающего. Непобедимого. Моего.
Снова нервный смех.
- Значит, у тебя сердце не пошаливает? - говорит он и тянется ко мне, но момент потерян, я потерян во времени, в своей юности, когда у меня был только один мужчина, именно такой, о каком я мечтал, когда у меня была любовь.

* * *
[/b]

Я говорю ему, что вернусь, но это ложь. Браслет жжет запястье, имя словно разъедает серебро, оставляя на коже след – имя единственного мужчины, которого я когда-либо хотел, единственного, кого я не могу иметь. Я стою на крыльце и слушаю шум прибоя, звуки, раздающиеся из дома позади меня, смех, веселье. Я, не отрываясь, смотрю на металл, тускло отблескивающий при свете луны. Я смотрю на имя.
Браслет сделан из алюминиевого сплава, из такого же были сделаны его армейские жетоны. Я помню их ощущение в своих ладонях, гладкий металл, согретый моей кожей. Помню, как они падали в выемку на моей шее, когда он лежал на мне. Помню, как прижимал их к его груди, когда в последний раз целовал его на прощание.
Их так и не нашли.
Этот браслет и воспоминания – вот и все, что мне осталось. И его полевая куртка со «знаком мира», нарисованного мной на спине черным маркером. Она висит на чердаке, завернутая в старую сумку из химчистки, прохудившуюся с годами. Я давно на нее не смотрел. Я носил эту куртку, когда война забрала его. Чтобы избежать призыва, я окунулся с головой в учебу, сначала в школе, а потом в университете, и снова более или менее вернулся к жизни, когда наши парни вернулись домой. Я даю на улице деньги ветеранам, испуганным, сломленным мужчинам в инвалидных колясках. Я ношу его браслет.
Мне смешно, когда молодые парни, которых я подцепляю, такие, как тот, что ждет наверху моего возвращения, говорят о свободе и правах, потому что, что, черт возьми, они знают? Ничего, совсем ничего – они ни черта не знают о том, что мы потеряли, чтобы достигнуть того, что имеем сейчас. Понятия не имеют. Они никогда не знали его. Дональда Л. Джонса.

* * *
[/b]

Я снова пробегаюсь пальцами по словам, чтобы напомнить себе, что они принадлежали настоящему парню, который любил меня когда-то, годы назад, до всех этих парней, встречающихся на моем пути, всех этих ночей, проведенных с незнакомцами, всех этих дней, когда утром, просыпаясь в одиночестве, я уговариваю себя, что этого и хотел, когда на самом деле все, чего я хотел - это он.
Последний раз я видел его тем летом, полном любви. С тех пор прошли годы. Мы живем в другом веке. Ведем другую войну. Я был влюбленным идеалистом, горделиво носящим «знак мира» на спине его куртки. Дон сказал, что это было мило – то, как я рисовал этот знак. Увидев это, он улыбнулся своей неторопливой, легкой улыбкой, рассмеялся глубоким, грудным смехом, назвал меня «малышом» и крепко обнял. Тебе только семнадцать, - сказал он. Еще один год и тебя тоже могу забрать в армию.
У него были буйные волосы, все время требующие расчески, но армия забрала их, сбрила. Они отрасли снова непокорными светлыми колючими прядками, которые я любил пропускать между пальцами, чтобы заставить кончики стоять. У него были золотистые глаза, такие сияющие, живые, полные любви, когда он смотрел на меня. Я все еще помню, как в них блестели слезы, словно граненые бриллианты, когда он уезжал на боевую подготовку. Он обнимал меня, целуя на прощание, и обещал, что всегда будет любить. Мы лежали в его гараже, прижимались друг к другу – я в его объятиях, в темноте – ожидая прихода его родителей. Снаружи было душно, еще не было семи утра, а мы оба уже покрылись липким потом, и когда мы целовались, его слезы жгли мои щеки.
Он вернулся с подготовки другим, более сильным, уверенным в себе, замкнутым. Я почти боялся его, боялся прикоснуться к нему, любить. В своих письмах он писал, как сильно скучает по мне, как сильно любит, как сильно хочет всегда быть со мной, но я не мог представить, чтобы эти слова писал мужественный парень в накрахмаленной униформе, сидящий с прямой спиной за обеденным столом и улыбающийся мне над тарелкой с засахаренным ямсом.
Только когда нам удалось урвать несколько минут для себя, я наконец-то смог разглядеть любимого за маской солдата. Его мама была на кухне, отец и сестра слушали в гостиной радио, и он, взяв меня за руку, повел в свою спальню и, не включая света, закрыл за нами дверь. Его ладони скользнули по моим плечам и рукам, и, вжавшись в меня своим телом, он шептал, что любит меня, что безумно соскучился. Когда он поцеловал меня сзади в шею, я развернулся в его объятии, и он нашел своими губами мои, прерывая любой ответ, какой бы у меня ни нашелся.
- Я люблю тебя, - сказал я.
Мы лежали на его кровати, обнаженные, под тонкой простыней. В комнате все еще было темно, раздающаяся из радио музыка плыла по лестнице и просачивалась под дверью в комнату вместе с голосом Джонни Кэша, Мэрля Хаггарда и его сестренки, красиво им подпевающей. Он был моим первым мужчиной, я никогда его не забуду.
- Я всегда тебя буду любить, - поклялся я.
- Через две недели они посылают нас на фронт, - прошептал он.
Я не хотел думать об этом, поэтому нахмурился и не ответил. Мягкой летней ночью обнимающие меня руки были такими сильными, такими теплыми. Он поцеловал меня в шею и прошептал, что боится.
Я тоже.
- Я потеряю тебя, - сказал я.
Нет, - пообещал он.
- Ты забудешь меня.
Никогда.
- Ты погибнешь, - я подавил готовое вырваться рыдание, потому что мне было только семнадцать, и единственный мужчина, которого я когда-либо любил, уезжал на войну, совершенно непонятную мне, и оставлял меня позади. Еще один год, и, может, меня тоже призовут присоединиться к нему, если мое поданное в университет заявление не будет принято. - Это глупо.
Он кивнул, соглашаясь со мной, и когда я заплакал, крепко прижал к себе. Он называл меня своей деткой и говорил, что все будет хорошо, все будет хорошо.
Только ничего хорошего не было, и мне хотелось сбежать вместе с ним. Я ненавидел армию и мир, и всех в этом мире, кто хотел забрать его у меня. Мне уже с трудом вспоминается то время, когда я был таким молодым и таким пылким.
- Не плачь, - говорил он, сцеловывая мои слезы. - Война почти закончилась, ты оглянуться не успеешь, как я уже вернусь.

* * *
[/b]

На браслете три строки. На первой – его имя и звание, на второй – США, число и потом – Южный Вьетнам. Там где он был, когда его вертушка упала. В Южном Вьетнаме. Его мама позвонила мне в тот день, когда они получили желтый конверт, и сказала по телефону, что его больше нет. Его больше нет. Сбит. Прости, Джеймс, мне так жаль…
Мне тоже. О боже, мне тоже.
Я сидел рядом с ней, когда она открывала конверт. Все эти годы спустя я все еще помню аромат ее жасминовых духов, и слабый запах персиков, последних в том сезоне, запекающихся в пироге в духовке. Мне снова семнадцать, и я безумно влюблен в парня, которого, как мне только что сказали, больше нет. Мое сердце снова, как открытая рана в груди, она болит, и я понимаю, что она никогда не заживет.
Я был прав – она так и не зажила.
Она вынула тонкую телеграмму – его жизнь уместилась на одной страничке, все, что от нее осталось. Она читала, и ее щеки окрашивали безмолвные слезы. Затем она прижала ладонь к губам и передала телеграмму мне. Я не хотел ее брать. Не хотел читать слова, читать его имя. Не хотел, чтобы это стало реальностью.

* * *
[/b]

Я не собираю вещи и не прощаюсь, просто соскакиваю с крыльца, запрыгиваю во взятый на прокат автомобиль и выезжаю на дорогу, на север. Его имя поблескивает на моем запястье, когда мимо проезжают машины, и я знаю, что не вернусь в ту комнату, к тому парню в моей кровати, ждущему меня. Я не могу. Он не будет тем, кого я потерял, тем, кого я ищу с тех самых пор.
Рядовой Дональд Л. Джонс. Его имя в серебре на моем запястье. И под ним, в середине, число, когда разбился его вертолет - 08-23-69 - навсегда вырезанное на моем сердце.
Поблагодарили: ruusunen, TTLaLaTT, sibirjachka, galakiss, Marshmallou, Irisha1979, Diamand edge, CherryWhiteness, core, rackshasy, JCB

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
09 Янв 2015 16:38 #4 от Tamaki
Tamaki ответил в теме Re: Д. М. Снайдер "Имя на моем запястье"
Спасбо. Хорошая история, жаль, что столь короткая.

Чем дальше в лес, тем злее волки...
Поблагодарили: Zhongler

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
05 Фев 2015 12:26 #5 от Fabuleux
Fabuleux ответил в теме Re: Д. М. Снайдер "Имя на моем запястье"
Еще один потрясающий рассказ от прекрасного автора!
Пока читала этот мини, сама успела слезу пустить.
Зацепило, очень.

Фантазий, как таковых, не существует. Любая выдумка — уже реальность.©
Поблагодарили: Калле

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
17 Мар 2016 21:28 #6 от JCB
JCB ответил в теме Re: Д. М. Снайдер "Имя на моем запястье"
Спасибо, что переводите и выкладываете такие истории. Они может и приукрашены автором, но отображают, то что происходит со многими людьми в, как нам кажется, мирное время.
Поблагодарили: Калле, Zhongler

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.