САЙТ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДЛЯ ПРОСМОТРА ЛЮДЯМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ

file Джейн Дэвитт и Алекса Сноу "Комната под крышей"

  • Viktoria
  • Viktoria аватар
  • Wanted!
  • Администратор ОС
  • Администратор ОС
  • Ласковая Госпожа
Больше
19 Окт 2015 12:48 #31 от Viktoria
Viktoria ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей"
Ровена, добро пожаловать в нашу банду и спасибо за Дэвитт со Сноу!

Насчёт *Как технически это делается?* Переводчик посылает бете кусок свежего перевода, бета вылавливает блох, логические нестыковки и прочие ненужности, делает правки и отсылает файл обратно переводчику. Если переводчик всем доволен, то принимает правки, если нет, то начинаются *танцы с бубном*))) И так до тех пор пока консенсус не будет достигнут :crazy:
Поблагодарили: verle69

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
19 Окт 2015 13:53 #32 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей"
Спасибо! Нет это-то понятно. Технически? В каком формате? Ворд? Куда отсылать? В ЛС? Или куда? Я ж не в курсе((((

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Лемниската
  • Лемниската аватар
  • Wanted!
  • Истина ОС
  • Истина ОС
  • Другие не лучше
Больше
19 Окт 2015 14:19 - 19 Окт 2015 14:19 #33 от Лемниската
Лемниската ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей"
Спишитесь с KuNe в личке, обо всем и договоритесь.

Человек может все, пока не начинает что-то делать
Поблагодарили: Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
21 Окт 2015 11:53 #34 от verle69
verle69 ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей"
Спасибо,понравилось.
Поблагодарили: Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • SvetВладимировна
  • SvetВладимировна аватар
  • Wanted!
  • Модератор ОС
  • Модератор ОС
Больше
22 Окт 2015 20:25 - 22 Окт 2015 20:25 #35 от SvetВладимировна
SvetВладимировна ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей"
:flirty2:
какой очаровательный перевод
вообще.. очаровательно так, прям... :flirty1:
пасибо переводчику :lublu: :frower:

Трудный народ эти женщины! ©

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
22 Окт 2015 21:13 #36 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей"
:ura: И вам спасибо! Скоро будет продолжение

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
24 Окт 2015 01:45 - 25 Апр 2016 14:17 #37 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей", 6-8/23, upd 24.10.15
Глава 5
Глава шестая
Остин сжал зубы и едва заметно покачал головой в ответ. Ему стоило таких усилий держать себя в руках, что лучше было, по возможности, вообще не раскрывать рта. Стоит ему хоть чуть-чуть расслабиться, и он не выдержит, сорвется, заорет, что это нечестно, что он так долго ждал, что ему тоже это нужно, и что его вынудили отказаться.

При этом он совершенно не злился на Джея, даже в глубине души. Если бы Джей оказался на его месте, он бы наверняка сделал для него то же. Он так же готов был отказаться от желаемого и отдать это Остину в любой момент. Поэтому решение далось Остину так легко, и ему не требовалось даже думать, правильно ли он поступил. Он бы не раздумывая сделал тот же выбор снова. И снова. И в сотый раз, если бы ему опять пришлось выбирать.

Лиам отправил его в угол, где Остин с облегчением опустился на колени, но уже через полминуты понял, что руки у него завтра болеть будут адски.

Он не издаст ни звука. Будет молчать, что бы ни случилось.

Пока Лиам не торопясь ставил Джея в позу, Остин благодарил бога, что догадался на неделе прихватить с работы бесплатный образец валиума и принять в туалете пятнадцать минут назад, потому что, если бы он не выпил таблетку, он бы уже слетел с катушек.

Лиам выбрал спанкинг рукой, сразу начиная действовать быстро и жестко, без разогрева, как будто знал, что Джею это не особенно нужно. Остин, напротив, любил подготовку. Ему велели смотреть – и он смотрел. Из его угла было видно не все, но зато многое даже лучше, чем Лиаму. Он, например, видел, как мошонка Джея раскачивается от того, как его тело подергивается под шквалом тяжелых шлепков, сыплющихся на ягодицы и бедра; видел его лицо, покрывшееся ярким румянцем точно такого же цвета, как его пылающий зад. Джей смотрел в пол, иногда прикрывая глаза; но Остин и не хотел, чтобы Джей сейчас смотрел на него. Пусть это будет для Джея, только для него.

Он начал думать, почему Лиам решил так с ним поступить. Может быть, он сам сделал что-то не так?
Но они с Джеем оба заговорили, когда им следовало молчать! Однако…

Неожиданно мерные звуки ударов ладони о кожу прекратились, и только тут Остин осознал, что Лиам все это время не терял его из виду. Он небрежно положил руку Джею на спину и облокотился на него, как на стол.
– Ты очень громко думаешь, Остин. Перестань. Ты помнишь, что я тебе сказал, что будет, если я услышу хоть один звук?

Это была настолько вопиющая несправедливость, что Остину пришлось чувствительно прикусить губу, чтобы не нарушить молчание – а может быть, Лиам именно этого и добивался. Остин заставил себя изобразить на лице вежливую мину и перевел взгляд на ягодицу Джея, которую видел сбоку, и его ноги, длинные, как у скаковой лошади, дрожащие от напряжения. Джей тяжело, прерывисто дышал. И Остин точно знал, что он недоволен именно остановкой, а вовсе не жжением и болью, причиняемыми рукою Дома. Остин непроизвольно перевел взгляд на лицо Лиама.

Тот, продолжая смотреть ему прямо в глаза, вновь занес руку для удара. И на один головокружительный миг, на ту долю секунды, когда рука резко опустилась вниз, Остин вдруг почувствовал себя этой рукой – по всему телу разлилась горячая, саднящая, пульсирующая боль. Он ахнул и тут же попытался замаскировать невольный звук под резким вдохом – ну не может же Лиам запретить ему дышать, в конце-то концов.

– Смотри на него, – сказал Лиам. – Слушай звуки, которые он издает для меня.
Он легко постучал пальцами по верхней части бедра Джея.
– Вот это место все обычно пропускают, а зря. Зацикливаются на заднице, а между тем бедра здесь гораздо более чувствительны. Ты завтра сядешь на стул – и пожалеешь, что я его не пропустил, а, Джей?

Джей не мог задрать зад еще выше, не вставая при этом на цыпочки, но Остин видел, что он пытается это сделать, без слов прося еще.
– Развратник, – усмехнулся Лиам. – В отличие от Остина, ты, смотрю, вполне в состоянии сообщить мне, чего ты хочешь.

Я же сказал.

Стена нагрелась под его ладонями. Ему хотелось глубоко вонзить в нее ногти и с силой провести вниз, сдирая краску и штукатурку, вспарывая, разрушая нетронутую поверхность, так же как Лиам мог разрушить стены, которые окружали его, Остина, не давая чувствовать. Но он не чувствовал ничего, он весь оцепенел, и, как бы сильно он ни желал пробиться сквозь это оцепенение, прорвать его, сделать это мог только Лиам.

– Расскажи Остину, как тебе хорошо сейчас, – безжалостно потребовал тот, продолжая неумолимо поднимать и опускать руку, нанося новые удары, делая ровную белую кожу красной и горячей. – Скажи ему, Джей.

– Хорошо… – Джей выдыхал слова так, как будто Лиам ритмично выбивал их из него с каждым ударом. – Хорошо… Сильно… Но лучше бы… ты.

Остин посмотрел на Джея, потом на Лиама. Глазами он смотрел на то, что происходило перед ним, но внутри себя мог лишь пытаться сосредоточиться на том, как болит поясница, горят плечи и шея, как тяжело удерживать руки в этом положении. Это была совсем не та боль, о которой говорил Джей, и ничего хорошего в ней не было. Внутри него тоже ничего хорошего не было – это вообще было не слишком приятное место. Мерзостное такое местечко, из которого Остин мечтал вырваться. В тот момент он бы с радостью согласился на все те вещи, которые обычно считал неприемлемыми. Если бы Лиам сейчас предложил отхлестать его плетью по лицу и оставить шрамы, он бы согласился. Да блин, он бы сказал «да» и «пожалуйста» и наверно бы добавил «еще».

Прошла очередная минута, показавшаяся ему часом, наполненная мерными звуками шлепков; и Остин вдруг с удивлением обнаружил, что ему стало легче. Он совершенно не понимал, как и почему это произошло, но теперь он смотрел – и не видел. Это не походило на предобморочное состояние – хотя откуда Остину было знать, он в жизни своей не терял сознания, – но сознание его, тем не менее, неуловимо менялось. Его тело оставалось на месте, там, где его поставил Лиам, но сам Остин находился вне его. Он больше не был внутри себя, и уже это стало облегчением.

– Еще три, – сказал Лиам.
Джей еще три раза с шумом втянул в себя воздух. Остин хорошо знал, как это больно, когда под конец порки удары идут уже по раздраженной коже и свежим синякам – тебя как будто прошивает электрическим током, и это одновременно ужасно и хорошо. Он знал, насколько это сильное переживание.

Джей тихо плакал, а Лиам шептал ему что-то успокаивающее, говорил, какой он молодец, какой покорный и как замечательно держался. Остин, все еще откуда-то издалека, наблюдал, как Лиам заставляет Джея лечь набок и свернуться клубочком в широком кресле, на котором уже постелены мягкие пледы. Лиам прикрыл Джея пледом и показал ему на столик рядом, где уже стояли наготове стакан воды и коробка салфеток, затем подошел к Остину и коснулся его лица.

И, как будто его руки обладали волшебной силой, Остин от его прикосновения мгновенно пришел в себя. Он снова был внутри собственного тела, дрожащего от напряжения мышц, изо всех сил пытающихся сохранять нужное положение.

– Как ты себя чувствуешь?

Остин не мог говорить. Тогда Лиам твердым голосом велел ему сесть – что в тот момент не потребовало никаких усилий вовсе: просто позволить силе тяжести опустить себя на пол. Пока Остин распутывал затекшие руки и ноги, Лиам вернулся еще с одним пледом и бутылкой воды.

– Выпей. Нет, я сказал, пей.
Сценой распоряжался Лиам, и Остин повиновался, сделав несколько глотков и откашлявшись.

– Все нормально…
Его трясло, но он чувствовал усталость, опустошенность и облегчение, как и всегда после сцены, хотя после такой сцены и не должен бы. Лиам помог ему встать на ноги.

– Иди, присядь с Джеем. Я хочу, чтобы ты увидел.
Джей так и лежал свернувшись на боку, так что Остин смог ласково провести пальцами по его пылающим ягодицам, обвести более темную область, которая назавтра покроется синяками. О господи, Джей был просто прекрасен.

Теперь Остин даже представить себе не мог, как бы он сейчас, после всего, еще мог выдержать порку сам. Он чувствовал себя так, как будто каким-то образом уже получил все вместе с Джеем. Если бы Лиам сейчас сказал, что передумал, он бы… А что бы он сделал? Остин понятия не имел. Он чувствовал себя совершенно оглушенным, но в то же время собранным.

– Вы ведь очень близки между собой, правда? – спросил Лиам. Он стоял, облокотившись о спинку кресла. Он все время выше нас, подумал Остин, разгоняя туман в голове. Он кивнул в ответ и продолжил гладить Джея, который уже перестал плакать, только содрогался с каждым вдохом и выдыхал с явным облегчением.

– Я не зря поблагодарил тебя, – сказал Лиам, и Остин поднял на него взгляд. Лоб его поблескивал от пота; в руке он тоже держал бутылку воды и пил из нее мелкими глотками, ожидая, пока Остин достаточно соберется с мыслями, чтобы ответить. – Ты ответил честно, а я ценю честность. Нет, не просто ценю – требую, – он чуть наклонил голову набок. – Ты не жалеешь, что не дал другой ответ?
– Как я могу жалеть? Вы хотели, чтобы я ответил честно, – я ответил.
– А если я и в следующий раз задам этот вопрос, что ты ответишь?
Джей поднял голову.
– Если вы опять заставите его выбирать, никакого следующего раза не будет!
– Джей, нет! – Остин вздрогнул, взял руку Джея и предупреждающе сжал ее. – Все нормально. Я… Я получил все, что хотел. Так же, как ты.
– Я дал тебе увидеть, как на Джее появляются следы от ударов, – добавил Лиам. – Ты говорил, что тебе это нравится.
С этой стороны посмотреть на вещи Остину в голову не пришло. Джей поднял извиняющийся взгляд на Лиама; недавняя вспышка гнева, определенно, уже улеглась. Он потянулся поцеловать Остина, но остановился, не успев коснуться его губ.

– Можно? В смысле, поцеловать Остина? Все же уже закончилось?
– «Все» закончится, только когда вы выйдете отсюда. Но, раз уж ты догадался спросить, да, можно. – Голос Лиама звучал добродушно и даже почти покладисто.

Они поцеловались, и Остин почувствовал, что все снова встало на место. Поцелуй был страстным и горячим, но из него ушла та нетерпеливая неудовлетворенность, которая по капле разъедала их обоих серной кислотой. Ни Остин, ни Джей не кончили во время сцены, но это казалось неважным. Сессии с Патриком почти всегда заканчивались именно этим, но как на это отреагирует Лиам, Остин затруднялся сказать.

– Сейчас я бы хотел обсудить то, что мы с вами делали, и прояснить любые вопросы, которые у вас остались. Я считаю, что это полезно. Приходите в себя, одевайтесь, я подожду вас в гостиной. – Лиам выпрямился и двинулся в сторону двери. – Пожалуйста, постарайтесь не очень задерживаться.

Когда за ним закрылась дверь, Джей страдальчески посмотрел на Остина.
– И что это значит? То, что я думаю?
Остин закатил глаза.
– А ты как думаешь?
– Тогда, пожалуй, надо одеться.
Уже одно то, что Джей был настроен встать и натянуть на себя одежду, а не валяться и тормозить, говорило о том, как хорошо он себя чувствует. Остин даже пожалел, что его ягодицы так быстро скрылись под боксерами – он бы с удовольствием попросил Джея еще часочек походить с голой задницей. А то, пока они доедут до дома, основная краснота уже сойдет.

– Я так хочу обнять тебя, – вырвалось у него, и Джей тут же обернулся, с готовностью обхватывая его руками и прижимая к себе.
– Я тоже. Только домой приедем, ага? Заберемся в постель и не вылезем оттуда до утра.

Лиам терпеливо ждал их в семейной гостиной; рядом стояла пустая бутылка.
– Я думаю, – начал он, когда парни сели, – что, поскольку это первая сессия, было бы неплохо сейчас обсудить, как она прошла для каждого из нас, пока впечатления еще свежие. Мне не нужен подробный анализ – да вы и вряд ли в состоянии сейчас что-то анализировать.

– Я думаю, она прошла хорошо, – сказал Остин. – Нет, реально очень хорошо. Я просто никакой. В хорошем смысле.

– И, я смотрю, словарный запас у тебя после сцены тоже никакой. – Губы Лиама чуть дрогнули в усмешке. – Да нет, все нормально на самом деле.

– Ну, так это потому что он сам никакой! – сказал Джей, защищая Остина, хотя это было уже лишнее. – Вообще, он сейчас такой же, как всегда после сессии, но я совершенно не понимаю, почему.

– Да, и я тоже не понимаю… Я как будто… сначала я просто смотрел, а потом как-то моргнул, что ли… и все вдруг изменилось. То есть, изменилось то, как я это вижу, – попытался объяснить Остин.

Лиам кивнул.
– А что, такого никогда раньше не случалось?
– Случалось, конечно, но не так. В этот раз было сильнее, может быть, потому, что без физической составляющей. Не меня же пороли.

– Да… – растерянно согласился Джей. – Не тебя.
Он перевел вопросительный взгляд на Лиама и нахмурился. Он всегда так выглядел, когда пытался что-то понять и не мог.
– А почему вы так сделали? То есть, я имею в виду, почему не сделали?

– Да все нормально было, Джей, я не возражал, – быстро сказал Остин. Лиам на это только фыркнул, определенно не веря своим ушам.
– Ну да, ну да, это я сейчас не возражаю, – поправился Остин. – Когда я смотрел на вас из угла, я был сильно недоволен. Расстроился, конечно, что не получу то, чего ждал. Да какое там «расстроился»! Я просто… блин, слов таких нет, чтобы это передать!

Джей при этих словах издал короткий приглушенный стон и повернулся обнять его.
– Ну вот, теперь я чувствую себя сволочью, – невнятно проговорил он, уткнувшись Остину в плечо. – Как будто я что-то отнял у тебя. Прости. Я бы…

Сухой щелчок пальцев моментально заставил Джея поднять голову; Остин выпрямился и перевел взгляд на Лиама – его тело само отреагировало на короткий четкий звук, как на команду.
– Закончили?
Лиам произнес всего одно слово, но Остину кровь бросилась в лицо; он почувствовал, как горят щеки.
– Мне кажется, я уже сказал вам, что пока вы находитесь здесь, сессия не окончена. И что, пока вы здесь, я хотел бы обсудить с вами то, что происходило во время ее практической части, если угодно. Обсудить. А не сидеть тут и лить слезы друг над другом. Все, что случилось с вами в этой комнате, случилось так, потому что я так решил. Я хотел, чтобы все было именно так. Я, а не вы, так что заканчивайте терзаться виной.

Он встал со своего кресла и подошел к дивану; теперь он возвышался над ними, глядя на них сверху вниз. На диване хватило бы места всем троим, и Остину захотелось, чтобы Лиам сейчас сел между ними, обнял обоих, притягивая их к себе, и чтобы они какое-то время все втроем наслаждались приятной расслабленностью после сцены, касаясь друг друга и дыша в унисон. Нет, обсуждение – это тоже неплохо, и уж всяко лучше, чем то, что предлагал Найл, который, как выяснилось, только и хотел, что трахнуть их. Но все же было в этом какое-то отсутствие тепла, так же как и в этом доме – богатом, безликом и бесцветном. Остин напомнил себе, что они сами сказали Лиаму, что ничего такого от него не хотят, и что Лиам натурал, и ему, может, вообще неприятно их обнимать.

– Я понимаю, что это только начало, но вы должны мне доверять, даже если вам в какой-то момент покажется, что я поступаю несправедливо. То, что я Дом, не делает меня богом и не дает сверхъестественных сил, но давайте, на то время, что мы с вами находимся там, в кабинете, условимся, что они у меня есть, и что каждый из вас обязательно получит то, что ему нужно. У меня не будет любимчиков, и я никогда не оставлю одного из вас неудовлетворенным. Я слишком часто сам испытывал это чувство, так что у меня нет никакого желания поступать так с другими. Но это не значит, что я должен отказывать себе в удовольствии чуть-чуть поиграть с вами. Нас тут, знаете ли, трое, а не двое.

Лиам говорил немного раздраженно, но потом его черты смягчились, и он присел на журнальный столик перед ними. Столик, сделанный из цельного дерева, даже не скрипнул, но Лиам, по-свойски сидевший на столе, уже не казался Остину таким суровым.

– Да ладно, что у вас у обоих такой убитый вид? Я на самом деле очень доволен. С моей стороны, вы оба молодцы, все как я и надеялся… Хорошо, чутко реагируете… Играть с вами интересно… и непросто… Я понимаю, что сессия была очень короткая…

Остин тайком взглянул на часы на каминной полке – камин был, скорее всего, настоящий, но без единого пятнышка, видимо, его ни разу не разжигали – начало десятого. Они здесь всего час, а кажется, прошла вечность.

– Я просто не хотел слишком сильно вас нагружать в первый раз. – Лиам улыбался им и вообще выглядел расслабленным и удовлетворенным, и Остин вдруг с удивлением осознал, что они, скорее всего, выглядят так же. – Но мне понравилось.

Остин тоже непроизвольно заулыбался, хотя все еще находился в некотором замешательстве по поводу того, как вести эту беседу и какие тут правила.
– Ну… я рад. Я же могу это сказать?
– Можешь, конечно. – Лиам расправил плечи, как будто пытался незаметно потянуться. Интересно, как у него рука и плечо будут чувствовать себя наутро и не пожалеет ли он хоть на секунду о сегодняшнем вечере. Остин подозревал, что нет. – А сейчас я бы посоветовал вам поехать домой и отдохнуть. Я не собираюсь вам часто указывать, как проводить свое время, когда я за вас не отвечаю, но сегодня – считайте, что это очень настоятельная рекомендация.

– Мы так и сделаем, – пообещал Остин. – Я бы даже сказал, мы ничего другого и не собирались делать. Скорее всего, просто ляжем пораньше.

И займемся сексом. Или не займемся. Но последнее соображение Остин предпочел не озвучивать – учитывая обстоятельства.

– Вот и хорошо. Тогда давайте отправим вас домой. – Лиам встал и двинулся к выходу, и парни тоже поднялись и поспешили за ним. – Да, и подумайте, может быть, вы что-то хотите попробовать на следующей неделе. Я буду ждать вас в следующую пятницу в это же время. Если что-то изменится, сообщите.

– Да. Хорошо, конечно.

Остин даже удивился тому, как быстро они оказались на улице, а потом и в машине. Не то, чтобы Лиам их быстро выставил, просто у него самого было такое ощущение, что они движутся сквозь вязкий сироп.
По дороге домой оба молчали; только за пару кварталов до их улицы Остин спросил Джея, не надо ли чего-нибудь в магазине.
– Да нет… Я еще на неделе купил новую упаковку геля с арникой. Так, знаешь, на всякий пожарный.

Поднимаясь по крутой лесенке, ведущей в их квартиру, Остин почувствовал, как начинают болеть натруженные мышцы на ногах. Небось, пару-тройку дней теперь будут чувствоваться.

Они принялись стаскивать с себя одежду прямо на пороге спальни. Оба обернулись, когда что-то слабо звякнуло об пол, и Джей наклонился поднять пустую упаковку от таблетки, которую принял Остин.
– Я возьму, – быстро сказал Остин, забирая у него из рук блистер и надеясь избежать обсуждения этого вопроса, но Джей снова выхватил у него серебристый квадратик и прочел название.
– Валиум? Сбрендил?
– А что? Я нервничал! Лиам – это тебе не Патрик, а после всего, через что нам пришлось пройти…
– Я тоже прошел через это! Но у меня, блин, почему-то хватило ума не принимать таких вещей перед сессией!

Джей так редко по-настоящему сердился на него, если не считать обычных размолвок, как у любой пары, что Остин почувствовал себя неуютно.
– Он на меня никак не подействовал! В смысле, подействовал, но ничего плохого от этого…
– Да? А если бы тебе досталось то же, что мне? Ты знаешь, как он сильно бьет?! Даже рукой! А ты бы даже не почувствовал сразу, что тебе это слишком, а потом оказалось бы поздно. Или же ты должен был ему сказать, что ты принял. Ты просто обязан ставить своего Дома в известность о таких…

– Ага, я бы сказал, а он бы отказался проводить сессию!
– Ну и хорошо! – Джей плюхнулся в кровать, взмахнув в воздухе руками и ногами; его покрасневшие ягодицы на секунду мелькнули перед Остином, прежде чем он по самую макушку зарылся в одеяло, предоставив тому любоваться на съежившийся силуэт. – Лично я не уверен, что мне все это понравилось. Потому что, если ты спросишь меня, то единственный человек, который сегодня получил, что хотел, – это он сам.

– Тебе понравилось. И еще как, – твердо сказал Остин, который был решительно против того, чтобы Джей накручивал себя и обвинял Лиама.

Сначала ему показалось, что ответа он не дождется. Джей не ругался и не спорил – он уходил в себя. Удалялся в свой личный «конус молчания», как про себя называл это состояние Остин, который совершенно не мог этого выносить. У него дома всегда ссорились шумно, но зато быстро мирились, поэтому он абсолютно не понимал, что ему с этим делать.

Но Джей вдруг откинул одеяло и перевернулся, поморщившись, когда его ягодицы коснулись матраса.
– Мне – да, – тихо сказал он. – А тебе, Остин? Ты уверен, что тебе понравилось? Он ведь даже не прикоснулся к тебе. По крайней мере, не так, как ко мне.

Остин приложил кончики пальцев к подбородку, вспоминая, как держал его Лиам. По телу прошла судорога, по рукам побежали мурашки. Он потер руки, потом присел на кровать рядом с Джеем и мягко убрал волосы с его лица.
– Он все равно сделал так, что я тоже участвовал в этом. Как будто получал эти удары вместе с тобой. – Остин задумался, потом медленно продолжил, все еще пытаясь понять. – Поставил меня в углу, чтобы ему было на что смотреть, пока он занимался тобой… В этой позе… Блин, Джей, вот что меня торкнуло. То, что это для него, а не для меня… И даже не для тебя… Я понимаю, что это не то, к чему мы привыкли с Патриком. Патрик, он всегда старался делать то, чего хотели мы, но мне так понравилось больше.
– Я не понимаю, – сказал Джей.
– Я тоже, – вздохнул Остин и забрался под одеяло. – А жаль… С другой стороны – это работает, так может, мне и не обязательно понимать, как именно.
– Ты же не любишь, когда тебе что-то неясно.

Остин повернулся на бок и поцеловал Джея, просто коротко чмокнул в губы, но это получилось как-то несерьезно, и он снова потянулся к нему. Второй поцелуй вышел медленным, и губы Джея чуть шевельнулись в ответ.
– Не делай так больше, ладно? – Джей серьезно посмотрел ему в глаза. – Не пей валиум.
– Не буду, – согласился Остин, почти не покривив душой. Все-таки бывают ситуации, когда невозможно оставаться полностью честным, даже с Джеем. – Да там доза была крошечная, так, чуть напряжение снять.
– Мне плевать, какая там была доза! Этого просто нельзя делать. – Джей чуть поколебался. – Если ты опять это сделаешь, я сам скажу Лиаму.

При этих словах Остин широко распахнул глаза. Пожалуй, Джей нашел максимально действенную угрозу, и у него внутри все сжалось при мысли о том, как Лиам отреагирует на подобное сообщение.
– Хорошо, хорошо. Не буду.
– Честное слово?
Застигнутый врасплох, Остин промедлил с ответом чуть дольше, чем нужно, так что теперь самое пламенное обещание прозвучало бы сомнительно.
– Ладно, – вздохнул Джей.
– Честное слово! – Остин просто не мог слышать разочарование в его голосе. – Я не буду ничего принимать перед сессиями, честно. Я бы, может, и так не стал. Просто последние недели тяжелые выдались.
– Ну, теперь, по крайней мере, у нас есть человек, который знает, что делает. – Джей чуть поерзал, прижимаясь к Остину, и тихо охнул. – Задница болит зверски.
По его тону можно было не сомневаться, что последнее обстоятельство – это плюс, а не минус.

Остин провел ладонью по его спине вниз, туда, где кожа все еще была гораздо горячее, чем вокруг.
– Кипяток. Яичницу можно пожарить, – подтвердил он.
– Так классно было, – прошептал Джей ему в шею. Его член уже полностью стоял, головка настойчиво и нетерпеливо тыкалась Остину в живот. – Я так не хотел одеваться… хотел тебе отсосать… Или чтоб ты меня трахнул прямо там, в кресле…
– Он догадывался, – сухо сказал Остин. – Поэтому и сказал нам поторопиться.
– А у него тоже встал, – вспомнил Джей. – Заметил?

Заметил.

– Наверно. – Остин опустил руку и выровнял собственный ствол, чтобы тот соприкасался с пахом Джея. Оба начали медленно раскачиваться друг относительно друга, входя в спокойный необременительный ритм. Надолго их, конечно, не хватит, и очень скоро они будут с силой тереться друг о друга, скребя кожу ногтями, кусаясь и целуясь, и, задыхаясь, шептать ласковые слова вперемешку с непристойностями – их привычный разговор «не для чужих ушей»; но пока им было хорошо и так. – Он сейчас, небось, дрочит на нас…

– Натурал, блин... – Джею, кажется, понравилась эта мысль, судя по тому, как он прикусил Остину плечо. – Члены наши ему не нравятся… только задницы…
– Ну и что? Это же не значит, что он не…
– Ты же понимаешь, что я хочу сказать. – Джей влажно лизнул его ухо широким мазком. – Он там, блин, стоял, смотрел на тебя… ты весь голый… и с таким стояком… а он даже не притронулся. Или натурал, или псих. Третьего не дано. А я так хотел тебя, Остин… Я же сказал ему, что я хочу, помнишь?

– Чтобы я засунул член тебе в горло и придушил… – Остин с нажимом провел костяшками пальцев по его ягодице, вызвав глухой стон, в котором причудливо сочетались боль, благодарность и обожание. – Вот гад… Я там чуть не бросился к тебе без разрешения …

– А давай сейчас… хочешь? – Джей выгнулся, прижимаясь к нему бесстыдно и жадно. – Ну пожалуйста, Остин! Дай мне в рот… выеби... поимей... используй… пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста

Остин не знал, кем надо быть, чтобы отказаться от такого щедрого и страстного предложения. Он со стоном надавил на плечи любовника, заставляя его сползти по кровати вниз, и уже в следующую секунду его член с готовностью обхватили теплые губы.

– Ого, как тебя накрывает, – нежно прошептал ему Остин. – Я так с ума сойду, ты понимаешь, нет? Да-а, и зубами хорошо-о-о…

Он закрыл глаза, чтобы сосредоточиться на том, как его касаются язык и губы любовника, но тут же открыл их снова, чтобы видеть лицо Джея, его спутанные волосы, линию носа, которая как будто указывала как раз туда, где у Остина ныло и горело. Чтобы посмотреть, как набухшая головка проталкивается между губами Джея, скользит глубже, и еще глубже, сильнее растягивая ему рот. Он вскрикнул от неожиданности, когда зубы опять проскребли по нежной коже, и опустил руку вниз, крепко прихватывая Джея за волосы.

– Давай, расслабь горло, – с трудом выдохнул Остин. – Я сейчас… сам буду трахать… глубоко…

Его бедра непроизвольно дернулись вперед, и Джей рефлекторно сглотнул, мягко сжимая горлом его член, до одури сладко и приятно. Остина затрясло. Крепко удерживая голову любовника за волосы, он толкнулся еще раз и чуть не кончил в ту же секунду, когда Джей поднял глаза и посмотрел на него. С таким взглядом он казался какой-то фантастической секс-игрушкой, причем разработанной специально для Остина – настолько идеально она подходила именно для его тела – и всегда готовой исполнять его прихоти. Остин никогда никого не любил так, как Джея, и сомневался, что хоть когда-нибудь сможет полюбить кого-то сильнее.

Ему уже до смерти хотелось кончить; но, если он кончит сейчас, то потом обязательно пожалеет, что упустил шанс побывать в горячей нашлепанной заднице Джея. Он позволил себе сделать еще несколько толчков, сжимая зубы и пытаясь удержаться, чтобы не войти уж слишком глубоко, заставив Джея давиться или задыхаться. Хотя это вряд ли произойдет в любом случае.

– Как же я тебя люблю… – сказал Остин. – Теперь хочу тебя трахнуть, скажи «да», скажи «да»!

Может, это и не лучший способ уговаривать, но Джей придушенно выдохнул, соглашаясь, и уже переворачивался на спину. Еще пара секунд ушла на то, чтобы смазать обоих, и Остин не останавливаясь приставил член к его анусу и толкнулся внутрь. Остин даже не знал, с чем сравнить невероятное, непередаваемое ощущение тугой горячей задницы Джея, плотно охватывающей член. Ему даже было слегка жаль Лиама, который никогда в жизни этого не испытает.

С другой стороны, сам Остин вряд ли смог бы когда-нибудь с кем-нибудь поделиться своим Джеем. Нет, Лиама все же не настолько жаль.

И тем не менее, Лиам, хотя его и не было сейчас рядом с ними, тоже в какой-то мере участвовал в происходящем; Остин вдруг понял это, медленно продвигаясь глубже. Его сцена завела их обоих, породила в них это дикое желание; его рука привела задницу Джея в такое состояние, что, когда он закинул ноги Остину на плечи, пытаясь получить его член глубже, даже легчайшее прикосновение руки к саднящей коже заставляло его жалобно скулить.

Сам же Лиам сидел сейчас один в своем огромном доме, гулком и пустом – ни книг, ни цветов, ни разбросанных вещей, по крайней мере, в тех комнатах, которые видел Остин, – и, видимо, в одиночку наслаждался послевкусием того, что они делали.

Остин скользнул рукой по ноге Джея и ухватил ладонью ягодицу, на этот раз крепко и уверенно.
– Тут завтра синяки будут. Такие, знаешь, мелкие фиолетовые крапинки под кожей.
– Прекрасно. – Джей широко улыбнулся, обнажив зубы. Он опустил руку себе на член, обхватывая его кольцом из пальцев, так что наружу торчала только выпуклая пылающая головка, такого же глубокого цвета, как его зад.

Остин остановился и шлепнул Джея по руке:
– Не-а.
– А ты не командуй. – Джей показал ему язык. – Ты тут не Дом.

Остин усмехнулся – он совершенно не обиделся. А вот попробовал бы Джей разочек так ответить Лиаму… Да, теперь у них есть человек, способный держать их в узде, хоть на пару часов в неделю. Да им и не нужно было больше. Им не требовалась постоянная опека, не нужно, чтобы кто-то контролировал каждый шаг – только те драгоценные минуты, когда они могли стоять перед кем-то на коленях и говорить «да, сэр!».

– Нет, но зато я сверху, и мой член, как бы, у тебя в заднице! – Он пару раз резко и беспорядочно двинул бедрами, напоминая о себе. – Хочешь, сыграем в игру?
– Блин, только не в «Монополию»!

Остина передернуло – он даже на секунду отвлекся от своего члена, который все настойчивее требовал двигаться. Вечера за настольными играми были в их доме семейной традицией, но Джею определенно не понравилось играть с Эйприл, которая нагло жульничала. «Малышка» очень любила выигрывать.

– Да нет. В «Саймон говорит». Только немножко изменим. Знакомого Саймона у нас нет, зато есть…
Ему даже не потребовалось продолжать.
– Ой не-е-ет, ты с ума сошел… – протянул Джей, при этом послушно убирая руку с члена в ожидании команды.

Остин пару раз качнул бедрами вперед-назад, обдумывая, что бы ему такого велеть сделать.
– Та-ак, Лиам говорит… давай, дотронься до себя опять, но только одним пальцем. И медленно.
– Я прямо слышу, как он это говорит… с этим своим прикольным акцентом… Мог бы уже и избавиться от него, столько лет здесь живет…

Джей провел пальцем по всей длине, от яичек к головке, скользя по коже медленно и плавно. Остин прямо восхитился такой выдержкой.
– Хорошо… О господи, до чего ж ты тугой, как будто тебя полгода никто не трахал… Так, теперь головка. Обведи по кругу.

Джей не задумываясь выполнил приказ, размазывая пальцем капельки собравшейся там влаги.
– Ага! – радостно завопил Остин, со всей силы шлепая его по заду – штраф, конечно, несерьезный, кто бы спорил, – и отрицательно покачал головой. – Я не сказал «Лиам говорит»!
Он тяжело дышал, как после бега, пытаясь бешеным усилием воли задержать свой оргазм и отвлекая себя игрой.

– Ты просто вредный! – Джей откинул голову, поднимая подбородок и открывая шею – жест, в котором читались одновременно покорность и вызов. – Давай, повредничай так еще. Вот так, чтобы твоя рука там, где была его…

– Он сказал, ты развратник, – проговорил Остин, вспоминая, как его член дернулся от слов Лиама (уточнять, кто он, не понадобилось). – Да он просто еще не видел, как тебя накрывает по-настоящему. Он, небось, и слов-то таких не знает…

– Давай еще играть, – потеребил его Джей.
– Что?.. – Остин уже двигался в нем размеренно и ровно, с каждым толчком ощущая, как напрягаются стенки тесного туннеля, нежно сжимая его, не давая сосредоточиться ни на чем, кроме лежащего под ним Джея. Кожа его в месте их соприкосновения была горячей и влажной, и Остин с удовольствием вдыхал исходящий от нее резковатый аромат пота и желания. – А… Лиам говорит… ммм… соски. Сожми один, сильно сожми.

– Да. Да-а-а… Это хорошо, это мне нравится… – Джей прикрыл глаза, а его длинные пальцы ухватили сосок и потянули. – Надо было, чтобы он тебе еще зажимы одел, когда ты там стоял в углу…

– Ох, бли-и-ин! Да, точно, зажимы… – Остин содрогнулся и тут же сбился с ритма. Соски вдруг дернуло фантомной болью – как будто их действительно все это время промучили злые металлические «челюсти». Терпение его было на исходе.

– Лиам говорит, засунь два пальца в рот. И соси, как сосал мой член. Намочи так, чтобы с них капало…

Последняя команда, наверное, уже не считалась по правилам игры, но Джей в любом случае уже выполнял первую, засасывая два пальца в чудесное влажное тепло.

– А теперь засунь их в меня, – нетерпеливо сказал Остин, чувствуя, как все мышцы напрягаются перед неминуемым оргазмом. – Сзади, Джей. Протяни руку. Мне в задницу, давай, ну чего ты ждешь, ну Джей…

– А ты не сказал «Лиам»! – сообщил Джей и звонко шлепнул его сбоку.
– Да и хрен с ним! – Остин сжал его ягодицы; Джей заскулил и дернул бедрами вверх.
– Ай! Блин, блин, Остин, больно! Лиам… как он рукой… бля, он классный…

От всего этого – от голоса Джея, от его слов, от его задницы – у Остина мутилось в голове. Он затрясся, но остановил движение бедер и произнес:
– Лиам говорит, засунь в меня пальцы, Джей. Пожалуйста. Пожалуйста

Угол был неудобным, Джей протянул руку и сбоку воткнул в него кончики пальцев, растягивая ставшую невероятно чувствительной кожу, задевая нервные окончания. Остин взвыл от этого коктейля удовольствия и боли и рванулся вперед, глубоко входя в любовника, теряя последние остатки самоконтроля. Его член запульсировал в тесноте тела Джея, рот приоткрылся, а зубы вцепились в крепкую мышцу на его плече.

Это было лучше, чем все, что с ним происходило в последние месяцы.

С большим трудом он приподнялся над Джеем, все еще не выходя из его тела, и с усилием выдохнул:
– Теперь ты. Лиам говорит, можешь кончить.

Джей задвигал рукой так быстро, что она превратилась в расплывчатое пятно, – раз-два-три-четыре – и вскрикнул, выстреливая первой белой струйкой аж до груди. Капли попали на покрасневший сосок, который он сжимал до этого; он зажмурил глаза и приоткрыл губы, продолжая содрогаться всем телом. Остин обожал оставлять член внутри Джея, пока тот кончал, и ощущать сжимающие его волны; обожал смотреть на Джея, когда он открывал глаза после – взгляд все еще рассредоточенный и мутный, а тело податливое и расслабленное, как будто из него вынули все кости.

Через пару минут Остин осторожно вышел и повалился рядом на кровать, благодарно вытягиваясь на удобном матрасе.

– Хорошо? – Это было все, на что его хватило.
– Ага. Лучше не бывает. – Джей моргнул и улыбнулся ему.
– Это точно.
___________
«Валиум» - сильнодействующий транквилизатор, то же что «Реланиум» или «Седуксен».
«Саймон говорит» (англ. Simon Says) – детская игра, в которой ведущий отдаёт остальным игрокам команды, которые должны начинаться со слов «Саймон говорит…», в противном случае их исполнять нельзя, и, если кто-то из игроков сделает это, он выбывает.

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: Калле, Georgie, KuNe, Жменька, Блэки, Betsy, Mari Michelle, Kind Fairy, Peoleo, Kota, integra_home, Alexandraetc, bishon15, Cassi, moi, Aneex, Анхэна, Marchela24, turinap, Cherka, HopelessBlonde, verle69, Юца, Fuku, Эмилия

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
24 Окт 2015 14:54 - 25 Апр 2016 17:26 #38 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей", 6-8/23, upd 24.10.15
Глава седьмая
– Это что еще такое?!

Джей стоял у стеклянных дверей и смотрел в сад. Над патио как раз зажегся свет – видимо, пробегавшая мимо чужая кошка заставила сработать датчик движения; перепуганное вспышкой животное на секунду замерло, огромные глаза мелькнули по ту сторону стекла. Сад Джею не нравился. Скучный. Лиам нанимал кого-то ухаживать за газоном и подстригать невысокую живую изгородь, и только. Каждый раз, когда они приезжали сюда, уже было темно, но очень скоро дни станут длиннее. Тогда, может, он посадит тут что-нибудь поинтереснее. Ну, или наймет кого-нибудь.

Джей подошел к Остину, стоявшему у кухонного стола, и протянул руку к коробке, которую только что открыл Лиам.
– Это? Это пробка. Мне.
И между прочим, ему стоило большого труда удержаться и не попробовать покупку, прежде чем отдать ее Лиаму. Такой большой у него еще никогда не было, да еще с тремя рельефными кольцами. Эта штука обещала массу разнообразных ощущений. Джей мечтательно провел по ней одним пальцем, затем постучал по лежащей рядом второй игрушке.
– А это шарики. Остину.

– Спасибо, Джей. Об этом я как-то догадался. – Лиам все смотрел на содержимое коробки так, как будто не мог поверить своим глазам. – Объясни мне только, ради бога, почему она такого ядовито-зеленого цвета?! А вот это розовое вообще напоминает зубной протез.

– Они были со скидкой, – объяснил Остин, облокачиваясь о кухонный шкафчик. – Семьдесят процентов.
– Ну и что?

Джей посмотрел на Лиама с упреком. Лиам им, конечно, с первого дня однозначно дал понять, что сессия считается открытой, как только они входят в дом, то есть вежливое и уважительное обращение к Верхнему является обязательным. Это помогало Джею войти в нужное психологическое состояние еще до того, как он раздевался, но блин, это же не значит, что Верхний при этом может вести себя, как неблагодарная скотина.

– Это, как бы, наш… – «Подарок» прозвучало бы нелепо, поскольку анальные игрушки предназначались не Лиаму. – …вклад, – сказал Джей. – Вы все покупаете сами, но мы же знаем, сколько эти вещи стоят, мы видели в Интернете. Вы столько на нас потратили за этот месяц, ну, мы тоже хотели как-то поучаствовать. Мы знаем, как для вас важно, чтобы цвета отличались, и то, что вы любите красный и черный, я тоже знаю, но честное слово, какая разница, какого оно будет цвета у меня в заднице?

Остин из-за плеча Лиама делал ему страшные глаза и беззвучно просил немедленно заткнуться, но это надо было сказать.
– Для меня разница есть, и это все, что тебя должно волновать. – В любезном тоне Лиама проскальзывали грозовые нотки, от которых Джея бросало в дрожь. – Я оценил ваше желание поучаствовать в расходах. В этом нет необходимости, поэтому делать этого больше не следует. Мои доходы на порядок выше того, что вы зарабатываете вдвоем, а даже если бы это было не так, я надеюсь, вы оба помните, что здесь мое слово – закон.
– Да, сэр! – В словах Лиама не содержалось вопроса, но Остин все-таки предпочел ответить.
– Вот и отлично.

Лиам снова перевел взгляд на коробку.
– Ну, не то чтобы нам обязательно нужно было прямо сегодня их пробовать… – с надеждой проговорил Джей.
– Спасибо, я понял. – Лиам закатил глаза и повернулся к Остину. – А он у нас здорово научился изображать святую невинность, да?
– Я не изображаю! – запротестовал Джей.
– Да, ничего так, – сказал Остин.

Вдруг он нахмурился и потянулся в карман за телефоном.
– Черт, это у меня. Извините, ради бога. Небось, поставил на вибрацию, а не выключил. – Остин взглянул на экран. – Это Эйприл. Я сейчас.

Он отвернулся, отвечая на звонок.
– Младшая сестра, – объяснил Джей.
– Я помню.
Джей не сразу сообразил, почему у Лиама вдруг сделался такой озабоченный вид, – пока не посмотрел на Остина и не увидел, как тот напрягся.

– О господи, за что? Твою мать! Что ты сделала? – переспросил Остин одновременно встревоженно и рассерженно. – Хорошо. Да, хорошо. Я сказал, хорошо! Через пятнадцать минут. Просто молчи и не делай глупостей. Больше не делай глупостей.

Остин нажал на «сброс» и с несчастным видом повернулся к остальным.
– Мне сейчас придется уехать. Сестру забрали в полицию. Кто-то должен за ней приехать в участок. Простите…

Он проговорил это, опустив голову и глядя в пол, в одну точку где-то в районе ботинка Лиама. Джей, недоумевая, что же такого Эйприл могла натворить на этот раз, уже шагнул к нему, чтобы обнять, но Лиам жестом остановил его. Он сам подошел вплотную к Остину и взял его рукой за подбородок.
– Посмотри на меня, – сказал Лиам, и мальчик послушно откинул голову назад. – Все в порядке. Тебе не за что извиняться.

Лиам довольно быстро нашел определенные жесты и команды, которые имели особый смысл лично для каждого из них; для Остина как раз таким знаком были пальцы, уверенно сжимающие подбородок. Джей видел, как Остин замер, как будто не может сдвинуться даже на сантиметр, хотя на самом деле ему ничего не стоило освободиться. Если бы он хотел. Джей тоже никогда не дергался в сторону, пытаясь уйти от пальцев Лиама, когда тот с нажимом проводил ногтем по его соску, рассекая его надвое. Всегда один и тот же. Каждую сессию. Хотя бы один раз. Неожиданно. Без предупреждения. Совсем крошечная вспышка боли по сравнению со всем тем, что доставлял – нет, дарил – ему Лиам, но Джей от этого каждый раз дрожал и таял.

– Я должен уехать, – глухо повторил Остин. – Блять! Должен сейчас от вас уехать, когда я этого совершенно не хочу! Почему она все портит… – Он закрыл глаза, но не отодвинулся от Лиама. – Почему сейчас? Почему, мать ее, не в какой-нибудь другой день?!

Джею очень хотелось броситься к нему, но продолжать злить Лиама не стоило. Сессии, понятно, уже не будет, но что-то подсказывало ему, что слишком свободное поведение Лиаму все равно не понравится.

– Я думаю, она не в курсе, что у тебя были планы. – Лиам произнес эти слова спокойно и рассудительно, но Джей видел, что их Дом огорчен не меньше их самих. Всего пятая сессия, а для Джея они уже стали основным событием недели. Уйти от Лиама сейчас, когда он весь день на работе только и думал о том, что тот сегодня собирается с ними делать, стало не меньшей катастрофой, чем испорченная фигурка воина для макета, сдутая со стола на пол внезапным порывом ветра из окна. Грозный воинственный человечек, которого он так старательно создавал, лежал на полу сломанный и жалкий, но у Джея был Остин, всегда готовый посочувствовать и утешить. У Лиама не было никого. А если кто-то и был, то Джею об этом было неизвестно. То ли его туманные планы с кем-то встречаться так и не материализовались, то ли он просто решил не делиться с парнями этой информацией.

– Да ей бы в любом случае было плевать. – Остин наконец сдвинулся с места и отступил назад с застывшим лицом. – О господи, мать с ума сойдет, когда узнает…
Он протянул руку и прикоснулся к локтю Лиама.
– В любом случае, я прошу прощения. Вы имеете полное право на меня злиться, но… я не могу бросить сестренку. Может, ее и стоило бы разочек проучить – пусть бы сама выпутывалась, но, если я за ней не приеду, она позвонит матери, а это уже совсем ни к чему.

– Я не злюсь, – удивленно возразил Лиам. – Конечно, меня это не радует, но я понимаю, что тебе надо поехать и разобраться.

– Я еду с тобой, – сказал Джей, и они оба повернулись к нему – Остин резко, явно собираясь возражать, а Лиам спокойно, понимая, что возражения бесполезны. – Я серьезно. Я не могу и не хочу отпускать тебя туда одного.

– Ты… мог бы остаться. – Остину наверняка было тяжело это говорить, но он продолжил. – Может, я еще успею вернуться. А если это затянется, может быть, Лиам сможет отвезти тебя домой после…
– Нет, – твердо сказал Лиам. – Это не обсуждается. То есть, я, конечно, могу отвезти тебя домой, Джей, но, если у нас кого-то нет, сессии не будет.
– Ну вот, теперь я чувствую себя еще хуже, – скривился Остин. – Мало того, что мне приходится уехать, так еще и Джей…
– Все равно без тебя это будет уже не то, – утешил его Джей.

Все трое замолчали; Остин, казалось, хочет, но не решается что-то сказать.
– Лиам, а вы… – очень тихо начал он наконец. – Если вы не против поехать с нами…
– Я вам только помешаю, – быстро отказался Лиам, и Джею захотелось на него заорать, потому что Остину явно было обидно. – Это семейное дело… а я не член семьи.

– Ладно. – Остин кивнул и посмотрел на Джея. – Пошли. Лиам, мне, правда, очень жаль. Я потом позвоню, расскажу, чем кончилось.

И он пошел к двери надевать ботинки. Лиам примирительно посмотрел на Джея.
– Ему не за что чувствовать себя виноватым. Я все понимаю, правда. Скажи ему еще раз, Джей. Так, чтобы он понял.

Трудно было продолжать злиться на Лиама, когда он так искренне переживал за Остина, но Джей уперся.

– Сами скажете, – сказал он, выходя следом за Остином.
***
По дороге в участок Джей молчал, никак не комментируя то, что Остин серьезно превышает скорость, пока тот не проехал на желтый в момент, когда он уже практически стал красным; это как-то уже выбивало из равновесия.
– Не гони, а? Подождет еще пару минут, ничего с ней не случится. Что там произошло?
– Я знаю только то, что она мне рассказала по телефону, – сказал Остин, давая понять, что он не очень-то поверил Эйприл; скорость он, однако, сбросил. – Говорит, задний габарит у нее не горел, но тогда они бы просто сделали ей предупреждение и отпустили.
– Н-да, значит, что-то еще натворила.

– Лиам разозлился, да? – Остин явно хотел, чтобы его переубедили, и Джей охотно этим занялся.
– Не думаю. – Он решительно покачал головой, отчего длинная сережка в виде крылатого дракона в его левом ухе начала раскачиваться, стукаясь сбоку о шею. Джею нравилось ощущать ее тяжесть, но, если бы они все-таки остались на сессию, Лиам заставил бы его снять украшение. «Вы приходите ко мне голыми и таковыми остаетесь, за исключением вещей, которые на вас надеваю я», – холодно отчеканил Лиам, когда Джей попробовал поспорить с ним по этому поводу пару недель тому назад.
– Да нет, точно нет. Он расстроился, конечно, как и мы с тобой, но это не конец света.

Джей поерзал по сиденью, пытаясь почувствовать хотя бы легкую резь от шести ровных темных полос на ягодицах, оставленных Лиамом на прошлой неделе, но, хотя в тот момент он почти перестал дышать от обжигающей боли, сейчас отметины уже практически сошли.
– Может, попробуем перенести на завтра?

– Вряд ли. Он любит, когда все четко по расписанию. Придется ждать.

Джей готов был придушить Эйприл, и не только за испорченный вечер. Одно это не заставило бы спокойного и уравновешенного Остина так переживать – понятно, что и у Лиама, да и у кого-то из них могут возникнуть непредвиденные обстоятельства. Подавленность Остина, безысходность в его голосе имели более глубокую причину.

– Н-да. Тогда поехал бы с нами, что ли…
Остин только пожал плечами, сворачивая на парковку недалеко от полицейского участка.
– Зачем? Он же не адвокат. Он юрист по корпоративному праву или кто он там…
– Просто был бы рядом. Для моральной поддержки.

– Он на это не подписывался. – Остин выключил зажигание. – Тормозни меня, если я начну на нее орать, ага? А то будет только хуже.

Джей первый раз приехал сюда с Остином, но сам Остин был в участке не впервые. Офицер, дежуривший на входе за стеклом, впустил их, как только он назвал себя.

– Здравствуйте, – поздоровался он с полицейским, вышедшим им навстречу. – Я приехал за своей сестрой, Эйприл Фишер.
– Да-да. Офицер Петерсон. Вашу сестру задержал не я, но мой коллега сообщил, что она пыталась оказать некоторое сопротивление.
– Она может. Она что, проехала на красный или что?
Петерсон покачал головой.
– Изначально она была задержана за неисправность одного из задних габаритных огней, но потом мы пробили ее по базе и обнаружили несколько неоплаченных штрафов за парковку. Вам придется заплатить штраф, чтобы забрать ее. Она пыталась расплатиться кредиткой, но карточка не прошла.

Остин только вздохнул. Похоже, его все это совершенно не удивляло.
– Сколько?
– Шестьсот восемьдесят долларов.
– Сколько?! Это где, блин, она парковалась? – начал Остин, но прикусил язык. – Извините. Я понимаю, что вы тут не при чем.

– Похоже, ваша сестра предпочитает парковочные места для инвалидов, – сказал Петерсон. – Потом, счета сильно просрочены, там уже пени набежали, сами понимаете.
Он указал на другого офицера, который сидел в глубине помещения. Там же сидела и Эйприл с недовольным лицом.

– Я даже не буду ее спрашивать, – начал Остин, обращаясь, в основном, к Джею, – почему она не может ставить машину на обычных местах. Или какого черта она не оплачивает свои штрафы сразу. И даже как можно быть такой идиоткой.

– Ну что ты так долго?!
Эйприл подошла к ним, зло сверкая глазами.

– Это мне вместо «спасибо» за то, что я вообще за тобой приехал? – Остин посмотрел на Петерсона. – А что будет, если мы не заплатим штраф?
Тот пожал плечами.
– Она проведет выходные в участке и в понедельник будет общаться с судьей. Машину эвакуируют на штрафстоянку.

Недовольство на лице Эйприл сменилось паникой.
– Остин! Не оставляй меня здесь!
– Я ничего не могу сделать. У меня нет таких денег. Мать с ума сойдет. Как она без машины? И другую ей взять негде и не на что.

– Я заплачу, сколько там нужно, – произнес знакомый голос. Джей обернулся. Лиам выглядел удивительно неуместно в дверях полицейского участка. – Вы принимаете карточки, я надеюсь? У меня вряд ли с собой достаточно наличных.

– Лиам? Что вы… – Остин покачал головой. – Неважно. Нет. Не вздумайте.

– А это что еще за хрен с горы?

Джей пронаблюдал, как Лиам чуть повернул голову, ровно настолько, чтобы Эйприл оказалась в поле его зрения, и неторопливо оглядел ее с ног до головы. Интересно, как она ему? На самом деле у Эйприл были такие же светлые волосы, как у ее брата, но она так много их перекрашивала – в данный момент она была жгучей брюнеткой с ярко-лиловым мелированием, – что они превратились в неопрятную массу с секущимися концами. На ней были черные брючки под кожу и куцая рваная майка, а ее шею и запястья украшала целая тонна серебристых цепей и цепочек. Объективно, она, наверно, считалась привлекательной – маечку откровенно натягивала высокая пышная грудь, а капризно изогнутые губки так и напрашивались на поцелуй. На одну ужасную секунду Джею даже показалось, что Лиаму она нравится. А что – Доминант и «плохая девочка», вполне логичное сочетание. По крайней мере, в его кошмарах.

Но Лиам уже отвернулся от Эйприл – так же невежливо, как она к нему обратилась, – и Джей выдохнул с облегчением. Глупо, конечно. С чего бы Лиаму… нет. Ни за что. Эту мысль следовало начисто стереть из памяти.

– Сколько? – Лиам обратился к офицеру скучающим тоном, но вежливо.
– Я спрашиваю, кто ты такой? – громко и пронзительно повторила Эйприл, хватая его за локоть и пытаясь развернуть к себе.

– Не трогай его! – прошипел Остин сквозь зубы. – Если бы не он, ты бы провела эту ночь в кутузке, хотя я продолжаю считать, что он не должен оплачивать твои штрафы! Извините ее. Она не в себе, – добавил он, бросая затравленный, виноватый взгляд на Лиама.

– Не извиняйся за нее, – сказал Лиам.
– Шестьсот восемьдесят долларов. – Петерсон указал ему на стойку, где можно было оплатить штраф. Остин пошел вместе с ними.
– Я серьезно, Лиам. Не надо платить за нее. – Остин говорил еще более расстроенно, чем до этого. – Пожалуйста. Не надо.

– Остин, я не хочу здесь оставаться! – заныла Эйприл, и по щекам ее как по команде потекли слезы, черные от косметики. Она потянула брата за рукав. – Ты же не оставишь свою сестренку в тюрьме…

Остин резко развернулся к ней.
– Ах ты дрянь! Безответственная эгоистка! Ты можешь хоть на минуту заткнуться и дать мне подумать?!

Эйприл моргнула, потом широко открыла глаза; Джей видел, как эти глаза вспыхнули ответным гневом. В следующую секунду ее рука взметнулась вверх, целя брату в лицо.
– Мудак! – завизжала она. Ее ладонь с такой силой ударилась о его щеку, что его голова мотнулась в сторону. – Не смей так со мной разговаривать!

Офицер Петерсон схватил ее и не особенно церемонясь оттащил назад; у Джея мелькнула мысль, что, окажись он на месте полицейского, он бы еще не так ее поволок. Остин продолжал стоять, застыв на месте от шока. Джей приобнял его одной рукой, не обращая внимания на Эйприл. Петерсон что-то говорил второму копу; Эйприл же уселась на пол и громко зарыдала, раскачиваясь взад-вперед, как маленький ребенок. Остин вздохнул, высвободился из рук Джея, подошел и опустился рядом с ней на колени.

– Ладно тебе, не плачь, – сказал он, не прикасаясь к ней. – Все в порядке.

– Ты меня обидел! – рыдала Эйприл. – Я позвонила тебе, потому что ты единственный, кто может мне помочь, а ты меня дрянью обзываешь…

Остин беспомощно посмотрел на Джея. Щека у него покраснела в том месте, где его ударила Эйприл; офицер Петерсон что-то говорил о том, что он имеет право написать на нее заявление.
– Нет, – сказал Остин. – Нет, я не хочу на нее заявлять. Я хочу, чтобы ее выпустили… или как это называется.

Петерсон кивнул и взял у Лиама карточку, чтобы оформить платеж.
– Я же в любом случае не несу за нее никакой ответственности юридически, правда? – спросил он с сухой иронией. Он наверняка прекрасно знал ответ на этот вопрос.
– Нет. Только за платеж. – Петерсон протянул Лиаму бумагу, которую тот подписал, затем распечатал чек.
– А можно мне еще один экземпляр?

Получив копию чека, Лиам подошел к все еще сидевшей на полу Эйприл и бросил бумагу на пол возле нее.
– На. И постарайся не потерять. Другой ты от меня не получишь.

Эйприл посмотрела на него снизу вверх, сузив глаза. Никакой благодарности в ее взгляде не было. Джей всегда считал, что фраза «она думает, ей все должны» – так обычно говорили старики, когда им приходила охота побрюзжать – это как раз про таких, как Эйприл.

Конечно, девочка росла без отца; но, во-первых, она его никогда не видела и не могла по нему тосковать, а во-вторых, насколько Джей знал, мать и братья делали все возможное, чтобы окружить ее любовью. Джей вообще с недоверием относился к людям, которые наезжали на его бойфренда; но, даже если бы Эйприл и не обижала Остина, Джею она все равно не нравилась.

– Я третий раз спрашиваю, костюм. Кто – ты – такой?!

Лиам проигнорировал вопрос так, как будто Эйприл перестала для него существовать в ту секунду, когда он закончил с ней разговор. Его выдержка и хладнокровие Джея каждый раз восхищали – и да, возбуждали тоже.

– Вставай, – сказал Лиам Остину. Он не протянул руку – просто отступил назад, и Остин тут же поднялся, как будто приказ, отданный ровным безразличным голосом, вздернул его на ноги.

Джей подошел и взял Остина за руку. И плевать, если полицейские это заметили. Мэдисон – университетский город, здесь более свободные нравы, и даже полиция в целом более толерантна, чем в других местах. По крайней мере, в большинстве случаев. Хотя козлы, конечно, везде встречаются. Ну и хрен с ними.

Пальцы Остина еще дрожали, но заговорил он вполне твердым голосом.
– Езжай домой, Эйприл. Завтра поговорим. А сейчас – просто уезжай.
– Как скажешь, Большой Брат, – огрызнулась она, глумливо растягивая последние два слова для пущего эффекта, превращая их из констатации факта в оскорбление. Джей знал, как Остин ненавидит это прозвище, но Эйприл упорно продолжала его так называть, намекая на то, что он всегда следит за ней.
Всегда присматривает за ней – безусловно.

Она поднялась на ноги одним слитным чувственным движением и наградила всех троих презрительным взглядом.
– Тили-тили-тесто, жених и невеста! Тесто упало – одной невесты мало? – Она оглядела Лиама точно так же, как он до этого рассматривал ее. – Они тебе что, вдвоем отсасывают за деньги? И поэтому ты сюда прибежал?

– Эйприл, если ты сию секунду не заткнешь свой поганый рот и не уберешься отсюда, я за себя не ручаюсь. Я…
Лиам поднял руку, останавливая Остина.
– Я уверен, мисс Фишер именно это и собирается сделать.
– Я уйду, когда захочу, костюм, – заявила она с вызовом, однако быстро сдулась, увидев, как офицер Петерсон, нахмурясь, направляется к ней.

– Спаси-и-ибо, – глумливо пропела она и, потянувшись вверх к лицу Лиама, припечатала издевательский поцелуй, оставив липкий мазок ярко-красной помады у него на щеке. Остин сильнее сжал руку Джея, но промолчал – они оба знали, что единственный способ избавиться сейчас от Эйприл – это дать ей оставить за собой последнее слово. – Пока, хрен в костюме!

Когда она наконец вышла, Остин мученически вздохнул, и его хватка ослабла; Джей пошевелил онемевшими пальцами.
– Подождем пару минут, пока она машину заберет? Чтобы еще раз с ней не столкнуться, – тихо сказал он.

Лиам вытащил из кармана белоснежный носовой платок – если хлопок вообще можно отбелить до такого состояния – и потер то место, куда его поцеловала Эйприл. Отнял платок от лица, увидел на нем пятно и двинулся к ближайшей урне, чтобы его выкинуть. Остин и Джей поплелись за ним.

– Лиам, вы… не надо было этого делать. Тем более, она так по-свински себя вела. – Остин покраснел от стыда, но след от пощечины продолжал выделяться более темным пятном. Джею захотелось отмыть это пятно, так же как Лиам оттер ее помаду с лица. Удивительно, как она умудрилась пометить их обоих – нет, всех троих, потому что Джей тоже ощущал себя испачканным, как будто ее злоба и неприязнь могли оставлять грязные следы.

– Вообще-то, он не ей хотел помочь, – сказал Джей немного резче, чем следовало. – Правда? – Он повернулся к Лиаму.
– Блин, мне уже все равно, чего он хотел! Мне надо на воздух. – Он кинулся к выходу и выскочил на улицу, оставив Джея и Лиама вдвоем.
– Ему просто стыдно, – сказал Джей. – За нее. Он не чувствует признательности, потому что весь поглощен стыдом.

– Я так понимаю, она постоянно так себя ведет?
– В общем, да, – кивнул Джей. – Я пойду к нему, посмотрю, как он.

Остин стоял на улице, ссутулив плечи и прислонившись к каменной стене, то ли опираясь на нее, чтобы не упасть, то ли обдумывая, не развернуться ли и не двинуть ли как следует по этой стене кулаком. Увидев подошедшего к нему Джея, он выдавил из себя виноватую улыбку.

– О господи, я больше не могу. Испортила нам вечер, и как будто так и надо. Ну хоть бы какие-то слова сказала, оценила бы. А она думает… Блять, не знаю я, что она там себе думает! Как же мне надоело все это дерьмо, которое из нее прет! Я видеть ее больше не хочу!

Джей далеко не первый раз слышал этот монолог, но комментировать не стал.

– Зато Лиам приехал. И помог. Очень по-хорошему.
– Лучше, чем я заслуживаю, – сокрушенно сказал Остин.
Входная дверь распахнулась.
– Неправда, – невозмутимо возразил Лиам, подходя к ним. – Ну, ты как?

Остин пожал плечами и отвернулся, глядя в сторону парковки.
– Я привык. Она уже давно такая. Не знаю, почему.
– Вообще-то, я имел в виду, как твоя щека. – Лиам подошел ближе и повернул его лицо к свету. – Можно лед приложить.

Остин смотрел на Лиама так, как будто в нем заключался ответ на какой-то незаданный вопрос.
– Спасибо, – сказал он наконец дрожащим голосом. – За то, что заплатили штраф. Я все верну.
– Это необязательно. – Лиам провел кончиками пальцев по его щеке. – К тому же, это не твой долг.

– Но ведь Джей прав. Вы это сделали не ради Эйприл.
– Нет, конечно. – Лиам мягко улыбнулся, и Джей прикусил губу – столько нежности было в этой улыбке. – Ради тебя.

– Это уже слишком! – Остин отдернул голову и нелепо взмахнул руками – этот непроизвольное движение ясно говорило о том, насколько он выбит из колеи. Остин никогда не имел склонности к театральным жестам и чрезмерным проявлениям чувств. Джей, кстати, тоже. – Блин, я не могу! Эйприл. Вы. Сотни долларов псу под хвост!

– Это мои деньги, – напомнил ему Лиам – не самое тактичное замечание, с точки зрения Джея.
Остин зло сверкнул глазами.
– Вот именно. Ваши деньги. Мы вам недешево обходимся, сэр. Может, вам и стоит прислушаться к Эйприл и лучше платить за другого рода услуги. На круг дешевле выйдет.

Лиам какое-то время молча смотрел на него, потом повернулся к Джею.
– А на меня-то он почему злится?
Вопрос был задан вполне нейтральный, но Джей видел, что Лиам недоволен – и всей ситуацией, и Остином, и сорванными планами, и наверняка еще сотней вещей.
– Я же вам говорил.
– Да, говорил.

И, даже не оглянувшись вокруг, чтобы убедиться, что на них никто не смотрит, Лиам твердо взял Остина за подбородок и поднял его голову, заставляя посмотреть в глаза.
– Это не входит в наш договор.

– Сам знаю, – огрызнулся Остин – очень похоже на то, как до этого пререкалась с ними Эйприл, – и Лиам недовольно нахмурился. Но это длилось не больше пары секунд, потому что Остин прерывисто вздохнул… и подался к Лиаму.
– Простите меня, ради бога. Пожалуйста. Только не говорите, что все кончено. Только не из-за этого. Что мне сделать, чтобы вы не передумали? Я все сделаю. Все, что вы скажете. Пожалуйста, сэр. Только не это…
– Я это сделал не для того, чтобы ты остался мне должен или обязан. И конечно, я не собираюсь ничего отменять из-за этого. Одно с другим вообще никак не связано. Если тебе так будет удобнее – считай, что ничего этого не было, я согласен.
– Я так все равно не смогу.
– Тогда просто поверь мне: для меня эти деньги не имеют большого значения. Я тебе честно скажу, я вообще это сделал из чистого эгоизма. Мне не нравится, когда нам мешают, и я нашел самый простой способ избавиться от помехи, вот и все. А теперь я попрошу тебя кое-что сделать. Ладно? – Лиам говорил мягко и ободряюще.

– Все что угодно.
– Я хочу, чтобы ты сделал несколько глубоких вдохов и медленных выдохов и подумал, что для тебя сейчас будет лучше. Например, еще не поздно вернуться ко мне и провести сессию. Или мы можем все вместе чего-нибудь выпить и посмотреть кино. Или вы с Джеем можете поехать домой и провести спокойный вечер вдвоем. Скажи мне, чего ты больше хочешь.

В этот момент Джей боковым зрением отметил какое-то движение. Он перевел взгляд на дорогу как раз в ту секунду, когда мимо проезжала машина Эйприл – то есть, вообще-то, машина ее матери. Ее гадкая ухмылка подействовала на Остина как удар под дых – вид у него сделался совершенно убитый. И, как только она скрылась из виду, он резко повернулся к Лиаму.

– Я хочу поехать к вам. Можно?
– Раз я предложил это как один из возможных вариантов, то да, естественно, можно.

Жесткий тон определенно действовал на Остина лучше, чем ласка. Джей почувствовал прилив благодарности к Лиаму; от его прежнего недовольства не осталось и следа. Кроме того, он начал понимать, как неразумно с его стороны было ожидать, что тот будет вмешиваться в проблемы, никак не связанные с их отношениями. С другой стороны, то, что Лиам все-таки оказался здесь, грело ему душу. Так отчего-то казалось правильным, и дело было даже не в деньгах – да Джей с тем же успехом мог заплатить этот штраф своей кредиткой, просто чтобы избавить Остина от нападок Эйприл, и заплатил бы, если бы Лиам не предложил первым, – а потому что… потому что…

– Джей. – Лиам щелкнул пальцами, и этот звук, как обычно, мгновенно вернул Джея к действительности, а его внимание к Лиаму. – Так-то лучше. Все. Жду вас обоих до… у себя. Только не гоните. Я хочу, чтобы вы добрались в целости и сохранности. – Лиам коротко улыбнулся, сверкнув зубами. – Правда, не обещаю, что вы таковыми останетесь.

– Умеет красиво уйти! – сказал Джей, когда Лиам уехал. Остин неуверенно улыбнулся в ответ. – Ты точно хочешь к нему поехать? Я что-то сомневаюсь, что он нас на чашку кофе приглашает. Если мы к нему приедем, он захочет…

– Он захочет в точности того же, чего и мы. – Остин прямо посмотрел Джею в глаза. – А я сейчас хочу дофига и больше. Больше, чем обычно. А ты разве нет?

Он развернулся и пошел, не дожидаясь ответа, и Джею ничего не оставалось, как поспешить за ним, размышляя по пути о том, как Лиам справится с Остином в таком настроении. Хотелось надеяться, что справится.

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: VikyLya, Georgie, KuNe, Жменька, Блэки, Betsy, Mari Michelle, Kind Fairy, Peoleo, Kota, integra_home, Alexandraetc, bishon15, ruusunen, Cassi, moi, Aneex, Анхэна, Marchela24, turinap, Cherka, HopelessBlonde, Юца, Fuku, Sola, Эмилия

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
25 Окт 2015 00:52 - 15 Май 2016 21:51 #39 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей", 6-8/23, upd 24.10.15
Глава восьмая
Лиам возвращался домой не торопясь, прекрасно понимая, что, если он доберется намного раньше, чем Остин и Джей, ему придется чем-то себя занимать до их приезда.

Он и сам себе не мог объяснить, зачем все-таки поехал в участок, – уж точно не потому, что Остин заикнулся об этом. Это, уж скорее, заставило бы его принять прямо противоположное решение. То, что он делал или чего не делал, вообще не должно было зависеть от того, чего хотят или не хотят Джей и Остин. В этом был весь смысл. И тем не менее, ему становилось все труднее держаться в этих рамках. Он убеждал себя, что это нормально, это просто из-за регулярных сессий. Когда с людьми проводишь много времени, к ним привязываешься, это вполне естественно, разве нет? Особенно, если видишь у них живой отклик и получаешь от них столько удовольствия.

В доме за время его отсутствия ничего не изменилось. Он все приготовил еще перед их приездом, так что делать ничего не требовалось. Ну, вода в бутылках, которые он выставил на полках в кабинете, нагрелась до комнатной температуры. Ничего страшного.

– Лиам, я хотел сказать… – начал Остин, еще стоя на крыльце и не входя в дом, когда они приехали. – Сегодня такой сумасшедший день… В общем, если вы это предложили просто из вежливости или из жалости ко мне, и если вам лучше перенести сессию, то давайте перенесем. Я все понимаю.

По лицу Джея было видно, что он с этим не согласен, и Лиам очень не хотел подвести ни одного, ни другого. Им это было нужно – Остину, по крайней мере, точно – значит, от Лиама требовалось разобраться, что именно ему нужно и как ему это дать.

– Прекрати, – махнул он рукой, нетерпеливым жестом приглашая их войти.

Остин снял ботинки у входа и ни слова не говоря прошел в кабинет.
– Спасибо, – прошептал Джей. – Вы не представляете, как ему это нужно.
– Я представляю.

Когда Лиам и Джей вошли в кабинет, Остин был уже полностью раздет, его вещи были аккуратно сложены, а сам он стоял на коленях, сцепив руки за спиной. Лиам невольно залюбовался его обнаженным телом – с чисто эстетической точки зрения, конечно.

– Отлично, – сказал он. – Джей, а ты чего ждешь?

Джей в ответ взглянул на него с укором – так, придется с этим тоже разобраться, но позже – сейчас он хотел все свое внимание сосредоточить на Остине. У него как раз была для него новая игрушка, и он все ждал подходящего случая, чтобы ее достать. Ну, вот такой случай и представился.

– Остин, посмотри, – Лиам держал в руке огромный дилдо – самый большой из тех, что Остин когда-либо видел, слегка изогнутый и с расширяющимся основанием. – Я планирую опробовать эту штуку на тебе. Прямо сейчас. Я бы хотел услышать, что ты по этому поводу думаешь.

Остин облизал губы.
– Хорошо, – хрипло сказал он. У него была эрекция, и Лиам увидел, как на головке образовалась прозрачная капля. – Я хочу, чтобы вы это сделали, сэр.

– Еще бы ты не хотел, – пробормотал Лиам скорее себе под нос, чем в ответ Остину. Когда они с Джеем шли к кабинету, Лиам отчетливо ощущал его напряжение – а он часто использовал одного из них как барометр состояния второго, хотя мальчики об этом и не догадывались, – но оно спало, как только тот увидел Остина. Вообще, Лиам доверял своей проницательности и не нуждался в подтверждении верности решений, которые он принимал во время сессии; но его все равно странным образом успокоило то, что Джей не считает упрямую решимость Остина испытать пределы собственных возможностей поводом для тревоги.

Когда дойдет до дела, Остин может сколько угодно требовать больше – Лиам сам не позволит действию выйти за рамки того, что мальчик способен выдержать.

Тем не менее, гигантский фаллоимитатор ставил перед ними непростую задачу. Лиам провел по игрушке рукой, с удовольствием ощущая ее гладкую тяжесть в ладони и представляя, как эта штука будет смотреться у Остина в анусе, растягивая его сильнее, чем когда-либо до этого. Лиам уже спрашивал обоих, пробовали ли они фистинг; оба ответили отрицательно. Его даже развлекло то, как они украдкой обменялись взглядами, безмолвно спрашивая друг у друга, хочет другой это попробовать или нет. В любом случае, его решение не будет полностью зависеть от их желания. Он ни за что не стал бы этого делать против их воли, но и идти у них на поводу тоже не собирался. Игрушка была, конечно, меньше, чем его кулак и предплечье, но представляла собой большой шаг в этом направлении.

– А для меня такой у вас есть? – с откровенной жадностью спросил Джей. Он тоже уже разделся и стоял на коленях. Лиам с трудом подавил улыбку, хотя нахальство Джея его совершенно не радовало.

– Нет. Зато для тебя у меня есть большой кляп. И будешь сегодня любоваться на стену, пока я не разрешу тебе повернуться – когда ты наконец усвоишь, что нельзя подавать голос без разрешения, нельзя меня перебивать и нельзя пытаться предвосхитить или повлиять на то, что я делаю.

Если они решили, что он дал слабину, когда пришел им на выручку и разобрался с этой жуткой девицей, то они глубоко ошибаются. И чем быстрее он развеет их заблуждения, тем лучше. Сейчас им нужно было успокоиться; а лучший способ успокоить человека – не давать ему простора для беспокойства. Лиам собирался очистить их головы от любых посторонних мыслей, заставить их полностью сосредоточиться на том, что он с ними делает в данный момент. Он будет контролировать каждый их вздох, каждый шаг, каждое ощущение, пока не заполнит собою все, не станет всем.

И черт его возьми, если он не получит от этого массу удовольствия. Когда он сегодня понял, что его лишили возможности провести с ними эти несколько часов, он едва не вышел из себя – настолько, насколько такое вообще могло с ним произойти. Нет, он, конечно, злился не на своих мальчиков – только на дрянную девчонку. Когда она ударила Остина, его бешенство перешло в холодную ярость. То, что она сделала, заставило сработать не только его врожденный инстинкт собственника – это его не удивило, – но и совершенно непривычный инстинкт защитника – а вот это удивило.

Его мальчики. Напряженный, беспокойный Остин, вечно волнующийся за целую кучу людей. Джей с его дерзкими выходками – хотя с его неповиновением бороться было намного легче, чем с его мечтательностью, когда мальчик буквально уплывал куда-то глубоко внутрь себя…

Его мальчики. Его.

– Остин, лоб на пол, руки в том же положении. Зад вверх, колени в стороны, – отчеканил он, отходя к новенькому шкафчику в углу, в котором теперь хранилась их коллекция игрушек.

Джей не ошибся, утверждая, что Лиам немало тратит на эти вещи; но пока он еще не пожалел ни о едином потраченном пенни. Он покупал самое лучшее, избегая всяких навороченных новинок, которые заставляли его презрительно кривить губы. Или использовал обычные бытовые вещи – он обожал зайти в супермаркет и набрать целую корзинку предметов, которые должны были бы использоваться на кухне, в офисе, в ванной, но в результате оказывались здесь, в этом кабинете, предназначенные для Остина и Джея. Иногда он даже слишком увлекался. Как-то, мягко говоря, неловко оказалось расплачиваться на кассе за пару деревянных ложек, упаковку бельевых прищепок и стальное колесико для разрезания теста с полувставшим членом и красноречивым румянцем на щеках. Но покупка с лихвой окупила пару минут позора. Джей весьма занимательно дергался и взвизгивал, когда Лиам водил колесиком по его бедрам, но свести ноги ему мешала распорка…

Лиам краем глаза наблюдал за Остином, который плавно опустил голову на пол и принял указанную позу – кстати, довольно неудобную и унизительную. Остин не особенно любил унижение – в отличие от Джея, у которого при сильном возбуждении отпускало тормоза. Лиаму понадобилось несколько сессий, чтобы это оценить. Во время обычной сцены Остин бы еще подумал, прежде чем настолько непристойно выставить себя на обозрение; но сейчас он, похоже, радовался возможности продемонстрировать свою покорность и рвение.

Блядские деньги. Лиам взял с полки кляп и, подумав, добавил несколько прищепок. Джею, пожалуй, придется частично расплачиваться за то раздражение, которое у него вызвала эта подозрительная покорность Остина. Хотя основная расплата, конечно, ждет самого Остина.

У Джея широко распахнулись глаза, когда он увидел прищепки, однако на этот раз у него хватило ума промолчать. Он спокойно дал вставить себе кляп; в уголке его непотребно распяленного рта тут же показалась капелька слюны, а горло начало спазматически сжиматься.

– Молодец, – небрежно похвалил Лиам, погладив его по голове, как собаку, ероша ему волосы, прекрасно зная, что Джей это ненавидит и одновременно упивается этим. Он легко, как жонглер, перебросил прищепки из одной руки в другую.

– Плохо, что я не буду слышать твоих стонов, когда буду развешивать на тебе вот эти штучки. Та-ак, поглядим, сколько их тут у нас? Пять… Ну, две точно на соски, так что остается три… вот, например, внутренняя сторона руки рядом с подмышкой – там кожа очень чувствительна. А уж внутренняя сторона бедра… И кстати, там где-то рядом и яйца, и член…

Поначалу Лиам старался не прикасаться к их членам, но не потому, что не хотел – скорее, опасался нарушить установленные ими границы. С его точки зрения, когда они находились здесь, их тела принадлежали ему без остатка, так что он мог делать с ними все, что ему заблагорассудится. Но постепенно границы начали стираться. Лиам считал, что он вполне может одевать им кольца на член или подтягивать ремешки сбруи; это не считается прелюдией к сексу. Но теперь он стал иногда позволять себе взвесить в ладони чей-нибудь вставший орган или мягко перекатывающиеся яички. В этом тоже нет ничего такого. И то, что ему пару раз захотелось сжать руку и провести вверх-вниз по крепкой налитой плоти, сорвав с губ Джея или Остина очередной стон, его не настораживало. Это ничего не значило – у него и у самого точно такой же набор болтается между ногами, в конце-то концов.

Глаза у Джея сделались совершенно безумными; у него вырвался тонкий стон, почти неслышимый из-за кляпа, но он не сделал попытки отстраниться или хотя бы отрицательно покачать головой. Когда у него был заткнут рот, сигналом «стоп» служили три удара об пол – рукой, ногой или коленом, если он стоял на коленях. До сих пор ни Остину, ни Джею не пришлось воспользоваться ни стоп-словом, ни стоп-жестом, но Лиам был внутренне готов к тому, что сегодня это произойдет.

– Кроме того, я вижу, что ты продолжаешь приходить с серьгой в ухе, несмотря на неоднократные замечания. Я, кажется, ясно сказал: я хочу, чтобы вы снимали с себя все перед началом сессии.

Он резко выдернул украшение у Джея из уха и раздраженно отшвырнул в сторону (проследив глазами, куда оно упало, чтобы потом поднять).

– Пожалуй, я уже знаю, куда прицепить первую. Как раз вот сюда, – и Лиам больно щелкнул Джея по мочке уха. – Еще раз забудешь ее снять – и отправишься домой, а это значит, что и Остин останется без сессии, потому что наша договоренность действует, только когда вы вдвоем. Это понятно?

Джей отчаянно закивал головой.
– Надеюсь, что да. Так, куда бы… – Лиам сделал вид, что раздумывает, тем временем закрепив две прищепки на сосках Джея – мальчик прелестно заскулил и задрожал – и одну на упомянутом ухе. Еще две. Одну – на невероятно чувствительную кожу прямо под мошонкой (еще один жалобный стон), вторую – на тонкую нежную складочку как раз там, где головка члена соединяется со стволом. Лиам знал из прошлого опыта, насколько это нежное место; но обычная бельевая прищепка не сожмет кожу настолько, чтобы нанести какой-то реальный вред.

А вот больно будет адски, о да.

Удовлетворенно отметив, что Джею на какое-то время есть, чем заняться, Лиам вернулся к Остину, по пути захватив флакон со смазкой и низкий табурет. Так у него будет лучше упор, чем на полу, да и сидеть удобнее – что тоже немаловажно, если он хочет доставить и получить самые лучшие ощущения, какие только возможно. Он опустился на табурет и открыл лубрикант.

Лиам выдавил прохладного геля между услужливо выставленными полушариями и улыбнулся, наблюдая, как подергивается кожа, на которую он попал. Смазка потекла вниз блестящей серебристой ниткой, делая волоски темнее.

– Надеюсь, мне не нужно напоминать тебе, что ты должен сохранять полную неподвижность, – Лиам поставил флакон и провел пальцем по сжатому влажному отверстию, раздразнивая его, заставляя Остина дрожать.

Взял в руки дилдо, смазал его, полностью покрыв слоем скользкого геля – он собирался сделать мальчику больно, но не порвать его.

– Хочешь, чтобы я трахнул тебя? – собственные слова вызвали в нем томительные воспоминания обо всех тех сессиях, когда он говорил эти же слова женщинам, а потом выполнял обещанное – только не искусственным членом.
– Пожалуйста, сэр, – глухо ответил Остин.
– Скажи это сам.
По телу Остина прошла судорога.
– Я… я хочу, чтобы вы трахнули меня. Сэр.

Лиам прижал конец игрушки к его анусу. Торопиться было нельзя; диаметр у имитатора был большой, и вводить его следовало медленно. Это оказалось сложнее, чем он думал. В голове крутились непрошеные мысли – а что если просто взять и полностью загнать эту штуку в Остина? Как бы он отчаянно заорал, как бы эти крики еще долго эхом отдавались у Лиама в ушах…

А если все-таки загнать не игрушку, а собственный член?..

От этой мысли ему стало не по себе. Он втолкнул самый кончик дилдо внутрь, наблюдая, как кожа растягивается, охватывая толстый силиконовый ствол. Остин не издал ни звука – только сильнее сжал сцепленные за спиной руки.

Зато отозвался Джей, который стоял на коленях лицом к стене, – сдавленно охнул, как будто сам почувствовал проникновение игрушки. Может быть, конечно, это импровизированные зажимы, впивавшиеся в его тело, как раз начали чувствоваться по-настоящему – но Лиаму его реакция напомнила о том, какая тесная связь существует между его мальчиками.

На первый взгляд, это вносило некоторую странность в развитие отношений между всеми тремя участниками. То, что между Домом и сабом во время сессии возникает связь, Лиама не удивляло. Это было привычно и понятно, хотя, поскольку у него до сих пор не было долгосрочных Д/С отношений, эти связи всегда были недолговечными и обрывались, как только партнерша одевалась и уходила.

Джей и Остин, с одной стороны, были полностью замкнуты друг на друге; они сразу же дали ему понять, что их такое положение устраивает. С другой стороны, надо было быть слепым, чтобы не увидеть, что с Лиамом их тоже теперь связывают некие узы. Наверное, то же у них происходило и с Патриком; наверное, эта связь неизбежно возникала при такой интимности, при том, что они делали, закрываясь втроем в этой маленькой комнатке…

А комнатка-то, к слову, и правда стала им мала. Вернее, ее уже не хватало для всего, что тут хотел делать Лиам. Он чуть повернул игрушку, заставив Остина громко ахнуть – первый звук, который у него вырвался… Вообще, это было бы гораздо проще делать на кровати. Он считал неприкосновенными две спальни на втором этаже, в которых, может быть, когда-нибудь будут останавливаться его дети – если приедут погостить; его собственная спальня была его личным пространством и тоже не годилась. Оставалась четвертая комната, которая пока пустовала. Там стояла пара коробок с какими-то мелочами из его прошлой жизни, которые он еще даже не распаковал. Можно перенести их в цокольный этаж, а туда поставить кровать… При комнате была небольшая ванная, которая бы им тоже очень пригодилась. Была у Лиама одна идея, которую он хотел в будущем попробовать с Джеем – контроль дыхания под струей воды. Да и с практической точки зрения – когда рядом вода, убираться легче. Может, он однажды позволит им кончить после сцены… Может быть, даже сегодня. Может, надо бы дать им возможность привычно приласкать и утешить друг друга после его версии «утешения»…

Эти бессвязные мысли проплывали в его сознании, не нарушая равномерного течения удовольствия. Джей так старается стоять неподвижно, глядя в стену, но у него, конечно же, ничего не получается. Ох, придется все-таки его наказать в конце… Остин доверчиво позволяет трахать себя огромным искусственным членом, в первый раз полностью открываясь для Лиама, без сомнений и возражений… Хорошие, послушные, покорные мальчики. Умнички просто.

Не успев подумать, что он делает, Лиам провел рукой вдоль бока Остина и наклонился поцеловать беззащитно торчащую острую лопатку, шепча ему ласковые слова, в то время как силиконовый стержень неумолимо раздвигал нежные стенки шире.

Остин затрясся и начал тоненько подвывать, коротко и отчаянно. Его тело казалось составленным из двух отдельных фрагментов – напряженные руки и торс и расслабленная нижняя часть. Если бы он не был расслаблен, силиконовый член давно бы порвал его.
– Пожалуйста… – проскулил он.
Ну нет, так дело не пойдет. Разговаривать ему никто не разрешал.
– Тихо, – сказал Лиам и резко крутанул дилдо.
Остин сдержал крик, но все его тело на секунду застыло, все мышцы натянулись, прежде чем он вспомнил, что должен оставаться расслабленным. Лиам пожалел, что не видит сейчас полностью его лица, его наверняка распухшей нижней губы, которую он закусывает от боли…

Кожа мальчика была покрыта тонкой пленочкой пота. Со стороны стены, у которой стоял Джей, периодически раздавались негромкие звуки. Лиам сосредоточился на том, чтобы ввести игрушку глубже, осторожно двигая ее взад-вперед. С каждым толчком у Остина вырывался невольный стон. Когда фаллоимитатор наконец вошел до основания, мальчик дрожал с головы до ног.

Он был уже достаточно растянут, и Лиаму не терпелось посмотреть, что с ним будет, когда он начнет его трахать по-настоящему; для этого нужно было пересесть ближе. Лиам переставил табурет, оказываясь сзади, практически там же, где бы он был, если бы внутри Остина был сейчас его собственный член. Он крепче ухватил игрушку за основание и потянул.

Он вытянул дилдо почти до конца, глядя, как мышцы сжимаются вокруг силикона; на секунду остановился, прислушиваясь к дыханию мальчика, и снова втолкнул игрушку глубоко внутрь. Его собственный член дернулся, отзываясь на стон Остина, что только подтолкнуло его двигаться дальше.

Он задвигал рукой в ровном ритме, сосредоточившись на том, чтобы не сбиться с него, напрягая все чувства, чтобы не пропустить какого-нибудь оттенка реакции Остина.

– А… а… – Остин быстро и часто задышал. – Желтый!

Лиам остановился. И буквально почувствовал, как напрягся Джей.
– Хорошо, – сказал Лиам, не столько для Остина, сколько для него. – Отдохни, сколько нужно.
– Спа… сибо… сэр… – Остин с трудом выдыхал слова, с перерывами на то, чтобы с силой втянуть в легкие воздух.

Если бы Лиам услышал «красный», он бы уже начал со всей возможной осторожностью освобождать мальчика от игрушки – выдернув ее резко, он бы сделал только хуже. Но слово «желтый» не требовало перечеркнуть все, чего он уже достиг – чего они вместе достигли. Он успокаивающе положил руку Остину на бедро и, пока тот пытался отдышаться, бегло прикинул варианты. То, что Дом должен волшебным образом видеть и знать все, это, конечно, фантастика; тем не менее, достаточно внимательный человек вполне может сделать выводы из своих наблюдений и попасть в точку в девяти случаях из десяти. Звуки, которые все это время издавал Остин, не были криками боли. По крайней мере, «неправильной» боли. Есть разница между обидой тела на ушибленный палец и выверенным ощущением, которое доставляют аккуратно и ожидаемо. Его поза была унизительной и в достаточной степени неудобной, но это вряд ли заставило бы мальчика попросить передышку.

Оставшаяся возможность была весьма лестной для Лиама.

– Успокоился? Или все еще боишься кончить?

Стон Остина ответил на его вопрос и подтвердил догадку.

– Ну надо же, – сказал Лиам и ущипнул его за ягодицу – просто потому, что ему так захотелось, – и немного полюбовался быстро исчезающим красным пятнышком, которое осталось от его пальцев. – Этого тебе никто не разрешал. Так что советую сосредоточиться на том, чтобы доставить удовольствие мне, а не себе. Разве ты не для этого сюда пришел? Для моего удовольствия?

– Да, сэр! – ответил Остин со всей возможной покорностью в дрожащем голосе. – Я хочу… доставить вам удовольствие. Я не хотел, чтобы вы останавливались. Просто… он такой большой, и я… и мне… мне нужно… Пожалуйста?

– Меня не волнует, что нужно тебе, – напомнил ему Лиам, пока Остин не сорвался и не сказал или не сделал что-то такое, чего он не сможет оставить без последствий. Крепко взяв игрушку за основание одной рукой, второй он три раза резко хлестнул мальчика по ягодице, заставляя бледную кожу покраснеть. И, не оглядываясь, спокойно добавил:
– Так, Джей, за это ты получишь еще что-нибудь сверх того, что уже заработал сегодня. Напомнишь мне, если я забуду.

Забудет он, как же.

Со стороны стены снова раздалось шарканье перебирающих по ковролину коленей. Отвернулся.

Наверное, лишать одного из них зрелища, когда он играл со вторым или наказывал его, было жестоко – они оба так любили смотреть. Да, не повезло ребятам. Сознание того, что он поступает жестоко, не останавливало его, а только побуждало продолжать.

– Ну, так вот, Остин: я получал удовольствие. Ты представить себе не можешь, какой отсюда открывается вид. Очень… вдохновляюще. Черный определенно хорошо смотрится с твоей кожей.
...Уж лучше, чем ядовито-зеленый и этот отвратный розовый… Нет, понятно, конечно, что они из лучших побуждений, но…
– Так что я не вижу, почему я должен отказать себе в удовольствии продолжать трахать тебя. Только потому, что ты плохо себя контролируешь?

Он начал считать неровные вдохи Остина – четыре, пять, шесть, – намереваясь возобновить движения на счете «десять». Что он станет делать, если мальчик все-таки кончит и его придется за это наказать, Лиам понятия не имел, но решил, что будет беспокоиться об этом, когда – и если – это случится. Однако, как раз когда он произнес про себя «восемь», Остин отозвался:
– Нет… нет, я смогу! Я справлюсь, сэр.

Момент был неподходящим для похвалы, так что Лиам пока оставил ее при себе. Вместо этого он снова начал двигать игрушкой вперед-назад, но медленнее. Он представить себе не мог, как Остин умудряется оставаться неподвижным и при этом отзываться всем телом на каждый толчок, – но каким-то непостижимым образом мальчик делал именно это. Он не издавал никаких звуков, при этом безмолвно умоляя Лиама трахать его еще, еще, быстрее, сильнее. Лиам, конечно, не собирался позволять ему руководить своими действиями, но даже ему было трудно устоять перед этой мольбой.

– Я уже почти жалею, что решил не давать тебе кончить, – задумчиво проговорил Лиам. – Может, мне бы понравилось… как ты полностью потеряешь контроль… я б на это посмотрел…

Остин застонал, и со своего места немедленно отозвался Джей, издав такой же отчаянный стон. Ох, этого мальчишку придется примерно наказать… Но сначала следовало закончить с Остином. Лиам сосредоточил все внимание на нем, чуть ускоряя движения силиконового члена в его теле. Пожалуй, пора закругляться, иначе у мальчика плечи и руки не выдержат нагрузки. А жаль, черт возьми. Он мог бы делать это всю ночь. Он попытался представить, что будет, если довести его до оргазма, а потом продолжить трахать до второго. Заплачет? Он такой красивый с мокрыми дорожками от слез на щеках… А был бы еще красивее, если бы эти слезы текли, пока Лиам трахал его…

– Скажи мне, что не хочешь кончить, – строго потребовал он.
– Я… – у Остина сбилось дыхание. – Я… я не хочу. Не хочу кончить. Не хочу.
Произнести это было, видимо, невероятно трудно, поскольку он совершенно явно хотел, но мальчик так старался.
– Какой молодец. – Лиам не собирался говорить этого вслух, но неожиданно для себя произнес. – Теперь скажи, что хочешь, чтобы я тебя ударил.
Плечи мальчика задрожали.
– Пожалуйста, сэр. Пожалуйста, ударьте меня. Пожалуйста.

Лиам выпустил дилдо, оставив его глубоко у Остина в анусе, и ударил. Несильно, но его ладонь опустилась ровно на широкое основание игрушки, вогнав ее глубже в его тело одновременно с хлестким шлепком. Остин послушно вскрикнул, и Лиам повторил удар. И еще раз. И еще. На четырнадцатом ударе Остин сломался. Он хрипло закричал, на такой высокой ноте, что это был практически визг, переходящий в громкие судорожные рыдания.

Лиам протянул руку к игрушке, собираясь вытащить ее, и увидел, что его пальцы дрожат. Боже, он настолько увлекся сценой, что совершенно выпустил из виду реакции собственного тела, которое, очевидно, уже давно кричало и вопило, требуя разрядки, выхода накопленному напряжению. То, как он шлепал Остина, в какой-то мере помогало – о господи, какие он издавал звуки, жалобные, отчаянные, восторженные – но теперь ему просто немедленно требовалось выйти и довести себя до оргазма рукой. Он и так каждый раз это делал, едва их машина успевала отъехать от дома.

Только сейчас он никуда уйти не мог, потому что оставить Остина в таком положении было немыслимо.

Поколебавшись, он опустил руку Остину на спину, гладя его. Чтобы безопасно вытащить игрушку, ему требовалось, чтобы мальчик слушался команд – тужиться, вдыхать, выдыхать – а тот вряд ли был в состоянии что-либо воспринимать. Остин развернулся без спросу – да Лиам на тот момент и внимания не обратил – и уткнулся лицом ему в колени, прижимаясь ближе. Джей уже без зазрения совести повернул голову и во все глаза с беспокойством смотрел на происходящее, явно готовый сам броситься к Остину, если Лиам сейчас его оттолкнет.

Вот уж чего Лиам делать совершенно не собирался. Какого черта? После того, сколько труда ему стоило довести Остина до такого…

Его колени оказались как раз на удобной высоте, чтобы Остин мог положить на них голову. Лиам успокаивающе гладил и ласкал его, мягко отводя влажные волосы от залитого слезами пунцового лица, одновременно пытаясь отрешиться от того, как щека мальчика трется о его член. Остин, скорее всего, делал это неосознанно – эта мысль немного его успокоила.

– Молодец. Умница. Вот так, да. Я с тобой, – тихо уговаривал он. – Успокаивайся, пожалуйста. Мне нужно привести тебя в порядок и заняться Джеем.

Остин икнул, потом сделал глубокий прерывистый вдох и кивнул, ожидаемо беря себя в руки при упоминании Джея. То, как они привязаны друг к другу, было невероятно трогательно, но это делало их такими предсказуемыми…

Вынуть игрушку получилось быстрее, чем вставить, но Остину хватило острых ощущений. И он так и не кончил, что Лиаму казалось уже и вовсе невероятным. Он, безусловно, достиг эмоциональной разрядки, но физическое возбуждение никуда не делось, и тело упрямо требовало удовлетворения.

Лиам сжалился над ним, хотя самому ему до смерти хотелось сейчас заменить игрушку пальцами, глубоко погружая их в растянутый, гостеприимно раскрытый канал, чтобы Остин сжимал их, содрогаясь, сотрясаясь в благодарных рыданиях.

Лиам отстраненно отметил, что ему придется как следует подумать над этим, когда он останется один. Втроем они с самого начала очертили четкие границы своих отношений; он же начал переходить черту по нескольку раз за сессию, по крайней мере, мысленно. Он, конечно, был готов к тому, что со временем границы немного смажутся – но не так же.

Лиам помог мальчику устроиться в кресле, укрыл его мягким пледом и открыл бутылочку с апельсиновым соком. Вложил ее в руку Остина, заставил его сомкнуть вялые пальцы, проследил, чтобы он отпил несколько глотков. Завернул игрушку в полотенце, отложил, чтобы потом вымыть. Он с удовольствием ухаживал за своей коллекцией – для него сессия по-настоящему завершалась, только когда он убирал каждую вещь на место, вспоминая, что он сегодня ею делал.

Он не торопясь протер руки влажной салфеткой и подошел к Джею, который все еще стоял на коленях и сердито смотрел на него – похоже, прищепки причиняли ему ощутимый дискомфорт.

Прекрасно.

– Так. Я думаю, двадцать ударов паддлом, Джей, – спокойно проговорил Лиам. Только надо сначала убрать кляп – так мальчику будет сложнее сдерживать стоны, когда он будет снимать с него прищепки. Незачем облегчать ему жизнь. Лиам быстро расстегнул ремешок кляпа, и Джей сглотнул. Его губы блестели от слюны.

Лиам снял прищепку с его уха; Джей всхлипнул и снова сглотнул.
– И что-нибудь сверх, сэр.
– Ах да. – Конечно, Лиам ничего не забыл. Но он был доволен, что Джей сам ему напомнил. То есть по большей части доволен, потому что в глубине души он бы предпочел, чтобы они оба об этом забыли. Что бы он сейчас ни делал с Джеем, чего-то уже будет не хватать... Разозлившись на себя за неуместные переживания, Лиам без предупреждения разжал прищепки на обоих сосках Джея одновременно.

Они тут же вспыхнули от прилива крови – прищепки пережимали их так долго; его руки, опущенные вдоль тела, непроизвольно дернулись, как будто он хотел их растереть.
– Больно? – спросил Лиам.
– Да, сэр, – ответил Джей с жалобной ноткой в голосе.

Интересно, что будет, если этот распухший сосок лизнуть? Сожмется в точку?..
– Развернись. В коленно-локтевую.

На лице Джея отразился шок.
– Но сэр! Я…
– Я прекрасно знаю, что я снял не все прищепки, – сказал Лиам, поворачиваясь, чтобы взять паддл и заодно посмотреть, как там Остин. – Я буду пороть тебя так. Это и есть «что-нибудь сверх».

Лиам не собирался делать это спустя рукава, даже если то, что произошло у них с Остином, и оставило его в некотором потрясении. Он не собирался оставлять Джея неудовлетворенным, и уж тем более не собирался лишать себя удовольствия его выпороть. Мальчик уже опустился на четвереньки, послушно выставив голую задницу и демонстрируя между ногами висящую на мошонке прищепку.

– Как я сказал, пятнадцать ударов, – небрежно проговорил Лиам, так чтобы Джей не заподозрил, что это проверка.
– Нет, сэр. Вы сказали двадцать, – поправил Джей с предвкушением в голосе, и Лиам вознаградил его за честность, погладив ягодицу перед первым замахом и ударом.

Когда Лиам дошел до двузначных чисел, у него начало болеть плечо, причем не оттого, что он делал сейчас, а оттого, что он сдуру согласился играть в гольф два дня подряд после большого перерыва; его клюшки всю зиму пылились в шкафу. Но, поскольку на вечер планировалась сессия, он опасался сегодня пить какие-либо сильные лекарства; принял горячую ванну и решил, что продержится до ухода парней. Даже миорелаксант или крепкий алкоголь могут замедлить реакцию – не дай бог пропустить что-нибудь важное во время сцены!

Лиам постарался абстрагироваться от боли и сосредоточиться на Джее – прекрасный способ от нее отвлечься. Его ягодицы, расцвеченные паддлом, красиво переливались всеми оттенками от нежно-розового до багрового, и он скулил и перед, и после, и одновременно с каждым ударом.

Лиам не стал требовать, чтобы он считал удары – Джей часто называл неверную цифру специально, пытаясь получить еще парочку, так что Лиам обычно просил Остина считать за него. Остин тоже иногда ошибался, но не нарочно, а оттого, что он, так же как и Лиам, слишком увлекался, глядя на получающего наказание Джея. В прошлую пятницу, когда Джей возмущенно поправил его (четырнадцать, а не пятнадцать!), их с Лиамом взгляды встретились, и Остин неожиданно заговорщически улыбнулся ему, а Лиам непроизвольно дружески улыбнулся в ответ и только потом вспомнил, что вообще-то должен держать дистанцию.

– Можешь говорить, – сказал Лиам – ему вдруг стало любопытно, что Джей будет говорить, если ему позволить. А то он что-то не в меру разговорчив, когда нельзя.
– Больно. О боже. Только не останавливайтесь, сэр! Сильнее, пожалуйста, сильнее…

Лиам замедлил движение, сделав следующий удар совсем легким – такой не повредил бы и яичную скорлупу.
– Это считается, – сказал он с улыбкой, когда Джей недовольно проныл что-то невнятное в ответ. – И вот это – тоже.
И он хлестнул паддлом со всей силой, на которую был способен, замахиваясь под таким углом.

Джей громко застонал, потом зашипел сквозь стиснутые зубы. Его тело раскачивалось, впитывая силу удара и боль.
– Я… по-моему… сейчас кончу…
– Не вздумай. Ты меня очень этим расстроишь, – резко оборвал его Лиам. – Вот так.

Последние два удара не уступали по силе остальным.

Обычно Лиам не позволял себе никаких прикосновений, которые могли им показаться интимными; но сейчас он не удержался и провел ладонью по горячей пострадавшей коже. Что в этом такого? Он не ласкает Джея – просто гордится делом рук своих, только и всего.

Джей выгнулся, подставляясь под его руку, которая в тот момент должна была казаться ему наждачной бумагой.
– Спасибо, сэр… – с трудом прохрипел он.
– На здоровье, – отозвался Лиам не менее искренне. Эти сессии давали ему так много. Он начал чаще улыбаться на работе; у него почти прекратились головные боли, которые мучили его раньше от перенапряжения. Он стал лучше спать, стал меньше пить. Стал ощущать себя довольным и счастливым.

Так что это он был у них в долгу; он готов был дать им гораздо больше, чем пара сессий.

– Давай-ка снимем с тебя эти прищепки. Перевернись на спину.
Ковер наверняка будет немилосердно царапать саднящую кожу. Мальчику понравится.

Джей повернулся и лег, глядя на него своими темными глазами, влажными от слез, полными доверия. Его налившийся член тяжело лежал на животе; кусочек кожи, за который держалась прищепка, был уже практически лилового цвета.

Сначала Лиам снял прищепку с его мошонки. Это не должно было быть особо мучительно – прищепка пережимала очень небольшую складку чувствительной кожи, так что она наверняка причиняла больше боли во время порки, чем сейчас. Джей застонал, но больше от облегчения. Но когда Лиам разжал прищепку на его уздечке, Джей вдруг замер, явно от сильной боли; его член дернулся – и начал пульсировать, как раз в тот момент, когда он схватился за его основание, крепко сжимая, запоздало пытаясь остановить неминуемый оргазм. Джей вскрикнул, забрызгивая живот белыми струйками.

– Блять, – прошептал Лиам, в шоке от собственного возбуждения, которое взлетело до небес от вида кончающего Джея. Даже запах семени заводил его. Он просто не знал, что делать. Он с трудом поднялся на ноги, вылетел из кабинета, хлопнув дверью, и с облегчением заперся в ближайшей ванной.

9 гл.

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: Калле, VikyLya, Georgie, KuNe, Жменька, Блэки, Betsy, Kind Fairy, Peoleo, Kota, дитя марта, integra_home, Alexandraetc, bishon15, ruusunen, Aneex, Анхэна, Marchela24, Cherka, HopelessBlonde, Юца, Эмилия

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • KuNe
  • KuNe аватар
  • Wanted!
  • Редактор ОС
  • Редактор ОС
  • Властительница табуретки
Больше
25 Окт 2015 01:12 - 09 Янв 2016 05:01 #40 от KuNe
KuNe ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей", 6-8/23, upd 24.10.15
ну вот Лиам и попался :evil: :flirty2: :ho:
блин, сколько же эмоций :embar: :cuffs: :hearts:

"многие хотят, чтобы было по ихнему. но так не будет. потому что нет такого слова"
Поблагодарили: ruusunen, Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
25 Окт 2015 10:19 - 09 Янв 2016 05:00 #41 от ЛеляV
ЛеляV ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей", 6-8/23, upd 24.10.15
Это великолепно, спасибо!
Поблагодарили: Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
25 Окт 2015 11:17 - 09 Янв 2016 05:00 #42 от Shampoo
Shampoo ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей", 6-8/23, upd 24.10.15
Замечательная работа. У авторов получается без излишне глубокого психологизма рассказать историю персонажей так, чтобы объяснить их жизненные принципы, личные установки и т.д.
Вроде бы устоявшиеся, прочные отношения милой пары + третий, который явно не лишний… В сумме всё это нам даёт много «горячих» моментов и сюжет, за которым следишь с огромным любопытством.
Остину я симпатизирую, почему-то больше, чем другим героям. Преданный, добрый, заботливый и любящий – ну прелесть же! :embar:

Джей сочетает в себе виктимность и нахальство, от того и хорош))

Лиам всё более очевидно неравнодушен к «его мальчикам», так что звание «Супер-натурал» (которое я прилепила к нему в самом начале) достанется кому-нибудь другому. :gyy:

Спасибо большое за перевод! Буду ждать продолжения.

Когда усталые поэты встречают грустных пьяных муз, на свет рождаются сонеты и... блюз.
Поблагодарили: Калле, KuNe, Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
25 Окт 2015 18:08 - 09 Янв 2016 04:57 #43 от acuracoon
acuracoon ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей", 6-8/23, upd 24.10.15
ай яй яй! какой Лиам маленький (или большой) :wink: развратник) попался все-таки. интересно будет аморе на троих? спасибо большое за перевод. Удачи.
Поблагодарили: Rowena Ravenclaw

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
26 Окт 2015 12:45 - 09 Янв 2016 04:59 #44 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Re: Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей", 6-8/23, upd 24.10.15
Я хочу сказать большое спасибо Shampoo за интересный и подробный комментарий. :spasibo:

Я тоже считаю что, хотя это и не трактат по психологии, авторам удается легкими штрихами донести до нас мысли, чувства, характеры, мотивацию героев. Мне доставляет огромное удовольствие переводить эту работу, и я тоже очень-очень симпатизирую всем героям. Особенно Джею :pioner: Он тоже прелесть.

Лиам действительно "попался", но как же ему трудно это признать! Он в этой главе просто чемпион по рассказыванию сказок самому себе. Голый мужик у него вызывает "эстетические" чувства! Нет, это не интимная ласка, это он просто "гордится"! Он поехал в участок, просто чтобы ликвидировать "помеху", а "инстинкт защитника" у него включился просто так, потому что они много времени проводят вместе. Сказочник. :lol:

В общем, им всем предстоит еще немало трудностей, как связанных с их отношениями, так и нет :tss: (СПОЙЛЕР)

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: KuNe, Alexandraetc, Shampoo

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Rowena Ravenclaw
  • Rowena Ravenclaw аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Переводчик ОС
  • Переводчик ОС
Больше
26 Окт 2015 13:01 - 26 Апр 2016 17:05 #45 от Rowena Ravenclaw
Rowena Ravenclaw ответил в теме Джейн Дэвитт, Алекса Сноу "Комната под крышей", 9/23, upd 26.10.15

8 гл.
Глава девятая
Сначала Остин вообще не понял, что произошло. Он спокойно лежал, отходил после одной из самых интенсивных сессий в своей жизни, краем уха слушая, как Лиам порет Джея, от чего оба явно получают удовольствие. И тут – раз! – оглушительно хлопает дверь, и они с Джеем остаются в кабинете одни.

Первой его мыслью было, как там Джей.
– Джей, все нормально?
– Я кончил… – отозвался тот несчастным голосом.

Ой блин… Тогда понятно, почему Лиам сбежал. Остается выяснить, сильно ли он рассержен.

Остин подошел к Джею. Тот тяжело дышал, пытаясь сдержать слезы.
– Эй, все нормально. Все будет хорошо. – Остин обнял его, и Джей прижался к нему, как всегда млея от его прикосновений. Остин редко когда чувствовал себя таким сильным и уверенным. – Это бывает…
– Я так завелся… Я же пытался его предупредить!
– Я знаю. Все бывает. Он поймет.

С другой стороны, если Лиам это понимал, то почему ушел, ни слова не сказав? Остин слегка завидовал Джею – он-то так и не кончил, – но не сильно: Лиам наверняка будет обращаться с Джеем гораздо строже на протяжении нескольких сессий и больше не позволит ему даже близко подойти к оргазму.

– Видел, как он взбесился?
– Ему просто нужно побыть одному, Джей. Он вернется.
– Остин, я не хотел, честное слово!
– Я знаю. Ничего страшного. Точно тебе говорю, – Остин поцеловал его влажный висок.
Джей вздохнул.
– Он ведь никогда не требует от нас того, чего мы не можем. Ты обращал внимание?
– Ты же не какой-нибудь железный ниндзя, – терпеливо сказал Остин, пытаясь отвлечься от собственных переживаний и помочь Джею. – Если человека так долго возбуждать, естественно, он в конце концов кончит, а как иначе? Если его это так сильно напрягает, надел бы тебе кольцо.
– Куда еще кольцо-то? – фыркнул Джей. – Я там весь в прищепках был, хоть на веревку вешай, блин. Только не подумай, что я жалуюсь…
– А как они ощущаются? – Остин провел пальцем по его распухшему соску. Горячий. Он облизал палец и провел еще раз, охлаждая. – Как зажимы? Или хуже?
– Не хуже и не лучше. Просто по-другому.
– Да, Магистр Йода!

Они обменялись улыбками и торопливо поцеловались – Остин ощущал себя слегка неуютно спиной к двери. Да и стояк беспокоил. Звуки, которые раздавались, когда Лиам наказывал Джея, только завели его еще сильнее. Поцелуй Джея, вкус его губ сводили с ума. Остин не выдержал и потянул руку Джея к своему покинутому члену.
– Пожалуйста, – прошептал он. – Только дотронься… Мне уже больше и не надо… Ты посмотри на меня, я уже совсем близко.

Джею явно и хотелось, и кололось. Он чуть отвел руку.
– Ты думаешь, это хорошая идея? Чтобы мы оба получили по полной?

Остин заметался. Огорчать Лиама, который столько для них сделал, не хотелось, но блин, ему просто необходимо кончить! Так же, как ему был необходим каждый глубокий, мощный толчок огромного дилдо внутри, каждый удар Лиама… В этот момент весь мир для него сосредоточился в ноющих яйцах. Лиам довел его до самого края и оставил подвешенным за мизинец; ему безумно хотелось оттолкнуться и взлететь.

Он гладил Джея по груди, целовал его губы, нежно покусывал, точно зная, что Джею нравится именно так, уже беззастенчиво используя любые средства.
– Это наши с тобой дела… несвязанные с ним… Смотри, сессия закончилась, он ушел – может, он для этого и ушел? Чтобы дать нам время вдвоем? Я не знаю. Если я неправ, пусть выдумает для меня любое наказание, я согласен! Но сейчас я так хочу тебя, Джей. Ты мне нужен… О господи, ты что, хочешь, чтобы я на коленях тебя умолял?

– И он еще говорит, я развратник. – Джей лизнул Остина в ухо, потом прикусил мочку; Остин сладко ахнул, не сдерживаясь, в надежде, что его реакция поможет убедить Джея. – Ты прекрасно знаешь, что сессия не закончилась. Все заканчивается, только когда мы уходим.
– Пожалуйста, Джей. Ну пожалуйста… – тихо просил Остин. Джей кивнул.
– Ладно. Только лучше все-таки тут не пачкать.
Джей опустился ниже и обхватил его член губами, влажно посасывая головку.

Но, было у них на это негласное разрешение или не было – Остин скорее склонялся ко второму, просто он был уже не в состоянии об этом беспокоиться – в любом случае ему не хотелось, чтобы Лиам услышал их и понял, чем они занимаются. Он крепко сжал губы и сосредоточился на своих ощущениях, стараясь не издать ни звука.

Он был уже так близок к оргазму, что это не заняло и минуты. Задница горела внутри и снаружи, рука Джея нежно сжимала яички; Остин закрыл глаза и кончил, с невероятным облегчением выстреливая в теплый влажный рот. Правда, он тут же открыл глаза снова, все еще дрожа и чувствуя себя двоечником, который только что списал контрольную, и радуясь, что Лиам еще не вернулся.

Джей, морщась, сел; он вытер рот рукой и прошептал:
– Как думаешь, может, он хочет, чтобы мы ушли?
– Я думаю, тогда бы он нам сказал. А может, он не очень хорошо себя чувствует, а? Черт, может ему плохо?
– Он нормально себя чувствовал, когда…

Дверь открылась, и Лиам вошел в кабинет – собранный, неприступный, губы сжаты в жесткую линию. Остин инстинктивно придвинулся ближе к Джею, моментально растеряв всю свою показную смелость и позабыв свои «убедительные» доводы.
– Та-ак, и что это у нас такой невинный вид? – резко спросил Лиам. – Дайте-ка угадаю – кот вышел, две мышки решили поиграть?
– Это я виноват, – тут же начал Джей. – Остину было очень надо. Мы думали, вы не будете против.
Он поднялся на ноги и протянул руку Остину, который ухватился за нее, чтобы тоже встать.

Может, и надо было встать перед Лиамом на колени и изобразить раскаяние, но у него уже болели ноги, он был совершенно вымотан, и вообще, ему совершенно не хотелось, чтобы его сейчас отчитывали, как нашкодившего мальчишку. Только не за это. Все. Хватит с него на сегодня.

– Возможно. Но то, что вы не спросили разрешения… – Лиам вдруг запнулся и поднес руку ко рту, потер губы. Однако, когда он заговорил снова, голос его звучал твердо и уверенно. – Ладно. У нас у всех был тяжелый день. Поэтому неудивительно, что вы не слишком хорошо себя контролируете. Не так хорошо, как должны.

Остина при этих словах посетило престранное чувство – как будто Лиам пытается убедить самого себя, а не их.

– Все равно. Извините нас. Пожалуйста. Только не ругайте Джея – это я его уговорил.
– Уговорил на что, конкретно?

Короткий прямой вопрос требовал ответа. Остин сглотнул.
– Я… эм… кончил ему в рот. Очень быстро. Я уже был в таком состоянии, что я бы, наверно, по-любому кончил. Я просто больше не мог. После всего, что вы со мной делали…

Плевать на ноющие колени. Остин прекрасно знал, что они с Джеем неправы. Он сделал пару шагов, чтобы оказаться прямо перед Лиамом, и опустился на колени со всей возможной плавностью, склоняя голову. Не из благодарности за то, что Лиам выручил его сестру. Из уважения к своему Дому.
– Простите меня, сэр, – прошептал он. – Я должен был спросить разрешения. Я приму любое наказание, которое вы сочтете нужным на меня наложить.

Ему казалось правильным сказать это именно так, даже если он никогда не выражался так официально за пределами этого кабинета.

Ответа не последовало. Когда Остин наконец решился поднять глаза, Лиам смотрел на него остановившимся, ничего не выражающим взглядом – как будто не видел. Его раскаяние сменилось беспокойством.
– Сэр?..
– Все нормально, – сказал Лиам, и это была самая откровенная ложь, которую Остин когда-либо слышал. – Ничего страшного. Я не сержусь. Я сам вышел, ничего не объяснив, – естественно, это сбило вас с толку.

Джей подошел и встал рядом с Лиамом; перед Остином оказалось две пары ног – одни голые, вторые в дорогих темных брюках. Гардероб Лиама не отличался разнообразием, но Остину отчего-то показалось, что это не те брюки, в которых тот был раньше – до того, как вышел из кабинета. На них не было ни единой морщинки, кроме идеально выглаженных стрелок, и от них шел слабый запах химчистки. Странно.

Джей прокашлялся.
– Вы думаете… нам нужно это обсудить?
Лиам покачал головой.
– Нет, не думаю. Одевайтесь. Джей, попей сока, если нужно, вон там, в бутылке осталось. Извините, ребята.

Остин почувствовал себя по-идиотски, продолжая один стоять на коленях, так что он снова поднялся и, пошатнувшись от резкого прилива крови к голове, ухватился за Джея. Все втроем они стояли так близко, что он не задумываясь обнял Джея за талию и только потом сообразил, что такой естественный для них жест в данный момент только подчеркнул то, что они вдвоем, а Лиам один, особенно когда Джей так же непринужденно обнял его за плечи. Но не отталкивать же Джея? И предложить Лиаму обняться с ними они, вроде как, тоже не могли…

Как же все это неудобно! Как так вышло, что потрясающая, несмотря ни на что, сессия закончилась такой неловкостью? Остину больше не хотелось об этом думать. Ему хотелось поскорее добраться до постели и уснуть, прижавшись к Джею. Завтра придется еще разбираться с Эйприл, и задница наверняка будет болеть зверски – но это все будет завтра.

– Мы сделали что-то не так?
Остин тут же пожалел о вырвавшихся у него словах, потому что черты Лиама снова стали жестче.
– Нет. Бога ради, Остин! Не весь мир вращается вокруг вас.
Все трое замерли.
– Тогда что?.. – решился нарушить молчание Джей.

– Просто… – Лиам покачал головой и потер шею. – Не знаю. Но вы тут точно ни при чем. Ни ты, ни ты.

– Все равно вы могли бы нам рассказать, – Остину не хотелось разрывать контакт с Лиамом; не хотелось, чтобы их связь, которая так мощно ощущалась во время сессии, теперь сошла на нет. – Поговорите с нами – не как Дом, не о сцене… Просто, о чем угодно.

Лиам поднял брови.
– О чем угодно? Не знал, что ты у нас разбираешься в корпоративном праве.
– Вы прекрасно знаете, что нет. Но у нас с Джеем тоже бывают проблемы на работе, – Остин решил рискнуть и спросить прямо. – У вас проблемы на работе? Или…

– Остин, вы с Джеем замечательные сабы, но, мне кажется, наши отношения еще не на той стадии, чтобы мы тут плели друг другу косички и делились секретами. И если честно, я бы предпочел, чтобы это так и оставалось, – Лиам сделал шаг назад, давая понять, что разговор окончен, и Остину ничего не оставалось, как это принять. – Одевайтесь. Сегодня в моем присутствии.

Он стоял скрестив руки на груди и наблюдал, как они расцепили объятия и пошли за одеждой. После их третьей сессии он так же остался в кабинете – сидел в кресле и руководил процессом, подчеркнуто медленно диктуя, что и в каком порядке надевать. Получалось, на удивление, безумно эротично. Сегодня, однако, он смотрел молча, и не столько на них, сколько в стену.

Остина это смущало, и он вздохнул с облегчением, когда наконец оказался полностью одетым.

Джей сначала заправил футболку в джинсы, потом передумал и вытащил. Он двигался с осторожностью; чего ему точно не хотелось после такой сессии, так это натягивать узкие джинсы. Наверняка первым делом скинет с себя все и пойдет отмокать в горячей ванне, как только они доедут до дома.

– Мы ведь увидим вас в следующую пятницу?

– Увидите, – нетерпеливо ответил Лиам. – Я же сказал – ничего не случилось и ничего не изменилось. Езжайте спокойно домой и постарайтесь забыть о не слишком приятном начале этого вечера.

Он развернулся и двинулся к входной двери. Обычно он открывал им дверь, кивком прощался и закрывал за ними едва ли не до того, как они садились в машину.

Сегодня он остановился, рассматривая их.
– Ну, что носы-то повесили? – вдруг спросил он. – Бедняги. Не из-за чего, ей-богу.
– Не из-за чего? – Джей начал загибать пальцы. – Сначала вам не понравился наш подарок. Потом Эйприл проделала дыру в вашем бюджете…
– Я все верну! – Остин пока плохо представлял себе, как будет расплачиваться, но расплатиться собирался обязательно. Может, частями как-то.
– Да еще мы оба кончили без разрешения. Так что нашим носам совершенно не из-за чего повиснуть. Просто совсем…

– Как и некоторым другим частям тела, – рассмеялся Лиам. – Забудьте это все. – Он покачал головой. – Включая деньги – хотя, я думаю, тебе придется внушить своей сестре, что я не стану вмешиваться и помогать ей снова, Остин. Тебе – да, но не ей. И я оценил твое доброе намерение, Джей, даже если и не сам подарок.

Джей заметно повеселел, и Остин, как всегда, сразу почувствовал себя лучше.
– Ну, тогда… до следующей пятницы.
– И не опаздывать, – строго хмурясь, сказал Лиам.

Глава 10

"No one else would ever measure up to Owen."(C)
"Pain is incredibly useful as a shortcut." (C)

"All the love." (C)
Поблагодарили: Georgie, KuNe, SvetВладимировна, Блэки, Betsy, Mari Michelle, Kind Fairy, Peoleo, дитя марта, integra_home, Alexandraetc, Virsavia, bishon15, moi, katarin77, Marchela24, Shampoo, Cherka, HopelessBlonde, Юца, rollero, acuracoon, Sola, Эмилия, Maxy

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.