САЙТ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДЛЯ ПРОСМОТРА ЛЮДЯМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ

file Джоли Скай "Дикий"

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
04 Ноя 2012 22:30 - 13 Июн 2014 21:03 #1 от Kind Fairy
Kind Fairy создал эту тему: Джоли Скай "Дикий"
Дикий

Джоли Скай

Оборотни Севера - 2
Перевод: Калле
Вычитка: Viktoria
Оформление: Dafina
Рейтинг: NC-17
Жанр: ангст, паранормал
Статус: завершен 28.02.2014
Размер: макси, 24 главы + Эпилог
Размещение: только с активной ссылкой
Примечание: Это вторая книга серии "Оборотни". Первую можно найти здесь Метка Оборотня . Хотя читать Дикого могут и те, кто не знает Метку))) Связаны книги лишь номинально: парой героев, про которых тут и без предыстории все ясно. :embar:

Аннотация:
[/b]
Даже среди оборотней Этан – редкий случай. Такой редкий, что ему пришлось провести последние восемь лет, скрываясь от охотившихся за ним волков. Но дротик с транквилизатором обрывает его прежнюю жизнь. Проснуться под замком, да еще и в теле человека… это просто ночной кошмар, ставший реальностью.
И все же во встревоженных глазах одного из тех, кто держит его в плену, он видит слабость. Слабость, которой можно воспользоваться, чтобы сбежать - соблазнив своего тюремщика.
Жизнь Брэма как омеги стаи нелегка. Пока он подчиняется альфе, он под защитой. Однако некоторые вещи претят ему. Например, держать в плену ценного оборотня-кугуара, особенно если учесть, что тот завладел его сердцем.
Освобождение Этана – смертный приговор для обоих, потому что стая Брэма не терпит предательства. И альфа полон желания отомстить.


Скачать одним файлом

Глава 1-12 / Глава 13 / Глава 14 / Глава 15-18 / Глава 19-20 / Глава 21 / Глава 22 / Глава 23 / Глава 24 / Эпилог

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, Энит, RED, Клитемнестра, Megumi_Rei, Lynx58, Milledi86, ванда, homka8559, Miss-ouri , pantera, Forlando, anvp, Lfif, msh260983, La Reine, otval_y, Dianasa, Кикимореныш, linavl, Soubi, EidelTina, Vika Fitzroy, _Mortem_, Katarina, Петрова, Retinox, Darin, Лазурный, Oneapple, Milara, BlackTiger, Maxy, Hurtcomfort, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
04 Ноя 2012 22:51 - 28 Янв 2015 23:34 #2 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, Клитемнестра, Megumi_Rei, Syslik0999, Mirina, Maxy, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
04 Ноя 2012 22:57 - 17 Ноя 2013 22:36 #3 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Глава 1
[/b][/size]

Этан резко прыгнул в сторону, чуть не скатившись в реку, и помчался наверх. Если поднажать, он доберется до горы, а если он доберется до горы, то сможет сделать рывок к обрыву. Лучше прыжок в никуда, чем плен. Он не переживет еще один ад. Когда-то – несколько лет назад – он чуть не сломался, а его человеческая половина умерла.
Поэтому, обратившись кугуаром, он бежал вперед, не обращая внимания на быстро истощающиеся силы – стоял февраль, и Этан мчался к своей гибели.
Поначалу внезапное появление волков привело его в замешательство. Он был один так долго, что, наткнувшись на стаю, а вернее – когда они на него наткнулись, замер на месте. Всего лишь на мгновение, но эта секунда бездействия могла стать критической во время охоты – а сейчас шла именно она. Его пытались взять измором. По его подсчетам, за ним бежали шестеро волков, и они были близко, очень близко.
В отличие от псов, которые пытались пару раз загнать его на дерево, волки были молчаливыми, упорными и очень, очень большими. Почему эти оборотни гнались за ним, Этан не понимал. Он был осторожен и старался не привлекать их интереса. Хотя голос рассудка подсказывал ему, что не все волчьи стаи страдают садизмом, он все равно их боялся. Прошлое научило его избегать их любой ценой.
Эта зима выдалась долгая и морозная, и ему просто не хватало сил. Он очень похудел, и кожа складками висела на нем. И все же его лапы остались крупными – крупнее волчьих, он должен обогнать их по снегу. Правда, он был один, а их много, они могли сменять друг друга, делать передышки.
Они все спланировали.
Мышцы вздувались, натягивались, толкая его вперед вопреки усталости. Иногда ледяная корка под лапами трескалась, заставляя спотыкаться. Главное было не паниковать, отклоняться от цели. Он напоминал себе, что под лапами преследователей корка тоже трескается и наверняка чаще. И все же волки нагоняли.
Осталось максимум минут десять. Он сможет. Несмотря на протестующее тело, он бежал из последних сил, не сбавляя скорости. Главное – не падать, и он оставит их с носом.
Волк выпрыгнул словно из ниоткуда – темное пятно на белом снегу – и помчался наперерез Этану. Как будто разгадал его план и собирался перекрыть путь к свободе. Уверенности в том, что ему удастся сбежать, поубавилось, и было трудно не сбиться с шага.
Он заставил себя бежать прямо на хищника. Большой волк был самцом, и когда Этан поравнялся с ним, сбавил скорость и слегка повернулся, видимо, приготовившись к тому, что Этан бросится на него. Дурак, или он просто решил пожертвовать собой? Потому что один на один кугуару, даже очень исхудавшему, прикончить волка – раз плюнуть. Неважно. Этан не желал послушно делать то, чего от него ждут. Если он остановится, чтобы убить одного волка, стая догонит его и потребует отмщения.
В самый последний момент Этан прыгнул и успел заметить изумление на морде волка, перелетая через него.
Из-за удара при приземлении он порезал подушечки лап о ледяную корку, но лишь обрадовался боли, позволяя ей подгонять себя вперед, отталкиваясь задними лапами.
В отличие от Этана волк совсем не устал. Этан не был уверен, что сможет удерживать этот гораздо более быстрый темп. Хотя он старался, старался, собираясь с последними силами. И все равно слышал за спиной его тяжелое дыхание, треск наста под его лапами.
Он мог бы остановиться, подумал Этан. Мог бы обернуться и разорвать волка на части, вспороть когтями. Стаю ему, конечно, не одолеть, но этого он убьет.
Нет. Вместо этого он побежал еще быстрее, точно наперегонки. Обрыв. Он не так уж и далеко.
Правый бок пронзило болью. Это была не резкая боль от рваной раны, а острая - от укола дротика. Никто не спешил на него кидаться, поэтому Этан не обратил внимания на ощущение и напряг задние лапы, чтобы поднажать. Ничего не вышло, он споткнулся, правая лапа онемела, перестав откликаться на приказы тела. Вставай, вставай же. Этан собрал всю силу воли для последнего рывка, но ничего не вышло.
Волк приблизился к нему, и Этан, зарычав, ударил в его сторону лапой, чтобы не подпустить хищника. Попытка была жалкая, задние ноги отказали, и Этан повалился в снег. Тело предало его, а черный волк стоял и смотрел на него желтыми глазами.
Все как в прошлый раз. Тогда, много лет назад, волкам нравилось наблюдать, как над ним издеваются.
Этана замутило. Это случится снова. Они станут раз за разом рвать его на части, ждать, пока он исцелится, и повторять свои не-достаточно-смертельные удары. Жуткая игра. Наказание. Но за что на этот раз? Он не общался с волками и ни на кого не нападал. Значит, мотив не месть. Может, они просто хотели поиграть с ним.
Транквилизатор, наконец догадался он, дротик с чем-то парализующим. Это что-то новое. Так же как мрачное появление темного волка и его странный, жалобный вой. Если бы все было, как в прошлый раз, сейчас волки смеялись бы над его беспомощностью.
Значит, это волки с другим оружием и, может быть, с иной целью. Целью, которую он не мог вычислить и которой боялся. После того кошмара Этан так и не вернулся в человеческую форму. Он не знал, как давно одичал, да и не хотел знать. Он просто не мог – не желал – превращаться в человека. Его человеческая половина была слаба, она потянется за утешением, за дружеским отношением, захочет прикосновений. Этан просто не мог позволить себе это, он так не выживет.
Нужно было закрыть глаза, отгородиться от темного волка, но злость не давала отпустить взгляд желто-карих глаз, отвернуться, даже несмотря на то, что он больше не мог держать голову.
Волк снова заскулил, как будто желая поприветствовать. Лила тоже скулила так же безнадежно, вспомнил Этан, хотя много лет пытался не думать о ней. Волк подошел ближе, наклонился к горлу Этана, и тот приготовился к нападению.
Волк ткнулся носом в шею Этана. Едва-едва.
Какого хрена?
- Назад, Брэм, - словно из ниоткуда послышался приказ, волк послушно отступил на несколько шагов.
Брэм. Этан помнил это имя. Его кошачья половина запоминала все имена. Значит, стая все та же, хотя в прошлый раз Брэм был совсем мальчишкой. И они как-то выследили Этана. Но зачем? Он бы почувствовал тошноту, если бы не наркотик, позволявший ему парить в безболезненной ясной пустоте, где важными оставались лишь его любопытство и гнев – но даже эти эмоции как будто отдалялись. Этан почувствовал подступающую панику.
Брэм встал между Этаном и вторым волком и зарычал. При других обстоятельствах можно было бы подумать, что Брэм его защищает, а это не имеет смысла. Очевидно, траквилизатор мешал ясно мыслить.
- Господи, Брэм, я же могу свернуть тебе шею. – Хриплый голос звучал недовольно и властно.
Этан внутренне вздрогнул.
- О чем ты, мать твою, думал, играясь с нашей дикой кисой один на один? Он мог вспороть тебе брюхо. Он делал такое раньше.
Несмотря на все усилия, глаза Этана закрылись. Он еще не до конца потерял сознание, но уже не чувствовал течения времени. Он старался сосредоточиться на себе, на своей кошачьей половине. Он кошка, не человек. Никаких обращений, больше никогда. Нельзя расслабляться, ослаблять мертвую хватку на способности обращаться, нельзя поддаваться слабой половине.
- Это была охота, Даг. – Незнакомый полный укоризны голос вернул Этана в настоящее. Он звучал тихо и неуверенно и явно принадлежал кому-то, стоявшему совсем рядом с Этаном.
- А что еще мне оставалось, раз он пытался от нас сбежать? – спросил тот, кого звали Даг. – Мне понадобилось три выстрела, чтобы отправить его в отключку. Эта кошка быстрая, ловкая и чертовски верткая. Я дважды промахивался.
Последовало долгое молчание, и если бы у Этана еще оставались силы, он бы поднял голову, чтобы разглядеть оборотней. Но он мог лишь слушать.
- Брэм, посмотри на меня, - потребовал Даг.
- Прости.
За что простить? Этан не понимал. Он знал лишь, что желтоглазый темный-волк-по-имени-Брэм теперь человек. Должно быть, он перекинулся, пока Этан дрейфовал в наркотическом тумане.
Один бог знает, сколько прошло времени.
Но зачем превращаться из волка в человека? И почему они не напали на него? Чего они ждут? Что он тоже обратится? Самое худшее, что они взывали к нему, эти оборотни, стоя рядом в своей человеческой форме. Они взывали к человеческой половине Этана, и он боялся, что не сможет устоять.
- Отойди от него, - снова раздраженно заговорил Даг. – Ты даже не волк, а он все еще кугуар.
И останется им. Он не собирается менять форму. Как будто издалека он услышал свое фырканье.
- Брэм, - предупреждающе повторил Даг. – Если ты не умеешь себя вести, я найду другого для этой работы.
- Он без сознания. – В голосе Брэма звучало почти возмущение. – А я знаю, как о себе позаботиться.
- Ну конечно.
Мужчина не поверил Брэму. Почему нет? Этан рассеянно пытался понять, о чем они спорят. Он терял нить разговора. Еще одна иголка впилась в его бок, и он почти не почувствовал укола.
Время шло, но Этан был все так же полон решимости оставаться кошкой.
Кто-то сказал:
- Боже, мы торчим здесь почти час. Перекидывайся уже. – Альфа положил руку в перчатке на лицо Этана, и несмотря на желание не показывать слабости, тот вздрогнул. Большой палец приподнял его веко, и синий глаз из его худших кошмаров уставился в глаз Этана.
- Ну ладно, Брэм, похоже, ему нужно помочь, и сейчас он явно беззащитен, почти без сознания. Иди сюда, потрогай его, убеди. – И альфа впервые обратился к Этану: - Обращайся, дружище. Так тебе будет легче.
Этот засранец ему не друг, но Этан смог лишь тихо, жалко зашипеть. Его затрясло. Человеческая половина, так долго подавляемая, рвалась на свободу – обратиться, перекинуться, быть с этими людьми. Поговорить с ними.
Он не может, не может это себе позволить. Только не с гребаными волками.
Они знали о его внутренней борьбе, но были беспощадны. Чья-то ладонь легла ему на спину. Не похлопала, а ужасно нежно погладила, скользнула вниз. Они играли с ним, искушали, а человек внутри него не знал, или ему просто было все равно. Человек думал, что им нужна компания, что они предлагают свою дружбу. Человек был идиотом, который жаждал общения.
Его кошачья половина, наоборот, была одиночкой, животным, которому не нужен никто и ничто, кроме еды и сна.
Его кошачья половина была намного сильнее. Обычно. Сейчас человек жаждал прикосновений, и Этан не мог перебороть его. Из-за наркотика и ладони оборотня – пальцев, расчесывающих его мех и ласкающих плечи и спину – он ужасно, смертельно ослаб. По телу пробегали волны озноба.
- Не сопротивляйся, Этан, - едва слышный шепот, как будто чтобы его успокоить. Голос Брэма сочился соблазном и предательством. Предлагал фальшивое утешение.
Этан не желал сдаваться. Он изо всех сил боролся с собой, цеплялся за кошачью сущность, отбивался от человеческой, а ловкие пальцы нежно гладили его открытую шею. Несмотря на все усилия, Этан погрузился в темноту.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, ruusunen, Клитемнестра, ingrid, Syslik0999, Аарвин, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
04 Ноя 2012 23:18 - 17 Ноя 2013 22:38 #4 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Среда, 23.02.2011, 23:54
Вычитка Виктория
:crazy:

Глава 2
[/b]

Этан лежал на спине.
Он никогда не спал на спине. У кугуаров она слишком узкая, и гораздо удобнее лежать на боку. Он хотел перекатиться, но тело воспротивилось. Странно. Плечи были слишком широкими, ноги какой-то неправильной формы, а хвост… пропал.
Паника. Он шумно вдохнул и дернулся, чтобы встать. Он не мог видеть, не мог толком пошевелиться. Из горла вырвался какой-то неправильный звук – человеческий. Боже, нет.
Что-то помогло ему приподняться. Рука. Нет, руки. Кто-то у него за спиной. Человек. Руки обнимали его, обхватив запястья, обвив его собственные руки вокруг него, словно рукава смирительной рубашки. Чья-то грудь прижималась к его спине.
Бред какой-то. Нужно приготовиться к нападению. Кошка… Думай! Воздух снова со свистом ворвался в легкие. Дыши, Этан.
– Расслабься, – чей-то шепот.
Этан вскочил. Нет. Попытался вскочить, но не смог пошевелиться, лишь затрясся всем телом. Он не был парализован, его просто держали. Хватка усилилась, чужие ноги обвили его бедра, руки крепче стиснули его. Кто-то почти обернулся вокруг него. Как? Зачем?
Он услышал какое-то завывание и только потом понял, что оно вырывается из его горла.
– Все в порядке, но тебе нужно успокоиться.
Голос лишь заставлял Этана дрожать еще сильнее, он напрягал мышцы, стараясь освободиться. Он был силен даже в человеческой форме, но не настолько, чтобы сломать эту клетку из рук, ног и спины. Нужно обратиться. Кошка. Кошка. Ему нужно придумать, как перекинуться.
– Не борись. Никто не причинит тебе вреда. – Тембр голоса выдавал его тюремщика, как и нечеловеческая сила.
Волк. Этана удерживал волк. При одной только мысли сердце пугающе громко заколотилось. Все пугало. Мир вокруг начал тускнеть, но Этан с трудом удерживался в сознании. Один бог знает, что они сделают с ним, стоит ему отключиться.
– Тише. – Незнакомец удерживал его с явным трудом. Волк уткнулся носом в шею Этана – классически волчий способ успокаивать, но это действовало на волков, не на него. Этан попробовал бы сломать ему шею, но его слишком трясло, а захват был слишком сильным. Этан потерял контроль, слабый, беспомощный.
– Этан, – снова успокаивающий голос, такой обманчивый, и все же все силы оставили Этана. Внутри проснулось человеческое любопытство, настороженное, но все усиливавшееся, несмотря на страх. Гребаный человек. Он уговаривал отказаться от борьбы. Будил в душе страшную тоску.
Этан вдруг понял, что волк назвал его по имени. Как?
Кошка. Нужно было измениться, чтобы драться. Его кошачья половина может победить любого волка. А глупый человек хотел подружиться. Боже.
Подыши немного, Этан. Соберись, и сумеешь обратиться, и к черту волков!
– Вот так.
Он прерывисто вдыхал и выдыхал. Боже, он не может перекинуться. Почему нет? Куда делась его кошачья сущность? Как будто человеческие прикосновение – плевать, что мужчина на самом деле волк – подавляли ее. Человеку же хотелось задавать вопросы.
Незнакомец слегка ослабил хватку. Недостаточно, чтобы Этан мог что-нибудь сделать, просто чтобы тому стало удобнее.
Его никогда так не удерживали, он не чувствовал себя в безопасности. Ему не следовало говорить, но человек плевать на это хотел.
– Я ничего не вижу, – прохрипел он. Говорить было почти больно.
– Открой глаза.
Веки взлетели, и по глазам ударил яркий ослепляющий свет. Этан съежился.
– Можешь выключить лампу, пожалуйста? – Вежливая просьба была адресована не Этану.
И кому тогда? В комнате есть кто-то еще. Конечно, Этан слышал дыхание, но не сразу разобрал, что людей двое. Его снова захлестнула паника, и волк еще крепче обнял его. Он не хотел этого, но этим волкам наверняка плевать на желания Этана.
– Этан, – на этот раз громче. – Ты здесь в безопасности, но тебе нужно успокоиться.
– Не могу. Не могу. – Глупо говорить это, но боже, тут волки, они порвут его на части. Один будет держать его, а второй – синеглазый – пускать кровь. Бессилие убивало. Именно от этого он столько лет убегал.
– Никто ничего тебе не сделает. – Почему волк говорит это? Это какая-то игра? Этан никак не мог понять, что происходит, особенно когда волк потерся лицом о его шею, заставив задрожать. – Ты растерян, я знаю. Ты слишком долго был кошкой. Чтобы начать думать как человек, понадобится время. Но это придет.
К черту человека! Кошка. Но Этан не мог нащупать свою вторую половину. Кугуар потерялся где-то внутри, он пытался вырваться, но оказался погребен слишком глубоко под человеческой сущностью, чтобы выбраться наружу. Внутренняя борьба лишала сил, перед глазами заплясали серые пятна, он не мог больше бороться.

Как только Этан потерял сознание, Брэм расслабил мускулы. Все его тело словно застыло, удерживая кугуар. Он осторожно опустил Этана на постель, поборов желание откинуть песочные волосы с его лица. Но нет, нечестно без необходимости прикасаться к кугуару, если он не давал на это разрешения. Телесного контакта Этану и так перепало достаточно, и кошке это явно не понравилось.
Брэм соскользнул с кровати и посмотрел на оборотня, свернувшегося калачиком на краю. Этан выглядел так, словно пытался защититься, и от этой мысли Брэм почувствовал себя виноватым.
Подождав мгновение, чтобы собраться, он поднял голову и вызывающе посмотрел на Дага, который с интересом следил за разыгрывающейся сценой. Прочитав на лице альфы удовлетворение, Брэм внезапно разозлился. Несмотря на то, что подсказывала ему интуиция, он сказал первое, что пришло на ум:
– Это ну просто здорово, мать твою!
Даг нахмурился.
– Следи за языком.
Сжав кулаки, Брэм обошел кровать. Этан излучал ужас, и, хотя Даг уверял, что дикому кугуару требуется физический контакт и человеческое присутствие, объятия Брэма мало помогли унять этот всепоглощающий страх.
Лицо Дага враз лишилось всякого выражения, но в голосе прозвучала угроза.
– Не разговаривай больше так со мной, особенно в присутствии кошечки, мне плевать, что он без сознания.
Брэм покорно кивнул. В конце концов, он всегда делал то, что приказывал ему альфа. Он кивнул, и гнев спал – как обычно и бывало перед лицом ярости Дага – и Брэм смог предложить альфе то, чего тот хотел – раскаяние.
– Прости. – Брэм в самом деле говорил от всего сердца, хотя то, что они делали с Этаном, казалось ему неправильным, несмотря на все смягчающие обстоятельства.
– Ладно. Но Этан не единственный, кому нужно успокоиться.
– Знаю. Прости.
– Все прошло довольно хорошо.
Довольно хорошо? – Брэм забыл о том, что должен демонстрировать раскаяние. Уж признать, что для Этана все это пытка, Даг просто обязан. – Я чувствовал, как колотится его сердце. Мне казалось, что у него сейчас случится сердечный приступ.
Когда у Этана сорвался голос на последних словах, не могу, у Брэма защемило сердце.
Даг обхватил его затылок и с силой тряхнул.
– Тише, а то разбудишь его. Ему нужно поспать.
Брэм наклонил голову, принимая это прикосновение.
– При обычных обстоятельствах я бы не стал мириться с таким поведением, Брэм, и тебе это известно. Однако я понимаю, что ты извелся. – Пальцы Дага до боли сжали шею Брэма, чтобы подчеркнуть слова.
Даг прав, Даг всегда прав. Брэм повторял это как мантру. Нужно избавиться от гнева и вспомнить, что он делает свою работу. Работу, которую хотел. Ему повезло, что альфа выбрал его для реабилитации этого дикого кота.
Даг продолжал говорить:
– Этот парень прожил кугуаром восемь лет. После такого срока мысль о том, чтобы снова стать человеком, пугает и сбивает с толку. По крайней мере мне так говорили. Я же тщательно изучал это явление, помнишь? Я отлично знаю, что делаю. И я не обязан объяснять тебе свои действия.
– Да, – сказал Брэм, терпя хватку Дага, пытаясь не противиться боли.
– Конечно, ты чувствуешь его ужас. Я тоже чувствую. Но через пару дней, когда кот привыкнет к человеческой форме, страх пойдет на убыль. Я говорил тебе, что нам потребуются время и терпение. – Пальцы альфы пережали нервы, и Брэм еще сильнее ссутулился.
– Да. – Ему хотелось, чтобы Даг убрал руку. Даже несмотря на то что он жаждал прикосновений своего альфы, любая боль вызывала у него отвращение.
– У тебя ведь оно есть? Терпение, Брэм?
– У меня есть терпение, – подтвердил он.
Именно этого ответа ждал Даг, к тому же это было правдой.
– Прости, Даг. – Но только когда Брэм задрожал, Даг отпустил его. Брэм изо всех сил держался, чтобы не передернуться. Безжалостные пальцы напомнили ему о наказаниях, назначаемых Габриэлем, когда он был подростком, они всегда начинались с шейного захвата, и шли по нарастающей.
Однако сейчас дело не в Брэме. А в Этане. Если бы Дагу это было интересно, он объяснил бы, что проблема не в терпении. Просто чертовски трудно чувствовать, чуять страх Этана.
– Я не думал, что он меня испугается, – объяснил Брэм. – Прости, что не подготовился лучше.
– Я тебя предупреждал. Надо было слушать меня. И делать, как я говорю. Ты обязан подчиняться, и если ты не сможешь контролировать себя и эти вспышки, я тебя отошлю.
– Да. Прости.
Смягчившись, Даг бросил на Брэма насмешливый взгляд.
– Ну конечно, Этан тебя боится. Он не волк, и ты не его омега.
Брэм покраснел.
– Ты, наоборот, очень большой волк да и мужчина немаленький. У Этана нет причин доверять тебе больше, чем кому-то другому. – Даг замолчал. – Особенно, если он вспомнит тебя и свяжет с правлением Габриэля.
– Боже, надеюсь, этого не будет. – Тогда Брэм был долговязым шестнадцатилетним подростком, но наверняка его достаточно легко узнать.
– Представь, что это произойдет. – Даг схвати Брэма за плечо и оттащил в сторону от Этана. Брэм не сопротивлялся, действия альфы стали почти осторожными. Даг усадил его за стол и показал на тарелку. Брэм начал безропотно есть, потому что еще не пришел в себя после погони и обращения.
Он остановился и посмотрел на постель.
– Этану нужно поесть.
– Он слишком тощий, – согласился Даг. – Но чтобы не травмировать его еще сильнее, будет лучше, если он поест сам, чем если мы пристегнем его к кровати и поставим капельницу. Я не хочу навредить ему, так что это только на крайний случай.
Брэм кивнул, признавая логику Дага, и продолжил есть, одним глазом поглядывая на альфу, который еще не договорил.
– Дело в том, Брэм, что нам нужно быть осторожными. Этан мог совсем одичать. – Когда Брэм покачал головой, Даг добавил: – С кошками-оборотнями такое бывает. Моему кузену пришлось усыпить довольно многих.
Брэму не следовало так смотреть на Дага, он это знал, но так и не смог себя перебороть. Он очень давно был омегой, но так и не научился самоконтролю и послушанию. Так и не научился держать себя в руках. Иногда он задумывался, как ему вообще удалось выжить. И все же он как-то сумел ответить спокойно и учтиво:
– Я помню Этана, Даг. Он хотел спасти Лилу. Он не был диким.
– Не был тогда, много лет назад. – Даг предостерегающе вскинул бровь в ответ на выпад Брэма, и тот тут же опустил глаза. – Послушай, я не хочу этого. Я не для того последние три недели гонял всю стаю за этим парнем, чтобы теперь прикончить его. Это было бы бездарной тратой ресурсов.
«Так зачем же мы его искали?» – хотелось спросить Брэму. На этот вопрос никто ему так и не дал ответа. Но сейчас он слишком устал, чтобы повторять его. Не сейчас, когда Даг и так злится на него за неповиновение.
Даг скосил глаза на Этана, во взгляде его читалось ликование, словно кугуар – его приз.
– Проблема в том, что в последний раз когда Этан был человеком, волки-социопаты решили поиграть в «убей-киску». Такое любого заставит свихнуться. – Даг снова повернулся к Брэму. – Теперь я альфа, я, а не Габриэль, и я не допущу подобного в стае.
Брэм с облегчением выдохнул. Несмотря на его опасения относительно этой авантюры – и время от времени относительно самого Дага, – он не сомневался, что за последние четыре года с теперешним альфой стая стала лучше. Пожалуй, Даг спас ему жизнь, окружив Брэма невидимой стеной с надписью «руки прочь». При Габриэле над омегами издевались. Постоянно. При воспоминании об этом его охватил озноб.
– Я ненавидел Габриэля, – тихо произнес Брэм.
– Он мертв. А ты нет. Наоборот, ты здесь, чтобы исправить ошибки прошлого, именно так и рассматривай свое общение с этой кошкой. – Взгляд синих глаз Дага был холодным и оценивающим, казалось, он видит все несовершенство Брэма. – Если ты хочешь сделать все как надо, тебе нужно сперва успокоиться самому, а не Этана успокаивать.
– Я спокоен, – выдавил Брэм, хотя, когда он смотрел на оборотня, его охватывала ярость, он не мог видеть того таким уязвимым.
Брэму захотелось ударить кулаком о стену, глаза заволокло красной пеленой. Внезапно Даг схватил его за волосы и заставил согнуться пополам и зажать голову между колен. Поза была унизительной, но Брэм пытался не сопротивляться, хотя это было трудно. Что еще хуже – Брэму, как и любому оборотню, тоже не хватало физического контакта, поэтому какая-то часть его радовалась прикосновениям Дага, какими бы властными и болезненными они ни были. Теплые пальцы снова сдавили затылок.
– Дыши, – сухо посоветовал Даг. – И больше не ври мне. Ты не спокоен.
– Хорошо, – выдохнул в пол Брэм, – я расстроен. Прости. Я думал… – Но он не мог сказать, что думал, что если будет заботиться об Этане и его участи, это как-то изменит положение, Этан почувствует, что ему не все равно, смягчится и перестанет шарахаться от него.
– Я говорил тебе, что это будет нелегко. – Даг схватил Брэма за волосы и потянул, позволяя сесть. Он заглянул в лицо Брэму, и тот послушно отвел глаза. – Я серьезно. Я сниму тебя с этого задания, если ты не сможешь держать себя в руках. Я займусь этим в одиночку, если придется.
– Я возьму себя в руки, Даг. – Эта работа была для него слишком важна, она была ему необходима. Необходима, чтобы как-то помочь стае. Это и еще желание произвести впечатление на Дага были для Брэма крайне важны. Потому что если Даг потеряет к нему интерес, у Брэма не останется никого.
К тому же есть еще Этан… Брэму хотелось как-то загладить свою вину, пусть он всего лишь стоял за спинами других, когда Габриэль мучил бедного котенка. Он чувствовал свою причастность из-за того, что был там.
Даг выпустил волосы Брэма.
– Поспи, пока он не пришел в себя. Я за ним присмотрю.
Брэм поднял большую бутылку воды и жадно выхлебал.
Даг нервно дернул головой в сторону вымотавшегося Этана.
– Этот парень не котенок, а взрослая кошка. Если он перекинется, а ты не будешь готов, то превратишься в мясо для гамбургера. В лучшем случае.
– Знаю.
– Тебе нельзя расслабляться, пока Этан не придет в себя.
– Он придет.
Даг посмотрел на него с непроницаемым выражением в синих глазах. Что это? Сомнение? Презрение? Раздражение?
– А может быть, и нет, Брэм. Не позволяй надежде мешать тебе рассуждать логически. Этан уже задрал одного волка, и после того, через что ему пришлось пройти, сделает это еще раз. Здесь он чувствует опасность, и это может никогда не измениться, несмотря на все наши усилия.
– Он в растерянности, но мы до него достучимся. Он поймет, что ему ничего не грозит.
– А может, так и останется в растерянности. Не все могут вернуться в нормальное состояние. Однако… – Выражение лица Дага не изменилось, но странные нотки в голосе подсказывали, что ему известно, как много это значит для Брэма. – Я бы не стал делать это, если бы считал, что у нас совсем нет шансов до него достучаться. Нам просто нужно успокоить его человеческую половину. Этану нельзя обращаться, а это значит, что ему нужен телесный контакт. После восьми лет человек не сможет устоять, но кошке это не понравится. Она захочет крови.
Брэм не ответил. Даг был альфой стаи и единственным экспертом по кошкам-оборотням, и даже в лучшие времена не любил, когда с ним спорили. Однако Даг не видел Этана здесь много лет назад. Котенок пытался спасти волчицу, пожертвовав собой. Лила – Брэм поклялся себе никогда не забывать ее имени – была уже мертва, и жертва Этана оказалась печальной и напрасной.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, Клитемнестра, Syslik0999, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
04 Ноя 2012 23:28 - 17 Ноя 2013 22:39 #5 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Вторник, 08.03.2011, 14:24
Мегаскоростной бетаридинг: Виктория)))


Глава 3
[/b][/size]

Этан проснулся в слезах, на него нахлынули человеческие воспоминания. Лила лежала рядом с ним, ее тело было разорвано на куски, несмотря на все его старания забыть тот день, он так и не смог.
Он поерзал, но воспоминания не желали отступать.
Руки, большие и теплые, прижали его к твердому телу.
Незнакомец утешающе потерся носом о его шею, заставив Этана всхлипнуть еще громче. Ему должно было быть стыдно, но он слишком устал, чтобы стыдиться. На этот раз руки не стали сдавливать его. Вместо этого они начали успокаивающе гладить его по лицу, бокам, делая только больнее. Он никак не мог вздохнуть.
– Этан.
Это имя придумала Лила. Он так и не узнал почему. Она предложила имя его матери, и той оно понравилось.
– Этан. – Голос звучал напряженно, даже обеспокоенно. Почему? Этану следовало бы, наверное, что-то заподозрить, но от слез он слишком ослаб.
Он повернул голову к мужчине, не в силах устоять перед человеческим прикосновением. Этан оставался кошкой не без причины. Кошкам никто не нужен, им не надо, чтобы их обнимали, а Этан был дураком. Он потянулся к мужчине и заплакал. Он не мог остановиться. Не мог держать боль в себе. Волк шептал что-то успокаивающее, а тело Этана содрогалось от рыданий.
– Что-то не так. – Встревоженный тихий голос обращался не к нему. – Он совсем измотается, если это продолжится. – В словах слышалась какая-то злость, почти гнев.
Этан не понимал, почему его тюремщики не делают ему больно?
– Держи его спиной к себе, Брэм, – предупредил альфа, Этан ничего не понял, но мгновение спустя еще одна пара рук заставила его отвернуться от того, кто обнимал его, и Этан изо всех сил начал вырываться.
Руки крепко сжались, не давая пошевелиться, и тот, кого звали Брэм, зарычал:
– Отойди, Даг.
– Что ты сказал? – Слава богу, руки второго пропали.
– Прости. – Брэм охнул – явно от боли – голос его звучал вымученно, тело натянулось как струна, хотя хватка осталась почти нежной.
Этан не понимал, что происходит, только, что второй волк теперь прикасается к Брэму, а не к нему.
– Но, Даг, – возразил Брэм, – ты делаешь только хуже.
– Держи его спиной к себе, – невозмутимо повторил тот.
– Хорошо.
Альфа сделал шаг в сторону.
– Я просто не хочу, чтобы он вцепился тебе в горло.
Этан хватал ртом воздух, ожидая, когда Даг набросится на него, когда они раздерут его в клочья. Он забыл, что ждал этого. Как он мог забыть? Собраться, нужно собраться. Почему он так слаб? Он не мог думать, он сейчас потеряет сознание. Опять.
Комната потускнела, кто-то зарылся лицом в его волосы… длинные волосы.
– Этан. – Голос дрожал… в нем слышалось почти отчаяние, слабое эхо его собственного. – Тшшш.
Когтистая лапа, когтистая волчья лапа, вспорола его живот. Этан пытался не дать кишкам вывалиться наружу. Человек внутри него устал, но кугуар все еще боролся, перекидываясь, чтобы спасти себя, спасти Этана. Когда он пришел в себя, волки уже превратились в людей, у одного из них в руках был нож.
– С чего начнем в этот раз? – Габриэль поднял нож, солнце заиграло на лезвии, и замахнулся.

Этан повалился на пол, но кто-то подхватил его. Волк, хотя этот его мучитель не стал резать его на части, как тот другой в прошлый раз. Вместо этого волк обнял его.
Руки казались смутно знакомыми. Он уже достаточно времени провел в их объятии, чтобы почти привыкнуть к этому: грудь к спине, чужие ноги, обвивающие его ноги, руки, крепко обхватывающие его тело. Ему не делали больно. По крайней мере тот волк, что держал его, не делал. Просто удерживал.
– Этан. – Чье-то лицо уткнулось ему в шею. Этот жест не должен был успокоить его, но почему-то успокоил. По крайней мере Этан вдруг понял, что устал бороться. Хотя расслабляться было глупо, но осторожные руки искушали, и Этан перестал вырываться. Через мгновение его снова одолела усталость, и, ни о чем не думая, он просто откинул голову на плечо волка. Он никогда в жизни не чувствовал себя таким изможденным.
Волк мог впиться в его яремную вену, и Этан не сумел бы остановить его. Может, они хотят заморить его голодом? Его дыхание опять участилось от страха и в то же время надежды – ведь ему пока не причинили вреда.
Никаких клыков, только теплый нос, влажное дыхание и удовлетворенное (?) рычание. Может, от облегчения?
– Этан? – настороженный голос. – Ты можешь говорить?
Этан задрожал и потерся затылком о плечо волка, громко дыша и радуясь, что сегодня нет ножей и когтей.
Затем его заставили попить. Он даже не понимал, что хочет пить, пока чьи-то руки не поднесли стакан. Как только он оказался у его губ, Этан начал жадно глотать воду, пока ничего не осталось. Его веки устало опустились, на это простое действие ушли все силы, поэтому он снова откинул голову на плечо волку и заснул.
Проснулся Этан голодным. Конечно, чужие руки были на месте, но их прикосновения уже не вызывали тревоги или страха, несмотря на свою… чужеродность. Человеку нравилось, что его обнимают, он прижимался к оборотню, радуясь, что сознание больше не накрывает паника. Так можно и привыкнуть к такому странному существованию.
Этан очень медленно открыл глаза, в комнате было почти темно, и в отличие от прошлых раз Этан смог слегка оглядеться. Похоже, зрение – или та часть мозга, что отвечает за зрение – наконец-то заработало.
Это была маленькая комната – не слишком хорошо обставленная, только кровать, на которой они сидели, стул и стол. Этан огляделся в поисках второго волка, альфы, который приносил воду и бросался непонятными приказами, но здесь был лишь один из его тюремщиков.
Кстати, в отличие от Этана, одетый.
– Привет. – Тот же успокаивающий голос, который теперь казался тревожно знакомым, даже несмотря на то, что ощущение было обманчивым. Волки играли на его слабостях.
Понимая всю тщетность своих усилий, Этан все равно попытался вырваться, руки, само собой, стиснули его еще крепче. Лицо опять прижалось к его шее, прямо к бьющейся жилке, волк ткнулся носом, почти поцеловав его, и Этан задрожал и обмяк. Долгий прерывистый вздох выдавал слишком много, но волк не стал пользоваться его слезами или усталостью, чтобы поиздеваться. Пока не стал.
Этану снова захотелось откинуть голову на плечо волка, но вместо этого он бросил все остатки гордости на то, чтобы сесть прямо. Он поискал кошку и нашел ее, но она больше не злилась, не так отчаянно хотела освободиться. Обе половины Этана нервничали, но были в замешательстве.
– Что… – пришлось откашляться, чтобы продолжить… – черт возьми, происходит? – Он хотел, чтобы его тон казался небрежным, но голос прозвучал почти пискляво, и Этан смутился, хоть это и было вызвано всего лишь отсутствием практики. Он слишком давно не был человеком, а кошка была не особо сильна в разговорах.
Хватка чуть ослабла, и его тюремщик замер, как будто ждал, что Этан снова станет вырываться. Этан не двинулся с места.
– Я Брэм. – Ответ так ответ.
Ах да. Один из них. Тогда, много лет назад, Брэм прятался за спинами других, тощий, испуганный, весь усыпанный синяками подросток. Он не трогал Этана, по крайней мере не подходил к нему. Нужно быть начеку, но не паниковать попусту.
– Брэм, – повторил он.
– Да.
Этан ждал разъяснений, но их не последовало.
– Эээ, почему ты меня так держишь?
– Прости.
Слова напугали Этана – он не мог понять, за что незнакомец извиняется, – хотя он старался не показать этого, потому что волки могли учуять что угодно и любили этим похвастать. Лицо Брэма снова прижалось к его затылку, нос скользнул по горлу, и Этан почувствовал, как расслабляется. Хотелось повернуться, обнять волка в ответ. Глупый человек был таким же слабым, как ему и запомнилось. Неудивительно, что кошка такой мертвой хваткой вцепилась в его сознание. Это был единственный способ выжить.
– Этан. – Даже голос Брэма действовал на него успокаивающе. – Я держу тебя, чтобы ты не напал на меня.
Все его тело изумленно дернулось при этих странных словах. «Нет, вранье», – поправил он себя. Этот волк лжец. Правда, если бросить это ему в лицо, лучше не станет, надо узнать, что происходит. Поговорить с Брэмом, чтобы проверить, не скажет ли тот еще что-нибудь. Боже, Этан так давно ни с кем не разговаривал, однако задать вопрос оказалось не слишком сложно:
– Зачем мне на тебя нападать?
Брэм положил подбородок Этану на плечо.
– Волки и кошки не особо ладят.
Бред; это даже и близко не похоже на правду. Лила, его, можно сказать, вторая мать, тому доказательство.
– Почему тогда не посадить меня в клетку?
– Я тоже оборотень. Я знаю, что клетки сводят с ума.
Дверь распахнулась, и, к своему смущению, Этан вздрогнул и шумно втянул в себя воздух. Брэм утешающе сжал руки, и Этан попробовал успокоиться, хотя двое на одного, когда он человек, к тому же истощенный, расклад не из лучших.
– Все хорошо, – заверил его Брэм. – Это Даг. Он уже был здесь раньше. Мы думаем, тебе нужно поесть.
– Мне нужно в туалет. Мой мочевой пузырь сейчас лопнет. – Этан опустил глаза на руки, которые обнимали так крепко.
Последовало долгое молчание, два волка словно пытались переварить эту информацию. Они смотрели друг на друга, пока Даг не кивнул.
– Отпусти его. – Брэм тотчас подчинился, послушно расслабив руки, осторожно опустил их, и слез с кровати.
Явно удивившись, что его больше не держат, Этан не двинулся с места. По голой костлявой спине пробежала дрожь. Он сгорбился и напрягся, подобравшись, потом по-кошачьи плавным движением развернулся, перелез через кровать и пошел в ванную. Двери не было, но Брэм и Даг отвернулись.
В следующую секунду в душе потекла вода.
– Проследи за ним, – приказал Даг, и Брэм пошел за Этаном.
Тщательно моясь, тот делал вид, что не обращает внимания на Брэма, стоящего по другую сторону прозрачной кабинки. Минут через пять кот высунул голову.
– Мне нужны ножницы. – Он подергал себя за длинные спутанные волосы.
Брэм поглядел на Дага, который сухо ответил:
– Скажи ему, что еда остывает.
Когда Брэм открыл рот, чтобы передать сообщение, Этан перебил:
– Я все слышал. У меня тонкий слух, как вам, наверное, известно. – Он снова тряхнул волосами. Они доставали до самой талии. – Я хочу избавиться от гребаных патл. У меня от них болит голова.
Брэм снова посмотрел на Дага, и тот вздохнул:
– Наверное, то, что киса хочет выглядеть прилично – хороший знак. – Он вышел из комнаты, видимо, чтобы отыскать то, о чем попросил Этан.
– Похоже, пошел за ними. Ну, то есть за ножницами, – сказал Брэм коту.
– Хорошо. – Этан замер, каре-зеленые глаза неприязненно сверкнули. – Наслаждаешься шоу?
Брэм замер, услышав насмешливый тон, и попытался не показать своего смущения. Да, для оборотней нагота была естественной, но обычно они все же не стояли и не смотрели, как кто-то моется. Хотя, может, Этан говорит не только об этом?
– Я просто слежу, чтобы с тобой все было в порядке.
– Ооо. Так вот оно что! Эта охота, похищение, то, что ты делаешь со мной в постели… Это все просто для того, чтобы убедиться, что я в порядке. – Этан зло фыркнул. – А потом вы еще станете требовать, чтобы я вас отблагодарил.
Отвечать не было смысла. Если Этан не знал, что другие оборотни помогают пробудить в нем человека, что физический контакт делает его человеческое тело сильнее, ему предстоит узнать много нового. Даг наткнулся на упоминание об этом случайно, когда изучал кошек-оборотней и способы вернуть им человеческий облик. Если Этан думал, что ему не нужно больше быть человеком, едва ли Брэм мог сказать что-то, чтобы убедить того в обратном. Может, Этан даже не считал себя диким.
Неловкое молчание было прервано появлением Дага. Он сунул ножницы и бритву в руки Брэму, но посмотрел при этом на Этана и покачал пальцем.
– Попробуешь порезать себя или Брэма, больше их не получишь, я побрею тебя сам.
Этан лишь недовольно поджал губы и молча вытянул руку. Брэм передал ему ножницы ручками вперед и подтащил к душу мусорную корзину. Этан принялся за дело, хотя спутанные пряди поддавались неохотно. Большие клочья – как с головы, так и из бороды – он сразу бросал в пакет.
Этан вышел из кабинки и начал бриться. Брэм поспешно забрал у Дага гель для бритья и передал коту, прежде чем тот порезал лицо. Ему было интересно, как выглядит чисто выбритый Этан.
Движения его были медленными и неловкими, он явно не привык пользоваться бритвой, но все равно ни разу даже не взглянул на Брэма. Желудок, который теперь громко бурчал от голода, Этан тоже проигнорировал. Кот оказался не таким уж и тощим, хотя тазовые кости торчали, а ребра можно было пересчитать. Выступающие позвонки заставляли Этана выглядеть беззащитным, но Брэм, пока ему приходилось держать того, понял, что Этан далеко не слабак.
Какое-то время спустя Брэм начал подозревать, что, оставаясь в ванной столько времени, Этан пытается показать характер. Кажется, Даг говорил, что кошкам нравится считать, что все у них под контролем, и пока они демонстрируют это, ухаживая за лицом и волосами, а не нападая на других, этот способ казался достаточно безвредным.
Наконец Этан отвернулся от зеркала, лицо с заострившимися чертами теперь было хорошо видно, коротко подстриженные песочные волосы уже начинали виться. Брэм протянул ему полотенце. Вытершись, Этан повязал его на бедра.
– Не хочешь одеться? – спросил Брэм.
– Мне дадут одежду? – Рука Этана стиснула полотенце, костяшки побелели, в едва заметно дрогнувшем голосе прозвучала почти язвительность. Похоже, он и сам это услышал, потому что лицо его загорелось, а плечи застыли.
Пытаясь вести себя спокойно, Брэм подошел к столу, взял с него спортивные штаны и футболку и передал их Этану, который соизволил взять одежду. Его всего трясло, наверное, он голода и переутомления, хотя может, и от стараний сохранить лицо в такой ситуации, когда его удерживали против воли.
– Мы тебя одевали. Ты сам сорвал с себя прошлую пару штанов, – объяснил Брэм Этану, а тот изумленно посмотрел на него, а потом натянул на себя одежду.
– Твой обед остыл. – Даг, не скрывая нетерпения, кивнул на стол.
– Нас, кошек, не волнует температура еды. – И все же Этан подошел к столу и опасливо сел на стул каким-то неловким движением. С тех пор как он ел за столом, прошло очень много времени.
– Верно, – протянул Даг, когда Этан набил рот, а Брэм подумал, что лучше бы Дагу заткнуться и дать коту спокойно поесть. – Скольких кошек ты знал?
Этан поджал губы.
– Ни одной?
Этан не обратил на Дага внимания и стал есть с какой-то огромной скоростью, даже для оборотня – он просто сметал еду.
Оставь его в покое, Даг. Однако Брэм не мог сказать такое своему альфе.
– Я как-то разговаривал с одной кошкой, – начал Даг, и Этан настороженно посмотрел на него. – Келли любит горячую еду, хотя, как и многие оборотни, не слишком разборчива.
Этан доел все, что было на подносе, и поднял глаза на Брэма, потом на Дага.
– Келли. Женщина, – с явным недоверием сказал он. Однако его сомнение было бы более эффектным, если бы на лице не застыло выражение загнанного животного, а тело не тряслось. Этану нужно побольше спать и поменьше бояться. Брэм чуял его страх, даже несмотря на то, что тот старался этого не показывать.
– Я тоже удивился, – с улыбкой кивнул Даг, словно они с Этаном были старыми друзьями. – Самки и среди волков достаточно редки.
При этих словах в Этане словно потухла лампочка. Брэму подумалось, не вспоминает ли он ту волчицу, Лилу, которая была его спутницей восемь лет тому назад. Даг не стал продолжать разговор. Наверное, понял, что сказал достаточно. Вместо этого он поднял пустой поднос и, прежде чем выйти из комнаты, бросил Брэму бутылку с водой.
– Проследи, чтобы выпил.
Когда Брэм подошел к Этану, кот отпрянул и забрался на кровать. Он свернулся клубком и лег спиной к Брэму. Поэтому волк просто поставил бутылку на стол и сел в кресло. Теперь, когда Этан более менее пришел в себя, это постоянное наблюдение казалось навязчивым. Но, сомнений нет, за котом надо приглядывать. Чтобы восстановиться, Этану нужно оставаться человеком. Этот разговор был важным шагом вперед, но процесс завершится еще нескоро.
Через какое-то время дыхание Этана стало глубже, и Брэм вздохнул от облегчения. Кот снова заснул.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, ruusunen, Клитемнестра, Syslik0999, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
04 Ноя 2012 23:34 - 17 Ноя 2013 22:40 #6 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Воскресенье, 13.03.2011, 20:32
Редактура Viktoria :crazy:


Глава 4
[/b]

Этан проснулся, словно от толчка, сжав кулаки. Кулаки. Он застонал. Нет, не то чтобы ему недоставало лап. В конце концов человеческие руки во многом более практичны. Но Этану страшно не хватало когтей. Они не раз спасали ему жизнь.
Его разбудил ночной кошмар, еще одна человеческая черта – кошмары, которые пугают до чертиков. Кошка не видела таких живых снов. Этан устал от них, и зачем на нем эта одежда? Он начал срывать ее.
Кто-то перехватил его руку, и Этан отдернул ее, тяжело дыша.
– Этан. – Голос был не Брэма. Черт. Он принадлежал второму – альфе со странно знакомыми синими глазами. Пытаясь перебороть панику, Этан отпрянул, стараясь не поднимать взгляд на волка. Альфы считали прямой взгляд вызовом, не успеешь оглянуться, как на тебя набросятся.
Боже, как отсюда выбраться? Он пришел в себя достаточно, чтобы понять, что отсюда необходимо выбраться. Просто нельзя поддаваться растерянности. Он стиснул зубы.
– Этан.
Хотелось зажать уши. Глупо, но он просто не мог выносить эти покровительственные нотки в голосе альфы. Нет, они не вызывали в нем отклика, как в волках, но чертов альфа рассчитывал именно на это.
Не обращая на него внимания, Этан заглянул в себя, тщась отыскать кошку. Ему нужно было обратиться, вырваться из человеческого тела и сбежать. Человек не знал и не умел этого. Если бы только он мог сконцентрироваться… внутри… там. Да. Он почувствовал, как кошка зашевелилась где-то в глубине. Самое начало…
Чьи-то руки легли ему на плечи, и Этан рванулся. Правда, далеко уйти ему не удалось, он взлетел в воздух и упал животом на матрас. Альфа завел руки Этана ему за спину, сдавил запястья и прижал их к пояснице, но достаточно высоко, так что мышцы заныли, а потом заставил его шире раздвинуть ноги. Этан почувствовал тяжесть чужого тела, когда альфа придавил коленями его бедра и стиснул запястья.
Из-за нахлынувшей паники и тела волка на своей спине, Этан не мог дышать. Легкие горели.
– Поверни голову набок. – Голос альфы звучал прохладно, почти безразлично, и Этан сделал, как сказали. Он был не настолько упрям, чтобы задохнуться из желания постоять на своем. Почему он вообще так глупо повел себя, проснувшись тут? Половину времени он просто не мог сосредоточиться, чтобы подумать. Повернув голову, Этан начал хватать ртом воздух.
– А сейчас ты успокоишься. – Такой безмятежный тон. Просто утверждение. Почти команда.
Ага, конечно. Долбаный волк сидит на нем верхом, а он возьми и успокойся.
– Или что?
– Будем сидеть так, пока ты этого не сделаешь.
Этан фыркнул, как будто ему смешно, хоть это было и не так. Наверное, он должен был чувствовать отвращение из-за этого положения, но этот захват по крайней мере был бесстрастным. Ноги болели. Даг – да, это Даг, вспомнил Этан – весил как будто целую тонну, и его большая ладонь, не та, которой он сдавливал запястья, лежала на пояснице Этана, прямо под хлопковой футболкой. Это была не ласка, не выражение нежности – Даг просто прижимал ладонь к коже Этана, чтобы тот не мог найти в себе кошку, не мог даже думать о том, чтобы обратиться. Кошка пропала, и Этан просто лежал и дышал, потому что человека это устраивало. Даже если его наказывали.
– Что ты со мной делаешь? – спросил он, не в силах подавить жалобные нотки в голосе.
– Ты хотел перекинуться.
Этан не стал этого отрицать.
Даг продолжил:
– Я бы предпочел просто поговорить. Сказать по правде, я не фанат рестлинга. Но ты не отзывался на свое имя.
– Ты альфа. Я не разговариваю с альфами.
– Вот как? – Даг ничуть не казался задетым. – Что ты будешь делать, если я отпущу тебя?
– Ничего. Сяду. – Еще он был бы не прочь размять уже начавшие неметь руки и ноги, но гордость не позволила ему это сказать. Даг знал, что делал. Для обращения нужна хорошая циркуляция крови. – Я даже не стану нападать на тебя, Даг. Уверен, ты рад это слышать. А то тебе пришлось бы снова швырять меня на кровать.
– Ты растерян после сна. Это нормально.
Этан фыркнул.
– Нормально, да? Не уверен, что знаю, что такое «нормально».
– Пообещай, что останешься человеком. Тогда я тебя отпущу.
– А если я не стану ничего обещать?
– Будем сидеть здесь и дальше. – Даг похлопал Этана по спине. Бесстрастно, да, но Этан все равно передернулся.
– То есть выбора нет.
– Верно.
После нескольких минут молчания у Этана по коже забегали мурашки. Он был не против, когда его держал Брэм, он не реагировал на это так, но прикосновения Дага он просто не мог больше выносить.
– Я останусь человеком, обещаю.
Слова застревали в горле, но он не мог их удержать.
Даг медленно слез с него и отпустил руки. Этан отполз к изголовью. Его всего трясло, похоже, его сейчас вырвет. Даг не Габриэль, но Этан чувствовал, что этот ублюдок опасен.
Он потер посиневшие онемевшие запястья.
– Где Брэм?
Даг склонил голову набок.
– А что?
Этан отвел взгляд. Ему все равно не нравилось смотреть Дагу в глаза.
– Ничего.
– Брэм спит. Ты его измотал. Он два дня подряд присматривал за тобой.
– Как великодушно с его стороны.
Даг ухмыльнулся.
– Да киса с характером!
Чванливый опасный ублюдок. Этан едва сдержался. Ему совсем не хотелось, чтобы его снова скрутили.
– Эмм, почему я здесь?
– Ты слишком долго был кошкой.
Этан заморгал – он не ждал такого ответа.
– Согласно чему? Твоему мнению? У нас что, на это отводится лимит времени, о котором я не знаю?
Даг расхохотался, словно Этан очень удачно пошутил.
– Не совсем. Но одичавшие оборотни создают проблемы.
– Проблемы? Для тебя? Какое тебе дело до того, чем занимаюсь я? Едва ли меня можно назвать членом твоей стаи.
Альфа молча смотрел на него, видимо, дожидаясь, когда Этан продолжит.
– Мне надо отлить, если ты не против.
Даг кивнул на дверь ванной, как бы говоря «чувствуй-себя-как-дома», и Этан вышел, не торопясь делать свои дела, пытаясь взять себя в руки.
Когда он вернулся, ему вручили поднос с горячим обедом. Он вдруг почувствовал такой голод, что мысли обо всем, кроме еды, которую он запихивал себе в рот, просто вылетели из головы. Его человеческая мать – воспоминание заставило его содрогнуться, и он отбросил его – пришла бы в ужас от его манер. Когда Этан закончил, Даг протянул ему одну из этих вездесущих бутылок с водой.
Этан схватил ее и, прежде чем начать открывать, спросил еще раз:
– Так почему я здесь?
– Нам приходится отлавливать и усыплять кошек-оборотней, которые слишком долго были дикими.
Этан не смог подавить дрожь.
Заметив его реакцию, Даг, не скрывая удовлетворения, продолжил:
– Поэтому я подумал, что лучше поймать тебя до того, как ты превратишься в кошку окончательно и бесповоротно. Ты же знаешь, насколько свирепыми они бывают.
– Я знаю, насколько свирепыми бывают волки.
– Они тоже, – признал Даг. – Я могу быть жестоким, но не без причины. Не провоцируй меня, и мы с тобой поладим.
Этан выпил воду и попробовал подавить страх. Я узнаю ублюдка, когда вижу его, Даг. Но Этан промолчал. Он ждал, что Даг выйдет из комнаты. Общения ему хватит еще надолго. После стольких лет одиночества альфа в одной с ним комнате, в одной, черт побери, постели… это подавляло.
Однако Дагу, видимо, хотелось поболтать, он как раз устраивался поудобнее, хотя, слава богу, на стуле, а не на кровати.
– Дело в том, что мне не нравится убивать оборотней. Поэтому я долго изучал вас, чтобы выработать новую стратегию. Ты мой первый тестируемый. – Он улыбнулся. – Люди в тебе заинтересованы.
Этан бросил попытки скрыть страх и сглотнул.
«Первый тестируемый» звучит не слишком вдохновляюще. Но ты, наверное, и сам знаешь.
– Я думаю, что ты как раз вдохновишь многих, – тихо сказал Даг.
От всей этой ситуации Этану становилось плохо. Хотелось снова спросить о Брэме, что было не только глупо, но и нелогично. Брэм ему не друг, даже несмотря на то что его человеческое тело считало иначе. Но не телу же диктовать ему условия. Да, он был диким. Он это знал, и это говорило не в его пользу, еще одна причина поэкспериментировать с ним.
– Так что, как видишь, – продолжил Даг, – моя задача отыскать одичавших кошек, пока до них еще можно достучаться. И приручить.
– Достучаться, – ядовито протянул Этан, бравада одолела страх. – А что происходит с теми, до кого уже не достучаться, теми, кто не хочет, чтобы их отлавливали и запирали в крохотных комнатушках?
– Если до них не достучаться, значит, они превратились в убийц, убийц людей.
Этан решительно покачал головой.
– Я бы никогда не напал на человека.
– Нет?
– Нет. Я был кошкой, но понимал это. Я не был тупым животным. Ты ни черта обо мне не знаешь.
– Я знаю, что мой кузен Габриэль издевался над тобой. И знаю, что ты убил оборотня.
Этан задрал подбородок и встретил взгляд Дага.
– Габриэль был жестоким ублюдком, Габриэль, а не я. Так убейте его. Я просто защищал… кое-кого. – Он не станет говорить этому волку о Лиле.
Даг поднялся и подошел к Этану, заинтересованно подняв брови. Нужно срочно выяснить, как бы поуменьшить интерес альфы к нему. Наверное, для начала нужно заткнуться, но он никогда не умел держать язык за зубами. Теперь, когда у него была эта возможность, ему хотелось говорить. Даже когда – особенно когда – этот ублюдок нес такой бред.
– Согласен, Габриэль был живодером, – кивнул Даг. – Но поскольку он мертв, убить его будет трудно. Теперь за Зимнюю стаю отвечаю я. Ты оказался на моей земле. И я решил пригласить тебя в гости.
– Собираетесь устроить суд? Признать меня убийцей и казнить? – В голосе появились истеричные нотки, но у Этана даже не было сил сдержать их.
– Теперь, когда мы можем поговорить, я не буду тебя убивать. – Даг замолчал. – Если ты останешься человеком и пойдешь нам навстречу, проблем не возникнет.
– Не возникнет, – повторил Этан. – Ты ненормальный.
Даг посмотрел на него сверху вниз, и Этан поежился.
– Отпустите меня, пожалуйста. – Ему не следовало просить, не следовало говорить таким умоляющим голосом, особенно после этого разговора, зная, что Даг рассматривает его как «первого тестируемого». Но комната казалась все меньше и меньше, а потеря контроля лишала его равновесия.
– Нет.
– Сейчас же.
– Ты чуть не умер от голода, Этан. Мы просто тебя немного откормим.
Его собираются откармливать как ягненка на заклание, но по крайней мере это значит, что у него еще есть время. Осторожно. Надо быть осторожным. Чтобы не спятить окончательно.
– Я хочу, чтобы меня оставили в покое, вот и все.
– Спи, – приказал Даг и, подтащив стул поближе, стал ждать, когда Этан подчинится. Даг играл с ним, а Этану нужно было сдерживаться.
– Я не могу спать, когда ты здесь.
– А ты попытайся. – Вкрадчивые, самодовольные, неприятные нотки чуть не заставили Этана сорваться. Он три раза глубоко вздохнул, отвернулся от альфы, улегся на спину и уставился в потолок. Он чертовски долго слушал дыхание Дага рядом с собой.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, ruusunen, Клитемнестра, Syslik0999, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
04 Ноя 2012 23:38 - 17 Ноя 2013 22:41 #7 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Четверг, 07.04.2011, 00:57
Вычитка: Виктория :crazy:

Глава 4. Часть 2.
***

Этан устал спать, устал просыпаться и все равно чувствовать себя чертовски усталым. Он сел на постели, увидел, что опять раздет, и приготовился к тому, что чужие руки снова окажутся на его теле – похоже, это модус операнди здешних тюремщиков.
– Привет.
Этан вскинул голову и увидел посреди комнаты Брэма, Дага не было. Он с трудом сдержал вздох облегчения.
– Ты сам сорвал одежду во сне. – Брэм махнул рукой на пол возле кровати.
Этан посмотрел на кучку тряпья, а потом снова на себя. Выглядел он ужасно. Много лет назад он был молодым и сильным. С тех пор он почти забыл, каково это – быть человеком, а теперь? Тощие руки, костлявые колени, даже ребра можно посчитать. Он поднял голову и посмотрел на темноволосого, который старательно смотрел в лицо Этану, не опуская взгляда ниже. Интересно, какая у Брэма роль в волчьей игре «Укроти Кошку»?
– Это всего лишь я. – Брэм слабо улыбнулся и, к ужасу Этана, ему захотелось улыбнуться в ответ. Его человеческой половине отчаянно хотелось с кем-нибудь подружиться, а Брэм был единственной подходящей кандидатурой. Даг оказался вычеркнут из списка за то, что пытался втереть Этана лицом в кровать, помимо всего прочего.
– Есть хочешь?
– Всегда. Готов покормить вашего первого тестируемого?
Брэм нахмурился, но не ответил, просто протянул поднос Этану, который уселся на кровати, поджав ноги, и глубоко вдохнул запах.
После еды Этану, как обычно, захотелось спать. Он не знал, почему в последнее время постоянно чувствует себя усталым. Такими темпами ему никогда не выбраться из этой комнаты. Он заснет во время побега, и его найдут храпящим в паре метров от здания.
– Ты подсыпаешь что-то мне в еду? – Конечно, ему не обязаны говорить правду, но Брэм казался искренним.
Волк медленно покачал головой.
– Нет.
– Кто-то другой подсыпает?
Едва заметная запинка, и:
– Я так не думаю.
– Тогда почему я такой вялый?
– Мы полагаем, что из-за того, что ты много лет не был человеком, это выматывает тебя. Все кажется новым: непривычные чувства, непривычное тело, так что это просто… акклиматизация.
Слово «акклиматизация» казалось таким безобидным, что Этану захотелось рассмеяться в лицо Брэму, несмотря на его серьезное выражение.
– А еще – ты очень истощен.
– Иными словами – костлявый как скелет, – согласился Этан. – Тебе, наверное, надоело все время обнимать меня.
Брэм молчал, подыскивая подходящий ответ, судя по его лицу. Интересно, неужели его так сильно волнует то, что говорит Этан. Наконец тот решился:
– Нет, мне не надоело.
«Вот и хорошо». Может, удастся это как-нибудь использовать. Хотя какая-то часть Этана предательски наслаждалась прикосновениями Брэма.
– Даг сказал, что я тебя измотал. – Этан слез с кровати и направился в ванную. Вернувшись, он увидел, что волк замер, неловко переминаясь с ноги на ноги, явно не зная, с чего это разговор зашел об этом.
«Это тоже хорошо», [|i] – отметил про себя Этан. Брэм не казался ни умным, ни уверенным в себе. Может, для охраны диких-кошек-сделанных-первыми-тестируемыми альфа подбирает самых тупых волков. Этан пристально уставился в светло-карие глаза Брэма, и тот отвел взгляд. Точно не альфа. Слава богу.
– Мне просто нужно было поспать, – наконец произнёс Брэм.
– Как и мне. – Эти слова явно удивили волка, и Этан добавил: – Ой, нет. Так ведь не пойдет. Ты же не хочешь, чтобы тебя считали таким, как я. Одичавшим. Таким место в клетках. Я ведь наверняка могу напасть на ни в чем не повинных людей.
В больших карих глазах Брэма появилось выражение побитого щенка.
– Этан…
– Разве ты не должен держать... ой, прости, обнимать меня? Чтобы кошка оставалась человеком и все такое?
Взгляд Брэма стал еще более обиженным, и Этан против воли почувствовал себя виноватым. Он знал, что так и будет, стоит ему вернуться в мир людей. Его человеческая половина жаждала близости, а Брэм был логичным выбором. Единственным выбором, раз уж от Дага его воротит, что было понятно, но чертовски глупо. И опасно.
– Забудь, – пробормотал он, отворачиваясь, чтобы схватить с пола спортивные штаны и натянуть на себя. Все карты были у них на руках, и они могли использовать его жажду человеческих прикосновений против него. Этан и не осознавал – не желал осознавать, – как одиноко ему было все эти годы. Он сел на край постели спиной к Брэму.
– Этан. – Ладонь Брэма легла на его обнаженное плечо, и он не смог сдержать дрожь удовольствия. Правда, ему совсем не хотелось, чтобы его опять привычно прижали спиной к твердой груди. И когда Брэм оказался ближе, Этан резко развернулся и вцепился в его плечи, уткнувшись лицом ему в шею, прямо к пульсирующей жилке.
Брэм замер. Его пальцы впились в предплечья Этана, как будто чтобы оттолкнуть его, и Этан ухватился еще крепче. Прежде чем Брэм попытался оторвать его от себя, Этан поцеловал его в шею и мурлыкнул. Наверное, ему должно быть стыдно из-за реакции своего тела – волки все правильно рассчитали – и все же обнимать кого-то казалось правильным.
Может, Брэм боялся, что Этан вопьется ему в шею, но, несмотря на жесткую хватку его рук, Этан еще сильнее прижался грудью к груди Брэма, полностью усевшись тому на колени.
Это объятие заставило Этана облегченно застонать. Как же здорово вот так обниматься с таким же человеком и не чувствовать себя как в клетке. Он провел губами по ключице Брэма, от его запаха и вкуса его кожи кружилась голова. Этану вдруг стало плевать, что Брэм волк. По телу прошла сильная судорога, и мысли разлетелись, оставив только голод. Твердый член прижался к животу Брэма. И, похоже, поцелуй подействовал не только на Этана. Член Брэма набух и приподнялся, устроившись между его ягодиц, и боже, это было так приятно.
Руки Брэма скользнули к плечам Этана, по его шее, запутались в прядях. Волк осторожно потянул за волосы, заставив его откинуть голову. От ощущения этих сильных ладоней у Этана поплыло перед глазами.
– Послушай, Этан. – Голос Брэма звучал напряженно.
Этан приподнялся на коленях, положил обе руки на плечи Брэма и посмотрел на волка – прямо в темные глаза с расширенными от желания и растерянности зрачками.
– Что мы делаем, Брэм?
Тот не ответил, хотя на его лице промелькнула какая-то безысходность, что Этан счел хорошим знаком. Если бы прошедшие несколько дней так подействовали только на него, надежды не осталось бы.
– Полегче с руками, Брэм, – тихо произнес Этан, слегка надавливая на предплечья волка.
– Прости. Тебе больно? – Брэм скользнул руками к плечам Этана.
Больно не было, но Этан воспользовался этой возможностью, чтобы опустить голову и поцеловать Брэма. Он прижался к его губам, ворвался внутрь, прежде чем ошеломленный Брэм смог его остановить. Этан коснулся своим языком его, потрогал небо, пробуя на вкус, желая большего, гораздо большего. Хотелось трахаться. Здесь. Сейчас. Он потерся пахом о живот Брэма.
Тот отпрянул.
– Нет.
В ответ на реакцию волка Этан заморгал. Он же видел желание. Брэм откликнулся, пусть это и был всего лишь поцелуй.
– Нет? – повторил Этан, когда Брэм настороженно слез с кровати.
Да что они с ним творят? Заставляя хотеть Брэма? Все это спланировано, Этан был уверен. Они думают таким образом держать его на крючке?
Этан облизнулся и заметил, что взгляд Брэма прикован к его губам. Волк тяжело вздохнул, и Этан с удовлетворением понял, что Брэм не остался безучастным. Может, он и часть плана по приручению «первого тестируемого», но не знает о своей роли. И все же следующие слова прозвучали бесстрастно, почти холодно.
Отказ.
– Я здесь не для этого.
Этан почувствовал себя шариком, из которого выпустили воздух. О чем он только думал? Он пленник и хотел трахнуться со своим тюремщиком. Ничего тупее в голову не пришло? Брэм страшно удивился, когда Этан поцеловал его. Каждый раз когда ему казалось, что он наконец хоть немного вернул контроль, он делал что-нибудь совершенно, совершенно неправильное.
Этан отполз к спинке и попробовал взять себя в руки. Подтянув колени к груди, чтобы скрыть реакцию своего тела, он попытался не обращать внимания на болезненно возбужденный член.
– В чем проблема? Тебе не нравятся мужчины? Не нравятся кошки? Не нравятся дикие оборотни?
– Нет.
– Нет, что? – Не дождавшись ответа, Этан добавил: – Прости, я потерял голову. Мне не стоило забываться.
Выражение лица Брэма стало… каким?
– Лучше пойди прополощи рот, пока не стошнило, – предложил Этан.
Брэм отвел глаза – на его лице появилось что-то похожее на отчаяние – и глубоко вздохнул. Потерев лицо, он снова посмотрел на Этана.
– Я не хочу, чтобы ты считал, что я тебя использую.
– Да черта с два, – фыркнул Этан. Однако Брэм выглядел таким несчастным, что Этан понял, что надо поскорее продумать тактику, потому что иначе он этого испытания не переживет. Ему все-таки представилась возможность сделать хоть что-то, и нужно хватать ее, пока еще не поздно. Поэтому следующие слова он подбирал очень аккуратно: – Ты бы и на ярд ко мне не подошел, не будь это твоей работой. Этого ведь хотел твой альфа. А я, дурак, не сразу понял.
– Нет. Это неправда. – Слова прозвучали тихо, но с нажимом.
Этан откинул голову и закрыл лицо рукой. Вышло убедительно, потому что его переполняла необъяснимая ярость оттого, что его отвергли. В конце концов, Брэм ведь должен был прикасаться к Этану, чтобы он оставался человеком, чтобы не сошел с ума. Зато Этан, похоже, не должен был дотрагиваться до Брэма. И уж точно не должен был его целовать. Несмотря на то что Этан был почти уверен, что Брэму понравилось, или по крайней мере что-то тот все же почувствовал.
– Этан.
– Да пошел ты. Ты что, вытащил короткую соломинку, и тебе дали эту работу? – Нужно быть осторожным, чтобы не переиграть. Капризная раздражительность отталкивает, а Этану нужно, чтобы Брэм считал его привлекательным.
– Я хотел эту работу. – Брэм осторожно положил ладонь на лодыжку Этана, и он не стал отдергивать ногу. Кожа вокруг сустава точно впитывала прикосновение. Ему даже нравилось, черт побери.
– Да? Ты же знаешь, каково это – превратиться в человека после очень долгого времени, проведенного кошкой или волком. Знаешь, что мне нужен секс. Так что мое поведение едва ли могло тебя удивить. – В прошлом Этан всегда старался перекидываться обратно в человека в одиночестве, чтобы не иметь дела с неуправляемым либидо. Но эти волки не дали ему выбора и прекрасно об этом знали.
– Прости. – Голос Брэма звучал искренне. Этан убрал руку от лица и посмотрел на волка. – На самом деле я тобой восхищаюсь.
– Восхищаешься? – Этан не смог сдержать смешок. Чем в нем можно восхищаться? Тем, что он ревет как девчонка? Тем, как спит? Ест? Целуется?
– Да. – Брэм забавно задрал подбородок, словно собирался спорить с ним, если Этан не поверит.
– И… в чем тогда проблема?
Брэм задумался, но так и не нашел слов, и Этан предположил:
– Для тебя это как бы конфликт интересов, да?
– Да. Конфликт интересов. – Брэм с готовностью ухватился за подсказку. – Если тебе от этого легче. Я… я не… – Брэм никак не мог заставить себя сказать то, что хотел, и Этану стало любопытно. Он склонил голову набок.
– Ты не что? – тихо спросил он.
– Я не целуюсь, и… меня не целуют. Это не для меня. – Щеки Брэма залились краской. Этан смотрел на него и не мог сообразить, как это понимать, но решил, что в будущем пригодится любая информация. – Никому другому я бы этого не сказал, но… ты так оскорбился. Я не хотел задеть тебя, Этан. Прости.
– Можешь извиняться сколько хочешь. Я тебе не верю – особенно о поцелуях. – Этан видел, как горит лицо Брэма, но заставил себя продолжить: – Волки очень любят секс, прикосновения, ласку. Куда больше кошек. Это я прекрасно помню. – Из рассказов Лилы о стае и потому что она сама всегда очень нежно заботилась об Этане. Но он не собирался называть ее имя.
Брэм отвел глаза.
– Не все волки. – Он поджал губы. – Некоторые не такие.
Он старался не встречаться взглядом с Этаном, сидел неподвижно, но так и не отпустил его лодыжку, словно это прикосновение было для него важным.
Не все волки, да? Ну, если Брэм не шутил, если его эмоции были искренними, значит, у Этана есть место для маневра – потому что Брэма можно использовать. И хотя прошло много лет, когда-то Этану очень хорошо удавалось играть мужчинами. Пора вспомнить старые навыки.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: ruusunen, Клитемнестра, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
04 Ноя 2012 23:51 - 17 Ноя 2013 22:42 #8 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Четверг, 19.05.2011, 00:23
Вычитка: Viktoria :crazy:


Глава 5
[/b][/size]

Брэм стиснул руку в кулак, словно этот жест мог заставить Дага понять, что он собирался сказать.
– Этан тебя чем-то разозлил? – спросил тот.
– У нас проблема. – Он меня поцеловал. Но Брэм не хотел это говорить. Почему-то рассказать обо всем казалось нечестным, что, если подумать, было глупо. Даг не станет использовать это против Этана. Дагу просто плевать.
Альфа взглянул на спящего Этана на экране монитора.
– Вообще-то, по-моему, киса делает успехи, все идет гораздо лучше, чем я ожидал. Трэю приходилось убивать всех кошек. А этот пробыл человеком уже три дня, и целые сутки вменяемый.
Брэм нахмурился. Время от времени Даг упоминал Трэя, видимо, эксперта по кошачьим и убийцу. Брэму совсем не нравился этот кузен Дага.
– Ты выглядишь обеспокоенным, Брэм.
Брэм старался говорить тихо и нерешительно. Дагу нравилась нерешительность, он гораздо лучше относился к сказанному Брэмом, если тот выглядел растерянным.
– Мне кажется неправильным держать Этана запертым здесь. Теперь, когда он пришел в себя, от этого больше вреда, чем пользы.
– Определяющее слово здесь «кажется». – Даг кивнул на окно. – Думаешь, ему нужно знать, что он окружен волками? Что он в штабе Зимней стаи?
Брэм потер лицо.
– Нет. По крайней мере пока нет.
– «Нет» – правильный ответ. Этана лучше держать подальше от реального мира. Да, он думает о побеге. Это легко понять по тому, как он смотрит на дверь, что может быть логичнее? Кошка хочет выбраться на свободу. – Даг ухмыльнулся, на его лице появилось торжествующее выражение. – Но не человек. Человеку не хватает общения. Он хочет поговорить. Он отвечает и даже сам начинает беседу. Это очень хорошо, Брэм.
Почему-то ему так не казалось.
Заметив сомнения Брэма, Даг добавил:
– Он много, много лет был один, это не пошло ему на пользу.
– Да, но он кугуар. Они любят одиночество. Они не стайные звери, как мы.
– Да, им необходимо одиночество, но они оборотни, не животные. У них есть и человеческая половина.
– Я знаю, – огрызнулся Брэм.
Даг бросил на него предостерегающий взгляд.
Брэм виновато поднял руки.
– Прости. Я не это имел в виду. Я знаю, что Этан не животное. – Он мог бы обвинить Дага в том, что тот искажает его слова, заставляя защищаться, но Брэм не хотел отвлекаться от темы разговора.
– Вот именно, – протянул Даг, – Этан – наполовину человек, и постоянное одиночество ему вредно. Оно сводит его с ума.
– Ясно, – согласился Брэм, как, видимо, и хотелось того Дагу. Брэм чувствовал себя вымотанным. Он не привык столько спорить и не соглашаться со своим альфой, его нервы натянулись до предела. Легче прогнуться, расшаркаться и извиниться, хоть это и было чертовски тяжело для того, что осталось от его эго.
– Что-то еще, Брэм?
Он уставился в пол, пытаясь подготовиться к тому, что собирался сказать, а слова оказалось очень трудно выдавить из себя, даже несмотря на то что Даг скорее всего и так знает. Если вспомнить его почти одержимость кугуаром, он наверняка смотрел на экран. Брэм откашлялся.
– Этан пытался поцеловать меня.
Даг смерил его внимательным взглядом – в нем не было удивления.
– И как ты отреагировал?
– Я отстранился. – Брэм чувствовал, как начинает гореть лицо, но на мгновение взглянул на Дага.
– Отлично. – Тот замолчал, и на его губах появилась едва заметная улыбка. – Он хочет тебя – это хороший знак. Доказательство того, что его человеческая половина проснулась и бодрствует. Нам это на руку.
Брэм покачал головой.
– Так нехорошо… неправильно. – Это несправедливо по отношению к Этану, быть пленником и хотеть своего тюремщика. Брэм это чувствовал. Даже несмотря на то что воспоминания об этом поцелуе, этом старательном языке все еще возбуждали его.
– Ну конечно, это правильно, – спокойно перебил Даг, возвращая мысли Брэма обратно к важному вопросу – Этану. – Он пытается найти себе пару.
– Пару? – Брэм не думал, что кошки живут парами. Этана просто тянуло к тому, кто оказался рядом. К Брэму. Ведь он следил за кугуаром уже три дня.
– Да, кошки живут парами. Та самка…
– Так она настоящая? Я решил, что ты придумал ее для Этана.
– Не перебивай.
– Прости. Прости, Даг. – Боже, Брэм не знал, на сколько еще извинений его хватит, прежде чем он блеванет. Как утомительно – постоянно извиняться. Наверное, это должно быть естественным, ведь он омега, но почему-то он так никогда не считал.
– Да, она настоящая, – наконец подтвердил Даг. – Я не соврал нашей кисе. Но она все равно обручена с человеком. А Этан выбрал тебя, это логично. Ты почти все время проводишь с ним и лучше тебе делать это и дальше.
– Мне кажется неправильным запирать его там. Заставлять его видеть свою пару во мне, просто потому что больше не в ком. – Эта связь была вынужденной, и как Брэм ни жаждал близких отношений, он не хотел, чтобы все было так. Под неусыпным контролем Дага. Записанным на пленку. Это низко.
Даг закатил глаза.
– Хватит скулить, Брэм. Это бесит. Жизнь вообще несправедливая штука – особенно по отношению к Этану. – Даг стал загибать пальцы на руке. – Наша стая несколько раз выпускала ему кишки. – Второй палец. – Он одичал, хотя благодаря нам процесс оказался обратим. – Третий палец. – Его подругу Лилу убили у него на глазах.
Даг замолчал, словно думал, что тупому омеге нужно время, чтобы переварить информацию, прежде чем продолжить:
– Что плохого в том, что Этана влечет к тебе? По крайней мере тебя искренне беспокоит его судьба. – Выражение лица Дага даже чуть смягчилось. – А ты не так уж и плох, Брэм. Ты слишком низкого о себе мнения, и не надо угрызений совести.
– Никаких угрызений, – поспешно кивнул Брэм, не давая направить разговор в другое русло. Эти лекции никогда ничем хорошим не заканчивались. – Речь не обо мне.
Даг снисходительно улыбнулся, и у Брэма возникло совсем антиомеговое желание заехать тому в морду.
Не реагируй. Не позволяй себя отвлечь. Вернись к нужной теме – к Этану.
– Проблема в том, что он слишком уязвим для этого. Эта уязвимость и делает происходящее… несправедливым и… извращенным. Он пленник, он истощен, он всего боится… – Вот дерьмо. Даг выглядел явно раздраженным.
– Намекаешь на то, что я неправ? – сухо спросил тот.
– Нет. – Возможно, но Брэм не мог этого сказать. Это слишком опасно.
– Положись на меня. Я жду от тебя полного доверия, Брэм, после всего, что я для тебя сделал. – Даг замолчал, давая ему шанс ответить. Брэм им не воспользовался. Даг вздохнул. – В этой ситуации я пресловутый плохой полицейский. Это заставит его еще чаще обращаться к тебе, что, в свою очередь, положительно скажется на его душевном здоровье. Ему необходимо почувствовать связь с кем-нибудь. Разве ты не видишь?
Брэм понял, что больше не в силах кивать, не в силах соглашаться, поэтому он просто молча стоял, но Даг не обратил на это внимания.
– А еще я альфа. Альфы кошек не привлекают. Они не любят властных личностей. Но омеги… это другое дело. Ты идеально подходишь.
На слове «идеально» Брэм фыркнул.
– Не забывай о нашей цели, – продолжал поучать его Даг. – Это мелочь, всего лишь небольшое неудобство. Ты это переживешь.
Мне это не кажется мелочью.
Даг положил ладонь ему на плечо и стиснул, но руки не убрал.
– Может, проблема в том, что после этого поцелуя тебе нужно снять напряжение? С этим я могу помочь.
Брэм замер, неужели Даг действительно имел в виду то, что Брэм думал, он имел в виду. Сердце бешено заколотилось. Это завуалированное предложение переполнило Брэма предвкушением, и он передернулся.
– На колени, – приказал Даг. – Тебе это не помешает.
Брэм тяжело задышал, мысли стали путаться. До этого дня Даг старался держать их «отношения» подальше от штаба.
– Я не против, если ты поможешь себе рукой. Я понимаю, что последние дни для тебя полны стрессов. – Вторая ладонь Дага тоже легла ему на плечо, и тот слегка надавил, заставляя Брэма опуститься на пол.
– Расстегни молнию, Брэм. Ты же знаешь, что хочешь этого. Я чую твое возбуждение.
Опустив глаза, он подчинился и высвободил свой член, пока Даг занимался своими брюками. Альфа намотал его волосы на руку и потянул голову Брэма к своему паху. Иногда этот момент казался ему самым лучшим, что было в сексе – эта рука в волосах. Ее прикосновения нельзя было назвать нежными, но настойчивость и напряжение пальцев Дага говорили, что он не остался безучастным, что не только Брэм хотел секса.
Он приоткрыл губы, и член Дага скользнул ему в рот. Набухший и твердый, он уткнулся в заднюю стенку горла. Что-то в Брэме ликовало от осознания, что это он сумел возбудить своего альфу, что Даг ему это позволил. Это был единственный способ действительно сделать тому приятное, а Брэм, несмотря ни на что, был достаточно волком, чтобы хотеть доставить удовольствие своему альфе.
Брэм начал ласкать себя, а Даг вышел и снова подался вперед. Рвотный рефлекс не заставил себя ждать, но оба не обратили на него внимания, потому что Даг был мужчиной немаленьким. Стимуляция и чужой член во рту возбуждали.
Брэм двигал рукой все резче. Если он не кончит раньше Дага, ему могут вовсе не разрешить это сделать. Желание возрастало, яички поджались, а Даг еще сильнее потянул его за волосы, так что заныла кожа.
Они продолжали двигаться, подстраиваясь друг под друга, Даг грубо трахал Брэма в рот, в то время как Брэм так же грубо дрочил себе, пытаясь поскорее кончить. Это походило на соревнование, напряжение становилось невыносимым, никто из них не знал, кто окажется первым. Внезапно тело Брэма напряглось, он выгнулся и кончил себе в руку. Даг ворвался в его рот, придерживая голову, пальцы потянули за волосы, и Даг ускорил движения. Брэм стал считать про себя: «один, два», еще пять толчков, прежде чем Даг излился прямо ему в горло.
Он не выходил изо рта Брэма, пока все его тело не расслабилось. Солоноватая и немного кислая сперма наполнила рот, и он проглотил все до последней капли, а потом дочиста вылизал Дага, тщательно обведя языком головку. Альфа медленно выпустил его волосы – знак, что Брэм может сесть на корточки. Он немного покачнулся, но все же сумел это сделать.
Даг отодвинулся и заправил член в джинсы. Альфа не был геем, Брэм не привлекал его, он просто любил, когда ему отсасывают, и знал, что Брэму необходима сексуальная близость. Никто другой не мог к нему прикасаться. Таков был уговор.
Брэм застегнул молнию и нашел какие-то влажные бумажные салфетки, чтобы вытереть пол. Эйфория и предвкушение померкли, и вместе с этим в голову пришла мысль, что есть и другие способы заниматься сексом – куда более приятные. Он знал это, жаждал этого. Но есть и менее приятные, особенно для омеги, и о них он тоже знал – из первых рук. Тем не менее его лицо стало свекольно-красным, а сердце неприятно сжалось.
Дагу не нравилось видеть его после секса.
– Возвращайся в комнату к Этану.
Брэм покачал головой. Хотя у кошек не такой острый нюх, как у волков, Этан почует на нем запах Дага. Брэм не хотел, чтобы он или кто-нибудь еще знал об этом. Это касается только их с Дагом.
– Не надо качать головой. Иди.
Подняв глаза, Брэм сказал:
– Я хочу сначала принять душ.
Даг даже не посмотрел на него.
– Позже. Мне нужно выйти. В стае у меня много забот и помимо тебя. Иди в комнату и присмотри за нашей кисой, или мне самому тебя туда отвести?
Проблема заключалась в том, что секс с Дагом лишал Брэма желания возражать. Он на мгновение прикрыл глаза и повернулся к закрытой двери. В самом деле, какая к черту разница? Этан все равно спит.
Брэм схватил со стола бутылку с водой. Если уж помыться не дали, он попробует избавиться от вкуса Дага хотя бы так.

Просыпался Этан медленно – даже приятно, если вспомнить, сколько раз до этого он рывком вываливался из сна, – но вместе с сознанием возвращался и страх. Он был все в той же гребаной комнате, где его держали двое тюремщиков: ублюдок и тот, кого Этан надеялся использовать. Да, звучит не слишком хорошо, но ужас быть навечно запертым в этой клетке переборол все остальные чувства. Ему нужно выбраться отсюда.
Сейчас в комнате был только Брэм, и, учитывая опыт общения с Дагом, Этан почувствовал облегчение. Приподнявшись на локте, он внимательно поглядел на своего «гостя».
Волк не смотрел на него – тоже странная перемена. Он невидящим взглядом уставился куда-то перед собой. Этан приоткрыл рот и вздохнул. В комнате пахло сексом и Дагом. И еще мятой, да, но ее запах не мог перебить первые два.
Осознание этого произвело на Этана эффект ледяного душа, и он с шумом втянул воздух.
Почему-то ему даже в голову не приходило, что эти двое вместе. Брэм не похож на того, кто может предать любовника, особенно альфу. Волки были очень преданными, к тому же не последнюю роль для них играла власть. А у Дага ее много, с этим не поспоришь.
Брэм повернулся к нему, прищурил глаза и нахмурил брови. Наверное, потому что Этан выглядел совсем больным. Он закрыл глаза, перекатился на бок и свернулся калачиком спиной к Брэму. Его затопило отчаяние. Нужно срочно придумать новую стратегию, пусть даже шансы на успех ничтожны. Он ненавидел это чувство, когда хотелось умереть, и пытался избавиться от него, но находиться в этой однокамерной тюрьме было мучительно.
Несколько минут спустя он услышал шорох и почувствовал, как Брэм встал и обошел кровать. Суставы едва слышно щелкнули, и волк оказался на корточках, а его глаза – напротив Этана.
– Этан? – тихо позвал Брэм, в голосе его слышалось беспокойство.
Этан приподнял веки и молча уставился на него. Темные волосы Брэма были растрепанными, как и всегда, но Этану казалось, что они более взъерошенные, чем обычно. Правда губы не выглядели зацелованными. Наверное, это был просто быстрый перепих. На щеках Брэма выступил румянец, вызванный, как решил Этан, недавним удовольствием. Однако при ближайшем рассмотрении выражение глаз Брэма оказалось каким-то почти больным. И все же Этан боялся, что он все это придумал, что ищет выход там, где его не может быть, надеется, что Брэм окажется слабым звеном.
– Ты в порядке? – спросил тот.
– Нет. – Этан горько рассмеялся и, подперев голову рукой, внимательно посмотрел на волка. – А ты?
Глаза Брэма расширились.
– Конечно.
– Секс был классный?
Волк замер, лицо его покраснело еще сильнее, но теперь стало ясно, что это не от пережитого удовольствия, а от смущения. Или даже стыда.
Этан сам не заметил, как нахмурился, но внутри забрезжила надежда. Что-то тут не так, и ему надо выяснить что именно.
С лукавым сочувствием он протянул:
– Или не такой уж и классный? – Брэм даже не шевельнулся, разве что ноздри слегка раздулись, и все же его растерянность тронула Этана, и он улыбнулся, стараясь разрядить обстановку. – С кем не бывает.
Брэм отвел глаза куда-то вправо и откашлялся.
– Хочешь пить?
Этан сел, скрестив ноги.
– Брэм, – прошептал он, пытаясь заставить волка посмотреть на него. Когда они оставались тут вдвоем, в комнате было почти уютно, и Этан собирался воспользоваться этой странной атмосферой. Один бог знает, сколько раз за последние несколько дней ее обращали против него.
Но Брэм только тряхнул головой, поднялся и взял бутылку со стола.
– Хорошо, да, я бы выпил чего-нибудь. – Этан протянул руку и специально скользнул пальцами по ладони Брэма. Рука волка дрогнула, и Этан посмотрел на Брэма, но тот снова отвел взгляд.
Твою мать. Это совсем не здорово. Либо тот слишком хороший актер, либо с ним явно что-то не так. В прошлой жизни, когда Этан любил, чтобы все было легко и просто, он старался избегать таких, как Брэм. Проглотив две трети бутылки, он вытер рот, пытаясь решить, что же делать с этим растерянным волком. Сочувствие – это, конечно, хорошо, но и о себе нельзя забывать.
Он взглянул на Брэма и тихо заметил:
– Неудивительно, что ты не захотел целоваться со мной, если альфа – твоя пара.
Брэм передернулся всем телом, напоминая собаку, отряхивающуюся от воды. Этан стиснул зубы.
– Я омега.
– И что, омеги и альфы не могут быть вместе? Извини, я не слишком разбираюсь во всей этой стайной иерархии.
– Ты не голоден?
– Значит, не пара.
Брэм пристально посмотрел на него, так и не ответив. Но взгляд его обжигал, так что Этан уяснил для себя две вещи: Брэм и Даг не пара – волки никогда не стали бы отрицать такую связь – к тому же Брэм – обозлившийся омега, возможно побитый, но не побежденный. И Этану надо найти способ использовать этот гнев в свою пользу.
А еще у обозлившегося омеги явно какие-то проблемы с альфой, неважно, трахаются они или нет.
Может, у Этана все же есть шанс.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, ruusunen, Клитемнестра, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
05 Ноя 2012 00:31 - 17 Ноя 2013 22:42 #9 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Суббота, 21.05.2011, 23:13
Вычитка: Виктория))) :crazy:


Глава 6
[/size]

На следующий день Брэм появился, как раз когда Этан проснулся, словно по сигналу. Спалось ему не слишком спокойно, но кошмары тоже не мучили. Спасибо и на этом.
Брэм выглядел усталым, как будто из него резко высосали весь энтузиазм по поводу Проекта «Этан». Возможно, это к лучшему, а возможно – нет.
– Доброе утро. – Этан потер глаза. – Сейчас ведь утро, да?
– Конечно.
– Конечно, утро. Конечно, Этан, это не имеет значения, ты ведь живешь в комнате без окон?
Брэм не отрывал глаз от стола, на котором расставлял завтрак.
– Сейчас утро. Позднее. Хорошо выспался?
Его застенчивость выглядела так мило, ну, или она казалась бы милой, если бы Брэм не был одним из его тюремщиков. По крайней мере сегодня от Брэма не несло Дагом. Видимо, тот помылся, а второго раунда еще не было. Этан боялся, что если они занимаются сексом слишком часто, связь между ними может оказаться слишком сильной, неважно, зол омега или нет. Если они были любовниками лишь от случая к случаю, Этану это только на руку.
Он все-таки слегка пожал плечами в ответ на вопрос Брэма. Волк всегда спрашивал, как ему спалось, хотя наверняка часами следил за ним.
– Я тут только и делаю, что сплю. С каждым днем это удается мне все лучше и лучше. Хотя хобби скучноватое, должен признаться.
Брэм махнул рукой на еду и воду, что принес: запакованное, высококалорийное дерьмо. «Мать, – подумалось Этану, хотя воспоминания были не слишком ясными, – называла такую пищу тяжелой». Но он все равно все съел, размышляя, набирает ли вес. Это ему совсем не помешало бы. Ему нужна сила.
– А еще у меня очень хорошо получается есть и пить, – продолжил Этан, кивая на пустой поднос. – Интересно, какому еще фокусу мне придется научиться. Не сексу, как я понимаю. У тебя же есть Даг. – Этан нарочно произнес это так, чтобы в голосе слышалось приглашение.
К его изумлению, Брэм перехватил его взгляд, и в глазах читалось предостережение.
– Не надо говорить о Даге.
– Нет? Запретная тема?
Брэм медленно поднял глаза, отвел взгляд влево, слегка наклонил голову набок и наконец снова посмотрел на Этана.
– Для меня да.
Этан подождал, пока Брэм наклонится над подносом, а потом тот вдруг посмотрел в правый верхний угол комнаты.
Он не очень-то хорошо разбирался в подобном, но там вполне могла быть встроенная в стену камера – черная круглая штуковина с чем-нибудь наподобие линзы посередине.
Он шумно выдохнул. Они все записывают на пленку? Боже. Этан встал, не чувствуя ног, казалось, он не сможет справиться еще и с этим. Не простояв и секунды, он плюхнулся обратно на кровать.
– Так устал из-за еды? – предположил Брэм. Его тон звучал равнодушно-бесстрастно, неодобрительные нотки были едва заметны.
Этан отвернулся от камеры и пробормотал куда-то в матрас.
– Ага.
– Я еще вернусь.
– Замечательно.
Брэм вышел из комнаты.
Конечно, если бы Этан соображал быстрее, он бы сразу догадался, что за ним следят. Как еще они могли узнать, когда именно он просыпается? Каждый гребаный раз. Он подавил волну негодования и перешел к следующему вопросу.
Зачем Брэму открывать ему этот факт? Исподтишка, как будто у него могли возникнуть из-за этого неприятности. Так зачем рисковать? Может, чтобы Этан больше не пытался приставать к нему?
Он стиснул зубы. У него и так не осталось уединения. Он не позволит какой-то камере мешать ему, положение уже даже не неприятное – откровенно тошнотворное.

– Он поел, – сообщил Брэм Дагу, бросая пустой поднос в корзину с грязными тарелками. Придется помыть их позже.
– Я понял. – Даг внимательно смотрел на экран, Этан лежал на спине, уставившись в потолок, и не двигался. – Что случилось? Мне казалось, он хотел поговорить с тобой, но потом почему-то передумал и улегся в постель.
Брэм покачал головой.
– Может, он разозлился оттого, что я не захотел разговаривать о тебе.
Даг смерил его пристальным взглядом, Брэм с трудом удержался от желания поежиться.
– Тогда поговорите обо мне. Ему жизненно необходимо с кем-то разговаривать. Скоро нам придется показать, что он в нормальном состоянии.
– В нормальном состоянии, – медленно повторил Брэм, ему не понравилось, как это прозвучало.
– Да. Мы же пытаемся вернуть его в цивилизованный мир, помнишь?
«Да уж, мы просто образец цивилизованности». Но Брэм промолчал, потому что ему не хотелось спорить с Дагом, это бы все равно ни к чему не привело. Вместо этого он спросил:
– Когда?
– Когда что?
– Когда нам нужно будет показать, что он «в нормальном состоянии»? – Брэму хотелось узнать побольше, но Даг очень неохотно делился информацией.
Тот пожал плечами.
– Через пару дней, может, меньше. Мой человек выразился несколько туманно. Это зависит от того, когда он освободится.
– И что тогда будет? – Даг задумчиво посмотрел на него, так что Брэм попытался сделать так, чтобы его голос звучал непринужденно, пусть даже альфа почует его волнение. – Я не хочу, чтобы ему причинили вред.
Даг хлопнул Брэма по плечу.
– Не беспокойся, о нем позаботятся.
– Кто?
Даг расхохотался.
– Ты что, думал, мы будем держать его здесь вечно? Это чертовски утомительно. Мы всего лишь первая ступень.
– Но кто о нем позаботится? – Эти слова его встревожили. – Я думал, Трэй – убийца кошек.
– Господи, Брэм, не надо истерик. – Потеряв всякую видимость терпения, Даг прорычал: – Да что с тобой такое? Конечно, это не Трэй. Он залег на дно. Никто не знает, где он сейчас.
Брэм заморгал. Почему Даг решил, что ему нужно знать это, тот старался не раскрывать свои карты, поэтому крайне редко говорил ему что-нибудь. По сути из этого разговора Брэм уже почерпнул даже чересчур много информации. Может, это побочный эффект вчерашнего секса? Альфа чувствовал себя виноватым и предлагал Брэму своего рода компенсацию. Обычно это была не информация, но Брэм был совсем не против.
– Залег на дно? – переспросил он. – То есть?
– Он исчез. – Альфа поджал губы, словно поняв, что сказал уже достаточно. – Больше тебе знать ни к чему.
– Мне бы не помешало знать, зачем все это, Даг, к чему мы готовим Этана. Ты так не считаешь? – добавил Брэм, потому что Дагу нравились вопросы, которые предполагали, что у него просят указаний.
– Мы передадим его людям, которые знают, как ухаживать за такими, как он. Им незачем его убивать, поверь мне. Эта киса очень ценна для них. Они очень хотят понять кошек-оборотней.
А вот это уже новость. До сегодняшнего дня Даг говорил так, словно они с Брэмом помогают в реабилитации дикого кугуара. Брэм сглотнул.
– Правительство?
– Не совсем. – Заметив сомнения Брэма, Даг сказал: – Что? Думаешь, лучше держать его здесь, среди волков, которые издевались над ним еще до того, как он одичал? Или считаешь, нам нужно оставить его в покое, чтобы он сошел с ума, и кому-нибудь вроде Трэя пришлось пристрелить его? Я понимаю, что происходящее тебе не по душе, Брэм, но может быть и хуже. Твои глупые укоризненные взгляды начинают меня раздражать.
– Прости. – Дагу хотелось, чтобы его задобрили, так что Брэм добавил: – Я не совсем понимаю, но то, что ты говоришь, звучит разумно. Прости, что задаю так много вопросов, я не знал, что в этом замешано столько людей. Я просто беспокоюсь за него, потому что провел с ним последние несколько дней.
Даг кивнул.
– Хочешь, я посижу с Этаном после полудня? Он тебя не утомил?
– Все в порядке.
– Ну тогда иди к нему в комнату. Не думаю, что он спит, а одного его лучше не оставлять. Мне совсем не нужно, чтобы он перекинулся в кошку.
С трудом скрыв облегчение, потому что ему совсем не хотелось, чтобы Даг оставался с Этаном, Брэм послушно подчинился: открыл первую дверь, закрыл ее, сделал глубокий вдох перед второй. Если бы он страдал клаустрофобией, в этом коридорчике у него обязательно возникли бы проблемы, но сейчас для него это была пятнадцатисекундная передышка, пока он запирал первую дверь, отпирал вторую и входил в комнату Этана.
Стоило Брэму войти, тот приподнялся на постели – выглядел он каким-то почти хрупким. Да, он был жилист, несмотря на худобу, и почти того же роста, что и Брэм. Большую часть времени его лицо ничего не выражало, но иногда на нем вспыхивали гнев, страх и отчаяние.
Брэм с отвращением думал, что в этом и его вина. Сердце упало, он не понимал, что делать со всеми этими эмоциями, которые усиливались с пугающей скоростью. Он знал, что ему не хватает общения, и знал, что попытки Этана привлечь его к себе были продиктованы желанием использовать его для побега, а не внезапно проснувшимися дружескими чувствами. И все же Брэму все это казалось угрожающе реальным.
Однако на кону стояло больше, чем просто его чувства. Он боялся за Этана, тем более если люди Дага решат, что тот им полезен. Такое ощущение, словно тот не живое существо, а ценная собственность.
– Иди сюда. – Этан сел на кровати, скрестив ноги, и чуть наклонился, не сводя глаз с Брэма.
– Я и так здесь. – Брэм плотно закрыл за собой дверь, изнутри она не запиралась, но Этан все равно не смог бы сбежать, потому что вторая дверь была заперта, а замок на ней требовал ввести код.
Этана его действия развеселили, потому что он насмешливо спросил:
– Что? Так и будешь торчать у двери? Я начинаю подозревать, что тебе не нравится мое общество.
– Нравится.
– Ага, я мог бы поверить, не выгляди ты так, словно собираешься сбежать. – Сейчас на лице Этана не было никаких эмоций, и Брэму это показалось плохим знаком.
– Я просто не могу уйти.
– Не можешь? – Глаза Этана полыхнули злостью. – Не понимаю, Брэм. Ладно я, мне приходится торчать в этой комнате, потому что вы меня не выпускаете. Но рискну предположить, что у тебя свободы побольше, и ты никому ничего не должен.
Брэм подошел к кровати и сел на корточки, так что Этан навис над ним. Это вышло как-то само собой, хотя распознает ли Этан этот жест покорности, Брэм не знал. Да это и неважно.
Он уперся локтями в колени и уставился на свои кисти, чтобы не смотреть на Этана. Ну ладно, тот же не волк, и совершенно точно не альфа-волк, но Брэм все равно старался говорить без зрительного контакта.
– Чего ты хочешь?
Молчание. Через какое-то время Брэм наконец-то поднял голову и посмотрел на это смуглое, почти эфемерное создание. Хотя, нет, пожалуй, не такое уж и эфемерное, но худоба производила особый эффект.
Как и горящие глаза. У Брэма перехватило дыхание.
Медленно наклонившись, Этан провел костяшками пальцев по его щеке и тихо спросил:
– Что ты делаешь там внизу, Брэм?
Не в силах придумать ответ – он не привык, чтобы к его лицу прикасались – тот лишь улыбнулся.
На губах Этана тоже появилась едва заметная, но искренняя улыбка.
– Ты из тех, кто слишком много думает?
– Нет. – Я пытаюсь вообще не думать.
Этан прижал большой палец ко лбу Брэма и погладил.
– Не хмурься.
Брэм снова бросил короткий взгляд в сторону камеры, пытаясь предупредить Этана. Даг скорее всего следит за ними, и уже одно это было невыносимо. Плохо… очень плохо.
Даг ворвался в комнату, Этан машинально вздрогнул, но не отвел глаз от лица Брэма. Он словно молча просил помощи, и в тот момент Брэм понял, что ему хочется помочь. Нет, он должен помочь.
Однако теперь его задача выяснить, как помочь тому. И Брэм не был уверен, что сможет разрешить ее.

– Иди сюда. – Даг обращался к Брэму, и, к разочарованию Этана, темный волк поежился, а потом встал и подошел к своему альфе.
Этан уставился на то место, где только что сидел Брэм. Волку нравились эти прикосновения. У него расширились зрачки, а в выражении глаз читалась странная тоска.
Но он чего-то боялся, может быть, даже своего альфу. Интересно, Даг – ревнивец?
Тот вытащил Брэма за дверь, и Этан остался один. Ну, если не считать камеры. В этот раз он разглядывал ее несколько минут. Довольно массивная на вид, к тому же если сломать ее – за ним наверняка станут следить еще пристальнее. Лучше знать о ее существовании, не показывая этого Дагу.
Десять минут спустя дверь снова распахнулась, и, как Этан и боялся, вошел альфа. Он горел праведным негодованием, явно собираясь отчитать Этана за нарушение каких-нибудь правил, которые тот, по его мнению, нарушил.
Этан настороженно развел руками, не смотря Дагу в глаза.
– Никаких обращений. Обещаю. Я решил быть паинькой.
– Это так называется?
– Да, – улыбнулся Этан.
– Ты хочешь секса. – Улыбка Этана стала натянутой, но он не стал возражать. «Засранец». – Это нормально. В этом волки и кошки похожи. Нам нравится трахаться, когда мы возвращаемся в человеческую форму. А ты… ты оборотень, который стал человеком впервые за восемь лет.
Восемь лет. Боже. Улыбка Этана испарилась, плечи тяжело опустились. Он не думал, что прошло столько времени. Ему понадобилась пара секунд, чтобы понять, что это значит. Ему уже двадцать девять – от этой мысли замутило. Почти тридцать. Юность закончилась.
Реакция Этана на эту новость явно позабавила Дага.
– Ой, мы забыли упомянуть про восемь лет?
– Да, – коротко отозвался Этан.
– Если тебе надо трахнуться, я приведу какого-нибудь волка, которому нравится трахать парней.
Этан покачал головой, стараясь побороть страх, не желая, чтобы Даг почувствовал его эмоции. Это чертовски походило на угрозу, и тот прекрасно об этом знал.
– Нет? – тихо спросил Даг. – Тогда руки прочь от Брэма. Приблизишься к нему еще раз, и я пришлю кого-нибудь «позаботиться» о тебе.
– Пошел на хрен.
Даг ухмыльнулся.
– Боюсь, что у меня другой профиль. К тому же я не любитель мальчиков.
– Да и я не любитель насилия.
Даг тряхнул головой.
– Я никогда никого не насилую, в моей стае это запрещено. Так что тебе не о чем волноваться.
– О, – сказал Этан, отмахнувшись. – Я вовсе не волнуюсь. С какой стати мне волноваться?
– Умный мальчик, Этан.
К сожалению, не слишком. Он кипел от бешенства, и его злость явно смешила волка.
Даг сделал шаг к нему и склонился над Этаном.
– Насчет Брэма я не шутил.
– Ну еще бы.
Даг ждал, поэтому Этан добавил, чтобы альфа наконец-то убрался из этой комнаты:
– Я понял.
– Рад это слышать.
Даг вышел, а Этан лег на кровать, заслонив лицо рукой.
– Теперь можешь включить ее. – Даг запер за собой дверь, а Брэм застучал по клавишам. На экране снова появился Этан, он лежал на постели, прикрыв лицо, словно защищаясь.
Даг думал, что Брэм подчинился приказу и не слышал ультиматума, предъявленного Этану, поэтому он решил притвориться, что действительно выключал камеру. А значит, логично было спросить:
– Что ты сказал ему, Даг?
– Сказал оставить тебя в покое. Он согласился сделать, как я прошу. – Даг замолчал и нахмурился. – Почему у тебя такой несчастный вид? Я решил твою проблему.
– Спасибо.
Даг замер, разглядывая Брэма, который уже начинал жалеть, что никогда не умел особо врать.
– Вчера тебя расстраивала одна только мысль о том, чтобы целоваться с Этаном. Видимо, это шло вразрез с твоими принципами или что-то в этом роде. Не говори мне, что сегодня ты передумал.
Брэм решительно покачал головой.
– Нет, не передумал.
– Вот и славно. Прошлой ночью я все это обдумал и понял, что ты был прав. Физически сближаться с нашей кисой – плохая идея. Я хочу, чтобы он сохранял ясную голову.
«Ясную голову. Как же». Но Брэм лишь кивнул.
– Что он делает?
– Лежит, – тихо ответил Брэм, и оба перевели взгляды на Этана, растянувшегося на кровати, его грудь быстро поднималась и опускалась, будто он не мог отдышаться.
Даг криво усмехнулся.
– Он переигрывает.
Брэм пожал плечами.
Хлопнув его по спине, Даг заявил:
– Я отлучусь на несколько часов. Можешь следить за ним отсюда, если хочешь. Если находиться в комнате вдруг станет слишком тяжело.
– Пожалуй, я так и сделаю.
Даг вышел за дверь.
Брэм подождал полчаса, прежде чем выключить камеру – Этан ни разу за это время не пошевелился – и залезть в диски с предыдущими записями. Отыскав вчерашний с записью того, как он присматривал за Этаном – ровно сорок семь минут – он склеил концы пленки, а потом поставил ее на повторное проигрывание. Да, если Даг вернется рано и присмотрится, он заметит, что запись закольцована. Но к счастью, Даг верил, что Брэм будет делать как ему велят.
Стараясь не думать о том, что снова ослушался приказа альфы, Брэм пошел в комнату к Этану.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, Клитемнестра, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
05 Ноя 2012 00:39 - 17 Ноя 2013 22:43 #10 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Вторник, 24.05.2011, 18:57
Вычитка: Виктория :crazy:


Глава 7
[/b][/size]

Этан не обратил внимания на появление Брэма, даже когда тот подошел к постели. Брэм смотрел на него, не зная, что делать.
Освободи его.
Ответ был очень логичный, но Брэму совершенно не нравился. Если открыть двери и выпустить Этана из здания, далеко тот не уйдет. Штаб стаи окружен забором из армированной колючей проволоки. Да, пережиток правления Габриэля, но Даг так и не счел нужным снести его. В прошлый раз он оправдывал это тем, что «Однажды забор может защитить нас от правительства».
Брэм отодвинулся от кровати и опустился в угол прямо под камерой, вне ее охвата. Конечно, сейчас она отключена, но в данных обстоятельствах лишняя осторожность не помешает.
– Что ты делаешь? – спросил Этан, так и не убрав руку с лица.
Брэм обдумал несколько вариантов ответа, но ни один ему не понравился, так что он остановился на:
– Не знаю.
Приподнявшись на локтях, Этан посмотрел через комнату на Брэма, потом на камеру, на секунду зажмурил глаза, а потом скатился с кровати и на четвереньках подполз к Брэму.
«Подкрался, – подумал Брэм, – кстати, очень грациозно».
На подбородке Этана проступила дневная щетина, кое-как подстриженные волосы торчали во все стороны. Слишком заострившиеся черты лица, даже несмотря на то что за время, проведенное здесь, он явно набрал вес.
Брэму он казался очень красивым, но вряд ли он когда-нибудь сможет тому об этом сказать.
– Нас не видно? – тихо спросил Этан.
Брэм кивнул. Он сел в углу, подтянув к себе колени, чтобы не дать приблизиться Этану, который замер на расстоянии вытянутой руки.
– Кошка хочет выбраться из этой комнаты, из этого тела. – Взгляд Этана будто прожигал насквозь, Брэму стало жарко. – Но я боюсь, что это смертный приговор.
– Никто не собирается убивать тебя.
Этан криво усмехнулся.
– Габриэль тоже так говорил.
– Даг – не Габриэль.
– И все же он хочет принести меня в жертву, разве нет?
Брэму хотелось покачать головой, но он вспомнил о тех людях, которые, по словам Дага, должны позаботиться об Этане. Значит, он жертва?
– Я так не думаю.
– Наверное, меня должно успокаивать то, что ты этого не хочешь.
– Не хочу, – прошептал Брэм.
– А чего ты хочешь, Брэм?
Воздух словно сгустился от напряжения, Брэм не знал, куда девать глаза. Этан пристально смотрел на него, и хотя обычно Брэму было легче отвести взгляд, уступить, сейчас и здесь он не мог этого сделать. Этан даже не был волком, он был пленником, кошкой и просил у Брэма то, чего тот не мог дать. Свободу.
Сев на корточки в нескольких дюймах от него, Этан протянул руку и положил ее ему на колено.
Брэм попытался сдержать рефлекторную дрожь, но не сумел.
Этан подождал, пока Брэм привыкнет к жару его ладони на своем колене.
– Брэм? – тихо позвал он.
Брэм перестал притворяться, что на него все это не действует.
– Мне трудно дышать.
Склонив голову набок, Этан поглядел на него, словно пытаясь перевести его слова на понятный язык.
– Ты же обнимал меня не так давно. Все время.
– Это другое.
– Ладно. – Одним плавным движением Этан скользнул между колен Брэма, неожиданное вторжение удивило, но он не смог устоять. А потом тот вдруг повернулся, привычно прижавшись спиной к его груди.
Надо оттолкнуть Этана. Это единственный выход, но вместо этого Брэм медленно и осторожно обвил руками этого худого незнакомца, который слегка дрожал, еще сильнее вжимаясь в Брэма. Поза была очень неловкой, но Брэму не хотелось отпускать его. Этану, похоже, тоже не хотелось, чтобы его отпускали, Брэм чуял его желание.
– А кошка?.. – он не знал, как спросить, не хочет ли кугуар вырваться на свободу.
– В порядке. Пока по крайней мере. – Этан повернул голову и прижался щекой к его груди.
– Значит, ты тоже в порядке.
– Я не в порядке, уж это ты должен понимать. Но… так лучше. Ты не знаешь, почему мне нравится слушать стук твоего сердца? – В его вопросе прозвучала такая тоска, что Брэму стало совсем не по себе. Он должен на это ответить? Он не знал что. Этан судорожно вздохнул, и этот вздох отозвался эхом внутри Брэма. – Мне кажется, ты тоже не в порядке, Брэм.
Он крепче прижал Этана к себе и вдохнул его запах. В нем чувствовалось что-то дикое и незнакомое, что-то кошачье, или может, просто этановское. У Брэма кружилась голова.
И Этан не мог этого не знать, он должен был чувствовать член Брэма, упиравшийся в поясницу. Брэм, словно извиняясь, потерся носом о его шею, а Этан повторил:
– Ладно.
– Что ладно?
Тот не ответил, просто вытянулся на нем, положив голову ему на плечо. Наверное, не следовало, но Брэм поднял руку и погладил шею Этана. Тот застонал, повернулся к Брэму и лизнул его в шею.
Он вздрогнул, и Этан мурлыкнул:
– Тшшш. Успокойся. – Прежде чем Брэм смог заявить, что это невозможно, язык Этана скользнул в ямку между его ключицами, и Брэм снова задрожал. – Я в невыгодном положении, – прошептал Этан ему в шею. – Как ни посмотри. Ты можешь чуять мое возбуждение, а мой нюх не такой острый. Хотя, если подумать, я слышу, как быстро колотится твое сердце, и дышишь ты слишком часто.
Брэм с силой прижал его к себе, так что Этан не мог пошевелиться.
– Почему все так? – В голосе Этана звучало почти изумление.
Брэм откашлялся.
– Я сейчас уберу руки.
– Я не хочу, чтобы ты убирал руки. Я хочу, чтобы ты помог мне. Ты ведь знаешь.
– Даг, – начал Брэм, но понял, что не знает, что сказать. Главный здесь именно Даг, а не он.
– Даг собирается убить меня.
Нет. – Брэм не верил в это, он этого не допустил бы.
– Как Габриэль.
– Даг презирал Габриэля. Они не похожи.
– Ты ошибаешься.
– Но тебе ведь не причинили вреда, – заметил Брэм.
– Физически – нет, но это клетка убивает меня. Мне нужно выбраться, Брэм.
– Даже если я выпущу тебя, ты не сможешь сбежать. Мы в штабе стаи.
Этан напрягся всем телом.
– О боже. Только не снова.
– Сейчас все не так, как в прошлый раз, – возразил Брэм.
– Да уж. В прошлый раз мне помогли сбежать.
Не удержавшись, Брэм погладил Этана по лицу. Этакое молчаливое обещание, раз уж он не мог дать его вслух. Хотя он надеялся, что финт с закольцованной записью пройдет, но все равно оставалась вероятность, что Даг уже вернулся и слушает.
– О, – невыразительно протянул Этан. – А я чуть не поверил, что ты мне поможешь. Я думал, что могу быть более убедительным. Вот что значит «не хватает практики». Я совсем потерял сноровку.
– Тише, – беззвучно прошептал Брэм, вскинув голову; Этан огляделся, а потом снова посмотрел на него.
– Камера передает звук?
Брэм согласно прикрыл глаза.
Этан попытался вывернуться, чтобы посмотреть Брэму в глаза, страх читался в выражении его лица, в запахе.
– Даг обещал наказать меня, – его голос сорвался. – Даг…
Брэм заткнул его поцелуем. Не слишком церемонясь, не так, как совсем недавно целовал его Этан, этот поцелуй больше походил на соревнование, сражение ртов, Брэм даже изогнулся, чтобы Этан не мог к нему прикоснуться.
Но надо было заставить его замолчать.
Разорвав поцелуй, Брэм перехватил взгляд Этана и прошептал:
– Я об этом позабочусь.
– То есть трахнешься с ним.
– Хватит. – Брэм начинал злиться. Давно пора было уходить, но Этан выглядел почти обезумевшим от страха. Внезапно кот вывернулся, приспустил штаны и снова прижался к Брэму.
Он смотрел, как Этан сжимает свою плоть правой рукой и начинает дрочить, его член тоже налился тяжестью.
– Не отпускай меня, пока я не кончу, – пробормотал Этан, и Брэм обнял его за талию и притянул к себе. – Мне очень нужно. Нужно хоть что-то.
Из его члена сочилась смазка, Этан провел ладонью вверх-вниз.
Брэм не мог говорить, он просто вдыхал запах Этана и щекотал носом его шею, но не отпускал. Ему еще никогда не приходилось обнимать кого-то, пока тот мастурбирует. Ему такое даже в голову не приходило, хотя кожа стала будто наэлектризованной, как тогда, когда они с Дагом занимались сексом. Однако эти объятия затягивались, и у Брэма начинало странно тянуть в груди… желание, томление, ощущение потери.
– О боже, – выдохнул он, когда Этан ускорил темп. Брэм шумно задышал ему в ухо. Кровь все приливала к паху, и он начинал задаваться вопросом, сможет ли кончить просто от этого. Сковавшее их мышцы напряжение возрастало в унисон.
Кот издал странный вибрирующий звук, почти урчание, но в нем слышался какой-то надрыв. Жажда. Брэм потянулся, лизнул и потрогал носом вибрирующее горло. В ответ Этан протяжно низко застонал, выгнул спину и кончил себе в руку, пачкая пальцы мутно-белым семенем и хватая ртом воздух. Брэму казалось, что он пытается дышать вместе с Этаном, что это и его неровное, быстрое, ошеломленное дыхание.
Этан обмяк в его руках. Напряжение чуть спало, и Брэм понял, что ему нравится обнимать этого, более расслабленного, Этана. Несмотря ни на что он так доверчиво прижимался к Брэму. Яйца ломило, член ныл от сладкой боли, мозг никак не мог сосредоточиться на том, что делать дальше… потому что Этан как раз разворачивался, чтобы потянуться к нему.
Брэм словно закрылся и застыл.
– Не надо.
Этан замер.
Нельзя, чтобы Даг почуял тебя на мне. Это слишком опасно. Отойди и вытрись.
Этан выглядел таким же растерянным, каким чувствовал себя Брэм.
– А камера?..
Брэм махнул рукой.
– Думаю, я с этим разберусь. Просто… пойди обмойся. Мне надо идти.
– Но ты…
Брэм решительно покачал головой.
Выражение лица Этана стало почти удрученным, от этого уйти казалось еще тяжелее.
Надо убраться, прежде чем все совсем выйдет из-под контроля.
– Я вернусь. Обещаю.
Почти золотистые глаза Этана расширились.
– Брэм, – прошептал он.
– Я помогу тебе. – С этими словами Брэм выскользнул за дверь.
Этан побрел в ванную, чтобы принять душ и обдумать, что же только что произошло. Он не знал точно.
Да, все прошло просто... великолепно.
Настоящий образец изысканного соблазнения. Он отдрочил себе, лежа на Брэме, и тот отшатнулся, стоило попытаться до него дотронуться, а потом Этан умолял Брэма помочь.
Господи. Ну что за задница! Вдобавок ко всему, когда Даг вернется, скорее всего, заглянет. От этой мысли Этана передернуло. Не только от того, как Даг держался с ним, но и из-за реакции на того Брэма. Видно, альфа не только с кошками обращается как с дерьмом.
Этан попытался побороть растерянность и понять, что все это значит. Любой волк жаждет прикосновений не меньше кошки, которая много лет не была человеком. И несмотря на то, что эти несколько дней были адом, одно Этан знал наверняка – Брэму нравилось к нему прикасаться.
Жаль только, не наоборот. Эта нервозность Брэма беспокоила, делала его еще моложе, чем на самом деле. По прикидкам Этана тому лет двадцать пять, значит, Брэм на несколько лет моложе него. Правда трудно разобраться, считаются ли годы, что он провел кугуаром. Может, ему все еще двадцать один.
Хотя ощущал он себя точно не на двадцать один. Он чувствовал себя старым и усталым, совсем выдохшимся. И еще одиноким. Тело желало близости с волком, и в каком-то смысле он ее получил. Перед глазами промелькнул тот момент, когда наслаждение иглой пронзило позвоночник, и сперма выплеснулась на его пальцы. А Брэм держал его, пока он кончал – впервые за много лет, и где? В руках своего тюремщика. Его тело напряглось, а потом без сил обмякло, словно растекшись по телу проклятого волка.
Он хотел повернуться к Брэму, потянуться к нему и отплатить тем же, но тот сбежал, сверкая пятками... сказав, что поможет.
Может, и правда? Может, его слова хоть что-то да значили.
Но скорее Брэм все-таки пойдет к Дагу, своему альфе и любовнику, и Этан никогда больше не увидит темного волка... или свободы.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, ruusunen, Клитемнестра, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
05 Ноя 2012 00:51 - 17 Ноя 2013 22:43 #11 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Четверг, 01.12.2011, 02:59
Мегаскоростная вычитка Виктория)))
Сонц, мну нагло радуется твоему особому отношению))) :brovke:


Глава 8
[/size]

Несколько раз глубоко вздохнув, Брэм попытался взять себя в руки. Да, Этан действовал на него как-то странно, но еще сильнее выводило из равновесия решение, которое он принял. Решение пойти против Дага, своего альфы. И всей стаи.
Брэма сочтут предателем. Ему придется уйти.
Не думай об этом. Видит бог, у него еще будет время поразмыслить.
Брэму понадобилось две попытки, чтобы ввести правильный код на второй двери. Дрожащими руками он прикрыл ее, огляделся и облегченно вздохнул, поняв, что в коридоре никого нет. Он боялся, что Даг уже вернулся и заметил, что экран показывает одно и то же.
Брэм оттолкнулся от двери. Медлить и сомневаться нельзя, пусть в мыслях и полный разброд, ведь если Даг на него наткнется, то почует его волнение и спросит, какого черта тут происходит. Брэм спешно ввел код на двери комнаты наблюдения, отключил петлю, замел следы и вернул камеру в нормальный режим. Да, при проверке видео обнаружится, что пленка была смонтирована, потому что Этан внезапно вместо кровати окажется в душе, и выпадут целые полчаса.
Но они с Брэмом уже успеют сделать ноги. По крайней мере, если это будет зависеть от Брэма. Конечно, лучше было бы избавиться от всей пленки. Но начнем с малого. Нужно продумать оптимальный порядок действий. Чаще всего Даг уходил спать и оставлял Брэма следить за Этаном. Значит, лучшее время для побега – ночь. Пытаться проделать дыру в рабице сейчас, средь бела дня, глупо. Несмотря на желание покончить со всем поскорее, теперь, когда он наконец решился, Брэму необходимо было подождать хотя бы несколько часов и выбрать более подходящее время.
А значит, сейчас нужны план, терпение и холодная голова. Последнее несколько пугало. Брэм всегда отличался раздражительностью, нехваткой самообладания и неустойчивым поведением. Именно поэтому, когда он был подростком, ему запрещали приближаться к людям, и он до сих пор старался держаться от них подальше. Он боялся, что не сможет обуздать волка внутри себя.
Сосредоточься, Брэм, сосредоточься на Этане. Здесь не место для самокопаний.
Зато сила воли у Брэма имелась, он знал это наверняка и собирался в следующую пару дней этим воспользоваться. А после ничто уже не будет иметь особого значения.
Поэтому он сел на стул и стал спокойно наблюдать за Этаном на экране. Восемьдесят три минуты спустя в комнату вошел Даг и сразу скинул куртку. Брэм поднял на него слезящиеся – как будто не спускал их с экрана весь день – глаза и потянулся.
Даг хмуро посмотрел на него.
– Можешь встать и размяться, ты же знаешь. Сомневаюсь, что эта кошка успеет перекинуться за миллисекунду.
Брэм выдавил из себя улыбку.
– Просто решил перестраховаться.
– Что-то не так? – Даг втянул носом воздух, и Брэм тщательно изобразил спокойствие, чтобы не выдать свой страх. – Ты как будто не в духе. Что стряслось?
– Немного устал. – Брэм сглотнул. – Я подумал, что, учитывая его реакцию на меня, сегодня туда лучше не ходить, но, по-моему, ему тяжело быть одному. Он все время лежит в постели.
Даг покачал головой.
– И как тебе удается так жить, Брэм? Ты слишком мягкотелый. – В его голосе слышалась почти нежность, отчего Брэм внутренне содрогнулся. – Отдохни. Я послежу за Этаном.
Брэм ждал именно этого, именно это нужно было ему, чтобы привести в действие план, но от взгляда на Дага в животе поселился какой-то холодок, уж больно довольным тот выглядел, словно и сам что-то задумал.
– Что? – нервно спросил Брэм. – Что-то случилось?
Обычно такие вопросы Дага только раздражали, но беспокойство Брэма было очевидно, и альфа нацепил на лицо успокаивающее выражение.
– Хорошие новости. Мой человек вышел на связь и назвал точную дату. Так что не волнуйся, скоро мы сплавим эту кису в надёжные руки. Я знаю, что тебе не нравится, что он заперт в этой комнате. Тебя это расстраивает. Я чую.
Хорошо, что Даг сам придумал причину напряжения Брэма, а вот то, что связной объявился – плохо.
– И когда за ним приедут?
– Завтра.
Брэм моргнул. Окно возможностей несколько уменьшилось. Нужно сделать все сегодня и с первого раза.
– Ты же говорил, еще несколько дней.
– Ну, говорил, а теперь говорю – завтра. Что с того?
– Ничего, прости. Но… что они собираются с ним делать? Когда получат?
– Хватит вопросов. – Даг кивнул на дверь. – Иди. Ты устал и явно выбит из колеи. Поспи. Я хочу, чтобы этой ночью ты был начеку, встреча не должна сорваться.
Он не стал больше задавать вопросы, чтобы не вызвать подозрения у альфы, ведь Брэму надо было, чтобы за Этаном сегодня присматривал именно он. Если Даг поймет, что у него на уме, помочь Этану сбежать станет очень, очень трудной задачей.
Выскользнув за дверь, Брэм полной грудью вдохнул холодный воздух, выдохнул и посмотрел на вырвавшееся изо рта облачко пара. Мороз приятно бодрил, пока Брэм шел через территорию к своему трейлеру. Он скинул куртку и съел все, что смог. Сегодняшняя ночь обещает быть полной событий, так что ему понадобится энергия. Наконец он лег в кровать, якобы чтобы отдохнуть, но тревога не давала заснуть.
Нужно верить в успех. Одно дело испытывать страх – это неизбежно, ведь он предает свою стаю. Но идти, будучи уверенным, что его план провалится, это все равно что заранее сдаться. Ради Этана нужно верить в удачу.
Можно считать, что ему уже повезло – ведь не придется искать кусачки. Он купил одни много лет назад и все это время прятал под кроватью. Хотя он никогда их не доставал, иногда по ночам они были для него этаким источником утешения. Когда все стало бы действительно плохо, они превратились бы в ключ к побегу, инструмент, чтобы прорезать дыру в заборе, если бы жизнь омеги, парии, сделалась невыносимой. Конечно, этого не произошло. Брэм пережил все самые худшие моменты, благодаря расположению Дага.
Теперь этому пришел конец. Он никогда не хотел становиться одиночкой, но выбор невелик. Если бы ему хватало выдержки жить среди людей, он мог бы смешаться с ними, приняв человеческую форму, но превращение всегда было слишком непредсказуемо. Даже сейчас он чувствовал, что волк ищет способ взять над ним верх. Так случалось всегда, когда Брэм нервничал, и он в красках представлял, как здорово будет, если он перекинется прямо посреди какого-нибудь города, распугивая людей, может, даже бросаясь на них.
Он тяжело вздохнул. Ему будет не хватать Этана, что, похоже, уже немало говорило о сложившейся ситуации. Что еще хуже – может, Даг и не замечает многого, если это касается омеги, сомнительно, чтобы тот проглядел, что Брэм выпустил пленника. Альфа может даже объявить на него охоту. Даг всегда был мстительным.
И все же нужно поступить правильно, пока есть такая возможность, а отдать Этана связному Дага… ничто еще не казалось ему более неправильным.
Три часа спустя, так и не сомкнув глаз, Брэм вернулся в дом, где держали кота. Он прошел мимо двоих охранников, не обращая на них внимания. С каждой секундой, приближавшей его к часу «икс», ощущение безысходности шло на спад, Брэм чувствовал, что теперь не может повернуть назад. Правда, пока что он не брал с собой кусачки. Нужно дождаться темноты, а потом он проберется к трейлеру и проделает дыру для себя и Этана.
А после можно будет пойти на поводу у внутреннего волка и перекинуться. Несмотря на то что до полнолуния было далеко, Брэм будет только рад. Его человеческая половина чувствовала себя до смерти уставшей. Ему нужна передышка. Жизнь в бегах, в волчьем теле, обещает быть простой и понятной, и Брэму не придется больше ни перед кем отчитываться. Может, это станет достойной платой за одиночество, которое ждет его в будущем.

Этан задумчиво прогуливался по комнате. Если, конечно, можно прогуливаться по паре квадратных метров, где вас держат пленником.
Не думать. Мысли сводили с ума. Его уже довольно давно не оставляли одного так надолго. Все бы ничего, если бы он не был заперт или мог превратиться в кошку, но то, что он вынужден оставаться человеком, находясь в руках этих ублюдков, убивало.
Кошка проснулась. Волки хотели, чтобы он оставался человеком. Даже его собственное человеческое я после стольких лет хотело того же. Но кошка боялась, она хотела иметь возможность защититься от Дага и не желала прислушиваться к человеческой логике, которая подсказывала, что, стоит Этану снова обратиться в кугуара, и на него нападут, усыпят, а может, и убьют.
Последнее – еще ладно. Но клетка и транквилизаторы… Он не выдержит и спятит. Даже сильнее, чем сейчас.
Поэтому он мерил шагами комнату, время от времени поглядывая в угол, откуда за ним следила камера. Хотя, может, тут имеются и другие – менее заметные.
Он упал на кровать и уронил голову на руки. Все усилия для его поимки, это место – все это какой-то бред. Он никак не мог понять, какое им вообще дело до его существования. Вот когда его схватил Габриэль, да, тогда все было ясно. Происходящее тогда походило на фильм ужасов, но имело смысл.
Восемь лет назад Этан связался с волчицей, что было непростительно по «волчьему закону» – или как там его называют? – и неважно, что Лила была подругой его матери, а после заменила ее. Пытаясь защитить Лилу, Этан убил оборотня и был за это наказан. Когда Этан начал сопротивляться, Габриэль решил прибегнуть к пыткам.
Безумная логика, но все же логика. А сейчас? С ней что-то совсем негусто.
С возможностью сбежать тоже. В прошлый раз ему удалось притвориться мертвым, но это было нетрудно. Сейчас же его кормили и даже обнимали.
Боже.
Если бы у него имелся телефон – ха! – он бы набрал номер, который много лет назад дала ему Лила. Она заставила Этана выучить его наизусть, сказав, что это телефон человека, к которому можно обратиться, если возникнут проблемы, а связаться с ней не получится. Он так и не воспользовался этим номером, как впрочем и она сама.
Этан все еще помнил цифры. Для него они стали чем-то вроде оды Лиле. Если бы только ему удалось добраться до телефона, он бы рискнул проверить, поможет ли этот парень – да, тоже волк – коту-оборотню. Видимо, это уже последняя стадия отчаяния.
Он снова повалился на кровать. Какой смысл думать об этом? Он же просто цепляется за соломинку. Потому что столько лет прошло. Телефоны меняются. К тому же волк наверняка подумает, что Даг просто отлично с ним обращается, как раз так, как и заслуживают одичавшие кошки.
Мышцы свело судорогой. Он давно не перекидывался и теперь вряд ли это будет так уж легко, но ведь раньше получалось. Если бы он был сильнее, то переборол бы себя. А может, все дело в накрывшей его апатии. Напуганный один бог знает чем, Брэм больше не приходил. А просьба Этана о помощи?.. Ну, наверное, это страшно, когда ты и так на самом дне, а кто-то еще глубже просит тебя помочь. Нетрудно понять, что Брэму помощь нужна не меньше, чем Этану. Может, даже больше. По крайней мере Этан прекрасно понимал, когда с ним плохо обращаются.
Брэм же, напротив, похоже, думал, что Дагу положено быть подонком.
Этан свернулся клубком и повернулся на бок, спиной к камере. Сердце екнуло, предвещая превращение. Кости начали плавиться, кожу, уже не совсем похожую на кожу, стало покалывать, сознание заволокло туманом. «Наслаждайтесь шоу, ребята», – было его последней мыслью.

– Привет, Даг. – Брэм держался настороженно, но вряд ли это для него новая эмоция. Альфа не должен ничего заподозрить.
Тот со скучающим выражением на лице посмотрел на него. Даг, откинувшись, сидел на стуле, подложив руки под голову, а потом вдруг подался вперед с кривой усмешкой, которая всегда так нравилась Брэму.
– Забавно, как что-то может быть таким скучным и одновременно таким захватывающим.
– Ага.
Даг продолжал смотреть на него, наверное, чувствуя неодобрение Брэма.
– Он отправится к людям, которые знают, как обращаться с дикими кошками, это пойдет на пользу не только Этану, но и поможет нашей стае, Брэм.
Брэм сглотнул, не желая слушать, не желая слушать, что существование Этана и его передача людям принесет выгоду стае.
– Эти люди знают о волках, знают о нашем штабе, они могли бы устроить нам действительно серьезные проблемы. Однако если они будут считать нас друзьями, поймут, что мы полезны, все может измениться. Это очень важно. Хотя о нашем существовании… – Даг погрозил Брэму пальцем, – … пока мало кому известно, когда-нибудь все выйдет наружу. И даже если многие решат, что мы миф, люди у власти – правительство, военные – знают и всегда будут знать правду. Я не хочу, чтобы Зимнюю стаю сочли помехой или источником опасности. Не хочу, чтобы нас решили запереть в исследовательских лабораториях или – еще хуже – уничтожить. Пусть лучше видят в нас верный способ узнать оборотней поближе. Видишь? Мы заботимся о себе, а заодно и о диких.
Искренность на лице Дага чуть не заставила Брэма передумать. Ему хотелось признаться во всем прямо здесь. Хотелось рассказать о кусачках, хранящихся у него под кроватью.
Вот только Этан все так же заперт в комнате, и Даг собирается пожертвовать им ради процветания стаи. Брэм не мог в этом участвовать.
– Ты понял, что я сказал, Брэм?
– Понял, – тихо отозвался он.
– Ты иногда так тупо на меня смотришь, что мне становится интересно. Интересно, что происходит у тебя в голове.
Брэм выдавил:
– Я понимаю, что ты пытаешься сделать и зачем ты пытаешься это сделать.
Видимо, удовлетворившись, Даг кивнул и развернулся к экрану. Его глаза расширились, а тело напряженно застыло.
– Боже правый.
– Что? – Брэм подошел ближе, встревожившись, что же такого делает Этан. Но того на экране не оказалось, по крайней мере – человека. На кровати лежал кугуар. – О господи. – От паники перехватило дыхание. Его план не предусматривал того, что Этан превратится в кошку.
– Ну и скорость, – заметил Даг, его голос дрожал от страха и возбуждения. – Я же смотрел минут десять назад. Трэй не упоминал, что кошки могут перекидываться так быстро.
Брэм потер лицо, пытаясь понять, насколько снизились его шансы на успех сегодня. Он вздохнул, почуял запах поднимавшегося в Даге гнева и внутренне подобрался, почти радуясь, что внимание альфы сейчас перейдет к нему. Что угодно, лишь бы держать того подальше от Этана.
– Черт побери! – Даг развернулся к Брэму. – Ты что, весь день не заходил в комнату? Ты же знаешь, что ему необходимо человеческое присутствие. Я с самого начала дал это ясно понять.
Брэм пытался решить, что правильнее, признаться, что не заходил к Этану, или соврать, когда краем глаза увидел на экране движение: Этан спрыгнул с кровати и пошел по комнате, такой же красивый, как в день охоты, и у Брэма открылся рот. Темно-желтый кугуар с подпалинами вокруг рта и глаз двигался так грациозно. На поворотах складки шкуры чуть покачивались.
А потом он запрыгнул обратно на кровать и зарычал в камеру.
– Откуда, мать твою, ему известно про камеру? – воскликнул Даг.
– Ну… – Брэм силился придумать, что же сказать. – Он ведь сидит там довольно давно, заняться нечем, а в наблюдательности ему не откажешь.
Даг обвиняюще ткнул в Брэма пальцем.
– Ты облажался.
Брэм не стал напоминать, что это Даг сегодня днем предложил ему присматривать за Этаном со стороны. В сложившихся обстоятельствах лучше взять вину на себя.
– Прости.
– «Прости», – передразнил Даг. – Это, конечно, поможет. Спасибо, Брэм, что извинился. Это именно то, что мне сейчас нужно. – Даг встал прямо перед Брэмом, заставив его попятиться. – Мне нужно решение.
Брэм кивнул и отвел глаза.
– Если я его подстрелю, ему нужно будет перекинуться, чтобы залечить рану, к тому же это послужит ему уроком. Я ведь приказывал этому засранцу оставаться человеком.
Брэм не хотел, чтобы в Этана стреляли, но здесь надо действовать осторожно. Даг почти вне себя.
– В прошлый раз мы использовали транквилизатор. Он же обернулся, помнишь? Если усыпить его, не придется опасаться, что он станет бороться с превращением, попробует остаться кошкой и истечет кровью.
Даг презрительно фыркнул.
– С какой стати ему бороться с превращением, если он ранен?
Брэм ответил на взгляд Дага.
– В этой маленькой комнате он сходит с ума. Ты должен это понимать. Это делает его непредсказуемым. Он может выбрать смерть, а не заключение.
Даг выглядел огорошенным.
– Не думаю, что у него склонность к суициду. – Он махнул на экран монитора. – Этому парню хочется жить.
– Он не так прост. В конце концов, мы же не смогли предугадать, что он перекинется.
– Я не смог предугадать, что ты все испортишь. – Даг тряхнул головой. – И все же воспользуемся снотворным, как ты предложил. Не хочу, чтобы ему что-нибудь угрожало, потому что завтра мы должны его сбагрить. Вряд ли этим людям понравится дохлая кошка. – Но в глазах Дага читалось подозрение, как будто после случившегося Брэм не заслуживал доверия. – Этан наверняка набросится на нас, неважно, с пулями мы будем или с транками. Пуля, конечно, действеннее. А снотворное медленнее.
– Давай, я сам все сделаю.
Даг невесело рассмеялся.
– Может, я и зол на тебя за эту оплошность, Брэм, но я совсем не хочу, чтобы тебя разорвали на куски.
– Я знаю. – Он действительно знал, и от этого становилось еще тяжелее. Ему приходилось изо всех сил держать себя в руках – он должен сделать то, что должен. Брэм шумно вздохнул, и Даг, наверное, решил, что он собирается с силами. Пожалуй, так и есть, вот только причина совсем не та, что решил Даг. – Думаю, Этан не станет убивать меня.
– Ну и дурак.
– Может и так. Но я все равно думаю, что не станет. Ты сам говорил, что он видит во мне свою пару. Это ведь хоть что-то да значит, даже для кошки. – Брэм сделал паузу. – Дай мне транквилизатор. Я все сделаю.
Даг бросил взгляд на экран. Этан спрыгнул с постели, когтями стащил одеяло и простыни и стал рвать матрас, раздирая на кусочки хлопок и поролон.
– В одном ты прав – он явно сходит с ума. Я думал, он продержится еще сутки.
Альфа подошел к морозильной камере, набрал комбинацию цифр на замке и достал ампулу.
Брэм чувствовал себя, как в замедленной съемке.
Не вставая с корточек, Даг обеспокоенно оглянулся на него.
– Ты боишься.
– Немного, – признался он. – Но я смогу это сделать.
Альфа выпрямился, держа транквилизатор в руке, и пояснил:
– Комната слишком мала, чтобы пользоваться ружьем. Тебе придется вколоть снотворное шприцом. Все еще думаешь, тебе это по силам?
Брэм кивнул.
Даг разорвал упаковку, набрал шприц и взвесил его в ладони.
– Уверен?
Брэм снова кивнул.
– По-моему, ты чересчур нервничаешь.
Даг протянул шприц Брэму, и тот неуверенно сжал его в руке.
– Надо надавить вот сюда, так? – Он положил большой палец на поршень.
Глаза Дага полыхнули раздражением.
– Да. По-моему, это и так ясно.
Брэм покорно опустил глаза, из-под ресниц рассматривая бедро Дага, примерно сюда тот попал из ружья, когда Этан пытался убежать от стаи. Чуть ниже ягодицы – то что нужно.
Он ударил с размаха – игла проткнула джинсу и вонзилась в плоть. Брэм нажал на поршень и отпрыгнул в сторону, прежде чем Даг успел отреагировать, пустой шприц остался торчать у него в бедре. Даг вырвал его, на его лице смешались изумление и злость. Открыв рот, он вылупился на Брэма.
– Ах ты мелкий говнюк.
Побледнев от ярости, Даг бросился на него, Брэм давно не видел его таким взбешенным. Даг хотел убить его, и Брэм уклонился от удара.
– Ты что творишь, недомерок? – Даг покачнулся, да, едва заметно, но достаточно, чтобы понять, что транквилизатор начал действовать. Альфа вдруг бросился к двери. «За помощью», – понял Брэм. Он надеялся, что Даг вырубится и до этого не дойдет, но выхода не оставалось. Он выкрутил тому руки и навалился сзади, Даг не смог удержаться и со стоном растянулся на полу. Брэм был ненамного меньше него, так что не давать Дагу подняться оказалось нетрудно. Тот продолжал вырываться, хотя его ярость и ослабла из-за снотворного и растерянности.
А потом альфа вдруг замер.
– Брэм. Слезь с меня. – Это был приказ, и Брэм с трудом удержался, чтобы не повиноваться.
– Прости. – Он покачал головой, хотя Даг не мог его видеть.
– Слезь, Брэм, сейчас же. Я готов все обсудить, только слезь. Не знаю, что творитшся у тебя в голове, но я могу… Готов… сделать шскидку…
– Мне правда жаль, Даг. – Он говорил совершенно искренне.
– Брэм. – Но голос его звучал сонно. – Брэм. Ну же.
– Мне очень жаль.
Отчаянным усилием Даг подсунул под себя руки и попытался встать, несмотря на тяжесть Брэма, но ему удалось лишь приподнять голову.
– Не. Думаю. Брэм.
– Спи, Даг. Сейчас ты больше ничего не можешь сделать. – Как странно было говорить нечто подобное своему альфе.
И наверное, впервые в жизни Даг послушался Брэма.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, ruusunen, Клитемнестра, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
05 Ноя 2012 00:58 - 17 Ноя 2013 22:44 #12 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Воскресенье, 05.02.2012, 05:57
Мы с Викторией типа лечим страдающих от запоя))) :brovke:


Глава 9
[/size]

Брэм посмотрел, как лицо Дага разглаживается, и вскоре почувствовал, как тот расслабленно обмяк. Поспешно вскочив с него – он не желал прикасаться к альфе дольше, чем необходимо – Брэм, несмотря на охвативший его ужас, подхватил альфу под руки и оттащил в кладовку. Конечно, Дага будет нетрудно найти, когда остальные заподозрят, что что-то не так, но до тех пор никто его не заметит.
Пытаясь подавить дрожь, Брэм встряхнулся и закрыл за собой дверь. Даг в отключке. Одной проблемой меньше.
Он поднял пустой шприц и решил спрятать его обратно в холодильник. Набирая код, Брэм хмуро улыбнулся. Даг считал, что комбинация известна только ему, но Брэм сотню раз видел, как альфа вводит ее, и запомнил – просто на всякий случай. Хотя он и не ждал, что этот «всякий случай» представится или что он будет иметь отношение к коту-оборотню.
Брэм стащил замок с ручки холодильника и открыл дверцу, чтобы засунуть использованный шприц к остальным. Лучше, если те, кто найдет Дага, не будут знать, отчего он без сознания. Чем больше времени они потратят на то, чтобы выяснить, что произошло, тем больше времени будет у Этана. Брэм закрыл холодильник и встал с корточек.
Затем он отключил камеру, сменил пароль доступа и запустил форматирование жесткого диска на компьютере. По крайней мере в ближайшее время до информации никто не доберется, а когда доберется, там будет пусто. Незачем оставлять им записи с Этаном – в виде кугуара или человека, неважно. Чем меньше людей смогут его опознать, тем лучше. Брэм прикрыл глаза, пытаясь отгородиться от чудовищности того, что творит. Вместо этого он решил сосредоточиться на следующем шаге и подошел к двери – хотелось поскорее выпустить Этана, пока весь его план не полетел к чертям.
Но нет. Сначала нужно достать кусачки. Волки учуют кошку на территории штаба. Им много не надо. Значит, как только Брэм откроет двери, Этану придется бежать. Главное – действовать быстро, Этан не сможет ждать, пока Брэм сбегает к себе за инструментами.
Резко развернувшись, он хлопнул дверью и помчался к своему трейлеру. Теперь ему не нужна была куртка, и она еще долго ему не потребуется. Он пробежал мимо пары волков, которые не обратили на него внимания – что было в порядке вещей, – и сегодня он был даже рад этому. Пока что он себя ничем не выдал. Если удастся и дальше сохранять трезвую голову, может, все и выгорит.
Ворвавшись к себе, он плюхнулся на колени и вытащил кусачки из-под кровати. Затем вскочил на ноги и выскользнул за дверь, стараясь держаться в тени. Добравшись до ближайшего отрезка колючей проволоки, он вдруг почувствовал, что на улице явно похолодало. Морозный воздух помог взбодриться, в голове прояснилось. Брэм скрупулезно щелкал кусачками, проделывая дыру, в которую поместился бы Этан.
Этан. Брэм встал и кивнул сам себе. Да, теперь он готов к встрече с котом. Держа кусачки в руках – запах на них сразу его выдаст, – он кинулся к дому, где держали Этана, и по дороге зашвырнул их в кусты. Может, чуть позже кусачки и найдут, но это уже не будет иметь значения.
Перед самым входом в здание его вдруг накрыл страх, грудь сдавило словно тисками. Кто-нибудь мог уже наткнуться на тело Дага, и Брэм не знал, что делать, если в доме окажутся еще волки – разве что вырубить и их. Нет, одного Дага ему хватило с лихвой – вряд ли он способен на большую жестокость.
Даг никогда, никогда не простит ему предательства. Брэм отбросил от себя эту мысль. Нет времени. Он распахнул дверь, в комнате было пусто, похоже, никто сюда не заглядывал. Компьютер все еще удалял данные. От облегчения у Брэма закружилась голова.
Его затрясло, и пришлось стиснуть зубы, чтобы заставить себя подойти к двери, за которой держали Этана. Брэм нажал на ручку и потянул дверь на себя. На этот раз он оставил ее широко распахнутой.
Кугуар может напасть на него. Брэм знал это и надеялся, что сумеет объяснить Этану, куда нужно бежать. Остальное его не заботило. Сегодня его преследовало плохое предчувствие, по крайней мере относительно собственного будущего, хотя успех побега Этана оставался для него самым главным. Мысль о том, что все это окажется впустую, и Этан не сумеет вырваться отсюда, была невыносима.
Брэм отпер вторую дверь и медленно толкнул ее одной рукой, второй прикрывая горло. Его взгляд упал на кугуара.
Этан явно услышал его приближение и теперь, пригнувшись к полу, готовился к прыжку. Их взгляды скрестились, изучая друг друга, словно они встретились впервые. Однако желто-зеленые глаза все еще принадлежали Этану. Брэм казалось, будто он смотрит в зеркало, в глаза того, кто в точности знает, кто он и что чувствует. Он никогда раньше такого не испытывал и понимал, что вряд ли когда-нибудь еще испытает.
– Я… – Голос дрожал, но Брэм все же выдавил: – Этан… – Он прерывисто вздохнул. – Я проделал дыру. Забор. В заборе… для тебя. – Боже, он несет полную околесицу. Тряхнув головой, он попытался взять себя в руки – Этан стоял, не двигаясь, только мышцы перекатывались под шкурой, и глаза медленно моргали.
Брэм откашлялся, и на этот раз слова прозвучали более внятно:
– Даг без сознания. Я отрубил его траквилизатором и проделал для тебя дыру в заборе. Ты можешь выбраться отсюда. Тебе нужно уходить. Немедленно. Завтра за тобой приедут, а я не знаю, когда Даг придет в себя.
Может, Брэм это и придумал, но в глазах Этана промелькнуло понимание. Он продолжил:
– Когда выйдем отсюда, придется действовать быстро. Тут кругом волки – мы в штабе Зимней стаи – они тебя почуют. – Этан выпрямил лапы. – У нас мало времени. Ты меня понимаешь?
Кугуар подошел к Брэму, который замер на месте, ощущая себя готовой вот-вот лопнуть резинкой. Этан потерся лобастой головой о бедро Брэма и заурчал. Это очень походило на «да», и Брэм оторопело застыл, не зная, что теперь делать. Этан еще раз потерся об него головой, чуть не уронив Брэма на пол, словно требуя ответа, и Брэм не удержался. Прерывисто вздохнув, он опустился на колени и крепко обнял Этана, уткнувшись лицом в мягкий мех. Впитывая в себя вибрирующий звук, стараясь запомнить его.
– Нет времени, Этан. – Брэм встал и устало потер лицо. – Идем. Как только окажемся снаружи, не оглядывайся, потому что иначе тебя догонят. Ты нужен им, я не знаю зачем, но тебя хотят заполучить очень влиятельные люди.
Этан рыкнул. Брэм посмотрел на него, кугуар совсем не по-кошачьи как-то неловко кивнул. Брэм кивнул в ответ. Пора.
Следующие несколько секунд промелькнули незаметно. Позже Брэму так и не удалось вспомнить, что же именно произошло, но, должно быть, он довел Этана до дыры в ограде. У нее тот замешкался, как будто хотел что-то сказать, впрочем, им нечего было сказать друг другу, даже если бы они смогли говорить.
– Пожалуйста, иди, – прошептал Брэм, вытирая слезы и злясь на себя за то, что опять расклеился. – Не оглядывайся.
Этан склонил голову набок, моргнул, пролез в неровную дыру и растворился в темноте. Его темно-желтая шкура растаяла как тень.
Брэм остался один, какое-то время он стоял, опустив руки, в голове не осталось ни одной мысли. Ему тоже нужно бежать, поэтому он и не взял куртки, но сейчас еще рано. Сперва надо хоть немного сбить всех с толку, пока Даг не оклемался. Если тот его поймает, Брэм боялся, что сразу во всем признается.
Путая следы, Брэм вернулся от ограды к дому, где держали Этана. Где-то несколько минут спустя кто-то, видимо, унюхал кошачий запах. Кругом послышались крики, к Брэму несколько раз подбегали, спрашивая, что произошло, а он изображал полное недоумение. Учитывая охватившую его растерянность, это было нетрудно. Брэм все еще не до конца осознал, что только что сделал. Волки перешептывались о том, что кугуар сбежал, а Даг пропал.
Правая рука альфы схватил Брэма за плечи, впиваясь пальцами в его кожу, и заставил поднять голову.
– От тебя несет кошатиной. Почему?
Брэм заморгал. Он обнимал Этана, и это его выдало.
– Не знаю.
– Он напал на тебя?
– Нет. Нет, что ты.
– Тогда что случилось? – Волк уставился на Брэма так, словно тот превратился в глухую стену, которую нужно снести, прежде чем с омерзением оттолкнуть омегу от себя. Брэм споткнулся и отлетел в сторону. Его снова сбросили со счетов.
Ему как раз удалось ускользнуть, когда кто-то крикнул, что нашел Дага. Значит, пора бежать.
Его время здесь, в Зимней стае, закончилось. У него, наверное, не больше часа, прежде чем Даг придет в себя.
Не обращаясь, Брэм пролез в дыру и отбежал подальше. Если повезет, его шаткий самоконтроль сыграет ему на руку и поможет перекинуться скорее. Он с радостью встретил боль и пустоту, которые пришли вместе с трансформацией.
Узнать, сколько времени заняло превращение, всегда было нелегко, но дезориентация прошла быстро. Он вскочил на лапы, отряхнулся, втянул носом воздух, пахнущий морозом, кошкой и приближающейся весной. Теперь он видел тени и очертания деревьев более четко, чем в человеческой форме.
Нужно спешить. Какое-то время он шел по следу Этана. Желание так и продолжить, чтобы догнать его и бежать вместе, казалось чертовски заманчивым, но это было опаснее для кота, поэтому Брэм свернул в сторону. Если он не ошибся, жажда мести победит, и Даг бросится в погоню за ним, чтобы наказать. То есть начнется охота на волка-омегу, а не на кошку.

Этан бежал. Поначалу бездумно, просто мчался прочь от удушливой тюрьмы, что осталась позади, прочь от Зимней стаи, через лес и фермерские земли. Но утром он вдруг понял, что инстинктивно выбрал конкретное направление – на юго-восток, к городу, который когда-то был его домом. Городу, который он не видел много лет.
На второй день он стал узнавать места и наконец понял, что ему удалось вырваться. По правде говоря, он ждал, что за ним пошлют погоню. Он даже опасался, что Брэм предаст его, в конце концов тот был самым ненормальным волком, которого Этану доводилось встречать.
Может, его слезы все-таки были искренними, хотя Этан не понял и подозревал, что вряд ли когда-нибудь поймет настоящую их причину. Он так и не осознал до конца, что же произошло в эту неделю. Сидение взаперти ничуть не способствовало осмыслению, одно он знал точно – он не в ответе за Брэма.
И все же сцена их расставания будет преследовать его вечно, если он ничего не сделает. Брэм пожертвовал частью себя, раз пошел против альфы – уж это-то он знал наверняка.
Но сейчас не время беспокоиться о Брэме, не говоря уже о том, чтобы действовать. Сперва Этану нужно добраться до безопасного места. Он не мог вернуться в свое логово – там его нашли. К тому же он сомневался, что ему вообще хочется туда возвращаться. Пусть и против воли, но пожив эти дни человеком, теперь Этан рвался в город, к людям, таким, как он, и обычным. В своей кошачьей форме он старался держаться от городов подальше, да, они были по-своему опасны, бесспорно. Однако в городах можно найти убежище – в них легко затеряться, так что волкам будет непросто его выследить.
Дорога казалась ему бесконечной, хотя бежал он всего два дня. Бежал, пока не выбился из сил, а потом уже просто шел до пригорода, ставшего когда-то в другой жизни, когда Этан был еще молодым и оптимистичным, таким родным.
Сгустились сумерки, так что кугуар, незамеченный людьми, с легкостью несся по улицам, которые казались одновременно знакомыми и чужими.
Снег тут уже таял, на подходе была весна – здесь, в городе с множеством зданий, улиц и людей, она ощущалась сильнее.
Этан на мгновение задумался о Даге, зачем тому мог понадобиться кот-оборотень. Он не понимал, как ни старался. Когда его мысли перешли на Брэма, он с трудом заставил себя не думать о черном волке.
Ты меня понимаешь?
В тот момент Этан понял одно – нужно бежать и немедленно, или все усилия Брэма окажутся напрасны. Поэтому он и сбежал, не оглядываясь.
Много лет назад он также сбежал. Но Лила тогда была уже мертва, а Брэм еще жив.
Значит, нужно сделать один звонок. Да, телефонные номера меняются или перестают обслуживаться, а так называемый друг Лилы может оказаться вовсе не столь дружелюбным, но Этан в долгу у Брэма и должен хотя бы попытаться помочь.
Стараясь держаться подальше от людных улиц, он пробирался все глубже в город. Потому что ему надо было позвонить по номеру, который давным-давно дала ему Лила, когда еще думала, что сумеет выбраться живой.
Этану нужно было позвонить волку по имени Трэй.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, ruusunen, Клитемнестра, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
05 Ноя 2012 01:10 - 17 Ноя 2013 22:44 #13 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Суббота, 16.06.2012, 20:05
Вычитка Виктория)))


Глава 10
[/size]

Этан порылся в кармане, звеня мелочью, молясь, чтобы хватило денег. Круглосуточная прачечная, которую он помнил, все еще работала, хотя здание и заметно обветшало. К счастью, здесь все так же хранили забытые и потерянные вещи и стоял старый автомат – сейчас разбитый и пустой, потому что все его содержимое перекочевало в карманы «новой» слишком большой для Этана куртки.
Он обязательно вернет деньги. Как-нибудь. Правда, надо признать, на это потребуется время. Он никогда не любил воровать, хоть это и легко ему удавалось. Этан был быстрым, наблюдательным и умел прятаться как никто другой. Но он никогда не поступался принципами.
«Не используй свой дар без причины».
Его мать вбила это ему в голову, еще когда Этану исполнилось девять. Хорошо, что успела, потому что вскоре после этого она умерла, а он остался один, ну, если не считать Лилы.
Этан вздохнул, он слишком устал бороться с воспоминаниями о матери, хотя это было очень давно, и он уже почти не помнил ее лица. Сейчас от этого было даже больнее, чем от мысли, что она умерла.
Он вытащил горсть четвертаков и стал по одному кидать их в слот на телефоне-автомате, пальцы начинали неметь от холода. Было раннее утро, солнце еще не встало, а ему так и не удалось толком поесть, учитывая вынужденную гонку последних двух с половиной дней. Его тело не могло сохранять нужную температуру, когда он плохо ел.
Если повезет, то оставшихся денег хватит на какой-нибудь завтрак и горячий кофе.
Он продолжил кидать монетки в автомат. Отыскать рабочий телефон оказалось очень нелегко. Их стало гораздо меньше по сравнению с тем, что было восемь лет назад. Тот, что висел в свое время в прачечной, почему-то убрали.
Скормив автомату сорок четвертаков, Этан остановился. Он абсолютно не разбирался в сегодняшних расценках, но десяти долларов по-любому должно хватить хотя бы на дозвон, если, конечно, есть кому дозваниваться.
Он медленно и аккуратно набрал номер, боясь, что неправильно запомнил, хотя, видит бог, запомнить десять цифр – не такая уж сложная задача. В трубке запищало, а потом раздался гудок. Этан ждал, что механический голос сейчас скажет, что номер не обслуживается или что такого не существует.
Вместо этого телефон продолжал звонить. Пять гудков – Этан почувствовал, что теряет надежду, и тяжело прислонился к стене телефонной будки. Никого нет, и ему придется остаться в городе и попытаться снова, хотя никто может так и не ответить. Может, он никогда не дозвонится до этого загадочного Трэя.
Седьмой гудок вдруг оборвался, и голос – мужской – сказал:
– Да. Трэй Уолтерс слушает.
Этан сглотнул. Он давно не пользовался телефоном, и никогда еще разговор не был для него так важен.
– Здрасьте, – выдавил он с трудом.
– Кто это?
Этан на секунду замешкался, но он ведь уже решил, что, если сказать Трэю свое имя, вреда не будет. Трэй же не мог высунуться из телефонной трубки и схватить его за шкирку. Даже со всеми следящими супер-пупер прибамбасами вероятность того, что Трэй живет поблизости и успеет добраться до Этана, была весьма низкой. К тому же это может помочь Брэму. Наверное.
– Я Этан Марселл.
Он услышал шумный вздох – ответил Трэй не сразу.
– Привет, Этан. – В его голосе звучало удивление. – Тебя долго не было.
Этан до боли стиснул трубку.
– Вы меня знаете?
– Ты друг Лилы. Она о тебе часто упоминала. – Голос стал тише и печальнее. – Много лет назад.
Сердце Этана вдруг бешено припустило. Со дня смерти Лилы он ни с кем о ней не говорил. Ему было трудно говорить о ней. Не хватало практики.
– Да, я был ее другом, – прохрипел он.
– Мне жаль, что она скончалась.
Скончалась? – повторил Этан. Это прозвучало так, словно Лила умерла от какой-нибудь болезни.
– Ну, после того как ее сбила машина, как мне рассказывали. – В голосе Трэя слышалась равнодушная настороженность, он словно предлагал Этану оспорить сказанное.
Этан прижался лбом к холодному стеклу будки.
– Тот, кто рассказал вам об этом, солгал. Ее убили. Они. Собственная стая. Я все видел. – Он понятия не имел, поверит ли Трэй, волк, знакомый с Зимней Стаей, коту.
– Вот как?
У Этана упало сердце. Этот волк ничем не лучше других. Может, он и не из Зимней Стаи, но готов купиться на любое, состряпанное ими вранье.
– Она должна была позвонить мне, если почувствует, что ей грозит опасность, – осторожно протянул Трэй. – Тебе должно быть известно, что стаи не любят убивать самок. Они слишком редки и ценны.
– Только не когда связываются с кошками. – Этан не смог скрыть горечи. Лилу, его почти что мать, обвиняли во многом, включая риск родить гибрида.
– Откуда ты звонишь, Этан?
– С телефона-автомата. – Пауза. – Я думал, номер нерабочий, столько лет прошло.
– Я старался его не светить, мало кто о нем знает.
Последовало неловкое молчание. Этан пытался придумать, как перевести разговор на Брэма.
– Я так понимаю, ты звонишь не для того, чтобы рассказать об убийстве Лилы.
– И о нем тоже. Мне просто только сейчас представилась возможность.
– Впервые за восемь лет?
Этан стиснул зубы, но он понимал, что чем больше расскажет этому волку, тем вероятнее, что Трэй поможет Брэму.
– Со смерти Лилы я не превращался в человека.
Трэй присвистнул, и Этан даже испугался, что за этим последует лекция. Волки осуждали диких, тем более кугуаров.
– Удивлен, что ты вернулся, Этан, если ты поэтому звонишь.
– И поэтому тоже, – огрызнулся он. – Лила мертва, ей вы помочь не смогли. Но я волнуюсь за еще одного члена Зимней Стаи. Раз уж Лила говорила, что вы ее защитите, я подумал, что вы сумеете помочь и кое-кому еще. Даже если этот кое-кто мужчина. И омега.
– О, тем более если омега, – протянул Трэй, и впервые за весь разговор Этан расслышал в его голосе гневные нотки. – Что происходит?
Этан шумно втянул воздух и попытался говорить как можно спокойнее:
– Меня схватили. Я за каким-то хреном понадобился этому Дагу, до сих пор не знаю зачем. Но Брэм нарушил приказ Дага…
– Альфы.
– Да, и помог мне сбежать. Я боюсь, что его убьют за неповиновение. Это случилось в их штабе. – Этан закрыл глаза. – Вы можете что-нибудь сделать для Брэма?
– Когда ты сбежал, Этан?
Он вздрогнул. Сейчас уже слишком поздно, он и так это знал, но все равно должен был попытаться.
– Больше двух дней назад. – Даже он сам слышал, как подавленно звучит его голос.
– Даг любит месть холодной, Этан, так что, скорее всего, я сумею помочь Брэму.
– Вы думаете?
– Это не обещание. Я не могу ничего обещать.
– Да, я понимаю.
– Как с тобой связаться, Этан?
– Никак. Я же был диким. У меня нет дома. Я с трудом нашел телефон. Не знаю, сколько еще смогу оставаться здесь. – Солнце уже поднималось, и хотя ему нравилось бродить по темным улицам ночного города, он сомневался, что сумеет вытерпеть дневной свет и толпы людей. В человеческом облике ему теперь было не по себе. Немудрено, после восьми-то лет жизни в кошачьей шкуре.
– Хорошо. Позвони мне завтра в четыре после полудня. По восточному времени. Сможешь?
– Да.
– Тогда я все и расскажу. Если пропустишь время, не дозвонишься.
– А где вы сейчас?
– Лучше не спрашивай.
– Но вы сумеете добраться на место так быстро?
– Да. – Трэй помедлил. – Позвони мне, Этан. Я бы хотел еще поговорить с тобой.
– По рукам. – Один день особой роли не сыграет. Он как-нибудь выдержит. – Я позвоню.
– Вот и хорошо. – Трэй отключился, не попрощавшись, а Этан еще долго гипнотизировал трубку, прежде чем медленно повесить ее на место.
Автомат выплюнул обратно четыре монетки, и Этан поднял их и сунул в карман.
Он стоял внутри стеклянной будки и смотрел на тротуар. Во время разговора он словно отрубился, но теперь городской шум накрыл его волной – и он станет еще громче, когда все в городе проснутся.
Когда-то его это совсем не напрягало, хотя станет ли все как прежде после всего этого времени, он не знал. И все же сейчас ему нужно поесть, а завтра позвонить Трэю и узнать, что тот выяснил о Брэме, так что придется продержаться еще тридцать часов.
Трэй казался искренним. Даже думать не хотелось, что он может оказаться не на стороне Брэма.
***

Этан купил немного перекусить – пришлось оставить четвертаков на второй звонок. Он не знал, чем заняться, поэтому в середине дня понял, что направляется в пригород, к дому, где когда-то его ждали и, может быть, даже немного любили. Роберту уже сорок, и Этану было интересно, как прошли для него эти годы. Он надеялся, что у того все хорошо.
Идти отсюда было часа три, но по крайней мере будет чем убить время. Когда он оказался на нужной улице, уже темнело, и у Этана пересохло в горле при мысли о том, что надо постучать в дверь.
Он решил подождать и осмотреться, чтобы понять, кто дома, пытаясь разобраться, живет ли Роберт тут вообще.
Понадобилось не так уж много времени, чтобы убедиться, что Роберт и правда до сих пор живет здесь. Но не один, а Этан сегодня был не готов встречаться с незнакомыми людьми. Он, конечно, радовался, что у Роберта есть любимый человек, ведь тот всегда был очень милым, но от одиночества его чуть не вывернуло наизнанку, и Этан не выдержал и сбежал.
Зубы выбивали дрожь, и вовсе не от холода. Похоже, оставаться кугуаром было мудрым решением, даже несмотря на то, что последние годы он руководствовался инстинктами, а совсем не здравым смыслом. Жажда человеческой близости истощала почти до боли. Если бы волки нашли его сейчас, все было бы кончено.
Но они не нашли, и если начистоту, вряд ли нападут на него посреди города. Волки, особенно стайные, избегали городов, они слишком зависели от лунных фаз и других волков. Кугуары, будучи по натуре одиночками, легче приспосабливались к здешним улицам, движению и людям. Этан не первый раз задумался, врал Даг или нет, когда говорил о другой кошке, которую якобы встречал.
В эту ночь Этан крутился у парочки ресторанов – в старые времена он часто так делал – и таскал еду из мусорных баков.
Не самый приятный способ питания, это точно, но по крайней мере можно было не волноваться о том, что ему станет плохо. Слава богу, что его тощее тело еще сохранило иммунитет к болезням. У оборотней есть свои сильные стороны. Наевшись – а Этану очень нужны были калории, пока он не вырубился от истощения, – он снова отправился бродить по округе, холод его теперь не волновал. На ночь его хватит.
Он не собирался превращаться в кота по меньшей мере еще день или два. Но одиночество давило на плечи – сказывались эти восемь лет.
И все же он боялся приближаться к людям в этом городе. Да, он ел в кафе, заказывал еду и платил за себя, но даже во время этих простых действий понимал, что ведет себя странно. Увидев четвертаки, кассир удивленно вскинула брови. Висящая мешком одежда заставляла людей коситься на него с подозрением.
Не волнуйтесь, я всего лишь оборотень.
Ха. По правде говоря, у него и не было возможности пообщаться с людьми. В ночлежку он идти не хотел. Слишком много тел и слишком мало места.
Он нашел теплый канализационный люк и спал на нем. Проснувшись, он бросился за едой к мусорным бакам и вспомнил, почему так не любит этот город. Но он все-таки продержался. В четыре после полудня, изнывая от напряжения, он позвонил Трэю.
Тот не стал ходить вокруг да около:
– Брэм сбежал. Никто не может его найти.
На этот раз Этан даже не пытался держать себя в руках, и его голос был тонким и словно звенел от чувства вины. Омега пошатнул статус кво, и теперь заплатит за свободу Этана.
– Думаете, его убили? Думаете, они врут вам, говоря, что не могут его отыскать?
– Нет. – Спокойное «нет» подействовало на Этана успокаивающе. Казалось, Трэй абсолютно не сомневался в этом. – Я нашел след. Брэм ушел живым. И я собираюсь пойти за ним. По крайней мере будет хоть какое-то представление о том, куда он направился. Но учитывая снег, оттепель и фору в несколько дней, сомневаюсь, что смогу найти его, и тебе искать не советую.
Значит, похоже, Брэм все-таки сбежал. Это хорошо, да?
– Хотел бы я знать наверняка, что он в безопасности.
– Если тебя это утешит, я могу выбить из Дага все дерьмо.
Этан улыбнулся при мысли об этом, но промолчал.
– Вообще-то, теперь я тут новый альфа.
– Чего? – Боже, Этан не переваривал альф, даже по телефону.
Трэй фыркнул в ответ на его реакцию.
– На самом деле это очень важная новость, но ты кот. Динамика стаи тебе малопонятна. Мне не понравилось, как Даг хозяйничает тут. Я не одобряю похищения и насилие. Поэтому я бросил ему вызов и победил. Теперь всем заправляю я. В любом случае мне нужно было найти работу, раз уж меня уволили.
– И что вы будете делать, если Брэм вернется?
– Ему ничто не грозит. Я за этим прослежу. Это одна из причин, почему я это делаю, Этан. Скорее всего, Брэм и правда вернется через какое-то время. Не сможет без стаи. В отличие от кошек волки в одиночку жить не могут.
– Надеюсь, вы говорите правду.
– Надеяться незачем. Это и есть правда. Послушай, это ведь ты мне позвонил. Я бросил все, чтобы сделать то, о чем ты меня просил.
Этан промолчал – он не знал, что сказать. Он сделал все что мог ради Брэма, который, может быть, в безопасности, а может быть и нет. Но Этан не мог знать план Трэя. Не мог знать, правду ли тот говорит.
– Этан?
Он не отозвался, пытаясь все взвесить. Трэй связан с Зимней Стаей, и лучше быть с ним поосторожнее. Может, Трэю он нужен за тем же, что и Дагу.
Трэй понизил голос:
– Позвони мне через неделю или около. Я расскажу все, что узнаю о Брэме. Или позвони когда захочешь. Просто поговорим. Я даже могу познакомить тебя с другой кошкой-оборотнем.
Предложение заставило Этана насторожиться.
– Этан?
Этан очень тихо повесил трубку. Соблазн встретиться с кем-то таким же, как он, был силен. Нельзя поддаваться. Трэй может оказаться таким же ублюдком, как Даг или даже Габриэль. Альфы – создания ненадежные. Он убедился на личном опыте. Дважды.
Этан растерянно стоял в телефонной будке и слепо смотрел сквозь грязное стекло, понимая, что мимо идут люди, но по сути не видя их.
Единственная причина, которая привела его в этот город, это звонок Трэю, который мог спасти Брэма. Может, Брэму было бы лучше, если бы Этан вообще не прикасался к телефону, но тут уже ничего не поделать. Все закончилось. Точка. Ему больше некуда идти.
Он может перекинуться сегодня вечером, сбежать из города и вернуться к привычной жизни.
Но человеческая часть его упиралась. Слишком рано. Ему нужно побыть в этой форме еще немного. Нужно вспомнить, каково это – быть человеком. Да, он много лет был кошкой, но прошедшая неделя так просто его не отпустит. Не сейчас. Он не мог так легко от всего этого отказаться.
Он совершенно разучился общаться. В свои двадцать девять он не знал, как жить, он даже читать не умел и с трудом смог набрать нужный номер.
Этан потер лицо.
Роберт всегда был добрым. Бойфренд или нет, Этан не думал, что тот выставит его за дверь. Возможно, это и всего на пару дней, но он сможет поговорить с тем, кому не все равно.
Брэму тоже было не все равно, да. Но их с Брэмом отношения изначально были вынужденными для них обоих. К тому же Брэм пропал.
Этан толкнул дверь будки и побрел по улице. Потребуется три часа, и он успеет снова проголодаться, но доберется до дома Роберта.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, Клитемнестра, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
05 Ноя 2012 01:18 - 17 Ноя 2013 22:45 #14 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Четверг, 21.06.2012, 21:33
Вычитка: Тори)))


Глава 11
[/b][/size]

Этан поднял руку, сжал ее в кулак и постучал в заднюю дверь. Была почти полночь – он слишком долго колебался. Почему-то ему казалось, что, если его пошлют куда подальше у задней двери, а не парадной, будет легче. К тому же его нервировало уличное освещение. Он не помнил, чтобы раньше фонари горели так ярко.
Роберт был дома. Впрочем как и второй мужчина, но это Этана уже не касалось. Дверь открылась только через несколько минут. Сонный парень лет тридцати с лишним выглянул на улицу, а потом включил лампу над крыльцом.
Этан вздрогнул от резкого света и, прищурившись, увидел, что бойфренд Роберта явно встревожен, наверное, ему не понравился потрепанный вид Этана.
– Мне нужно поговорить с Робертом, – сказал Этан, пока дверь не закрыли, или по его душу не вызвали копов. Или и то, и другое. Он не знал, насколько хреново выглядит.
Нервный бойфренд захлопнул дверь. «Черт».
– Джереми? – В сонном голосе Роберта звучало замешательство. – Что происходит?
– Роберт? – позвал Этан, стараясь особо не кричать и надеясь, что его слышно из дома. Какое-то бормотание, шепот – в основном Джереми. – Это Этан. Роберт?
Переговоры продолжились, но кончились резким «Я сам посмотрю!» Роберта, и дверь снова распахнулась.
Ему было сорок, волосы начали редеть, глаза стали старше, но это все еще был Роберт, и у Этана потянуло в груди при виде знакомого лица. Как же здорово увидеть знакомое лицо. Когда-то он любил Роберта.
– Это я, Этан. – Выражение лица Роберта не изменилось, и Этан испугался, что бывший его не узнал.
Он шагнул вперед, Роберт отпрянул, а Джереми рявкнул:
– Стой, где стоишь! – Как будто Этан мог им что-нибудь сделать.
Этан содрогнулся, скорее всего от громкого звука, а может, от приказного тона. Он хотел видеть Роберта, старого друга. Опустив глаза, он оглядел свою одежду. Наверное, он похож на бездомного, что не так уж и далеко от истины. Он вскинул голову и встретил взгляд Роберта, надеясь, что тот его помнит. Неужели он изменился до неузнаваемости?
– Роберт? – Во время одного давнего разговора, когда Роберт хотел узнать тайны Этана, а Этан старался не подпускать того слишком близко, Роберт сказал, что никогда не отвернется от него. Но сейчас горло сдавило, и Этан не смог заставить себя напомнить об этих, скорее всего давно забытых, словах, которые когда-то так много для него значили.
– Господи, Этан, почему на тебе одни носки, сейчас же зима! У тебя что, нет обуви? – Голос Роберта звучал растерянно, но Этан вздрогнул, потому что тот назвал его по имени.
– Мне очень нужна твоя помощь.
– Не стоит… – начал Джереми.
Роберт вскинул руку, прося, чтобы тот замолчал, и пристально посмотрел на Этана.
– Прошло столько…
– Лет, – закончил Этан. Он не собирался задерживаться здесь надолго, тем более с этим недружелюбным бойфрендом Роберта. Ему нужно было самое большее несколько дней, просто чтобы разобраться, что делать дальше. – Но…
– Боже, входи. Ты, наверное, продрог до костей. Сомневаюсь, что твоя одежда очень теплая. – А Джереми пробурчал: – Или чистая, – и Роберт нахмурился, жестом пригласив Этана внутрь.
Его бывший не стал к нему прикасаться, и Этан был рад. Он не хотел, чтобы его трогали. Роберт отодвинулся в сторону, чтобы Этан прошел в прихожую, и закрыл дверь.
Он смотрел на Этана сочувственно и вместе с тем подозрительно.
– У тебя неприятности?
– Нет. – По крайней мере таких, которые были бы понятны Роберту. В прошлом тот боялся, что Этан то ли наркодилер, то ли просто наркоман.
– Ты не ранен?
Этан покачал головой.
Роберт холодно, но все-таки приветливо, улыбнулся – этакое эхо его старой ухмылки, – хотя слова его прозвучали совсем не ласково:
– Я часто хотел тебя увидеть, но не думал, что это будет так.
Этан заморгал, не зная, что сказать. «Прости?»
– Хочешь принять душ? – Роберт явно намекал, что душ бы ему не помешал, потому что направился к лестнице.
– Да, спасибо.
Джереми фыркнул, и Роберт, явно расстроенный, повернулся к нему:
– Джереми, пожалуйста.
– Я против, – раздраженно ответил тот. – Мне не нравится, когда по нашему дому бродят незнакомые люди.
– Я знаю Этана.
– Знал, очень давно. Люди меняются, некоторые вон даже облик человеческий теряют.
«В самом деле, Джереми, ты даже не представляешь, насколько ты прав».
– Я ненадолго, – пообещал Этан обоим. – Я не стану вам мешать.
Роберт помешкал, но поднял руку и махнул в сторону лестницы.
– Ты же помнишь, где душ. Иди. Я принесу полотенце и чистую одежду.
Этан опустил глаз на свои ноги в мокрых носках. Пальцы просто заледенели, и мысль о теплой воде была чертовски приятной.
– Спасибо.
Лицо Роберта смягчилось.
– Иди давай, пока совсем не посинел.
Спустя полтора часа Этан был отогретым, чистым и накормленным. Роберт вспомнил его непомерный аппетит и заметил, что Этан слишком худой. Мрачный Джереми не отходил от Роберта ни на секунду, несмотря на явную усталость и жалобы на то, что завтра ему нужно на работу. Наверное, боялся, что, стоит отвернуться, и Этан напрыгнет не бывшего любовника.
Но он слишком устал для подобных упражнений. Да и желания не было. То, что было между ними, осталось в другой эре, между двумя совсем другими людьми.
– Тебе нужно еще что-нибудь? – спросил Роберт.
– Нет. Спасибо. – Этан в чистой одежде остановился на пороге гостевой спальни.
Роберт просто кивнул – судя по виду, он собирался тут же отправиться досыпать.
– Спокойной ночи. – Этан закрыл дверь и подошел к кровати. Она выглядела удобной и впервые за много дней он чувствовал себя в относительной безопасности. Заснул он мгновенно, усталость прошедшей недели взяла свое.
Этан проспал почти сутки, всего пару раз выбираясь в ванную. Один раз заходил Роберт, чтобы проверить, как он, и Этан даже проснулся, чтобы заверить того, что все отлично, он просто несколько дней не спал, так что Роберт оставил его в покое.
Было почти девять утра второго дня, когда Этан почувствовал себя полуживым и осмелился наконец встать.
Он прислушался, похоже, в доме остался кто-то один. Если память его не обманывает, это движения Роберта.
Этан быстро натянул одежду – она пахла Робертом, – на этот раз почти по размеру. Как же приятно носить чистое и не ворованное. Радуясь тому, что удалось выспаться, новой одежде и почти знакомому дому, Этан вышел из комнаты и сбежал по ступенькам.
Увидев на кухне Роберта, пьющего кофе, он улыбнулся. Тот не ответил. Наоборот, с каждым шагом Этана он становился все мрачнее. Его взгляд скользнул влево, но Этан был слишком глуп или наивен, а может, просто еще не до конца проснулся. Мозг явно еще не включился.
Только войдя в кухню, Этан понял, что Роберт не один. Развернувшись, он увидел здорового мужика – тот стоял неподвижно, скрестив руки на груди. Этан посмотрел в синие глаза, пугающе похожие на глаза Габриэля или Дага, вздохнул и понял, что перед ним волк.
Он снова перевел взгляд на Роберта, раненый предательством бывшего.
– Не смотри на меня так, – возмутился тот. – Ты говорил, что у тебя нет неприятностей.
– У него их, и правда, нет. – Это был голос Трэя. Каким-то образом ему все-таки удалось дотянуться сквозь провода. Хотя голос его звучал холодно и спокойно, совсем не так, как у Дага или Габриэля. Волк развел руками. – У меня нет оружия. И пришел я один. Вряд ли мне удастся легко с тобой справиться, Этан.
Он имел в виду, что волку тяжело в одиночку одолеть кугуара. По крайней мере в теории. А вот в человеческом облике Трэй был гораздо крупнее Этана.
Этан заморгал.
– Но как вы меня нашли?
– Это я ему позвонил, – сказал Роберт.
Этан опять повернулся к тому, чувство, что его предали, охватило его с новой силой.
Зачем? Зачем тебе это? И как?..
Роберт беспомощно пожал плечами, словно Этан сам должен знать ответы на эти вопросы.
– Этан, пойми, ты исчез. Я не знал, что думать.
– Этан. – Трэй подождал, пока кот повернется к нему. – Восемь лет назад я убедил Роберта, что ты попал в беду и что, если ты когда-нибудь появишься, я смогу тебе помочь.
Этан перевел взгляд с одного на другого. Ни один из них не вызывал в нем доверия. Еще неприятнее было ощущение, что Роберту не стоило верить ему, ведь это он, Этан, привел волка к двери его дома, понятия не имея, на чьей тот стороне.
– Этан, – укоризненно протянул Роберт. – Ты появляешься у меня на пороге посреди ночи, выглядишь как бездомный оборванец, которого морили голодом. На тебе же даже обуви не было. – Видать, Роберта это очень зацепило. – Тебе нужна помощь, но вряд ли моя. Поэтому я и позвонил Трэю.
Этан нахмурился, задумавшись, что такого мог Трэй наговорить Роберту.
– Мне надо на работу, – продолжил Роберт. – Если снова решишь исчезнуть, сделай милость, оставь хотя бы записку на этот раз. – В глазах его появилось очень похожее на обиду выражение. – Я волновался, понимаешь?
Этан отвел глаза. Извиняться теперь уже глупо. Сказать «понимаю» – еще хуже.
– Это сложно объяснить, Роберт.
– Как и всегда, – насмешливо отозвался Роберт.
– Я хотел, – прозвучало гораздо более ревностно, чем он ожидал.
– Как и всегда, – вздохнул Роберт, собрал вещи и вышел из кухни.
– Я оставлю записку, – крикнул Этан.
Роберт просто кивнул и скрылся за дверью.
Этан повернулся к Трэю, который выжидающе уставился в ответ, и поймал себя на том, что ему хочется поверить этому волку, хотя особого повода для этого и не было. До чего же приятно, пусть и в виде исключения, было находиться в одной комнате с другим оборотнем, который не был его тюремщиком, по крайней мере пока. В отличие от Роберта, Трэй мог понять его. В отличие от Роберта, Трэй знал, что Этан – кугуар. А еще его вроде как заботила судьба Брэма. Этан стиснул зубы.
– Я не спал три дня, с тех пор как ты мне позвонил, но я рад, что ты сумел выспаться. – Трэй оттолкнулся от стены.
– Как трогательно, что вас так волнует мое здоровье.
– Меня волнует здоровье всех оборотней. Это моя работа.
Этан ждал, что тот опять примет невозмутимый вид, но во взгляде Трэя читалась искренность.
– Ну конечно.
– Так и есть. Брэм исчез. Вчера я прошел по его следу, но потом потерял. Однако думаю, с кое-чьей помощью я смогу найти его снова. Там, где он пропал, леса почти нет, рано или поздно ему придется выбраться в город или хотя бы пригород.
– О, то есть вы собираетесь заставить его «любящую» стаю охотиться за Брэмом. – Этан почувствовал, что начинает злиться.
– Нет. У меня есть другие резервы, волки-одиночки, которые мне помогут. Несмотря на мою новую работу, я не слишком люблю иметь дело со стаями. – Трэй замолчал. – Ты тоже мог бы помочь.
Это уже больше походило на фантасмагорию, и Этан совсем ничего не понимал. Он отодвинулся и замахал руками.
– С какой стати Роберту вам звонить? Он не дурак и не станет верить каждому встречному.
– Я убедил его, что хочу помочь тебе. Он был очень расстроен твоим исчезновением.
Убедили? Как? Неужели, пока меня не было, у волков развилась способность управлять чужим сознанием?
Уголок губ Трэя дрогнул в улыбке.
– Нет. Не у нас. В то время я работал на ФБР, и у меня была очень хорошая репутация. Я бываю очень убедительным, если это необходимо, и объяснил, что ты сбежал из детского дома.
– Неправда. Я всегда сам о себе заботился.
Трэй пожал плечами.
– Учитывая все те тайны, что тебя окружали, заставить Роберта поверить, что у тебя неприятности, оказалось нетрудно. Впрочем как и заставить поверить в то, что я хочу помочь тебе. Потому что это так и есть.
– Ну да. – Этан покраснел, потому что вел себя, словно ему девятнадцать, а не двадцать девять.
– Ты выбит из колеи. И у тебя есть на то полное право. Ты пробыл человеком чуть больше недели, прожив кугуаром несколько лет. Дважды столкнулся с Зимней Стаей и видел, как они убили Лилу.
А еще он подыхал с голоду, но не хотел признаваться в слабости. С как можно более непринужденным видом Этан взял булочку, которую Роберт оставил на кухонной стойке, откусил кусочек и стал жевать.
– Что вам от меня нужно?
– То же, что и тебе от меня. Чтобы ты помог найти Брэма. Ему нельзя быть диким. Он вряд ли продержится столько, сколько ты.
Этан не смог сдержаться и расхохотался. Отсмеявшись, он добавил:
– В том, чтобы быть диким, нет ничего плохого, если волки тебя не трогают.
– Ты исключение, к тому же еще и кугуар. – Трэй покачал головой, его лицо стало задумчивым. – А еще тебе повезло, что Брэм вытащил тебя до того, как тебя успели пометить. Так что ты у него в долгу.
– Пометить?
– Существует масса устройств слежения, и если я не ошибаюсь, Даг собирался передать тебя людям, которые ввели бы тебе под кожу радиомаячок, и в таком случае ты бы недолго разгуливал по городу. Стоит им раз запустить в тебя когти, и из них трудно вырваться. Военизированные организации хотят понимать оборотней, и поверь, тебе ни к чему помогать им в этом.
Этан сглотнул, булочка чуть не застряла в горле.
– Вы же нашли меня.
– Да, но иными средствами.
Этан не знал, можно ли верить этому типу. Может, все это брехня, но вместо того чтобы продолжить, Трэй вернулся к тому, с чего они начали.
– Брэма нужно отыскать. По словам всех, кто его знает, он очень общительный волк. В одиночку он не справится.
– Я не хочу за ним охотиться, – возразил Этан. – Я знаю, каково это, когда за тобой охотятся.
Во взгляде Трэя появилось раздражение, наверное, из-за выводов, сделанных Этаном:
– Знаешь, Этан, я тоже. Мы не охотимся. Мы пытаемся найти паренька.

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, Клитемнестра, Mirina, Лазурный, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Kind Fairy
  • Kind Fairy аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Чем больше топор, тем добрее фея.
Больше
05 Ноя 2012 01:44 - 17 Ноя 2013 22:44 #15 от Kind Fairy
Kind Fairy ответил в теме Re: Джоли Скай "Дикий"
Калле
Дата: Среда, 29.08.2012, 13:26


Глава 12
[/b][/size]

Найти паренька.
«Что ж, - думал Этан, - учитывая, что Трэю, скорее всего, за сорок, он вполне может называть Брэма пареньком». Пару раз Этану так и хотелось ляпнуть что-нибудь типа «Вы вроде говорили, что ему двадцать четыре».
Но это было глупо и к сути дела не относилось. Тем более что каждое полнолуние Трэй и его люди прочесывали окрестности. Со дня их с Брэмом побега из штаба Зимней стаи прошло три месяца.
Весь первый месяц Этан не мог расслабиться, отовсюду ожидая подвоха. Он даже устроил тайник в пещере в полудне пути от города – убежище, на случай если придется срочно делать ноги.
Но ничего плохого не происходило. Наоборот, Трэй сделал Этану удостоверение личности и нашел жилье.
Устав от необходимости постоянно оглядываться, на второй месяц Этан сдался и решил все-таки довериться Трэю и волкам, с которыми тот его познакомил. Хотя возможность получить удар в спину он так и не исключил.
А потом Трэй устроил Этана на работу.
К концу второго месяца Этан начал считать их друзьями. Если бы волки не тратили столько сил на поиски Брэма, Этан подумал бы, что по каким-то необъяснимым причинам его обманули, чтобы завлечь в эту странную жизнь, где его новыми лучшими друзьями стала псевдостая из почти никак не связанных между собой волков, которые навещали его раз в месяц.
«Псевдо», потому что их было только четверо, и они не делились на альф, бет или омег, они больше походили на семью. Они даже жили в разных городах, учитывая, что Трэй теперь присматривал за Зимней стаей, а другие были, судя по всему, из других штатов и округов.
Правда, несмотря на их дружелюбие, Этан никогда не ходил на поиски Брэма вместе с ними. Нет, они вовсе не возражали, чтобы он к ним присоединился, но ему становилось до ужаса стыдно при воспоминании о тех временах, когда волки охотились за ним самим. Поэтому он вел собственное расследование – впрочем, не особенно удачно. Хотя Трэй и Ко Брэма тоже до сих пор не нашли.
На всякий случай Этан всегда держался поблизости, потому что, почуяв Брэма, волки должны были подать ему сигнал. Трэй почему-то решил, что Этан – единственный, кого Брэм узнает, в конце концов самого Трэя тот никогда не встречал и у него не было причин верить кому-либо из них. Отбившиеся от стаи волки старались держаться подальше от других, иначе можно было нажить себе неприятности. Но может, присутствие Этана успокоит Брэма?
По правде говоря, Этан очень сомневался, что Брэм ему поверит, но готов был попробовать.
Он все еще чувствовал себя виноватым за то, что Брэму пришлось бросить стаю, после того как он отпустил Этана… потому что отпустил. Именно это объединяло их с Трэем – чувство вины. Волк думал, что должен был давно вмешаться в дела Зимней стаи. Трэй, похоже, считал себя ответственным за всех ныне живущих оборотней – наверное, жить по такому принципу совсем нескучно, хотя трудно сказать наверняка. Этан привык жить один и отвечать только за себя.
Может, он слишком много времени провел один?
Даже сейчас он сидел в доме, хотя остальные и были недалеко. Близился рассвет, и скоро все должны были прекратить поиски и вернуться, как и много ночей до этого, когда Этан вдруг услышал неожиданный, но такой долгожданный сигнал – низкий вой. Этан настороженно замер и прислушался. Когда за ним охотились, они тоже выли, загнав его в угол – это был волчий способ дать стае знать, что добыча попалась.
Но Брэм не добыча.
И все же от этой схожести сосало под ложечкой. Разрываясь между предвкушением и страхом, Этан двинулся на вой. Сначала он бежал рысцой, потом набрал скорость и понесся по лесу. Мимо пролетали расплывчатые пятна деревьев.

Услышав вой, Брэм замер и задумался, что делать дальше. Он учуял чужаков прошлой ночью, но думал, что ему удалось скрыться.
А они, вместо того чтобы отправиться на восток, почему-то вернулись. Он решил, что волки случайно здесь оказались, запахи были незнакомые, точно не из его стаи.
Однако этот вой – явно сигнал о том, что что-то или кто-то был обнаружен, и, скорее всего, этот кто-то – он, потому что сигнал прозвучал чертовски близко.
Судя по всему, его пытаются выследить четверо, но зачем? Волков не интересуют одиночки - как правило, - если, конечно, не мозолить им глаза. Может, Даг нанял кого-то, чтобы поймать его? Такая мысль казалась Брэму абсурдной, ведь Даг всегда старался избегать чужих. Их труднее контролировать.
Какая идиотская ошибка – возвращаться этой дорогой. Нет, он вовсе не собирался соваться обратно в стаю. Это было бы самоубийством. Но жара в южных штатах, там, где весна уже закончилась, ему не нравилась, поэтому он повернул обратно, даже подумывал отправиться в Канаду. Ему хотелось туда, где много открытого пространства, а на юге с ним было не ахти. Надо было сразу идти на север, но первую пару месяцев он слишком туго соображал.
Это время в волчьем обличии так напугало его, что он заставил себя на целую неделю стать человеком, чтобы все обдумать, пока таскал еду с какого-то заброшенного, хоть и запертого, склада. Тогда он понял, что боится совсем одичать, что хочет обрести равновесие. Одиночки среди волков-оборотней явление нечастое, но встречающееся.
Вой послышался снова. Кто-то зовет остальных. Брэм собирался броситься бежать, но если им так хочется поймать его, расклад четверо против одного, будь то схватка или игра в догонялки. Значит, лучше встретить их лицом к лицу.
Выбор для омеги был не слишком привычный, но Брэму сейчас все было непривычно, он даже омегой себя не ощущал. Скорее, он чувствовал какую-то бесшабашность. Частично, наверное, из волчьего страха остаться одному. Может, он сумел бы снова стать частью стаи? Правда, надежды на то, что здешние волки станут обходиться с ним лучше, было мало. Едва ли такое заложено в природу тех, кто охотится на других. И все же он хотя бы узнает, какого черта им от него нужно, и попытается при этом остаться в живых.
Брэм осторожно потрусил в сторону, откуда донесся вой. Может, они сразу убьют его или искалечат, а может, просто прогонят с территории, которую считают своей.
Пора выяснить.
С холма подул утренний ветерок, и Брэм принюхался, нет ли опасности.
Только подойдя очень близко, он вдруг сообразил, что выла самка. Хотя волчицы среди оборотней, конечно, встречаются, но это все же большая редкость. Она не казалась такой уж страшной угрозой, и Брэм заметно расслабился. Хотя ему не хотелось вести себя, как зашуганный омега, и на все спрашивать разрешения, но драться, просто чтобы доказать свою крутость, желания тоже не было.
Когда он вышел из тени деревьев, волчица приветственно завыла: она сидела посреди поляны, насторожив уши – красивый темный зверь. Встав, она трусцой побежала к нему, виляя хвостом, как будто он как минимум ее давно потерянный брат. Глаза у нее оказались просто поразительного золотистого цвета.
Ее хотелось защищать, впрочем, в таком желании не было ничего удивительного. Хоть она и не из его стаи, но все же остается женщиной, а значит, имеет немалую ценность.
Ценность. Брэм растерялся. Где же остальные? Для самки бродить одной небезопасно. Волкам вроде Габриэля нравилось во всем контролировать своих волчиц, их могли даже убить за неповиновение.
Она что, и правда, собирается вот так запросто к нему подойти?
С наветренной стороны, словно из ниоткуда, кто-то рыкнул, и на поляну вылетел белый волк. Наверное, ее защитник, хотя Брэм и не собирался ничего ей делать, о чем тут же дал понять: остановился, стараясь держаться как можно дружелюбнее, и приветливо заскулил.
Волков явно было больше, но эти двое – белый волк подошел к волчице и, к ее явному недовольству, заслонил собой – угрозы не представляли.
Он еще раз заскулил, теперь уже настороженно, не зная, чего от него ждут.
Из-за деревьев показался третий волк, и хотя его запах Брэм не узнал, почему-то он казался смутно знакомым – такое случалось с родственниками. Волосы на загривке у Брэма зашевелились.
Волчица почувствовала перемену в нем, повернулась к тому, кто пришел последним, и тявкнула, словно говоря отступить. Что еще больше сбивало с толку.
В воздухе послышался еще один запах. Этот Брэм узнал сразу, конечно же, узнал, но поверить в то, что Этан здесь… Невозможно. Этан давно в безопасности, он никак не может быть с волками, которые охотятся за Брэмом.
«Мой кузен Трэй – убийца кошек». Голос Дага, объясняющего, откуда ему известно об Этане. Брэм выпрямился, зарычав, готовый броситься на волка, который пах так похоже на Габриэля – все эти волки явно связаны родственными узами, что, на взгляд Брэма, не обещало для Этана ничего хорошего.
Плевать, что их трое, нет, четверо, на одного. Если он справится с одним или двумя, у Этана будет больше шансов сбежать. Двоим, или даже троим волкам Этана не победить.
Брэм сосредоточился на том, кто наверняка должен быть Трэем, братом Габриэля, и уже приготовился напасть, когда между ними вдруг возникла волчица. Она завыла, а Брэм предупреждающе клацнул зубами, не желая делать ей больно, если без этого можно обойтись.
Белый волк тут же оказался перед самкой, и Брэм решил, что тот сейчас накинется на него. Но Трэй вдруг спешно попятился, хотя второй волк все еще загораживал собой волчицу: ту это явно раздражало, похоже, она хотела подружиться.
Брэм никак не мог угадать, о чем все они думают.
К его ужасу, запах Этана стал сильнее. Когда тот появился на поляне и направился прямо к волкам, подвергая себя такому риску, Брэм предостерегающе зарычал. Этан не обратил внимания и продолжил идти к нему, пока не опрокинул на землю. Прежде чем Брэм успел подняться и хоть как-то заставить того понять, что тут опасно, кот обвился всеми лапами вокруг него и навалился всей тяжестью, не давая подняться.
Боже, как же иногда нужно поговорить, но он не мог! Брэм пытался – рычал и скалился – показать Этану, что нужно действовать немедленно, но безуспешно, тот продолжал удерживать его. Это совсем не походило на агрессию. Наоборот, кот вел себя очень любвеобильно: мурлыкал, терся о Брэма лобастой головой, урчал, дрожа всем телом.
После стольких месяцев вынужденного одиночества Брэм чувствовал, что еще немного, и его переклинит от всего этого: ощущения опасности, злости и этого завуалированного объятия. Этан принялся вылизывать его морду: глаза, уши, снова и снова, пока Брэм не начал скулить, умоляя того выслушать.
Словно наконец осознав, что что-то не так, Этан слез с него, и Брэм встал, ошеломленный и растерянный, потому что волки так и не напали и Этан действительно был здесь. Он приготовился к драке и обнаружил… что волков на поляне нет.
Какого черта? Он снова перевел взгляд на Этана, пытаясь понять, что происходит. Может, у него глюки? Может, он сходит с ума? Волки что, испарились? Брэм шагнул в сторону и уловил их запах – доказательство их реальности. Волки были здесь, все четверо, и сбежали при появлении Этана.
Брэма затрясло, и на этот раз Этан приблизился к нему гораздо медленнее, один раз что-то по-кошачьи пискнув, будто приветствуя. Этан снова боднул Брэма головой, и хотя он не был силен в кошачьем, все же понял, что Этан рад его видеть. Вопросы «как» и «почему» – и присутствие волков – все это совершенно сбивало с толку. Этан снова навалился на Брэма, нежно вылизывая, и он не сдержался и радостно-вопросительно заскулил, греясь в тепле кошачьего тела и рокочущем урчании.
Постепенно его сердце успокоилось, хотя один бог знает, сколько на это ушло времени. Испуг и потрясение сыграли свою роль. Только тогда Этан перестал. Он чуть отодвинулся, желто-карие глаза как-то подозрительно уставились на Брэма.
А потом Этан лег на землю и стал перекидываться.
Брэму тоже захотелось обратиться, присоединиться к Этану и поговорить – он уже несколько месяцев ни с кем не разговаривал – но он сдержался. Наоборот, если бы он сразу понял, что у того на уме – за прошедшие три месяца его рефлексы притупились, и соображать он стал гораздо медленнее, – то попытался бы отговорить Этана от такого глупого шага. Но было уже поздно. Теперь, пока тот не превратится, остается только стоять на страже, на случай если волки вернутся.

Этан проснулся. Нет, не то чтобы проснулся, ведь он не спал, он перекидывался – посреди леса, да, выбор более чем неудачный. Менять форму надо там, где тебе ничто не угрожает, а не в открытых местах, когда на тебя в любой момент могут напасть. О чем только думала его кошачья половина?
Картинка перед глазами стала четче, и он увидел темного волка, который внимательно смотрел на него – происходящее казалось все более странным. Волк должен был бы напугать его до чертиков, но почему-то казался знакомым и…
Брэм. Это Брэм.
Облегчение затопило Этана, как кайф от инъекции наркотика. После стольких месяцев тревоги и чувства вины они наконец отыскали его, целого и невредимого, а вовсе не искалеченное разорванное гниющее тело.
Лила заслужила лучшую судьбу.
Но она не Брэм. Этан покачал головой, пытаясь вспомнить, что же произошло, и все кусочки мозаики встали на свои места: Трэй и его волки, нашедшийся Брэм, Этан, бегущий на вой, живой и вполне себе вменяемый Брэм, хотя, пожалуй, немного напряженный и не слишком дружелюбный, учитывая то, что знал о нем Этан. Пришлось повалить его на землю, пока тот по глупости не бросился на Трэя или Лиама.
Даже сейчас Брэм был явно начеку, следил за Этаном и охранял его, пока он перекидывался и не мог защитить себя сам.
Этан перекатился с бока на живот и встал на колени.
- Брэм?
В ответ послышался нетерпеливый рык. Этан немало знал о волчьих способах общения, ведь он столько лет провел с Лилой, так что недовольство Брэма понял сходу. Хотя, чем тот недоволен, оставалось только догадываться.
- Перекинься. Давай поговорим.
Брэм оскалился и шумно выдохнул, раздувая ноздри, словно говоря, что Этан – бестолочь.
- Ты в безопасности…
На это Брэм уже явно покачал головой – совсем не волчий жест.
Этан улыбнулся:
- Та, наверное, думаешь, что я полный идиот, если перекидываюсь там, где небезопасно. Но я бы так никогда не сделал.
Брэм продолжал настороженно следить за ним, поэтому Этан встал и подошел к нему. Он запустил пальцы в шерсть на затылке волка, и тот задрожал.
- Перекинься, - продолжал уговаривать Этан. – Ты же хочешь этого. Луна садится.
Брэм гавкнул и отпрянул.
- Ну хорошо, - сказал Этан, давая задний ход. – Подожди и перекинься, когда захочешь, так тоже сойдет. В конце концов для меня возможность поговорить всегда была роскошью. Кстати, мне нужно домой. Пойдешь со мной?
После небольшой паузы Брэм издал что-то похожее на утвердительный лай, и Этан развернулся и пошел прочь от поляны. Когда он оглянулся, Брэм следовал за ним, хоть и на небольшом расстоянии: уши торчком, движения все еще настороженные.
Да, Брэм явно собирался и дальше его охранять.
До стоянки заповедника было примерно полчаса. Этан успел закоченеть и с радостью натянул одежду.
Волков и их машины уже не было, но судя по рычанию и фырканью Брэма, тот почуял их запах. Он посмотрел на Этана, точно пытаясь телепатически передать: опасность.
- Брэм. – Этан подождал, пока темные глаза посмотрят ему в лицо. – Это были Трэй, Вероника, Сет и Лиам. Они родственники, хотя не совсем стая. Мы все искали тебя.
Сказать, что Брэму это не понравилось, было бы преуменьшением. Он оскалился, сверкнув острыми клыками.
- Боже, и почему ты такой подозрительный?
В ответ послышалось ворчание, так что Этан само собой ничего не понял.
- Послушай, я знаю их уже три месяца. Поначалу я тоже им не доверял. Но они ничего мне не сделали, только помогли. Они очень переживают за тебя. А Трэй…
Брэм зарычал.
Этан внимательно посмотрел на него.
- Гляжу, ты не из его поклонников? Признаюсь, его трудно понять, но он всегда старается помочь. – Волка это явно не убедило, и Этан в который раз пожалел, что Брэм не может рассказать ему о своих тревогах.
- Клянусь – и придется тебе поверить мне на слово, – я понимаю, кто мне враг, а кто нет. Ты не враг. И они тоже. – Пожалуй, сейчас не время объяснять Брэму, что волки могут быть у него дома. Нужно убедить его забраться в машину. – Поедешь со мной? Я снимаю дом. – Говорить, что дом принадлежит Трэю, наверное, тоже не стоит.
Он подошел к машине, отпер ее, открыл пассажирскую дверцу и жестом пригласил Брэма внутрь.
- Пожалуйста.
Тот дважды обошел машину по кругу, прежде чем соизволил забраться в нее. Этан захлопнул за ним дверцу, обежал вокруг и сел на водительское сидение. Он завел мотор и спешно выехал со стоянки, потому что не хотел, чтобы Брэм передумал и выпрыгнул из машины.
Трэй предупреждал Этана, что дикие волки очень быстро деградируют. Хотя Вероника и Лиам возражали, заявляя, что были дикими по несколько лет, Трэй оборвал обоих.
- Брэм, - начал он, - оказался в очень непростой ситуации.
Вероника фыркнула:
- Ну да, а у нас с Лиамом ситуация была просто замечательная.
Не обратив на нее внимания, Трэй продолжил:
- Обстановка в стае была ужасной и все еще такой остается. Но дело не только в этом, по его мнению, он их предал. Прошло три месяца, так что думаю, надежда есть, но нам лучше быть начеку. Я не хочу по глупости совершить ошибку, решив, что он неопасен. – Его лицо помрачнело. – Я встречал раньше одичавших волков, и это не самое приятное зрелище.
На Веронику его слова впечатления не произвели.
- У этого парня имеются моральные принципы, раз уж он освободил тебя, - кивнула она на Этана. – С ним все будет в порядке.
Трэй лишь вскинул брови, а Вероника пояснила:
- Сильная воля означает сильный разум.
- Или он просто нашел в коте свою пару, - бросил Трэй, снова повернувшись к Этану.

Глава 13

— Странная вы все-таки женщина, Николь.
— Ну что вы! — поспешно возразила она. — Самая обыкновенная. Верней, во мне сидит с десяток самых обыкновенных женщин, только все они разные.
Френсис Скотт Фицджеральд, «Ночь нежна»
Поблагодарили: Жменька, DF12, ruusunen, Клитемнестра, racoon1111, Mirina, Лазурный, Maxy, Gnomik

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.