САЙТ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДЛЯ ПРОСМОТРА ЛЮДЯМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ

file Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 17:25 - 13 Окт 2013 00:01 #1 от Coraline
Coraline создал эту тему: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Клыки и Воспоминания

Кэти Лав

Братья Янг - 1
[/color]

Перевод: Калле, MadLena
Вычитка: Seyadina, Viktoria, Калле
Русскоязычная обложка: sonata
Размещение: Без согласия команды ОС и ссылки на наш сайт - запрещено!
Жанр: вампиры
Статус: перевод завершен, 27 глав


Аннотация:
Бывают просто рождественские утра, а бывают рождественские утра вроде этого: когда я вижу, как мой брат Рис расхаживает по нашей нью-йоркской квартире… и улыбается. Да, речь о Рисе, замкнутом, хмуром и раздражающем; о человеке, который превратил угрюмость в искусство. Но сейчас он вовсе не хмурится. Нет, собственно говоря, сейчас он угрожает отделать меня пистолетом за то, что я пожал руку красивому, милому, полураздетому созданию по имени Джейн, которое только что попыталось выскользнуть из его спальни. Странно. Кто бы мог подумать, что Мрачного Братца вообще интересует секс?
Но вовсе не улыбка и не его внезапно проснувшееся либидо так выбили меня из колеи. Прошлой ночью произошло что-то ужасное, что-то, заставившее моего брата нарушить собственное правило и спасти жизнь смертной. Что бы это ни было, теперь он не помнит ничего из последних двухсот лет жизни. Он так хочет Джейн, что заставляет себя забыть, что он вампир, и возвращается в то время, когда он еще не был обращен, а наша семья – разрушена. Он ходит по квартире словно виконт времен регентства и с английским акцентом говорит что-нибудь вроде «Я вел себя как докучливый, набравшийся дуралей». Неужели мы и в самом деле когда-то так разговаривали? Так что Рис, как и Джейн, не знает, что он вампир. Вот это я и называю проблемой.
Единственное, что мне известно: этой смертной удалось затронуть холодное сердце моего брата, и я, Себастьян Янг, сделаю все что угодно, чтобы помочь ему удержать ее…


Скачать одним файлом

Любое коммерческое использование данного перевода, воспроизведение текста или его частей запрещено. Текст предназначен для ознакомительной публикации.
Поблагодарили: Half, zaitsieva67, nk18

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 17:29 #2 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Глава 1
[/b]


- Эй, детка, ищешь, с кем развлечься?
Рис остановился на тротуаре перед обшарпанным баром и окинул взглядом двух женщин, стоявших у стены здания. Обе курили сигареты, и из их красных губ вырывался дым, смешиваясь в ночном морозном воздухе с паром дыхания. Их поношенные зимние куртки были широко распахнуты, открывая взору худые тела в коротких, облегающих платьях. Одна дрожала, но все же умудрялась бросать на него зовущие взгляды.
А он-то думал, что это у него дерьмовое рождество.
- Ищу, где выпить, - ответил он, едва заметно кивнув на дверь бара.
- Ой, да ладно, сладкий, - уговаривала та, что с ним заговорила, - У меня здесь есть немного омелы. - Она отбросила сигарету, оттолкнулась от стены и помахала ему пластиковой веточкой.
На самом деле, это был искусственный остролист, но Рис не видел смысла обращать на это ее внимание.
- Прости, нет.
- Ну что ж, когда выпьешь, красавчик, я буду ждать тебя. – Она улыбнулась и протянув руку, провела зеленой веточкой по отвороту его пальто.
Рис, не ответив, прошел мимо и открыл дверь, на которой красовался облезлый венок. Прежде чем скользнуть в дымную темноту бара, он остановился и оглянулся на проституток.
Хотя обе были молоды - если интуиция не обманула его, им не было еще и двадцати - выглядели они старыми и изможденными. Полная противоположность ему – с его молодым телом и древней душой.
Повинуясь порыву, он сунул руку в карман и достал бумажник.
Та, что стояла ближе, заметила это движение, и жадно провела языком по неестественно красным губам. Стоявшая у стены, шагнула к нему, взгляд ее тоже следил за его рукой, в темных глазах загорелся алчный огонь.
Нет, не противоположность, понял он. Совсем нет. Они были абсолютно такими же. Ими руководила жажда, заставляя их делать такие вещи, которых они не могли себе и представить. Единственное отличие между ними заключалось в том, что их горечь въелась в кожу, в то время как его была обманчиво скрыта, снедая его изнутри.
Рука Риса на секунду застыла, но он все-таки вытащил деньги. Он решил, что должен заплатить этим двоим за то, что почувствовал к ним жалость. Наверное, это все зима. Он больше не позволит себе забыть о тяжелом уроке, который преподала ему жизнь.
Он достал две банкноты.
– Найдите себе какое-нибудь теплое местечко на ночь.
Та, что стояла ближе, выхватила деньги из его пальцев. Глаза ее расширились, когда она разглядела бумажки.
– Спасибо, мистер. – И она тут же отошла к своей коллеге. – Идем, подружка. Отметим!
И обе зацокали прочь высокими каблуками изношенных сапог. Теперь, когда их жажда была утолена, Рис оказался забыт.
Опять же, точь-в-точь, как ему подобные, устало подумал он. Получают то, чего хотят, и двигаются дальше.
Он вошел в бар, и дверь за спиной захлопнулась. Его тут же окутал дымный, причудливый свет красных и синих неоновых ламп. Он скользнул на высокий барный стул в конце стойки и заказал скотч, неразбавленный.
- Откроете кредит, мистер?
Рис кивнул и сделал большой глоток обжигающего напитка. Поставив стакан, он повернулся спиной к бару и оглядел зал. Местечко было довольно шумным. И это в канун Рождества, ни больше ни меньше.
Он развернулся обратно к своей выпивке и стал разглядывать янтарную жидкость. Казалось, он не замечает остального бара, но на самом деле, сейчас он ощущал все, что происходило вокруг него, острее, чем когда осматривал зал.
Двое мужчин, сидящие за стойкой чуть дальше него, были здесь завсегдатаями. Они пили виски с водой и курили сигареты без фильтра. Тот, что ближе к нему, жаловался, что его бросила жена. Конечно, он не упомянул о том, что много лет бил ее, прежде чем она наконец набралась мужества, чтобы уйти.
Женщина у конца стойки бара благоухала дешевыми духами и пила «АкваНет». Она кого-то ждала – любовника. Рис почти ощущал вкус желания, исходящего от нее. Хотя Рис не мог сказать точно, относилась ли эта жажда к самому мужчине или к наркотикам, которые он должен был принести.
Четверо мужчин, игравших в пул, были друзьями и уже хорошенько набрались - они отмечали. Нет, вовсе не Сочельник, а то, что парень с мальчишеским лицом, за которым скрывалась абсолютно черная душа, только что вышел из тюрьмы. Его выпустили за хорошее поведение, и он подумывал, как бы свести на нет это свое достижение.
Тут были люди, которых можно найти в подобных убогих заведениях в канун рождества – люди без семей, без любимых и без жизни как таковой. Потерянные, алчные и жестокие.
А еще здесь сидел он. Мучимый голодом, который почти лишал его сил.
Он расправился с оставшимся скотчем и подал бармену знак повторить.
Выпивка приводила его в оцепенение. Спиртное не действовало на него как на обычных людей, но оно словно помогало ему отгородиться от всего. Оно притупляло его чувства и помогало ему продолжать жить, оставаясь тем, кто он есть. Но, в конечном счете, выпивка никогда не делала того, что ему было нужно. Она не успокаивала той невыносимой жажды – жажды, которая постоянно снедала его. Нет, лишь одно могло утолить ее, и даже тогда, этого хватало ненадолго. Лишь краткая передышка от того, что терзало его душу.
Он чуть не фыркнул. Его душу? Да, конечно, он же потерял ее давным-давно.
Подошел бармен со вторым стаканом. Рис сделал большой глоток и закрыл глаза, вдыхая запах дыма, когда у него по спине вдруг побежали мурашки.
Он подвинулся на табурете, пытаясь отыскать того, кому так внезапно удалось разогнать страшное облако безысходности, висевшее в зале.
Она стояла в дверях, казалось, каждому дюйму ее пяти футов роста не по себе. Миниатюрная женщина, похожая на эльфа, с темными волосами и огромными глазами. Даже в искажающем неоновом свете Рис видел, что они зеленые – абсолютно зеленые.
Невинное сказочное создание, заблудившееся в суровом, холодном мире. Рис вскинул бровь, когда эта мысль пришла ему в голову. Должно быть, что-то витает в воздухе этой ночью; он никогда не был таким романтиком. Кроме того, с горечью напомнил он себе, единственным потусторонним созданием здесь был он сам.
Он сделал еще один большой глоток скотча, продолжая наблюдать за ней поверх стакана. Женщина огляделась, на лице ее отразилась тревога. Затем, к его изумлению, она расправила плечи и двинулась к бару.
Она забралась на табурет рядом с ним и подождала, пока бармен подойдет, чтобы принять ее заказ. Когда тот наконец подошел, она на мгновение замерла, задумавшись, чего же ей хочется.
И снова удивила Риса, заказав текилу, хотя в конце заказа голос ее прозвучал почти вопросительно, словно она не была уверена, что есть такой напиток - текила.
Рис притворился, что все его внимание полностью сосредоточено на скотче, но продолжал следить за ней. Она была не только встревожена, но и очень несчастна, ее переполняли боль, гнев и… отчаяние. Но все эти сильные эмоции не могли испортить ее естественный аромат. Она пахла свежестью и сладостью, словно согретые солнцем цветы. Он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь ощущал столь неиспорченный и чистый запах, исходящий от смертного. От взрослого смертного, по крайней мере.
Слишком быстро ее свежий аромат вдруг сменился другим, который не могла перебить даже вонь застоявшегося пива и сигаретного дыма. Этот запах окутывал каждого словно волокна сахарной ваты – манящий и все же отталкивающий для Риса своей приторной сладостью.
Он сглотнул и сконцентрировался на чистом аромате женщины. Он смог подавить свою реакцию на другой запах - запах крови. Он постоянно делал это, но сегодня ночью тот был сильнее обычного. Так было всегда, стоило ему решиться утолить голод.
Но это он сделает позже – выберет худшего из худших. Сегодня это будет нетрудно – многие из здешних завсегдатаев были абсолютно отвратительны – полностью потеряны для этого мира. Без надежды на спасение души – в точности как он сам.
А эта женщина. Почему она здесь? Ей тут совсем не место, и ему не нужны были необычные способности, чтобы понять это. На ней была зеленая шерстяная юбка и блейзер в тон. Белая блузка, которую она надела под него, была простой и чистой. Кожаные лодочки на невысоком каблуке.
Наряд был скромным и практичным, но выглядела она все равно элегантно. Юбка открывала красивые икры, а иногда он даже замечал краешек ее бедра. Но очаровывало ее лицо. Оно не было классически красивым, но в ее чертах чувствовалась какая-то нежность: полные губы, маленький дерзкий носик и эти огромные глаза. Одних только глаз хватило бы, чтобы заворожить его.
Он нахмурился. За двести лет жизни ни одной смертной не удавалось так заинтриговать его. Он решил, что это оттого, что она казалась здесь такой потерянной. Или, может, потому что она напоминала ему о том мире, из которого он когда-то пришел – где люди были хорошими, добрыми и любили друг друга.
Бармен вернулся к ней с рюмкой текилы, кусочком лайма в еще одной рюмке и солонкой.
Пикси уставилась на все это в явном замешательстве. Она огляделась, взгляд ее на мгновение остановился на нем. Но она тут же отвела глаза.
Через секунду она вытащила лайм из рюмки, нахмурилась и начала выдавливать его в напиток.
Мужская рука перехватила ее, останавливая.
- Привет, - сказал бывший заключенный с мальчишеским лицом. – Хочешь, покажу, как это делается?
Пикси снова замешкалась, и Рис почувствовал ее беспокойство. Умная девочка. Но затем она выпрямилась и кивнула.
– Да. Пожалуйста.
Экс-заключенный поднял руку и заказал бармену еще одну текилу для себя.
Рис смотрел, как бывший преступник продемонстрировал ей, как правильно пить текилу. Лижешь, соль, лижешь, пьешь, и лайм. Пикси повторила за ним, правда поперхнулась и закашлялась, едва добравшись до лайма.
- Неплохо, - сказал ей мужчина, когда она перестала кашлять. Взгляд его прошелся по ней, и Рис понял, что комментарий относился не столько к тому, как она пьет, сколько к самой женщине.
Взгляд экс-заключенного задержался на ее ногах и на мелькнувшем красивом бедре. Похоть, смешавшаяся с ожесточенностью зашевелились прямо под его дружелюбной симпатичной маской.
Рис подавил волну раздражения – направленную как на женщину, так и на заключенного. Что она здесь делает? Ей следует быть дома с семьей, сидеть перед мерцающей гирляндами елкой и распевать хоралы.
Экс-заключенный щелкнул пальцами и попросил еще две текилы.
Рис поерзал на табурете. Нужно вмешаться. Но вместо этого он прихлебнул еще своего напитка. Он вспомнил проституток. На этот год хватит с него добрых дел. Даже если учесть, что до конца года еще несколько дней.
- Эй, Джоуи, собираешься всю ночь кадрить цыпочек, или все-таки посидишь с нами – парнями?
Джоуи бросил на пикси смущенный взгляд. Он был так же обманчив и опасен как и любой вроде Риса.
– Прости, я поставил на кон деньги.
Женщина кивнула.
– Ничего страшного. Спасибо за инструктаж.
Улыбка Джоуи стала шире; возбуждение и жестокость промелькнули в его глазах.
– Нет проблем. И кто знает, может быть, однажды ты тоже сможешь показать мне какой-нибудь фокус?
- Хорошо, - согласилась она, абсолютно не заметив двусмысленности в его словах.
Джоуи вернулся к своим приятелям, а Рис принял решение сделать из бывшего заключенного себе рождественский ужин.
Подошел бармен с двумя рюмками, которые заказал Джоуи, и поставил их перед пикси.
Та открыла было рот, как будто собираясь сказать ему убрать напитки, но вместо этого вздохнула и почти неохотно лизнула руку между указательным и большим пальцами и щедро насыпала соли на влажную кожу.
Рис смотрел, как она высунула розовый язычок и провела им по коже, и впервые за очень долгое время, желание, не связанное с голодом, прожгло его.
Она глотнула текилу, умудрившись лишь раз вздрогнуть, когда потянулась за лаймом.
Краем глаза она заметила, что он за ней наблюдает. Все еще с лаймом во рту, она повернулась к нему и нахмурилась. В глазах ее на секунду вспыхнула тревога, а потом она сердито посмотрела на него.
- Ну, чего уставился? – спросила она, вытащив лайм изо рта.
Он отвел взгляд от ее губ, блестевших от сока, покачал головой и вернулся к своему стакану, хотя тело его все еще представляло себе, каково будет ощущать на себе этот рот.
Да что, черт возьми, с ним сегодня?

Джейн Мэри Харрисон поверить не могла, что только что накричала на абсолютно незнакомого ей человека. Она никогда в жизни ни с кем не была груба. Но, если подумать, она и в большом городе тоже никогда не была. Да и в баре. И никогда не пила текилу. О, это существенно меняет дело.
И что же это был за день! Она пробыла в Нью-Йорке всего сутки, и за это время потеряла работу, которую только что получила, затем, естественно, лишилась квартиры, которую подыскала чуть раньше. Когда она уходила из офиса по продаже недвижимости, кто-то украл у нее сумочку, и она провела почти шесть часов в полицейском участке со всеми этими ужасными людьми, ожидая, когда можно будет написать заявление совершенно равнодушному полицейскому. Для того чтобы начать пить текилу, время казалось самым подходящим.
Сегодняшний день должен был стать началом ее новой, полной приключений и веселья жизни. Хотя пока приключений было сколько угодно, а вот веселья что-то маловато.
Но она была полна решимости хоть немного повеселиться сегодня вечером. В конце концов, сейчас же Сочельник. И, к счастью, ей хватило ума положить дорожные чеки в чемодан, так что она была не совсем нищей - пока.
Она посмотрела на одну полную и одну пустую рюмки перед собой. Неужели она собирается потратить свои драгоценные деньги на четыре рюмки текилы? Три из которых она к тому же и не заказывала.
Она вздохнула. Ну, что ж. По крайней мере, Джоуи был очень славным – самым славным из всех людей, которых она успела повстречать в Большом Яблоке. Она взглянула на него, он стоял, наклонившись над бильярдным столом, готовясь сделать удар. Да, он к тому же еще и милый. И он флиртовал с ней – то есть, она думала, что флиртовал.
Глаза ее быстро скользнули к мужчине, который сидел рядом с ней. Вот он с ней не флиртовал. По сути, он лишь бросал на нее холодные взгляды, с тех пор как она вошла в бар. И Джейн никогда не назвала бы его милым. Она готова была поспорить, что его никто не называл милым, даже когда он был ребенком. Нет, он был потрясающе, невероятно красив. Джейн не могла вспомнить, чтобы когда-нибудь встречала кого-то столь совершенного.
У него были длинные волосы, спадающие на широкие плечи. Она никогда не сходила с ума по длинным волосам, но этому мужчине они удивительно подходили. Черные, блестящие и густые с золотисто-каштановыми прядями.
В профиль она видела твердый подбородок, четкие губы и слегка высокомерный разлет ноздрей. Но от его необычных глаз цвета виски в мерцающем свете бара у нее просто перехватило дыхание. Взгляд его был напряженным – почти хищным.
Он был великолепен.
Она еще раз глянула на него украдкой. В свитере с высоким воротом и черных брюках он подходил этому месту не больше, чем она сама, хотя совсем по другим причинам. Он казался слишком преуспевающим для подобного места. Слишком утонченным. Но под всей этой красотой и утонченностью, в нем чувствовалось что-то опасное – хищный блеск скрывался в странных глазах.
Она тихо фыркнула. Видно, напряжение дня стало сказываться на ее рассудке. Она была уверена - единственное, для чего этот мужчина представлял опасность, это – женское сердце. С такой внешностью он казался настоящим сердцеедом.
Она смерила взглядом наполненную рюмку перед собой. Горло все еще горело, но она начинала ощущать приятный, успокаивающий жар во всем теле. Кто бы мог подумать, что такое маленькое количество спиртного поможет ей так расслабиться. А после подобного дня это было просто необходимо.
Она потянулась за солонкой.
Третья рюмка прошла так гладко, что она гордо улыбнулась. Для непьющей она профи.
Она выстроила рюмки перед собой в ряд и попыталась решить, что же делать дальше. Ей не хотелось возвращаться обратно в гостиницу. Но здесь ей тоже было немного не по себе.
К тому же ей чертовски хотелось рассмотреть мужчину, сидящего рядом. Она поерзала на стуле и бросила на него быстрый взгляд. Может, стоит перед ним извиниться.
- Ох, детка… - Внезапно рядом снова возник Джоуи, заставив ее вздрогнуть, - ты выпила мой заказ.
Она виновато поглядела на пустые стаканы.
– Да. Мне очень жаль.
- Ну, по-моему, нам просто нужно заказать еще по одной.
- Не думаете, что вам на сегодня хватит? – послышался глубокий, хриплый голос.
Моргнув, она подняла взгляд на красивого незнакомца. Он наклонился к ней, эти необычные глаза прожигали насквозь.
- Почему бы тебе не заняться своими делами, приятель, - раздраженно бросил Джоуи. Потом голос его стал мягким, уговаривающим, и он спросил ее, - Ты ведь не позволишь этому придурку испортить нам удовольствие, а, детка?
Джейн отвела взгляд от незнакомца и посмотрела на Джоуи.
– Нет, - ответила она, хотя знала, что голос ее звучит более чем неуверенно.
Внезапно заиграла громкая музыка, и Джейн увидела, как блондинка бросает монетки в музыкальный автомат в углу зала. Из-за этих двоих мужчин, нависших над ней, громких барабанов и спиртного у нее закружилась голова.
- Можно мне сюда две текилы, - крикнул Джоуи бармену.
Джейн встала, ноги ее подгибались. Красивый незнакомец сжал ее руку и поддержал. Его ладонь была сильной и приятной даже сквозь ее блейзер. У нее закружилась голова.
- Вы в порядке? – спросил он.
Она кивнула, глубоко вздохнув.
– Думаю, мне просто нужно немного подышать. - Он уже начал вставать, когда Джоуи сжал ее другую руку.
– Детка, давай я провожу тебя на улицу.
Джейн посмотрела на красивого незнакомца. Его пальцы все еще сжимали ее руку, несмотря на то, как осторожно он держал ее, она все равно чувствовала его силу. В глазах его светилось что-то, чему она никак не могла найти определения, она знала лишь, что должна избежать его прикосновений. От них в душе ее творилось что-то странное.
Она вырвала у него руку и позволила Джоуи повести себя к двери.
Прежде чем выйти на улицу, она оглянулась. Красивый незнакомец следил за ней хищным взглядом.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 17:30 #3 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Глава 2
[/b]

От холодного зимнего воздуха в голове Джейн тотчас же прояснилось. Она закрыла глаза и вскинула голову. Сделав еще несколько вдохов, она почувствовала себя почти нормально.
- Ну что, лучше? – спросил Джоуи, остановившись рядом с ней.
Она открыла глаза и благодарно ему улыбнулась.
– Да. Я обычно не пью.
Он отошел от нее и вгляделся в темноту аллеи, тянущейся вдоль бара.
– Там ступеньки. Почему бы нам не присесть ненадолго?
Джейн подошла к нему, проследив за его взглядом. Аллея походила на длинный темный тоннель, лишь один тусклый фонарь освещал цементные ступеньки. Рядом стояли открытые переполненные мусорные баки.
- Пожалуй, мне лучше вернуться в гостиницу, - решила она.
- В гостиницу?
Она кивнула. – Да, я приехала сюда только вчера днем.
Он удивленно посмотрел на нее.
– С ума сойти. Я тоже приехал только вчера. Я жил здесь когда-то, но мне пришлось уехать.
Она улыбнулась.
- Пойдем. Посидим пару минут.
Она колебалась, но его улыбка была такой обаятельной, что в конце концов она согласилась.
Цементные ступеньки были холодными и заляпанными Бог знает чем. Джейн предпочла прислониться к стене. Джоуи, похоже, ступеньки никаких сомнений не внушали.
Несколько секунд они провели молча.
- И где же вы жили до того, как сюда приехали? – спросила Джейн.
- В одном местечке в Джерси.
- О, я никогда не была в Нью Джерси.
Он встал, сунул руки в карманы джинсов и пнул пустую жестяную банку в глубину аллеи. Металлический звук эхом отразился от бетонных стен.
– Не могу сказать, что мне там очень нравилось. Моя жизнь там была несколько… замкнутой.
Джейн могла это понять.
– Я жила в штате Мэн, это прекрасный штат, но городок, в котором я выросла, был слишком маленьким, удушливым. На всех людей еще в детстве ставили ярлык, и от него было не избавиться. Никогда.
Джоуи подошел к ней, и она впервые заметила, что он довольно крупный мужчина. Из-за его мальчишеской внешности, казалось, что он должен быть худым и долговязым, на самом же деле, он был довольно мускулистым и широкоплечим.
- Вот это я понимаю. На меня тоже поставили ярлык. – Он шагнул еще ближе, замерев всего в нескольких дюймах от нее. – Знаешь, детка, а ты настоящая красотка.
- Нет, - ответила она, щеки ее загорелись даже несмотря на холод. Хотя она почти не знала Джоуи, услышать комплимент было приятно. Ни один мужчина никогда не говорил ей такого.
- Я очень давно не видел таких красивых леди.
От его лести в груди ее потеплело. Она, конечно, не верила ему, но ей нравилось слышать такие слова.
Он шагнул еще ближе, все еще не касаясь ее, но ясно давая понять, что ему бы этого хотелось.
Ей нравились комплименты, но целоваться с ним она не собиралась. Она же не знала его. Кроме того, Джейн была не из таких женщин.
Но если подумать, она ведь в Нью-Йорке, чтобы начать новую жизнь. Чтобы развлечься.
Она что, в самом деле, хочет поцеловаться с едва знакомым мужчиной? Нет. На ум вдруг пришел красивый незнакомец. А его она бы поцеловала?
Да о чем она думает? Она, должно быть, пьяна. Джейн хихикнула.
- Что? – спросил Джоуи, оперевшись рукой на стену так, что Джейн не могла двинуться с места, не задев его.
Она тут же протрезвела. Ей не хотелось, чтобы у него сложилось впечатление, что она им заинтересовалась. Джейн слегка отодвинулась.
- Просто задумалась о том, какой же сумасшедший это был день. – Может, если продолжить говорить, он поймет намек.
- В самом деле? – Он придвинулся еще ближе.
Она сглотнула. Пожалуй, ей стоит просто уйти. Что-то в его глазах вдруг напугало ее.
- Что же произошло? – спросил он, и она решила, что ведет себя как параноик, и рассказала ему о своей работе, квартире, а потом и о часах, проведенных в полицейском участке.
- Боже, я ненавижу полицейские участки. Я и сам провел там немало времени.
- Да?
Он кивнул и сделал еще шаг, рука его легла ей на талию, затем скользнула ниже.
Она вздрогнула, он усмехнулся.
– Да мы застенчивые?
Она сглотнула. Снова ввязалась, во что не следовало. Она не умела пить, не знала, как вести себя с мужчинами, или что делать в большом городе. Она знала лишь, как обращаться со скорбящими семьями и устраивать похороны. И ни один из родственников умерших никогда не пытался ее тискать!
- По-моему, у вас создалось неправильное обо мне впечатление. Пожалуй, мне лучше вернуться в бар.
Он не убрал руку.
– О, нет, детка, у меня создалось очень хорошее впечатление о тебе.
Его пальцы забрались ей под юбку.
От паники у нее перехватило дыхание, но она с трудом вдохнула, стараясь держать себя в руках..
- Зна… знаете, мне правда нужно вернуться обратно. Тот парень, что сидел рядом со мной в баре, он - мой друг. Я… я просто пыталась заставить его ревновать. – Она хваталась за соломинку, но больше ничего в голову все равно не приходило.
Ее затопило облегчение, когда его пальцы замерли, но затем он пожал плечами.
– Детка, если бы он беспокоился о тебе, то не позволил бы тебе уйти со мной.
Его рот грубо накрыл ее губы.
Она попыталась оттолкнуть его, и он прервал поцелуй, но свободной рукой сдавил ее горло мертвой хваткой, с силой притиснув ее к стене.
Она открыла рот, но не смогла ни закричать, ни вздохнуть. Сейчас она задохнется.
Но тут его хватка слегка ослабла, и ей удалось сделать прерывистый вдох.
- А теперь послушай, детка. – Голос его был резким, мальчишеские черты исказились. – У меня три года не было женщины. Поэтому мне все равно, будет ли все у нас мило и по-дружески или грубо. Потому что, так или иначе, я собираюсь тебя трахнуть.
У нее перед глазами заплясали черные пятна. Она не может потерять сознание. Ей почему-то казалось, что его это не заставит остановиться.
Рука потянула подол ее юбки вверх.
Нужно заставить его говорить. Выиграть время.
- Тр-три года – это долго. – Голос был словно не ее, хриплый и дрожащий.
Он фыркнул.
– В местах не столь отдаленных не слишком много женщин.
Ей потребовалась секунда, чтобы понять, что он имел в виду. Этот тип сидел в тюрьме! Ею завладел страх. Наверное, ему доводилось делать подобное и раньше. Он мог убить кого-нибудь.
Она собрала всю силу воли в кулак, пытаясь оставаться как можно более спокойной.
– А за что… за что вы отбывали срок?
- За все понемножку. Людям действительно нравится клеить ярлыки. Меня несправедливо осудили, - заверил он ее, ухмыльнувшись, его мальчишеская усмешка стала зловещей.
Она еще раз сглотнула, силясь вдохнуть. – Это ужасно.
- Ну, думаю, то, что у тебя под юбкой, поможет мне почувствовать себя гораздо лучше. – Он задрал ее юбку до пояса, и перед глазами опять заплясали черные пятна. Она сейчас отключится. Джейн закрыла глаза и снова попыталась вдохнуть.
Внезапно грубые пальцы Джоуи исчезли, и ей удалось сделать глубокий вдох.
Она открыла глаза. Джоуи нигде не было, но она не стала оглядываться, чтобы отыскать его. Она побежала, ничего не видя, просто зная, что ей нужно убраться с улицы, вернуться в бар. Она со всего маху налетела на что-то твердое, крепкое.
Чьи-то руки обхватили ее, и она закричала.
- Тсс, - произнес глубокий, хриплый голос. – Все хорошо.
Она моргнула и увидела красивого незнакомца из бара. Она приникла к нему всем телом. Внутри у нее все переворачивалось от облегчения и слабости.
Он вдруг подхватил ее на руки, развернулся и зашагал прочь из аллеи. Добравшись до широкой улицы, он остановился, но ее не отпустил.
- С вами все в порядке?
Джейн кивнула, но промолчала. Сердце ее болезненно колотилось в груди, дыхание еще не выровнялось.
Он продолжал прижимать ее к широкой груди. Его руки казались такими сильными, такими надежными.
Она, наконец, успокоилась и поняла, что, ему, наверное, тяжело.
– Я могу стоять сама.
Казалось, ему не хочется отпускать ее, но он все же поставил ее на ноги. Хотя одна его рука продолжала лежать у нее на талии, словно он опасался, что она сейчас потеряет сознание.
Не потеряет – она была уверена.
- Спасибо. Я… я даже думать боюсь, что могло бы произойти, если бы вы его не остановили.
Он едва заметно кивнул, но ничего не сказал. Он смотрел на нее, и в янтарных глазах застыло какое-то странное выражение. Спустя несколько секунд он снял дорогое кожаное пальто.
– Вот, наденьте.
Она покачала головой.
– У меня есть блейзер. Я в порядке.
Он сунул пальто ей в руки.
– Со мной тоже все будет нормально. Надевайте.
Его грубоватая галантность тронула ее. А ей-то казалось, что ребячливый Джоуи более милый из них двоих.
Она взяла пальто, накинула его на плечи и оказалась закутанной в прохладную кожу. Джейн вздрогнула. Странно, что пальто такое холодное, учитывая, что он только-только снял его.
- Вы живете где-то поблизости? – спросил он.
- Да, в гостинице, в двух кварталах отсюда.
Он кивнул.
– Я вас провожу.
Она благодарно улыбнулась, но улыбка исчезла, стоило ей бросить встревоженный взгляд в темноту аллеи.
Словно прочитав ее мысли, незнакомец сказал:
- Он давно сбежал. Трус.
Она еще раз оглянулась на темный тоннель между домами и махнула рукой.
– Нам туда.
Прежде чем пойти с ней, Рис сосредоточился. Бывший заключенный все еще лежал в аллее, без сознания. Он поднял голову и глубоко втянул в себя воздух, чтобы запомнить его запах, так что если тот очнется и сбежит, Рис смог бы его выследить. Он решил устроить себе ужин из этого типа, что пойдет на пользу как пикси, так и ему.
Но нежный, сильный аромат пикси перебивал грязную вонь этого трусливого подонка. Он никогда еще не встречал такого сильного и соблазнительного запаха.
Тут его отвлек ее голос.
– С вами все порядке?
Он сделал еще один глубокий вдох, чтобы убедиться, что сможет найти мерзавца, если тот сбежит, и повернулся к ней.
Она смотрела на него, ее бледная кожа мерцала в фонарном свете. Глаза ее были широко раскрыты, в зеленых глубинах он явственно видел тревогу.
Воздух снова наполнился ее изумительным нежным запахом. Эта смертная была очень хороша. Невероятно.
Он откашлялся и ответил грубее, чем собирался.
– Да. Говорите, гостиница там? – Он махнул рукой в том же направлении, что и она чуть раньше.
Она кивнула.
Они зашагали вниз по потрескавшемуся бетону.
Может, это ее нетронутая чистота позволила Рису почувствовать, что пикси в опасности. Он все еще сидел в баре, когда весь зал вдруг наполнился ее запахом. Но он был немного не таким, как когда она только пришла. Он оставался цветочным и теплым, но к нему примешивалась какая-то резкая нотка. И Рис внезапно понял ее эмоции. Отчаяние, ужас, боль.
Подобного с ним никогда еще не происходило. Он не мог читать эмоций смертных, если их не было рядом. По сути, единственным, с кем он мог связаться на расстоянии, был его брат, Себастьян. А он тоже был вампиром.
Рис снова поглядел на нее. Завернутая в его черное пальто, пикси походила на ребенка, который решил одеться вампиром на Хэллоуин. Но она им не была. И он не должен был ощущать эту странную связь.
Но ощущал.
- Я как раз собиралась извиниться перед вами, когда этот тип подошел во второй раз.
Рис нахмурился, озадаченный ее внезапным заявлением. – Извиниться?
Она кивнула, не смотря на него – она глядела на тротуар под ногами.
– За то, что была с вами груба.
- Груба?
Она посмотрела на него. – Я на вас накричала.
В самом деле?
- Я спросила вас, чего уставились, - объяснила она.
Он покачал головой и почувствовал, как насмешливая улыбка растягивает уголки губ.
– Вы не кричали. Такое приветствие типично для этого города.
Пикси рассмеялась, но смех быстро перешел в тихие всхлипы. Она остановилась, закрыв лицо руками. Плечи ее вздрагивали.
Рис замер рядом с ней, слушая душераздирающие рыдания, ощущая ее боль. Эта боль отдавалась в его груди. Ему вдруг захотелось утешить ее, но он не знал, как это сделать. Рис никого не успокаивал уже столько времени. Но он все же осторожно коснулся ее плеча.
- Тише, все хорошо.
Она потерла лицо, видимо, рассердившись на себя за эту слабость.
– Простите. – Она выдавила из себя улыбку. – Этот день должен был стать началом новой жизни. Я все продала: дом, семейный бизнес - все, чтобы начать настоящую новую жизнь. Но после сегодняшнего дня, думаю, я совершила ошибку.
Он не знал, что сказать. Она говорила о жизни, а у него ее давно не было.
– Может, завтра все образуется, - сказал он, запнувшись.
Она коротко взглянула на него и так громко расхохоталась, что начала икать. Она встала на цыпочки, обвила руками его шею и прижалась теплыми, мягкими губами к его щеке.
Если бы его сердце билось, оно бы точно остановилось. Когда в последний раз он чувствовал тепло человеческих объятий, нежность прикосновений? Но в ответ он ощутил вовсе не нежность. Совсем нет. Его холодное тело пронзило неистовое, обжигающее желание.
Он хотел эту женщину. Хотел глубоко погрузиться в ее тепло. Поглотить ее. Заставить ее кричать. И речь не только о клыках. Хотя Рис не мог избавиться от мысли, какой она будет на вкус, когда кончит.
Его плоть затвердела, клыки выдвинулись.
Он довольно грубо высвободился из ее объятий и отодвинулся.
- Простите, - сказала она, хотя в глазах ее плеснулась обида.
Он быстро пробежался языком по зубам, проверяя, втянулись ли клыки.
– Нет, я просто… - Что он мог сказать? Мне просто не хотелось бы наброситься на тебя или укусить, или и то, и другое, прямо здесь, на тротуаре. – Я просто не хочу, чтобы вы решили, что я такой же как тот тип из аллеи.
Она улыбнулась, затем покачала головой.
– Я никогда бы не подумала, что вы такой же. Тот мужчина – настоящий монстр. А вы спасли меня.
Проклятье, если бы только она знала правду. Она бы бежала от него со всех ног.
- Лучше пойдемте. – Нужно избавиться от нее. Нужно держаться от нее подальше, разорвать связь, которую он ощущал. Он не понимал ее, но знал, что она опасна. Любое общение со смертными могло принести лишь боль им обоим. Вот почему он так тщательно старался не приближаться к ним, ни к кому из них, за исключением таких же пустых в душе, как он сам.
Она нервно огляделась и подстроилась под его быстрый шаг.
Гостиница находилась в ничем не примечательном здании, квадратном и в меру обшарпанном, с потертыми коврами и ободранными диванчиками в маленьком вестибюле.
Она проследила за его взглядом.
– Я должна была провести здесь всего пару дней. Теперь придется задержаться немного дольше. – Увидев, что он нахмурился еще сильнее, она добавила, - Но не больше недели или около того.
Он кивнул, но ему совсем не хотелось оставлять ее здесь одну. И все же здесь она была в большей безопасности, чем с ним. Он не думал, что сможет и дальше смотреть в эти зеленые глаза и не прикасаться к ней. Его желание словно усиливалось с каждой секундой. И хотя это была лишь похоть, это чувство, казалось, сливалось с каким-то еще. Жаждой тепла, заботы и нежности. А ему было слишком опасно хотеть этого.
- Ну что ж, удачи, - сказал он.
Губы ее слегка изогнулись, но выражение лица скорее походило на гримасу, чем на настоящую улыбку.
- Да, как вы сказали, может быть, завтра все образуется.
Она помахала ему, направилась к громыхающему, скрипящему лифту и остановилась.
Он почувствовал, как его накрыло волной предвкушения. Может, она вернется и прикоснется к нему еще раз. Вреда в том не будет, ведь он никогда больше ее не увидит.
- Чуть не забыла. – Она сняла пальто и протянула ему. – Ваше пальто.
Он сделал шаг вперед и взял пальто из ее рук.
- Как вас зовут?
Внезапный вопрос заставил его на мгновение замереть.
– Рис. Рис Янг. – Какая ирония судьбы.
Она улыбнулась.
– Спасибо вам, Рис Янг.
Он кивнул, но стоило ей шагнуть в шаткий лифт, как он спросил:
- Эй, а как зовут вас?
- Джейн Харрисон.
Серебристо-металлические двери начали закрываться. Джейн выставила вперед руку, чтобы придержать их; древняя развалина никак на это не отреагировала. Он услышал «до свидания», прежде чем двери заглушили ее голос.
- Прощайте, Джейн Харрисон. – Он жалел, что спросил ее имя. Было бы гораздо легче забыть ее, если бы он не знал, как ее зовут.
Поблагодарили: Irisha1979

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 17:31 #4 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Глава 3
[/b]

Джейн закрыла дверь, заперла замок и набросила цепочку. Затем бросилась мимо двуспальной кровати к грязным окнам и раздвинула грубые бежевые занавески. Она успела увидеть, как Рис исчез за углом улицы.
Джейн вздохнула и задвинула шторы. Сегодняшний день был просто кошмарным, и все же она чувствовала себя не такой уж и расстроенной. Члены ее отяжелели, а сердце, казалось, сбивалось с ритма, но она не была уверена, от страха это, или от тех ощущений, которые будил в ней Рис.
Это глупо. На нее напали, ее чуть не изнасиловали. Возможно, чуть не убили. А она думает о Рисе, пусть он и стал ее героем. К тому же гораздо приятнее было думать о нем, чем о том, что могло бы случиться, если бы его там не оказалось.
Может, именно поэтому он так ей понравился. Как же это называется? Синдром преклонения перед героями?
Конечно, он понравился бы любой женщине в здравом уме. Такие красивые мужчины как Рис не каждый день встречаются. И все же она никогда не относила себя к женщинам, которых так легко увлечь. Опять же в ее жизни не было времени влюбляться.
Она расстегнула блейзер и бросила его на кровать, скинула туфли и побрела в ванну. Ей нужен горячий душ. Может, тогда она почувствует себя нормально.
Она включила воду, затем подошла к зеркалу над раковиной. Так же как все в комнате, оно было старым и выцветшим. Но себя Джейн видела довольно хорошо.
Нижняя губа казалась слегка припухшей от грубых поцелуев. Лицо было бледнее обычного, но в целом выглядела она удивительно нормально.
Она пригладила растрепанные волосы и почувствовала резкую боль в затылке. Осторожно ощупав затылок, она обнаружила там небольшую шишку, наверное, ударилась головой о бетонную стену, когда этот подонок душил ее. В прочем, все не так уж плохо. Могло быть гораздо хуже.
Она начала расстегивать блузку и заметила красные пятна на шее. Джейн отвернула край воротничка, чтобы рассмотреть их получше. Только раздражение, скорее всего, даже синяков не будет.
Она сняла юбку и бросила ее в комнату на кровать, туда же, куда и блейзер. Пятна, наверное, появились от того, что цепочка впилась в кожу, когда он душил ее.
Она потрогала воду и вдруг застыла. Джейн повернулась к зеркалу и вытерла капли со стекла.
Украшение пропало.
- О, нет. – Она потрогала шею, словно надеясь, что золотая цепочка все еще там, просто ее не видно. Но нет, ее не было.
Она опустилась на крышку унитаза. Слезы выступили на глазах. Вот она последняя капля. На цепочке висели обручальные кольца ее родителей, и она всегда носила ее – для нее это был особый способ как бы быть ближе к родителям.
Наверное, цепочка порвалась, когда этот тип душил ее. Она выбежала в комнату, чтобы посмотреть вокруг кровати, надеясь, что цепочка застряла в складках одежды. Ничего. Ни цепочки. Ни колец.
Она еще раз бросила взгляд в зеркало, рассматривая шею. Пятна выглядели точь-в-точь как царапины от цепочки.
Она, наверняка, упала где-то между гостиницей и баром.
Джейн на минуту замешкалась. Пожалуй, стоит подождать до утра, а потом пойти искать. Но если кольца скатились на тротуар, любой может их найти.
Она не могла ждать. Ей не хотелось больше приближаться к этому бару, но у нее не было выбора. Она должна отыскать кольца.
Джейн выключила воду и торопливо накинула на себя блузку и блейзер, сверху надела зимнее пальто и нацепила кроссовки.
Она отперла замок и остановилась. Что если Джоуи все еще где-то там, возле бара?
Она побежала в ванную и порылась в косметичке. Отыскав баллончик лака для волос, она сунула его в карман пальто. Не «Мэйс», конечно, но в чрезвычайных обстоятельствах сойдет.

Рис вошел в темноту аллеи. Это трусливое ничтожество все еще было там. И все еще без сознания. Рис надеялся, что ему удастся разбудить его, потому что ему хотелось, чтобы этот ублюдок испытал тот же страх, что и Джейн. Вот только его никто спасать не будет.
Рис нашел его там же, где и оставил. Тот даже не пошевелился. Рис наклонился и подхватил неподвижного мужчину за куртку, когда какой-то блеск на земле привлек его внимание. Он отпустил мужчину и, протянув руку, поднял блестящий предмет. Это была тонкая золотая цепочка. Застежка сломалась, но на тонком металле все еще висели два кольца.
Золото казалось теплым в его руке. Он поднес его к носу, уже зная, что обнаружит. Цепочка принадлежала Джейн. Он почувствовал ее запах, Рис понятия не имел, как и почему, но прикосновение к этой вещице согрело его до самых костей, словно ее объятия.
Он секунду разглядывал кольца на своей ладони. Она что замужем? Или была замужем? Каково это – когда кто-то столь милый и неиспорченный живет с тобой изо дня в день?
Он стиснул зубы. Стоп! Это бессмысленно. Бессмысленно задавать себе этот вопрос. Но он все равно сунул цепочку в карман.
Рис снова посмотрел на лежащего без сознания мужчину. Он схватил его, поднял с земли и тряхнул словно тряпичную куклу, мужчина застонал, приходя в себя.
Какую-то секунду Джоуи не понимал, что происходит, а затем увидел Риса. Глаза его расширились, он открыл рот, чтобы заговорить, или, скорее, закричать.
Рис развернулся и с силой прижал мужчину к бетонной стене. Тот застонал.
- Ну и каково это - попробовать на вкус свое же лекарство, мой друг?
- Ч…что ты такое?
Рис улыбнулся, зная, что широкая улыбка полностью откроет его длинные, очень острые клыки. – Я – тот, кто собирается приблизить твой приезд в ад.
Рис рванул Джоуи на себя и вонзил зубы в шею бывшего заключенного. Кровь текла по его жилам, но Рис не чувствовал ее вкуса или запаха. Он думал о сладком аромате Джейн и этих невинных зеленых глазах. Он думал о нежности ее прикосновений и о своем желании.
Несколько секунд трус пытался сопротивляться, а затем обмяк.
Рис не убивал смертных, от которых кормился. Даже несмотря на то, что в качестве пищи всегда выбирал преступников и извращенцев, он не считал, что у него, по сути, такого же чудовища, было право судить их.
Сегодня однако он собирался забыть об этом своем убеждении.
Но в последний момент, когда сердце мужчины готово было остановиться, он все же оторвался от него. Несмотря на ярость, которую тот разбудил в нем, осмелившись причинить вред столь невинному существу как Джейн, Рис не мог убить его.
Он бросил мерзавца на землю и отступил на шаг. Рис вытер тыльной стороной ладони губы, этот тип был ему противен, он сам был себе противен.
- Кого я вижу? Ну что за комедия?
Спокойный, приятный голос заставил Риса вздрогнуть. Он развернулся. Только вампир мог незаметно подобраться к вампиру.
- Привет, Рис.
Какое-то мгновение Рис не мог произнести ни слова. Не мог. Шок смешивался с теплом крови, бегущей по его венам.
- Кристиан? – Он знал, что смотрит на своего брата, но не мог в это поверить. Он не видел своего среднего брата больше… больше сотни лет.
- Да.
Рис шагнул к нему, собираясь крепко обнять, но слова брата остановили его.
- Все еще не можешь убивать, да? По крайней мере, не жалких смертных.
Рис нахмурился, руки его упали.
– Что?
Кристиан подошел к лежащему без сознания мужчине, посмотрел на него, и легкая тень отвращения скользнула по его губам, затем он повернулся к Рису.
- Я просто пришел сказать тебе то, что, наверняка, тебя обрадует, Лила мертва.
Риса это не обрадовало. Он ненавидел Лилу, но знал, как ее смерть скажется на Кристиане. Кристиан любил вампирессу всем своим существом. Если вампиры вообще могли любить.
- Кристиан, мне жаль.
Его брат сухо усмехнулся.
– Неужели? Жаль?
- Ммм. – Кристиан кивнул, медленно обходя Риса кругом. – И ты знал, что я чувствую к ней, когда шел к ней в постель. Ты знал, что я чувствую, когда позволил ей обратить тебя. Я даже думаю, ты знал, что я чувствую, когда высасывал из нее силы, пока она не слетела в катушек – не сошла с ума от того, что слишком часто оказывалась на грани жизни и смерти.
Рису очень хотелось сказать, что едва ли в том, что Лила имела склонность к этакой вампирской версии аутоэротизма, была его вина. Но это замечание лишь сделает больно Кристиану и убедит его брата в том, что Рис в самом деле хотел Лилу. Он хотел ее лишь однажды. После же он понял, что она такое – жадная, эгоистичная, жестокая вампирша.
Он попытался заставить Кристиана понять, что то, что он сделал, он сделал, чтобы заставить ее заплатить за боль, которую она причинила его семье, за то, что прокляла их. Лила должна была поплатиться.
Кристиан так и не поверил ему. Но Рис чувствовал необходимость объясниться еще раз. Потому что поступить иначе было все равно что признать, что Кристиан был прав.
- Кристиан, я никогда не хотел причинить тебе боль. Я хотел наказать Лилу – за тебя, Себастьяна и особенно за Элизабет. За то, что она разрушила нашу семью.
- Да, ты так говорил.
- Это правда.
- Нет, правда в том, что Элизабет была слишком слаба, чтобы обратиться.
Рис не мог поверить, что Кристиан купился на ложь Лилы. Лила убила их младшую сестру просто из ненависти и злости, потому что не могла получить то, что хотела – Риса.
- Можешь верить, во что хочешь, Крис. Но я говорю тебе правду. И всегда говорил.
Кристиан обошел Риса и остановился прямо перед ним.
– Что ж, полагаю, теперь это неважно. Лила умерла.
Рис кивнул, надеясь, что, может быть, теперь, когда ее больше нет, они смогут вернуть былые отношения.
Кристиан направился вниз по аллее к главной улице.
Рис сделал несколько шагов следом.
– Думаешь, мы когда-нибудь сможем покончить с этим?
Его брат обернулся, склонил голову набок, словно задумавшись над вопросом.
– Да, думаю, мы сможем покончить с этим сегодня. – И с этими с словами Кристиан подлетел к нему с такой скоростью, что движение было практически незаметным.
Рис не успел даже подготовиться к удару, когда его отшвырнуло к стене здания. Осколки бетона дождем посыпались на землю вокруг них.
Рис вцепился в руки, сжимавшие его горло, но Кристиан с легкостью удерживал его на месте.
Рис знал, что в обычных обстоятельствах их с Кристианом силы были равны – они созданы одним и тем же вампиром почти в одно и то же время. Но сегодня на стороне Кристиана были гнев и слепая ярость, которые делали его удивительно сильным, хоть и ненадолго.
Рис попытался оторвать от себя руки брата.
Кристиан смотрел на него абсолютно черными глазами, радужка и белки почти исчезли. В них не осталось ничего кроме черной пустоты.
- Мне следовало сделать это сто восемьдесят пять лет назад. – Голос Кристиана казался глубже, резче, словно животное рычание.
Рис продолжал вырываться, но брат вонзил клыки в его горло, раздирая плоть.
Несмотря на ярость нападения Рис не чувствовал боли. Он сопротивлялся, пока Кристиан не вцепился в его шею с другой стороны, Рис почувствовал, как с кровью из него вытекают силы.
Кристиан не просто собирался преподать ему урок, он хотел показать Рису свою силу, чтобы унизить его.
Нет, думал Рис, теряя сознание, его когда-то любимый брат собирается убить его.

Джейн попереминалась с ноги на ногу и пожевала кончик ногтя. Она тщательно осмотрела тротуар и даже канализационные стоки, но так и не нашла колец.
Теперь, когда она снова оказалась у бара, смелость ее пошла на убыль. Она не смогла даже подойти ко входу в бар, что и говорить об аллее.
Она еще немного пожевала ноготь, затем опустила руку и расправила плечи. Нужно посмотреть. Она никогда не простит себе, если потеряет кольца родителей, просто потому что испугалась. Она зашла уже достаточно далеко. Но чтобы почувствовать себя лучше, Джейн сунула руку в карман пальто и вытащила баллончик с лаком. Держа маленький аэрозоль перед собой, она подошла к бару, рассматривая асфальт под ногами.
Оказавшись у входа в бар, она услышала какой-то звук. Джейн замерла и крепче стиснула баллончик.
Снова этот звук. Словно кого-то тошнит… нет, кто-то задыхается.
Сердце ее бешено заколотилось, и она задержала дыхание. Звук доносился из аллеи.
Она решила, что надо развернуться и бежать прочь, но ноги ее словно парализовало.
Снова чье-то тяжелое дыхание, и слабые звуки борьбы.
Она медленно, тихо вдохнула, чтобы человек или люди из аллеи не услышали ее.
Еще один хрип, Джейн была уверена, что она его точно не издавала, и тишина.
Джейн наклонила голову, прислушиваясь. Почему-то тишина казалась тревожнее, чем звуки драки и тяжелого дыхания. Тишина могла означать лишь одно, кто бы ни дрался там, в аллее, теперь либо без сознания, либо… мертв.
Что если Джоуи напал на еще кого-нибудь? Она не простит себе, если будет просто стоять и слушать, как насилуют другую женщину.
Но, может, ничего подобного и не происходит. Может, ей просто послышалось. Ее расстроенное, чересчур буйное воображение сыграло с ней злую шутку.
Она огляделась. Улица была безлюдной. Бар темным. Она понятия не имела, который сейчас час, но, должно быть, поздно.
Сделав еще один вдох, чтобы успокоиться, она поудобнее перехватила лак для волос и осторожно, на цыпочках шагнула в аллею. Прижавшись к стене здания, она заглянула за угол.
Аллея казалась пустой. Не было видно ничего кроме темноты и маленькой, тусклой лампочки, горевшей у заднего входа. Ее затопило облегчение, и Джейн приникла к стене.
А затем она заметила его, едва различимое движение, словно тени разошлись, и она разглядела мужское лицо.
Она вгляделась повнимательнее. Не просто какое-то там лицо. Лицо Риса. Его голова упала набок под каким-то неестественным углом, глаза были закрыты.
Тени снова зашевелились, и она поняла, что в аллее есть кто-то еще. Мужчина смотрел прямо на нее, но она не могла разглядеть лица, лампочка освещала лишь его профиль. Хотя судя по росту и широким плечам, это не мог быть Джоуи.
Мужчина из теней отпустил Риса. Тот рухнул на землю.
Джейн смотрела на неподвижного Риса, и к горлу ее подступала тошнота. С ним все должно быть хорошо. Но ее терзало чувство, что это отнюдь не так.
- Ну, глупая смертная, вот что называют «оказаться не в то время не в том месте».
Джейн моргнула. Мужчина, державший Риса, стоял прямо перед ней. Неужели она так пристально следила за Рисом, что не заметила, как он оказался около нее?
- Чт…что вы сделали с Рисом?
Он шагнул ближе. Свет лампочки упал на его лицо.
Несмотря на страх Джейн не могла не заметить, что он поразительно красив, светло-каштановые с золотом волосы и светлые глаза.
- Так вы знакомы с Рисом? Как интересно. Не знал, что он общается со смертными – особенно с хорошенькими, маленькими и невинными.
Она слегка тряхнула головой. Почему он продолжает называть ее смертной? Это что какой-то уличный жаргон? В смысле, раз она смертная, значит, может умереть?
Прежде чем она успела даже подумать о том, чтобы отпрянуть от него, его рука незаметным движением сжала ее запястье. Она попыталась вырваться, но это было бесполезно. Он тянул ее за собой в аллею с такой легкостью, словно руки ее сжимали стальные наручники, а не пальцы.
- Пойдем, выясним, что не так с Рисом, - сказал он почти весело.
И подтащил ее к неподвижному Рису. Голова его все еще была откинута под странным углом, и теперь Джейн поняла почему. Густая кровь блестела на его шее, она видела, что горло его практически разорвано.
Она прижала свободную руку ко рту. Хотя дрожащие пальцы не могли сдержать ни крик, ни желчь, которые подкатывали к горлу.
Мужчина, все еще стискивающий ее руку, рассмеялся.
Она упала на колени от ужаса и боли, но он рывком заставил ее подняться и развернуться к нему. Плечо ее заныло, но Джейн почти не обратила внимания на боль.
- К несчастью, теперь, когда ты увидела моего брата, увы и ах, - сказал он, опечаленно наклонив голову набок, - я не могу отпустить тебя.
С этими словами черты лица мужчины изменились. Поначалу Джейн решила, что это игра тусклого освещения или ужаса, от которого у нее все внутри сводило.
А потом он улыбнулся, и она увидела, как свет отразился от его длинных и острых как бритва клыков. Какой-то кошмар, но она знала, что все это – реальность. Она не понимала, что он такое, но он был реален. И он, на самом деле, собирался убить ее.
Она закричала снова. И снова, он расхохотался.
Она стала отчаянно вырываться из его мертвой хватки и в этот момент вспомнила, что до сих пор держит в зажатой руке лак для волос.
Как только монстр опустил голову и эти ужасные зубы приблизились, Джейн перехватила баллончик другой рукой и направила струю Супер Стойкой Фиксации прямо ему в глаза.
Он вскрикнул - звук был странным, похожим на крик раненного животного - и отпустил ее, закрыв лицо руками.
Джейн не стала терять времени. Она развернулась и побежала. Но так и не успела выбраться из аллеи. Ее обступила темнота, и она полетела на асфальт словно жук от струи «Рэйда».

Себастьян стоял над израненным братом. Рис выглядел так, словно на него напал дикий зверь. Но по следам укусов Себастьян понял, что это был вампир. Однако личность вампира он определить не смог. Тот использовал маскирующие чары, чтобы замести следы.
Себастьян опустился на корточки и прижал ладонь к груди Риса. Один раз он уже проверял, но ему хотелось сделать это еще раз. Просто чтобы убедиться.
Он ощутил слабые волны силы, исходящие от неподвижной груди брата. Рис будет в порядке, но он был на волосок от гибели.
Себастьян потер лицо рукой, все еще потрясенный. Он был у себя в ночном клубе, ужинал с очаровательной смертной, которая не только наслаждалась ужином, но и с удовольствием выступала в роли этого самого ужина, когда вдруг почувствовал боль Риса.
Нет, не просто почувствовал. Он ее прочувствовал. Себастьян прижал ладонь к шее. Эта пульсация еще не прошла, но боль была не такой острой как раньше.
Они с Рисом всегда были близки. Как и все вампиры, связанные кровными узами, но эта связь никогда не была столь явственной. И, наверное, к лучшему, что она оказалась так сильна. Он поспешил к Рису – и, по всей видимости, спас его.
Он взглянул на смертного мужчину рядом с Рисом. Рис питался его кровью. Но что-то было не так. Не похоже на Риса, он никогда не пил так много. Мужчина выживет, хотя какое-то время будет очень не в форме.
Себастьян встал и подошел к женщине, которая лежала лицом вниз посреди аллеи. Она была без сознания, но невредима. Он ощущал вокруг нее заклинание забвения. Похоже, тот, второй вампир, стер ее память, чтобы она не могла вспомнить, что произошло. Но гораздо больше Себастьяна удивил запах Риса на этой женщине.
Обычно Рис не имел дела с такими благополучными смертными. Но Себастьян чувствовал на ее коже не только запах Риса, но и его желание.
Что, черт возьми, произошло в этой аллее сегодня? А он еще думал, что это у него интересное Рождество.
Он наклонился и поднял женщину, закинув ее на одно плечо. Затем вернулся к брату и вскинул его на другое.
Вот когда способность растворяться в тенях оказывалась действительно кстати. Прогулка по улицам с парой людей без сознания не плечах скорее всего вызвала бы у некоторых недоумение. Даже в Нью-Йорке.

Кристиан стоял на крыше бара, глядя вниз на своего младшего брата, который поднял Риса и смертную и растворился в тенях.
Кристиан стиснул зубы. Возможно, это был его единственный шанс убить старшего брата, а эта глупая смертная его уничтожила. Больше ему ни за что не застичь Риса врасплох, а Кристиану не справиться с ним без элемента неожиданности.
Он посмотрел в небо. Скоро взойдет солнце. Солнце, которое убило Лилу.
Нет, это Рис убил Лилу. Просто ему понадобилась сотня лет, чтобы сделать это. Чтобы Лила наконец сдалась и покончила со своим существованием. Она встала с их постели и шагнула в обжигающее полуденное солнце.
Кристиан не знал как, но он заставит Риса заплатить. Он так долго ждал. Сможет подождать и еще немного.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 17:32 #5 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Глава 4
[/b]
Рис потянулся. Проклятье, все мышцы болели.
Он вчера что, снова тренировал лошадей? Его вялый, полусонный разум никак не желал вспоминать.
Хотя, пожалуй, какая разница? Он просто поваляется в постели, где так хорошо и тепло. И что-то мягкое и теплое…
Рис сел и уставился на женщину рядом с собой.
Ох, так вот почему он чувствовал себя таким усталым. Хотя Рис и не помнил, чтобы прошлой ночью затаскивал ее в постель. Он что набрался? Они с Кристианом опять ходили играть?
Рис нахмурился. Эта женщина – проститутка? Он взял за правило никогда не приводить шлюх домой. Его сестре Элизабет всего семнадцать. Да и зрелище это не из лучших.
Он снова посмотрел на женщину в своей постели. Она совсем не походила на уличных девок, которых он знал. Лицо ее было повернуто немного в сторону, но он все равно видел, что на губах ее нет помады, а на лице - ни следа краски, которую они так щедро накладывали.
Он наклонил голову и поднял бровь, разглядывая блестящие темные волосы, небольшие руки с гладкой кожей и аккуратными, короткими ногтями. Свежий, чистый запах словно окутывал ее.
Еще и слишком чистая для шлюхи.
Да кто же она?
Секунду поколебавшись, он приподнял покрывало, и у него перехватило дыхание.
Женщина была абсолютно голой, за исключением трех бледно-розовых треугольников, два из которых едва прикрывали маленькие округлые груди, а третий – место между ног. Он мог видеть темные завитки под полупрозрачной тканью.
Наверное, она все-таки шлюха. И судя по виду и запаху, должно быть, обошлась ему в кругленькую сумму.
Черт, Кристиан! Его брат должен был следить за тем, чтобы он не наделал глупостей.
Постойте-ка. Наверное, он ни черта не помнит о предыдущей ночи именно потому, что отмечал будущую женитьбу. Вернее, пытался забыть о ней.
Обручен с одной из этих варваров-американцев. Рис опять посмотрел на очаровательное создание рядом с собой. Он, безусловно, заслужил хотя бы одно хорошее воспоминание, которое согревало бы его ночами, когда он будет лежать без сна рядом со своей толстой американкой-женой.
А эта маленькая куколка настоящая красотка.
Он протянул руку и коснулся ее груди, дразня сосок сквозь тонкую материю скудного наряда. Сосок тотчас же затвердел, жадно уткнувшись в его ладонь.
Он улыбнулся. Она восхитительна.
Рис опустил голову, лизнул твердую вершинку и обхватил ее губами. Затем перешел к другому соску и втянул его в рот.
Она повернула голову на подушке, тихий шепот сорвался с ее губ.
Рис снова выпрямился и посмотрел на дело своих рук, наслаждаясь видом острых сосков и розовых ореол, просвечивавших сквозь влажную ткань. Этот наряд – настоящая находка.
Его взгляд остановился на ее лице. Она повернулась к нему, и он изумленно смотрел на ее нежные черты. Полные губы и округлые щеки делали ее внешность почти ангельской. Какая жалость, что он не может оставить ее при себе. Хотя если подумать, может; любовницы есть у многих. Просто он никогда не думал, что тоже заведет ее. Рис всегда считал, что у него будет такой же счастливый брак, как и у родителей. Правда, именно их ему следовало поблагодарить за положение, в котором он оказался. Американка! Проклятье! Но он все равно женится на ней, хотя бы из уважения к своим родителям. И уважения к их памяти.
Что ж, он может остановиться на этом, или сосредоточиться на… других вещах.
Взгляд его вернулся к женщине в постели. Может, у нее и лицо ангела, но тело грешницы. Он провел рукой по ее животу, удивленный жаром и мягкостью ее кожи.
Еще один похожий на шепот вздох сорвался с этих губ, которые так и требовали поцелуя.
Он улыбнулся, и пальцы его скользнули ниже. Если ее кожа такая горячая, можно только представить, каково будет оказаться внутри нее. Он коснулся ее сквозь розовый треугольник, наслаждаясь скольжением материи по упругим завиткам.
На этот раз она застонала и раздвинула ноги, будто умоляя о более интимных прикосновениях.
Он устроился между ее раскинутых бедер. Прозрачная ткань переходила в тонкую полоску, которая почти ничего не скрывала. От нее пахло мускусом, тепло и соблазнительно.
Он стиснул зубы. Боже, он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь был так возбужден. Чтобы так хотел женщину.
Он еще раз вгляделся в ее лицо, и что-то примешивалось к его жажде, обостряя ее, сводя его с ума. Он хотел войти в нее, ворваться так глубоко, чтобы чувствовать, как ласкающее тепло окружает каждый его дюйм.
Одна часть его приходила в восторг от идеи взять эту женщину, пока она спит. Но другая - хотела смотреть ей в глаза, когда он наполнит ее. Ему хотелось видеть ее желание, ее голод в широко раскрытых зеленых глазах.
Он замер. С чего он решил, что ее глаза должны быть зелеными, он ведь даже не мог вспомнить, кто она такая. Странно. Но оставшийся без ответа вопрос занимал его совсем недолго.
Она шевельнула ногой и тихо застонала.
Он улыбнулся, сосредоточив все свое внимание на ее теле.
Рис обвел пальцем треугольник ткани там, где тот сужался между ее бедер. Шелковистая материя и короткие завитки щекотали ему руку. Кончик его пальца скользнул во влажное тепло, и он поддел тонкую ткань и слегка отодвинул ее, любуясь розовой, влажной плотью. Он осторожно раздвинул влажные складки и прижался пальцем к крошечному бутону.
Она ахнула, губы ее приоткрылись. Глаза оставались закрытыми, но ноги раздвинулись еще шире, как бы открывая ему дорогу. Рис с готовностью принял это приглашение, поглаживая и выводя круги на ее коже, оставив ее, только чтобы погрузить палец в удивительно тугой тоннель, но затем снова вернувшись к маленькому узелку плоти.
Она застонала, потираясь бедрами о его ладонь.
Он дал ей то, о чем просило ее тело, настойчиво лаская и увеличивая скорость и давление, пока она не вскрикнула.
- Рис! О, Рис!
О, да, он точно оставит ее себе.

Рис был везде, его руки, губы. Она тонула в ощущениях, радуясь, что он пришел, что он вырвал ее обратно из черной пустоты, в которой она застряла не в силах вырваться.
Но это место. Ммм, здесь ее уже нравилось, все эти ощущения, возбуждение. Рис.
Он коснулся губами ее груди, прихватывая соски, покусывая. По телу Джейн пробежала волна удовольствия.
Его руки, такие большие и сильные, ласкали ее кожу.
Он гладил ее живот, бедра. Она тонула в ощущениях.
А потом его палец отыскал место, которое умоляло, чтобы к нему прикоснулись. Чтобы Он к нему прикоснулся. Рис стал поглаживать и обводить его круговыми движениями, и она не выдержала.
Джейн ахнула, хватая ртом воздух, и, наконец, когда экстаз перетек в долгие медленные волны удовлетворения, открыла глаза.
- О Господи, - выдохнула она. У нее никогда, никогда не было подобных снов.
- Согласен, - отозвался глубокий, хриплый голос.
Джейн выпрямилась и издала испуганный звук. Рис, полураздетый, сидел на коленях между ее ног.
- Доброе утро. – Поприветствовал он ее с кривой улыбкой.
Джейн в ужасе попыталась отползти от него, но спинка кровати заставила ее остановиться. Она вскочила с постели и бросилась к открытой двери, которая, как она надеялась, вела в ванную. Захлопнув дверь, она тяжело привалилась к ней.
Что она наделала? Джейн попыталась вспомнить, как оказалась здесь – вместе с Рисом – но ничего так и не всплыло в памяти. Последнее, что она помнила, это как Рис спас ее в аллее. Потом он проводил ее до гостиницы. Она поняла, что потеряла родительские кольца, и отправилась их искать. А затем…
Она очнулась здесь. Во время оргазма. Оргазма, который доставил ей Рис.
От одной только мысли об этом у нее слабели колени.
Она что, свихнулась? Неужели ее совсем не волновало, что произошло между ними – то, чего она не помнит?
Они переспали? Колени ее снова грозили подогнуться, внизу живота потеплело.
Она точно сошла с ума. Предположительная ночь с ним, которой она, к тому же еще и не могла вспомнить, не должна была возбуждать ее. Ей следовало бы выйти из себя.
Что ж, она и вышла. Но Джейн опасалась, что причина была совсем не та.
Тихий стук в дверь заставил ее вздрогнуть.
- С тобой все в порядке?
Она сделала глубокий вдох и закрыла глаза. Что Рис о ней подумал? Он, должно быть, решил, что она первоклассная проститутка.

Рис присел на край кровати. Ему понадобится несколько сотен фунтов и придется снять дом, чтобы сделать ее своей любовницей. Но какой бы ни была цена, он оставит ее себе. Она великолепна.
Он поглядел на ночной столик в поисках карманных часов. Их там не было, зато на темном полированном дереве лежали два кольца и цепочка.
Рис поднял меньшее из колец, отметив про себя, что крошечный ободок подошел бы разве что миниатюрной женщине – той, что убежала в соседнюю комнату. Он взял другое кольцо. Оно было больше, толще - мужское. Он что-то смутно припоминал. Эти кольца были как-то связаны с женщиной в соседней комнате.
Рис продолжал вертеть его в пальцах, пытаясь вспомнить, когда внезапно взгляд его наткнулся на выгравированную надпись.
Р. – Навеки Твоя. Д.
Рису стало трудно дышать. Это кольцо предназначалось ему? Очень медленно он надел золотой ободок на свой палец. Туговато, но, тем не менее, впору.
Несколько секунд он не мигая рассматривал кольцо, затем подошел к закрытой двери и распахнул ее.
Женщина вскрикнула и попыталась прикрыться руками.
Рис не обратил внимания на ее стыдливость, хотя знал, что она не притворяется. Всего десять минут назад он решил бы, что ее поведение – это попытка дорогой проститутки его соблазнить. Теперь он знал, что ошибался.
- Мы женаты? – спросил он, протягивая ей кольцо.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 17:37 - 05 Ноя 2012 17:38 #6 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Глава 5
[/b]
Первой мыслью Джейн было сказать «нет!». Но потом она поняла, что не уверена. Она ничего не помнила, и, по всей видимости, он тоже.
Интересно, есть ли в Нью-Йорке эти круглосуточно открытые часовни, как в Лас-Вегасе? Она никогда о них не слышала, но в данный момент все казалось возможным.
- Я… я так не думаю.
Она посмотрела на него. Рис все еще был без рубашки, демонстрируя облитую крепкими мышцами обнаженную грудь. Слава Богу, он натянул брюки; иначе она так и не смогла бы заговорить. Хотя брюки остались расстегнутыми, открывая треугольник плоского живота и тонкую полоску светлых завитков, уходящую вниз.
Она заставила себя поднять взгляд. Это не помогло. Он был действительно красивым мужчиной. Его волосы взъерошились со сна, внимательные глаза изучали ее.
Он нахмурился, даже когда понимание озарило его лицо.
– Ты – Джейн Харрисон. – Медленно, почти неуверенно произнес он, словно вытаскивая имя откуда-то из глубин памяти.
Она кивнула. Господи, только не говори мне, что он забыл даже больше, чем я. Что с ними произошло? Как получилось, что они оба забыли прошлую ночь?
- Да, я помню эти изумительные зеленые глава, - твердо сказал он. – Ты моя невеста.
Джейн уставилась на него. О чем он говорит? И почему у него внезапно прорезался английский акцент? Она не помнила, чтобы у Риса был акцент, когда он провожал ее до гостиницы.
- Джейн Харрисон из Америки?
Она кивнула. По крайней мере, она думала, что это так. Но откуда, по его мнению, он сам?
- Я должен был догадаться. – Он сделал шаг к ней и прикоснулся к ее волосам, пропуская непослушные пряди сквозь пальцы. – Твои волосы… эта странная прическа. Это модно в Америке?
Она настороженно поглядела на него.
– Да?
Он еще мгновение смотрел ее, затем решительно кивнул.
– Мне нравится.
Прежде чем она успела ответить, он сел перед ней на корточки, и она прикрыла руками свое белье.
Он заметил это, и его четкие губы слегка изогнулись в улыбке. Джейн подумала, что сейчас, пожалуй, уже поздновато скромничать.
Его улыбка перешла во что-то, похожее на удивление, когда он осторожно протянул руку и дотронулся до ее ноги.
Джейн тотчас же окатило жаром. Кожу начинало покалывать там, где ее касались его пальцы, и она вспомнила, как эти волшебные, длинные пальцы прикасались к другим частям ее тела. Джейн закусила губу, чтобы подавить стон, когда он медленно провел ладонью вверх к ее колену и обратно к лодыжке.
Рис посмотрел на нее снизу, на его лице появилось изумление.
- Американцы бреют ноги?
- Только женщины. – Она тут же поправилась. – Хотя, думаю, и некоторые мужчины тоже.
Он на секунду задумался, затем наконец понимающе кивнул и встал.
– Надо найти Кристиана и Себастьяна. Надеюсь, они вспомнят, что произошло между нами прошлой ночью. – Рис вышел из ванной.
О, Господи, он что хочет сказать, что тут был кто-то еще? Она очень, очень надеялась, что нет. Хотя ей в самом деле хотелось, чтобы кто-нибудь объяснил ей, как она сюда попала, и почему Рис ведет себя так странно.
- Кристиан! – Закричал Рис, выйдя из спальни в коридор. – Себастьян!
Джейн последовала за ним не сразу, она с облегчением увидела свою блузку и юбку, сложенные на стуле в углу комнаты. Джейн остановилась и натянула их.
Она услышала, что Рис снова кричит, и вышла вслед за ним.
Стоило ей выйти в коридор, как Джейн удивленно вскрикнула, потому что чуть не налетела на светловолосого мужчину, который возник прямо перед ней, появившись из одной из ряда дверей, тянувшихся вдоль коридора.
- Да что, черт возьми, вы все так орете? – спросил он хриплым сонным голосом.
Джейн не ответила, слишком изумленная.
Мужчина выглядел моложе Риса, волосы его были короче и в беспорядке торчали. Глаза у него были каре-зеленые, как и у Риса, хотя им не хватало того же янтарного огня. Так как на нем были только черные шелковые пижамные штаны, Джейн видела, что он худее и не такой широкоплечий и высокий, как Рис. Но они были очень похожи.
- Привет, - сказал он, словно не замечая, как пристально она его разглядывает. – Я – Себастьян, брат Риса. – Он протянул ей руку и криво улыбнулся, точь-в-точь как Рис сегодня утром.
- Джейн. – Значит, этот мужчина - родственник Риса. Их генофонду можно только позавидовать.
- Это мой сумасшедший братец так орет?
Джейн кивнула, задумавшись, что он имел в виду, называя Риса «сумасшедшим».
- Себастьян, - сказал Рис, появляясь в коридоре и направляясь к ним. Взгляд его упал на руку Себастьяна, в которой тот все еще сжимал ладонь Джейн. Рис прищурил глаза, и она вырвала руку из пальцев Себастьяна, чувствуя себя виноватой. Рис, наверное, подумал, что она слишком легкодоступная; а ей не хотелось, чтобы он решил, что она пристает к его брату.
Но вместо того, чтобы заподозрить в чем-то ее, Рис повернулся к Себастьяну.
– На твоем месте я был бы осторожен, братец. Я не намерен делиться своей женщиной.
От его ревности внизу живота Джейн потеплело. Но она тут же себя отругала. Не стоит так этим наслаждаться. Она понятия не имела, что происходит… а Рис вел себя не совсем нормально.
- Особенно, учитывая, что она, вполне вероятно, моя жена, а значит твоя сестра, - добавил Рис, посылая ей улыбку, словно ему очень нравилась эта идея.
Совсем не нормально.
Себастьян повернулся и уставился на Джейн.
Она слабо ему улыбнулась.
Себастьян мрачно поглядел на брата, и Джейн изменила свое первоначальное мнение о нем. Взгляд его мог быть таким же напряженным, как и у Риса.
– Рис, о чем, черт возьми, ты говоришь?
- Это – Джейн Харрисон. – Рис встал рядом с ней. – Леди, с которой я был обручен.
Себастьян молча уставился на него, и Рис прояснил:
- Из Америки.
Когда его брат так и не сказал ни слова, Рис повернулся к ней.
– Прости. Себастьяна часто считают самым общительным в нашей семье. Но, по-видимому, сегодня у него…
- Поехала крыша, - предположил Себастьян.
Рис бросил на брата озадаченный взгляд.
– Поехала крыша? – Повторил он, словно эта фраза была ему абсолютно не знакома, а затем виновато улыбнулся Джейн. – Я также должен добавить, что хотя он и общительный, Себастьян часто говорит такие вещи, на которые лучше просто не обращать внимания.
Себастьян не ответил, хотя выражение его лица подтверждало то, что он только что сказал вслух. Брови нахмурены, карие глаза широко раскрыты. Он выглядел так… словно у него поехала крыша.
Это, должно быть, хороший знак; если бы Рис в самом деле был сумасшедшим, Себастьян, пожалуй, не удивлялся бы так сильно его поведению. Верно? Она очень на это надеялась.
- Рис, - наконец сказал он. – Думаю, Джейн хочется немного… чаю. Чаю с… кипперами. Я отведу ее на кух… в столовую и все устрою. А потом мы с тобой обсудим все эти… удивительные вещи.
Рис поколебался в нерешительности, затем кивнул. Он нежно дотронулся до щеки Джейн, большой палец почти коснулся ее полной нижней губы.
– С тобой все будет в порядке? Мой брат довольно безобиден.
Она кивнула, борясь с желанием прижаться щекой к его большой ладони. Какая же она жалкая. Любой человек в здравом уме давно сбежал бы. Может, это она сошла с ума.
Рис посмотрел на Себастьяна.
– Хотя он совсем не знает, как нужно одеваться перед леди… - Рис окинул насмешливым взглядом себя и собственную одежду… - правда, и я тоже.
На лице Себастьяна застыло растерянное, несколько обеспокоенное выражение.
– Я очень постараюсь выглядеть скромнее рядом с твоей… Джейн.
Рис кивнул, словно решил, что это – хорошая идея, но Джейн заметила, что сам он не дал подобного обещания.
- Я вас оставлю.
- Столовая там, - сказал Себастьян, указывая в конец коридора.
Джейн последовала за ним, но все-таки один раз оглянулась. Рис все еще стоял в проходе и смотрел ей вслед. В его янтарных глазах словно светилось желание и что-то очень похожее на неуверенность.
Внутри у нее снова все затрепетало.
Это просто смешно. Ей не следует так реагировать на Риса. Она даже не знает его. И не помнит, как они оказались вместе – в постели.
Да, он был самым красивым мужчиной, которого она когда-либо встречала, но нужно быть благоразумной. А благоразумные женщины не заводят отношений с мужчинами, которые, вполне вероятно, могут оказаться сумасшедшими. Хотя он не казался сумасшедшим, когда спасал ее. Или когда провожал в гостиницу. А Джейн знала о сумасшествии не понаслышке.
Словно прочитав ее мысли, Себастьян сказал:
- Вообще-то мой брат не псих.
Он проводил ее в большую комнату, отделанную панелями из темного дерева, с двумя окнами, прячущимися за бордовыми бархатными шторами. Комнату освещали две замысловатые люстры, висевшие над длинным, тяжелым столом из темного дерева, окруженным дюжиной резных стульев с бордовыми бархатными спинками и сидениями.
Себастьян закрыл за ними дверь.
Она повернулась к нему лицом.
– Я не очень хорошо знаю вашего брата, но прошлой ночью он спас мне жизнь, и хотя я не слишком помню, что же происходило дальше, я знаю, что он не сумасшедший. – Джейн не могла объяснить, почему она так в этом уверена, разве что потому что всю жизнь прожила с не вполне нормальным человеком. Отец Джейн был дееспособным, просто вел себя несколько странно.
- Он спас вам жизнь?
- Да, я не слишком-то хорошо разбираюсь в людях и доверилась человеку, которому доверять не стоило. К счастью, Рис догадался, что этот парень – не слишком хороший человек. Он вышел следом и… - Она сделала глубокий вдох. и снова поблагодарила Бога за то, что Рис оказался там. – …не дал этому человеку совершить нечто ужасное. Потом он проводил меня обратно в гостиницу, где я остановилась, и ушел.
- Но, должно быть, вернулся? Или это вы пошли искать его?
Она покачала головой.
– В том-то и дело. Я не помню, чтобы видела его снова. Да, я вышла из гостиницы и направилась обратно к бару. Но Риса я не встречала. По крайней мере, я этого не помню. – Она задумчиво нахмурилась. – Хотя думаю, что должна была.
- Да, вы были вместе. Ну, то есть, иначе вас здесь сейчас не было бы.
Его слова казались логичными, но в том, как он их сказал, было что-то очень странное. Уверенность, которая почти наверняка означала, что он знает больше, чем рассказывает.
Но потом он улыбнулся ей, дружелюбно и успокаивающе, и Джейн решила, что ей просто чересчур много видится в его согласии с ее же собственными выводами.
- Ладно, что ж, позвольте, я провожу вас на кухню, - сказал он и повел ее через столовую к еще одной двери. – Кажется, у нас есть чай и сахар. Может быть, даже хлеб с маслом и джемом или чем-нибудь еще.
Джейн кивнула, думая, как странно, что он словно не знает, что есть на его собственной кухне. Хотя, может, он просто никогда не готовит. Или не ест дома.
- Угощайтесь. Я поговорю с Рисом, и очень надеюсь получить от него ответы на парочку вопросов. Или хотя бы узнать, почему он так странно себя ведет.
Джейн кивнула, но не двинулась с места. Она просто разглядывала кухню, поражаясь нелепости последних двух дней.
- Все будет хорошо, Джейн.
Она выдавила из себя улыбку, и он вышел из кухни. Джейн действительно была признательна за слова утешения. Наверное, ему все это тоже казалось довольно странным. Он, должно быть, расстроен из-за Риса.

Как только дверь кухни захлопнулась за его спиной, Себастьян улыбнулся.
Вот и еще один занятный вечер.
Рис, его нелюдимый, угрюмый и раздражающе мрачный братец, спас жизнь смертной. Невероятно!
Рис всегда придерживался одного главного правила: никогда не связываться со смертными. По крайней мере, с теми, которых он использовал в качестве пищи. А это всегда были настоящие отбросы общества.
От одной только мысли о них Себастьяна передернуло. Их не зря называли отбросами. Эти жалкие твари на вкус были словно осадок на дне бочонка – тошнотворные и прогнившие насквозь, так как их жизненные силы убывали с каждым содеянным грехом.
Но Джейн никогда и никому не делала зла. Это ясно ощущалось в ее аромате – она была абсолютно чиста. Рис никогда с такими не связывался. А теперь, очевидно, все-таки связался. Каким-то образом они оказались вместе. Это Себастьян тоже чувствовал. От обоих тянуло неукротимым желанием.
Себастьян снова удивленно ухмыльнулся. Кто бы мог подумать, что его Мрачного Братца вообще интересует секс. Себастьян всегда считал, что Рис давно отбросил мысли о сексе, чтобы можно было спокойно помирать от тоски. Однако, по всей видимости, он ошибался. Рису просто нужна была правильная женщина.
Но кто такая эта Джейн? Себастьян замедлил шаг, и улыбка его дрогнула. Здорово. Риса наконец-то заинтересовала женщина, но рассказ Джейн вовсе не прояснял, что же случилось прошлой ночью в аллее.
Он сделал вывод, что смертный в аллее – это тот самый парень, что напал на Джейн, именно поэтому Рис его и укусил. Но Себастьян все еще не знал, кто напал на Риса и почему. И еще он понятия не имел, почему Рис так странно ведет себя. Он думал, что они с Джейн обручены. И даже пару раз улыбнулся. Рис никогда не улыбался.
Оставалось столько вопросов. Да кого он обманывает? Он ни черта не понимал. Себастьян очень надеялся, что Рис уже выпал из своего вызванного похотью бредового состояния, и что у него имеется хоть какое-то объяснение.
Себастьяну не понадобилось много времени, чтобы отыскать Риса - в библиотеке, огромной комнате, полной книг и музыкальных дисков - самой любимой у Риса.
Откинувшись на спинку и скрестив ноги, Рис сидел в кресле и казался абсолютно расслабленным. Два полных стакана виски ждали на столе.
- Наконец-то, - сказал Рис с широкой теплой улыбкой. – Я подумал, что нам нужно немного выпить, чтобы отметить.
Себастьян моргнул. Он не мог вспомнить, когда последний раз видел эту улыбку, уж точно ни разу с тех пор, как Рис был обращен. И Рис что-то отмечает? Его праздничный максимум– это хмурая задумчивость.
- Джейн подали чай?
- Да. С ней все в порядке.
- Хорошо. – Рис встал и направился к гигантскому каменному камину, который занимал почти всю стену. Он вытащил из камина кочергу и помешал тлеющие угли и подбросил в них дров.
- Она прелестна, не правда ли?
- Джейн? Да. – Себастьян изучающе посмотрел на брата. Почему он так вычурно разговаривает? Они оба лишились акцента почти несколько десятков лет назад.
Рис повернулся и взял свое виски, затем снова подошел к камину и оперся рукой на каминную полку. Он сделал глоток золотистого напитка и вздохнул.
- Должен сказать, я доволен невестой. Когда отец сказал мне, что устроил мне брак с американкой, я был несколько огорчен.
Себастьян помнил об этом, даже несмотря на то, что с того времени прошло почти две сотни лет. Так вот почему Рис так странно ведет себя и разговаривает так забавно? Он почему-то решил, что вернулся в Англию девятнадцатого века?
- Я представлял себе этакую здоровую бабу, которая каждый день пашет в поле, - сказал ему Рис, и Себастьяну понадобилось несколько секунд, чтобы понять о чем речь.
- Женщину без особого воспитания, - продолжал Рис. – Настоящую варваршу. Но из уважения к отцу и матери, я женился бы на ней.
Себастьян едва подавил смешок. Боже, Рис попал в самую точку. Его представление о своей американской невесте было абсолютно верным. Себастьян не помнил, как ее звали, Берта, кажется, была неуклюжей, грубоватой и очень некрасивой женщиной.
По сути, Себастьян даже жалел, что не вспомнил о старушке Берте раньше. Когда Рис жаловался на жизнь вампира - что происходило нередко - Себастьян мог напомнить ему, что он мог бы жить дальше и умереть в объятьях большой Берты.
Что снова вернуло его к загадке Джейн. Кто она такая, и что произошло в этой аллее прошлой ночью. Джейн этого не знала. И очень похоже, что Рис тоже не имел об этом ни малейшего представления, потому что вернулся в старую добрую Англию.
Себастьян сосредоточился на Рисе. Он не чувствовал ничего странного в его физическом состоянии – даже его израненная шея полностью зажила. Так почему же он так ведет себя? Рису было слишком плохо, чтобы он мог сойти с ума. Безумие стало бы для него избавлением.
- А где Кристиан и Элизабет? Я хочу, чтобы они познакомились с Джейн. Она им понравится.
Внезапно положение, в котором оказался Рис, перестало казаться таким уж забавным. Он каким-то образом забыл два прошедших века. И все ужасные вещи, которые произошли за это время. Смерть Элизабет. Ненависть Кристиана к ним обоим, особенно к Рису.
Потеря родных сломила его, но Рис выжил, пусть он так и не стал тем Рисом, которого Себастьян когда-то знал, тем не менее, он выдержал. Почему-то Себастьяну казалось, что Рис не переживет этого еще раз.
Погодите-ка, если он не помнит смерть Элизабет и свою ссору с Кристианом, Рис, наверняка, не помнит, что он – вампир. Он не знает, что бессмертен.
- Себастьян, - настороженно спросил Рис. – Ты как будто за много миль отсюда. Ты меня слышал? Где Элизабет и Кристиан?
- Они… в загородном имении, - поспешно ответил Себастьян. Твою мать, как же называлось это место?
- В Ротмере?
Точно.
– Да. Помнишь, Кристиан повез туда Элизабет, потому что ее подруга устраивает праздничный прием?
Рис нахмурился, очевидно, пытаясь вспомнить.
– Элизабет постоянно куда-то ездит. За ней не уследишь.
Себастьян глотнул виски. Все это так странно. Кто бы знал, что у вампиров тоже бывает амнезия, но, похоже, именно это и произошло с Рисом.
Рис подошел к Себастьяну и повернулся к напольной лампе, которая стояла у мягкого кожаного кресла.
Себастьян внимательно смотрел не него, чтобы увидеть его реакцию на электрический свет – изобретение, которого они не могли видеть до конца девятнадцатого века, еще пятьдесят лет после их смерти.
Но Рис не обратил на него никакого внимания. Он сел, снова наполнил стакан и протянул графин Себастьяну.
- Спасибо, - сказал Себастьян. Ему совсем не помешает парочка стаканов, чтобы разобраться, что же все-таки происходит. Он очень хотел напомнить Рису, кто он такой, но колебался. Рис был спокоен, доволен – так непохож на себя в последние несколько столетий. Может, лучше позволить ему оставаться в блаженном неведении еще немного. По крайней мере, пока Себастьян не разберется получше, что же с ним произошло.
- Джейн оказалась гораздо красивее, чем я мог надеяться. – Рис вздохнул и откинулся в кресле.
- Да.
- Правда, должен признаться, что не помню, как она сюда попала. И прошлую ночь тоже не помню.
- Ты забыл не только прошлую ночь, - насмешливо заметил Себастьян, но тотчас же исправился. – Вы с Кристианом отмечали твою предстоящую женитьбу перед тем, как они с Элизабет уехали.
Рис кивнул, с легкостью приняв такое объяснение. Кристиан всегда был самым неуемным из троих братьев. Если бы он остался, вчерашняя вечеринка могла бы затянуться на несколько дней.
Несколько секунд они молча пили, а Себастьян пытался понять, что же ему делать. Может, стоит поговорить с кем-нибудь из вампиров, которые ходят в его ночной клуб. Может, кто-нибудь из них о таком слышал. И нужно обязательно спросить о вампирах-бродягах в городе – о тех, которые нападают на других вампиров.
- Предстоящую женитьбу? – вдруг повторил Рис. – Мы с Джейн еще не женаты?
Себастьян покачал головой.
– Нет. Джейн приехала только вчера вечером.
- Боже правый, ты хочешь сказать, что стоило ей сойти с корабля, как я затащил ее в постель и скомпрометировал? Да к тому же еще и набравшись?
Себастьян моргнул. Да уж, это, в самом деле, чересчур.
- Мне казалось, она была не против.
Рис покачал головой, глаза его потемнели от угрызений совести.
- Совсем не дело так обращаться со своей нареченной. А свадьбу нужно устроить как можно скорее. Я не могу допустить, чтобы ее репутация была погублена только оттого, что я вел себя как похотливый, нализавшийся олух.
Похотливый, нализавшийся олух? Неужели они в самом деле когда-то так разговаривали?
- Себастьян, - сказал Рис, отрывая Себастьяна от размышлений о странностях английского языка. – Я собираюсь оставить ее себе. Найти с ней счастье.
Поначалу Себастьян нашел такую формулировку несколько странной. Оставить ее себе.
Но его внимание неожиданно отвлекла подавляющая волна желания, захлестнувшая комнату. Его тут же вытеснило опустошающее, душераздирающее ощущение потери, от которого воздух в библиотеке словно потяжелел, грозя раздавить Себастьяна.
Себастьян заморгал, заставив себя сконцентрироваться на брате, и понял, что эти эмоции исходят от него.
Рис смотрел перед собой невидящим взглядом, словно впал в транс.
Себастьян начал спрашивать у того, в чем дело. Но прежде чем слова сорвались с его губ, голову его наполнили образы, словно в скоростном слайд-шоу. Лицо Элизабет. И Кристиана. Другие кадры их прошлого.
Себастьяна душило отчаяние – образы продолжали мелькать с огромной скоростью, отчего он видел лишь мимолетные обрывки теперь уже потерянной жизни.
А когда Себастьян уже думал, что больше не выдержит, что его голова вот-вот лопнет от напряжения, боль вдруг исчезла.
И последний образ встал перед глазами Себастьяна. Джейн. Затем и эта картинка растворилась.
Воздух стал легче – в комнате остался лишь едва заметный след желания Риса.
Себастьян снова моргнул. Что это было, черт возьми? Эти вспышки походили на то, что произошло с ним, когда на Риса напали. Он снова ощущал чувства Риса.
Он посмотрел на брата. Взгляд Риса больше не был потерянным. Он даже улыбался, хотя в изгибе губ чувствовалась решимость.
- Я не могу это объяснить, - сказал он, и на мгновение Себастьян решил, что Рис знал, что только что произошло. – Я понимаю, что мы с Джейн только встретились, но я просто не могу отпустить ее. Она должна быть моей.
Слова Риса, образы, которые видел Себастьян, и чувство потери, пронизывающее эти видения, заставили его вдруг понять, что, должно быть, произошло с сознанием Риса.
Он хотел Джейн, но как вампир, никогда не позволил бы себе привязаться к смертной. Как вампир, он потерял уже слишком много. Пережил слишком много боли.
Но если бы он мог вернуться – в то время, когда все было хорошо, когда он еще не стал вампиром – может, тогда он мог бы получить Джейн.
Себастьян знал, что связь брата с этой маленькой смертной очень сильна. Это стало главной причиной, почему он принес ее сюда и даже уложил в постель Риса. Чтобы Рис чувствовал, что она рядом, и мог отдохнуть и исцелиться. Но Себастьян не имел ни малейшего представления о том, как сильно Рис хотел ее.
До этого момента.
Рис хотел ее так сильно, что готов был забыть почти две сотни лет жизни. Рис заставил себя забыть, что он – вампир, в своих воспоминаниях оказавшись во времени до Лилы, до того, как они умерли.
Вот почему его не удивляла эта квартира или современные удобства. Задаться вопросом, как эти вещи могли существовать в девятнадцатом веке – все равно что разрушить мир фантазий, который он создал.
Но Себастьян решил проверить свою теорию.
Он показал на лампу на конце стола.
– Что это такое?
Рис посмотрел на свет, затем бросил на брата насмешливый взгляд.
- Это лампа, - медленно произнес он, словно это Себастьян сошел с ума.
- А это? – Себастьян показал на новомодную стереосистему на одной из полок.
- CD-плейер.
- А это? – Он показал на стену.
- Термостат. Послушай, какой смысл играть в «двадцать вопросов»?
- Я просто показываю все, что ты можешь предложить Джейн, - сказал ему Себастьян. – Немногие в Лондоне в наше время могут предложить своей невесте так много.
Рис на мгновение уставился на него, затем тряхнул головой, очевидно, решив, что Себастьян спятил.
Себастьян не спятил; он просто радовался. Рис подавлял лишь те обрывки своего прошлого, которые не хотел принимать. Потерю того, что было ему так дорого. Элизабет. Кристиана. Своей жизни.
Но даже довольный своим дедуктивным мышлением, Себастьян был также поражен болью брата. Он знал, что Рис так и не смог смириться с тем, что стал вампиром – но Себастьян никогда по настоящему не понимал агонии вины, которые тот испытывал. Хотя в этом присутствовала логика. Рис всегда был главой семьи. И потерял больше всех, лишившись Элизабет и Кристиана.
Какое-то мгновение Себастьян смотрел на брата, пытаясь понять, что будет лучше для него. И наконец решился. Он не мог вернуть ему их сестру или брата, но он мог помочь ему с Джейн. Себастьян мог дать ему шанс полюбить эту маленькую смертную, которой удалось затронуть сердце брата. Сердце, которое оставалось скованным льдом… целую вечность.

Киппер - копчёная селёдка (подаётся к завтраку или ужину; обычно едят с маслом)

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 17:41 #7 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Глава 6
[/b]

Джейн сидела в столовой, потягивая чай и пытаясь решить, как быть. Она несколько раз подумывала уйти, но так и не смогла этого сделать. Она не могла уйти, не убедившись, что с Рисом все будет хорошо. Кроме того, ей хотелось узнать, что же случилось с ней прошлой ночью.
Она откусила кусочек тоста, но аппетита не было. Джейн взяла тарелку и отнесла ее обратно в маленькую кухню, оформленную в стиле камбуза. Вдоль одной из стен тянулись блестящие, черные гранитные столы со всевозможными бытовыми приборами. Из натертой до блеска нержавеющей стали. Такими, которые только могли потребоваться повару. Комната была ультрасовременной, но, казалось, никто никогда не пользовался всеми этими удобствами. Шкафы были практически пустыми, так же как и многочисленные полки холодильника.
Джейн решила, что это не особенно странно – как ей казалось, ни Рис, ни Себастьян не похожи на любителей домашней кухни. Пожалуй, оба были из тех, кто ест на ходу – одно она теперь знала точно, братья очень богаты. Ее мнение о Рисе, когда она впервые увидела его в баре, было абсолютно верным. Его квартира просто кричала о богатстве и утонченном вкусе. В отличие от него Джейн выросла в старом доме, построенном в викторианском стиле, и половина комнат использовалась как похоронное бюро.
Джейн вернулась в так непохожую на кухню столовую. Когда Джейн была в этой комнате, ей казалось, что она каким-то образом попала в прошлое и сидит в большом обеденном зале старинного английского особняка.
Одна из ведущих в коридор дверей отворилась, и в комнату вошел Себастьян. Для человека, чей брат вел себя более чем странно, он выглядел чересчур спокойным.
- Во-первых, думаю, вы будете рады узнать, что не замужем за моим братом, - сообщил он ей.
Джейн уже более-менее начала соображать, и сама пришла к такому заключению. Правда, облегчение, которое она думала испытать от того, что оказалась права, было не таким сильным, как можно было предположить.
Но прежде чем она успела удивиться такому равнодушию, Себастьян вдруг абсолютно спокойным голосом добавил:
- У него амнезия, и, по-видимому, он считает себя английским виконтом из девятнадцатого века.
- Что?
- Ага. – Себастьян сел за стол напротив нее. – Он мало что помнит из своей нынешней жизни.
Она нахмурилась, удивленная тем, как он выразился, но он тут же добавил:
- Думаю, нынешняя – не совсем подходящее слово – о своей настоящей жизни.
Джейн кивнула. Она видела кино об амнезии по телевизору, но это были художественные фильмы, обычная выдумка. А, может, и нет. Происходящее казалось столь же невероятным, как и любой фильм, который она видела.
- Разве бывает такая амнезия?
Себастьян пожал плечами.
- Амнезия может проявляться по-разному.
Джейн снова поразило бесстрастное отношение Себастьяна к проблеме Риса. Английский виконт? Ей казалось, что это – достаточный повод поволноваться.
- Разве его не нужно показать врачу? Что если это еще не все?
Похоже, Себастьян слегка смутился, но это выражение тут же исчезло, так что Джейн едва успела его заметить.
- У нас есть семейный доктор. Я позвонил ему, объяснил поведение Риса, и он сказал мне, что у него амнезия.
- Даже не осмотрев его?
- Он сказал, что это не может быть ничем другим.
- Но что если у него травма черепа? Что если он нуждается в уходе врачей? – Она поверить не могла, что доктор может поставить подобный диагноз по телефону.
- Он собирается посмотреть Риса. Завтра. Но он думает, что Рису не стоит выходить из квартиры, потому что… поскольку Рис считает, что он из другого времени, наш мир, машины, небоскребы и тому подобное может отрицательно на нем сказаться. Это может быть губительно для Риса.
Джейн решила, что это логично. А у братьев, наверняка, достаточно денег, чтобы иметь семейного врача, которого можно вызвать на дом.
- Что ж, хорошо, что доктор считает, что с ним все будет в порядке. А он сказал вам, хотя бы предположительно, сколько времени понадобится Рису, чтобы его состояние улучшилось?
Себастьян покачал головой.
- Нет. Он поправится, но на это могут уйти недели или даже месяцы.
Джейн всем сердцем сочувствовала Рису. Бедный, запутавшийся человек. Как ужасно так жить. Ее отец не был полным психом, он просто отчаянно хотел верить, что мать Джейн жива, поэтому вел себя так, словно она все еще с ними. Разговаривал с ней. Его поведение разрывало Джейн сердце.
Рис не пытался вернуть людей, которых потерял, но ее душа все равно болела за него.
- Мне очень жаль, Себастьян.
- Знаю. – Он тепло улыбнулся.
Джейн вздохнула и начала вставать. Нужно идти. Она знала, что со временем Рису станет лучше, и у нее не было причин оставаться здесь. Джейн чувствовала себя подавленной, хотя и не могла объяснить, почему.
- Джейн. – Себастьян протянул руку и сжал ее ладонь. Его пальцы обхватили ее. Они казались совсем не такими сильными как пальцы Риса. – За Рисом нужно все время присматривать. Доктор сказал не спускать с него глаз, потому что очень многие вещи могут шокировать его.
Джейн кивнула, не понимая, зачем он говорит ей это.
- Эта квартира расположена над ночным клубом. Нашим с Рисом клубом. И ночь мы обычно проводим внизу. Он очень популярен – и без помощи Риса, я буду очень занят, я не смогу следить за ним и управлять клубом. Поэтому мне нужны вы. Вы можете остаться и присмотреть за Рисом?
Глаза Джейн расширились. Он хотел, чтобы она осталась здесь – с ними. С Рисом.
- Разве… разве вам больше некого об этом попросить? – Она не могла присматривать за Рисом. После сегодняшнего утра она не могла даже в глаза ему посмотреть, что и говорить о том, чтобы следить за каждым его движением. Кроме того, было что-то абсурдное в идее присматривать за мужчиной вроде Риса. Он казался слишком мужественным, слишком сильным.
- Ну… дело в том, что он все еще считает, что вы обручены, - объяснил ей Себастьян. – Так что вы идеально подходите. Он не станет задавать вопросов.
Это звучало разумно, но почему Рис продолжал считать, что между ними есть какие-то отношения? Подумав, Джейн решила, что это оттого, что когда он проснулся, она раскинувшись спала в его постели. Пожалуй, ей повезло, что он решил, что они собираются пожениться. Мог бы просто принять ее за проститутку или еще хуже.
- Я… не знаю. – Она вытащила ладонь из его пальцев. Джейн не знала этих людей. Не может же она просто взять и переехать к двум абсолютно незнакомым мужичинам.
- Мне очень нужна ваша помощь, - сказал Себастьян.
- Как я смогу запретить ему выйти из квартиры, если он захочет? – Почему она об этом спрашивает? Она что, думает остаться?
Себастьян улыбнулся краешком рта.
- Думаю, вы сможете с легкостью его контролировать. Он очень увлечен вами.
От его слов ей не стало легче. Хотя от них у нее по коже снова побежали мурашки.
Еще немного, и она пропала.
- И, само собой, я вам заплачу, - добавил он. – Вы сказали, что живете в гостинице, так? Здесь ваша комната будет бесплатной.
Джейн огляделась. Ей в самом деле нужно было где-то остановиться, пока она не поправит финансы. У нее, конечно, оставались дорожные чеки, но Джейн не была уверена, что их хватит на то время, пока ей не пришлют новую банковскую карточку и кредитки. Это было неплохим решением проблемы, пока она не найдет себе квартиру и постоянную работу.
Джейн посмотрела на Себастьяна, который внимательно за ней наблюдал.
И все же она не знает этих людей. Может, они какие-нибудь серийные маньяки. Случаются и более странные вещи, и большая их часть - за последние два дня. С ней.
Нет, Себастьян и Рис не походили на маньяков-убийц. Хотя она уже поняла, что, когда дело касается человеческих характеров, судья из нее не лучший.
- И, - подчеркнул Себастьян, - Рис ведь помог, когда вам требовалась помощь.
Тут он прав. Рис спас ей жизнь. Интересно, серийные убийцы спасают жизнь своей жертве, чтобы прикончить чуть позже? Она не была уверена, но решила, что вряд ли. Кроме того, какая-то часть ее верила Рису.
Джейн колебалась в нерешительности еще мгновение, а затем тихо сказала:
- Хорошо.
Себастьян был доволен тем, что вранье прокатило. Он даже не испытывал угрызений совести, увидев, каким расстроенным стало ее лицо, когда он выложил свой козырь, напомнив о том, что Рис спас ей жизнь. Ну, ладно, может, он и сознавал вину, но оно того стоило. Рису нужна эта женщина.
И, черт подери, если ей не нужен Рис. Себастьян почувствовал ее желание во время разговора. Нужно было только упомянуть имя Риса, и от нее исходила волна жажды.
Черт, хотелось бы ему, чтоб и за ним бегала такая милашка. О, погодите-ка, так за ним и бегает. И не одна, если подумать.
Но он не долго упивался успехом.
Джейн выпрямилась на стуле и твердым голосом сказала:
- Я останусь, но только на неделю. Это даст вам время отыскать кого-нибудь еще, чтобы присматривать за Рисом, если в том все еще будет необходимость. И я успею найти квартиру.
Неделю? Себастьян нахмурился. Рису нужна не одна неделя, чтобы заставить эту женщину влюбиться в себя. Он расстроенно вздохнул, собираясь спорить, когда снова почувствовал в комнате аромат желания. Проклятье, пусть будет неделя. Если понадобится больше, он позаботится об этом позже. А сейчас она остается. Уже хорошо. И она будет удерживать Риса дома. Себастьяну нужно было время, чтобы выяснить, кто и почему напал на Риса. В таком недоуменном состоянии он будет легкой мишенью, если нападавший охотился именно на него. Лучше держать его здесь – в безопасности.
- Неделя – в самый раз.
Она облегченно кивнула, обрадовавшись, что он не стал уговаривать ее остаться дольше.
Но теперь Себастьяну нужно было позаботиться о некоторых странностях вампирского образа жизни. Быть вампиром – что может быть проще? Быть вампиром, который не знает, что он вампир, наверняка нелегко. Риса может прикончить короткая прогулка на солнце. Или, если не утолять его голод регулярно, Джейн может погибнуть от жажды оголодавшего вампира.
- Присматривать за Рисом должно быть нетрудно, - сказал он.
Думал Себастьян иначе, но ему не хотелось спугнуть ее.
– Вам нужно запомнить всего три вещи.
Джейн слушала его, широко распахнув зеленые глазищи.
- У него аллергия на солнце, поэтому он не может выходить на свет. Обычно это не проблема. Мы работаем по ночам, так что его график помогает ему держаться подальше от солнца.
В сущности, все это было правдой.
- Он может выходить на улицу в пасмурные дни?
- Да. Но только когда небо полностью затянуто. Солнце для него яд.
Она кивнула.
- А еще у Риса полный букет пищевых аллергий, поэтому обычно он пьет протеиновые напитки.
- Он не ест? – Похоже, она сомневалась.
- Ест, но только плохо прожаренное мясо. Очень плохо прожаренное. Следует диете Аткинса. Это помогает подавлять приступы аллергии. – Он поднял руки, словно все это было слишком сложно и для него тоже. – Даже не спрашивайте.
- Но он об этом помнит?
- Не знаю, но думаю, что не стоит отходить от диеты. Он слишком долго жил так. Я не хочу, чтобы у него начались проблемы с пищеварением или что-нибудь вроде того.
Джейн кивнула, но слегка наморщенный нос говорил, что она все еще находит это странным.
- И… доктор сказал мне… что пока что мы должны «во всем потакать Рису». Это важно. Иначе мы можем навредить его памяти еще сильнее, и, как сказал доктор, «его настоящие воспоминания могут быть утеряны навсегда».
Джейн выглядела ошеломленной.
Боже, какой он молодец.
Она все еще казалась настороженной, но сказала:
- Хорошо.
- Отлично. Обсудим вашу плату. Как насчет пятнадцати тысяч долларов?
Себастьян не думал, что такое возможно, но глаза ее округлились еще сильнее.
- Это… это слишком много.
Себастьян пожал плечами.
- Я люблю своего брата. И хочу, чтобы ему было хорошо.
- Я не могу взять такие деньги. Это… чересчур.
Себастьян улыбнулся, впечатленный ее отказом. Он назвал сумму наугад, подумав, что такие деньги решат исход дела, но, видимо, это оказалось ни к чему. Джейн была слишком порядочна, чтобы спокойно принять их.
- Если бы я не хотел платить - не стал бы.
Она на мгновение задумалась, но все-таки протянула ему руку.
- Ладно.
Себастьян улыбнулся. Разве он не говорил, что молодец?

Диета Аткинса - Высоко-белковая, низкоуглеводная диета, направленная на потерю веса, разработанная доктором Робертом Аткинсом в 1960х годах
Поблагодарили: Irisha1979

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 17:42 #8 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Глава 7


Джейн не могла в это поверить. Она согласилась жить с двумя мужчинами, которых даже не знала. Один из них платил ей за это бешеные деньги, а второй… второй думал, что обручен с ней. Ох, а еще он думал, что живет в Англии в девятнадцатом веке.
И кто же здесь сумасшедший? Пожалуй, чтобы выяснить это, им придется тянуть жребий.
Она осмотрела комнату, которую предложил ей Себастьян на время пребывания здесь. Что ж, спальня что надо.
Она подошла к кровати, погладила роскошное покрывало из синего бархата, наброшенное поверх матраца. Затем провела пальцами по тонкому шелку балдахина. Да уж, это гораздо лучше скрипучей медной кровати, в которой Джейн спала почти всю жизнь.
Джейн отошла к окнам и раздвинула плотные красные шторы. Был вечер, но она не могла разглядеть даже очертаний города. Толстое матовое стекло едва пропускало свет.
На секунду она почувствовала разочарование. Ей хотелось изучить вид из окна, и, возможно, хотя бы попытаться определить, где она. Но потом Джейн поняла, что окна такие из-за Риса. Чтобы защитить его от солнца.
Да уж, ну и чудные у Риса болезни. Он совсем не походил на хронически больного человека. В физическом плане он казался идеальным.
Она заставила себя выбросить из головы образ его совершенного тела. Нужно держать желание под контролем – чего бы это ни стоило.
Джейн снова задумалась о его аллергиях. Как странно никогда не видеть солнечного света. Хотя если подумать, сама она не так уж и много времени проводит на солнце. Джейн не любила загорать – от этого у нее появлялись веснушки и слезала кожа. И второе дыхание у нее всегда открывалось по вечерам – часто после полуночи.
Однако, от еды она отказаться не смогла бы. Ну кто не любит аппетитную горячую сливочную помадку или сочную пиццу с пепперони?
Вздохнув, она задвинула штору и отправилась исследовать ванную. У нее была собственная ванная, вот еще одно удобство, которого никогда не было у нее дома. Хотя эту ванную нельзя было назвать просто удобством. Она была великолепна.
Джейн потрогала белую гладкую мраморную раковину. Подошла к ванне. Огромная встроенная ванна с легкостью вместила бы и двоих. Кроме того, здесь был еще и отдельный душ. Настоящая роскошь.
Но как бы роскошна ни была эта комната, Джейн знала, что не может остаться здесь надолго. Только пока не решит проблему с деньгами.
Она вернулась в спальню и подошла к новому чемодану, который стоял у письменного стола. Какой-то тип по имени Мик из службы безопасности клуба съездил к ней в гостиницу и привез ее вещи. Джейн открыла чемодан и стала доставать одежду и рассовывать ее по ящикам комода. Потом передумала и побросала одежду обратно в чемодан.
Какой смысл распаковываться и устраиваться поудобнее? Хотя Джейн и нравилось говорить себе, что она просто попала в странную ситуацию, на самом деле, она не могла остаться только потому, что ей чертовски нравился Рис. А Джейн не могла позволить себе привязаться к мужчине, который не знал, кто она на самом деле. Черт, да он даже, кто он сам, не знает. Эти отношения изначально обречены.
Она вздохнула и вытащила чистые джинсы, зеленый свитер с высоким воротом и белье.
Может, горячая ванна поможет ей собраться с мыслями, или даже вспомнить, что же произошло прошлой ночью.
Единственное, что пришло ей в голову в качестве объяснения потери памяти, это текила. Или, скорее, смесь текилы со стрессом из-за всех этих неприятностей.
Но что вызвало амнезию у Риса? Может, их воспоминания как-то связаны? Если их не похищали пришельцы, что, впрочем, не исключено, учитывая, какие странности кругом творятся, она никак не могла объяснить себе, что же с ними произошло. Может, ей тоже стоит поговорить с лечащим врачом Риса? У него могут иметься какие-нибудь соображения на этот счет. Массовая амнезия? Ага, в самую точку.
Она бросила одежду на крышку унитаза, села на край ванны, повернула кран и сунула на место затычку.
Несколько секунд Джейн смотрела на текущую воду, затем подошла к раковине, чтобы найти мыло. Погруженная в поиски, она подняла глаза и наткнулась на свое отражение в зеркале над раковиной.
Выглядела она ужасно. Волосы растрепались, вокруг глаз пятна туши. Из-за размазавшейся косметики темные круги под глазами казались еще живописнее.
С какой стати такому лакомому кусочку как Рис ей увлекаться? Себастьян, наверняка, ошибается. Но ведь она была в постели с Рисом? И он…
Щеки ее вспыхнули, лицо стало ярко розовым, вокруг глаз темные пятна.
Она зажмурилась и прерывисто вздохнула. Джейн не помнила прошлую ночь, но ясно помнила руки Риса на своем теле, когда проснулась.
Жар отхлынул от щек и сосредоточился где-то в животе, затем ниже. Она никогда не испытывала ничего восхитительнее тех ощущений, что дарили пальцы Риса, прикасаясь к ее коже.
Словно по собственной воле ее пальцы скользнули к пуговицам блузки. Не открывая глаз, она сделала вид, что это Риса расстегивает пуговицы ее блузки, раздвигает полы из белого хлопка. От пара, подымавшегося от воды, наполнявшей ванну, кожа ее увлажнилась, и Джейн представила, что это поцелуи Риса согревают ее.
Что она делает? Она никогда не фантазировала о мужчинах. Особенно так. Но ни один мужчина никогда не прикасался к ней так, как Рис. Это было столь… волнующе.
Она сбросила блузку на пол, пальцы ее коснулись передней застежки лифчика. Тонкие половинки разошлись, и от влажного воздуха ее соски набухли.
Смущенная, но не в силах остановиться, она провела по ним пальцами, пытаясь вспомнить, что чувствовала, когда Рис сосал их.
Кто-то тихо кашлянул, и она открыла глаза и развернулась к открытой двери.
В проеме стоял Рис и наблюдал за ней.
Она сложила руки на груди, пытаясь прикрыться, а заодно скрыть то, чем занималась. Но по его обжигающему взгляду было ясно, что он все видел.
К стыду примешивалось желание, которое будили в ней эти пронзительные глаза. Она так хотела этого мужчину.
Его взгляд скользнул по ее прикрытой груди, и их глаза встретились.
Она слегка поежилась, увидев жажду в его взгляде.
- Прости, - сказал он, голос его звучал более хрипло, чем обычно. – Мне показалось, что ты меня звала.
Она уставилась на него. Да, пожалуй, ее тело взывало к нему, но она не думала, что делала это вслух.
- Я… нет.
Он резко кивнул.
- Тогда оставлю тебя, чтобы ты могла спокойно принять ванну.
Еще секунду они смотрели друг на друга, затем Рис слегка наклонил голову и вышел, захлопнув за собой дверь.
Джейн привалилась к раковине, все еще прикрывая грудь.
Невероятно. Ей понадобилась вся ее рассудительность, чтобы удержаться и не пригласить его присоединиться к себе в ванне. Что же с ней не так? Она всегда была такой разумной, такой сдержанной. А теперь ведет себя словно нимфоманка.

Рис закрыл дверь в ванную, а потом и в спальню Джейн, хотя ему казалось, что он все еще чувствует эти тянущие волны желания, призывающие его вернуться. Он остановился в коридоре, собственная жажда тоже уговаривала его пойти к ней. В конце концов, она же его невеста. Они еще не женаты, но поженятся, как только он все устроит, а потом это восхитительное тело будет в полном его распоряжении.
Рис чуть не застонал при мысли о том, что она делала, когда он вошел в ванную. Ее руки ласкали бархатистую кожу. Обхватывали полукружья грудей. Пальцы дразнили набухшие розовые соски.
Он все еще ощущал их вкус. Жар ее тела. Плоть в его брюках болезненно пульсировала.
Джейн уже принадлежала ему, но скоро она будет рядом с ним каждую ночь.
Заставив себя не обращать внимания на свое чересчур возбужденное тело, он отправился искать Себастьяна. После того как они выпили в честь помолвки Риса, его брат ушел, чтобы еще раз поговорить с Джейн. Рису было очень интересно узнать, что же Джейн рассказала его брату.
Себастьян был у себя в комнате. Он застегнул рубашку, затем накинул пиджак.
- Куда-то собираешься?
- В клуб, – Себастьян провел пальцами по светлым волосам. Непослушные пряди как обычно растрепались.
Рис кивнул.
- Я бы составил тебе компанию, но думаю, Джейн сочтет меня настоящим развратником. Пожалуй, мне лучше остаться и провести этот вечер с ней, чтобы попытаться убедить ее в обратном.
Себастьян весело улыбнулся, что несколько озадачило Риса.
- Да, ты прав, так будет лучше.
Рис слегка нахмурился, затем подошел и поднял с комода галстук Себастьяна. Как, черт возьми, кому-то удается сделать приличный шейный платок из такой тонкой тряпки? Он бросил галстук обратно на комод.

- А где Уилсон? – Рис не видел их камердинера весь вечер. Правда, братья нечасто пользовались его услугами. Все трое были уверены, что если мужчина не умеет одеваться сам, то он ни на что не годен.
Себастьян нахмурил брови, а потом глаза его расширились.
- Ах, Уилсон. Мы отпустили его на праздники – сейчас ведь рождество.
Рождество? Точно. Сегодня рождество. Боже правый, Джейн, должно быть, решила, что выходит замуж за дикаря. Он даже не пожелал ей веселого рождества. А как же рождественский ужин – ведь не могли же на кухне забыть его приготовить только оттого, что Элизабет и Кристиан в отъезде? Или все тоже разъехались на рождество?
Рис нахмурился. Как любопытно.
- Я постараюсь не задерживаться в клубе, - сказал Себастьян. – Но я подумал, что вам с Джейн не помешает немного времени побыть наедине.
Рис посмотрел на брата, больше не беспокоясь о том, что тот уходит. Наоборот, ему тоже очень понравилась идея иметь Джейн в полном своем распоряжении. Правда он жалел, что не подумал о том, чтобы устроить настоящее рождество, пусть и только для них двоих. Нужно как-то загладить свою вину за все — он надеялся, что Джейн женщина рассудительная.
- Счастливо повеселиться, - сказал Себастьян. И на его губах снова появилась эта понимающая ухмылка.
Рис решил, что его брат находит смешным то, что он так увлечен своей невестой – особенно после всех прежних возражений. Рис должен был признать, что это в самом деле забавно. Если бы он знал, что теряет, то устроил бы ее приезд как можно раньше.

Ванна не возымела желанного эффекта. Джейн была слишком взволнована происшедшим за последние два дня, чтобы расслабиться. Нет, ей очень хотелось провести оставшееся время у себя в комнате. Но она ведь должна была присматривать за Рисом.
Джейн высушила волосы, слегка подкрасила ресницы, надеясь, что это поможет ей выглядеть менее усталой. Изучив свое отражение, она пришла к выводу, что все это ей нисколько не помогло, но она хотя бы оделась нормально, ее свитер с высоким воротом и джинсы смотрелись очень скромно.
Джейн с трудом вздохнула, и, выйдя из спальни, отправилась искать «красавчиков-братьев».
Она прошла вниз по коридору и открыла одну из дверей столовой, но там никого не оказалось. Джейн замерла - рука ее застыла на дверной ручке – и прислушалась.
В квартире было так тихо, словно здесь не было ни единой живой души. Ей завладело беспокойство. Что если Риса тут нет? Что если он вышел из дома?
Она тихо прикрыла дверь и быстрым шагом устремилась дальше по коридору. Он привел ее в большую гостиную. Эта комната была такой же роскошной, как и вся остальная квартира, все та же антикварная мебель темного дерева с дорогой обивкой. Но Джейн не останавилась, разве что окинула оформление беглым взглядом.
Она подбежала прямо к двери в другом конце гостиной. Дверь была приоткрыта. Джейн толкнула деревянную панель и шагнула внутрь.

Рис стоял перед большим каменным камином, она видела его профиль, в руке он держал стакан.
Какое-то мгновение она не говорила ни слова, слишком зачарованная его красотой. Свет камина отбрасывал блики на его волосы. Простой черный свитер и черные брюки словно подчеркивали широкие плечи и узкие бедра.
Несколько секунд спустя он вдруг оглянулся и посмотрел на нее.
- Входи. Я не кусаюсь.
Джейн почувствовала, что кожа ее начинает гореть от странной смеси смущения и желания, которую вызвали в ней его слова. Она очень хорошо помнила, как он покусывал ее кожу, от этого воспоминания у нее заныли соски.
Пытаясь успокоиться, она с трудом втянула в себя глоток воздуха и вошла в комнату, ее слегка пошатывало. Присев на краешек одного из мягких, удобных стульев, она заставила себя сосредоточиться на обстановке. Комната, как и все другие в этой квартире, была огромной. Одну стену почти полностью занимали три арочных окна. Здесь стекла были прозрачными. Джейн видела снаружи мерцающие огни города.
Оставшиеся три стены были заставлены шкафами от пола до потолка и забиты сотнями книг. Несмотря на размеры комнаты, здесь было очень уютно. Может, из-за огня. Или из-за тепла блестящих светлых паркетных полов с вкраплениями темного дерева. Или это все большая мягкая мебель и рояль в углу у окон. Но Джейн сразу полюбила эту комнату.
Она встала и подошла к окнам. Вид был потрясающим. Из окон был виден весь город. Вспыхивали огни, в зимнем воздухе ласково кружились снежинки.
- Это моя любимая комната.
Джейн вздрогнула. Рис оказался прямо рядом с ней; она чувствовала тепло, исходящее от его тела.
Он продолжал смотреть в окно.
- Замечательный вид, не правда ли?
- Да, - согласилась Джейн, снова поворачиваясь, чтобы повосхищаться видом. – Здесь очень красиво, и совсем не так, как там, где я жила.
Он повернулся к ней.
- Я забыл, что для тебя все это в новинку. Я должен показать тебе все здешние места.
Джейн улыбнулась. Осматривать достопримечательности Нью-Йорка вместе с Рисом – это звучало великолепно.
- Было бы здорово.
- Иногда Лондон обескураживает, но к этому быстро привыкаешь.
Она моргнула, внезапно вспомнив о настоящем положении вещей. Он даже не знал, что находится в Нью-Йорке. И он не мог показать ей здешние места, пока память к нему не вернется, а к тому времени ей уже придется уехать, оставив этот странный мир, в который оказалась втянутой.
- На что похожа Америка? – спросил он, отходя от окон и возвращаясь обратно к камину.
Она не знала, что ответить. Рассказать ему о Мэне? Постараться, чтобы ее ответы подходили тому времени, в котором он, по его мнению, живет?
- Она совсем другая. Там очень много деревушек. Много деревьев, озер и животных. – Все это было правдой и едва ли могло еще больше его запутать.
- Похоже на мое поместье в Дербишире. Мы будем проводить там лето. Дом стоит в холмах, а рядом есть пруд, мы часто там плаваем.
Джейн улыбнулась. Жаль, что места, которое он описывал, не существует. Звучало просто здорово.
- У меня есть и еще одно поместье поближе к Лондону. Кристиан и Элизабет сейчас там. Они поехали на вечеринку к графу Баррингтону. Каждый год в это время он устраивает бал. Моя младшая сестра Элизабет никогда его не пропускает, она обожает красивые платья и танцы. Не говоря уже о том, что ей чертовски нравится сын герцога, лорд Грэнфорд. Она – безнадежный романтик. – Рис улыбнулся с нежной снисходительностью.
Джейн улыбнулась в ответ, это нежное выражение казалось ей очень милым, оно так не подходило мужчине, который вчера провожал ее в гостиницу.
- А вот мой брат Кристиан совсем наоборот. Боюсь, что он - черная овца в нашей семье. Настоящий повеса и бесконечно этим гордится. – И снова было видно, что Рис совсем не расстроен распущенным поведением брата.
Джейн заставила себя перестать думать об этом. Очень легко забыть, что эти люди всего лишь плод воображения Риса. Он говорил о них так легко. Хотя, может, они не были выдуманными? Кроме того, может, у Риса в самом деле были сестра и еще один брат.
- Я должен извиниться перед тобой за Кристиана. Он постоянно втягивает нас с Себастьяном во всевозможные дебоши, поэтому я и оказался в таком состоянии прошлой ночью. Но уверяю тебя, больше это не повторится.
Она кивнула, не зная, что сказать, поскольку не имела ни малейшего представления, о чем он говорит.
Рис, похоже, принял ее замешательство за сомнение.
- Надеюсь… - Он откашлялся. – Надеюсь, что прошлый вечер… тебе понравился, несмотря на мое состояние и дерзкое поведение.
Она снова моргнула. Следить за его мыслью было все равно, что пытаться разгадать загадку… на иностранном языке.
- Он мне… очень понравился.
На лице Риса отразилось облегчение, но его тут же сменило серьезное выражение.
- Я, конечно же, договорюсь об оглашении как можно скорее.
Она кивнула. О чем он, черт возьми? Она попыталась вспомнить те несколько романов об Англии эпохи регентства, которые когда-то читала. В них что-нибудь говорилось об оглашении?
Она никак не могла вспомнить, поэтому все-таки сказала:
- Хорошо.
Когда она согласилась, Рис снова облегченно улыбнулся. Но его улыбка исчезла, когда он внимательно посмотрел на нее. Его взгляд задержался на ее свитере и опустился к джинсам.
Ее простая одежда вдруг показалась Джейн слишком открытой.
- Американские мужчины, должно быть, очень либеральны. Эта одежда гораздо более смелая, чем та, что носят женщины в Англии.
Она уставилась на него. Он что, хочет, чтобы она носила турнюр или что-нибудь такое? Нет, в это время носили платья с высокой талией с множеством нижних юбок. Она знала, что должна потакать ему, но всему есть предел.
- Такую одежду считают очень удобной.
Он подошел к ней и остановился.
- Прости. Думаю, в наших странах многое разнится. И я не хотел смущать тебя. - Он слегка отодвинулся и снова поглядел на ее одежду. – Кроме того, должен признать, мне нравится, как она смотрится. – Он протянул руку и провел пальцем по шву джинсов на ее бедре.
Джейн смотрела на него, изумленная тем, что так остро ощущала его прикосновения даже сквозь плотную материю.
Один палец за другим, пока вся его широкая ладонь не оказалась на ее бедре.
А потом, когда она думала, что сейчас он станет гладить ее всей рукой, он вдруг убрал пальцы и отступил на шаг.
- К тому же не мне говорить о стиле, - сказал он, и голос его звучал осуждающе, хоть и гораздо ровнее, чем голос Джейн. – Уилсон, мой камердинер, для меня тоже отобрал очень необычную одежду. – Рис оттянул горло свитера и хмуро поглядел на него:
– Это так на него непохоже. Он не оставил мне ни одного приличного шейного платка или обеденного костюма.
- Времена… меняются, - сказала она рассеянно, потому что ей приходилось бороться с томлением, от которого ныли все члены.
Рис рассмеялся, у него был красивый, глубокий смех.
- Да уж.
Джейн на мгновение посмотрела на него, удивленная тем, что все в этом мужчине кажется ей таким притягательным. Она заставила себя отвести глаза, подошла к роялю и пробежалась пальцами по черной крышке.
- Ты играешь? – спросил Рис.
Она покачала головой.
- Нет. Но моя мама играла.
- Играла?
- Она умерла, когда мне было десять.
Рис казался по-настоящему расстроенным.
- Наверное, это было тяжело. У тебя есть братья или сестры?
- Нет, я – единственный ребенок.
- И все же твой отец отослал тебя так далеко, чтобы ты вышла замуж. Должно быть, ему это далось нелегко.
Тупая боль сдавила грудь, как всегда, когда она думала о смерти отца.
- Он тоже умер. Почти год назад.
Секунду Рис смотрел на нее, затем пересек комнату, снова оказавшись рядом с ней.
- Значит, у нас много общего. Мои родители умерли чуть больше трех лет назад.
Она кивнула, задумавшись над тем, понимал ли он одиночество и ощущение потери, которые сопровождали смерть. Когда умер отец, ее мир, каким она его знала, рухнул.
А потом ей пришло в голову, что родители Риса могут еще быть живы. Он ведь рассказывал ей о жизни, которой никогда не существовало. А, может, и существовала. Может, он в самом деле понимал ее.
- Джейн, - тихо сказал Рис, вытягивая ее из печальных мыслей. Он поднял руку, и его пальцы, сильные и теплые, сжали ее подбородок. – Я хочу, чтобы ты знала, я о тебе позабочусь. Ты ни в чем не будешь нуждаться, и… я верю, мы будем счастливы вместе.
Как бы безумно это ни звучало, ей никогда еще так ни хотелось поверить чьим-то словам – наконец-то обрести кого-то, кому было бы не все равно. Кого-то, кто поможет ей. Больше не быть одной.
А затем она снова вернулась в реальность. Этот мужчина думал, что они помолвлены. Он считал, что они скоро поженятся. Что они будут жить вместе. Но все это было неправдой – особенно часть про «и жили они долго и счастливо».
И все же Джейн подняла руку и сжала его пальцы, прижимая его ладонь к своей щеке, словно впитывая ощущение его шершавых пальцев и ладони. Так приятно было ощущать чью-то привязанность, сочувствие и больше не чувствовать себя так одиноко – даже если всего на несколько секунд, даже если это просто игра.
Его большой палец скользнул по ее чувствительной нижней губе. Он посмотрел на нее сверху вниз, и глаза его стали золотистыми в каминном свете.
- Никто не говорил тебе, какие у тебя красивые глаза, такие ясные и зеленые, как свежая трава? – Голос его стал низким и хриплым, лаская ее кожу словно прикосновение.
Она покачала головой, чуть задев его ладонь.
- Нет? А как насчет твоих губ? Никто не говорил тебе, какие они нежные и соблазнительные?
Вышеупомянутые губы приоткрылись, и с них сорвался тихий стон. Она снова смогла лишь слабо покачать головой.
- Хмм, - протянул он. – Какая оплошность со стороны мужчин. Но должен заметить, что очень рад, что я – первый, кто сказал тебе об этом.
Джейн тоже была рада. Она не могла представить себе кого-то другого, кто говорил бы ей подобные комплименты.
- А сейчас, моя маленькая невеста, должен предупредить, что тебе, наверное, лучше закрыть глаза… потому что я собираюсь попробовать на вкус эти губы. – Он опустил голову и накрыл ее рот своим.
Джейн закрыла глаза и обвила руками его шею, его волосы щекотали ее пальцы.
Она понимала, что сейчас живет в мире фантазий, так же как и Рис, но ей было все равно. Этот поцелуй казался таким правильным.
Рис целовал Джейн, упиваясь ее мягкостью и пьянящим вкусом. Неужели хоть одна женщина была столь же прекрасна в его руках? Он не мог вспомнить такой.
Рис нежно обвел ее мягкие губы языком, уговаривая их раскрыться, чтобы он мог полностью распробовать ее, почувствовать ее жар.
Джейн приоткрыла рот, ее язык нежно и настороженно коснулся его.
Ее робость возбуждала сильнее любого приема опытной любовницы.
Он целовал ее еще несколько секунд, а затем разжал руки, чувствуя, что слишком быстро теряет контроль. Проклятье, он хотел ее.
Рис посмотрел на Джейн: зеленые глаза затуманились от желания, а нежные губы все еще были приоткрыты.
Желание защитить ее, смешанное со страстью, лишь усиливало его жажду. Он в самом деле верил во все, что сказал ей. Он собирался сделать так, чтобы она была счастлива, знала, что ее любят, чувствовала себя в безопасности. По какой-то непонятной причине, для него было важно, чтобы она была в безопасности.
Он решил, что это оттого, что Джейн осталась в этом мире одна. И все же какое-то странное ощущение не отпускало его. Он не мог вспомнить, в чем же дело… хотя это неважно; он всегда будет рядом с Джейн. Всегда.
Рис поднял руку и сжал кисть одной из рук Джейн, все еще обнимавших его за шею. Сплетя свои пальцы с ее, он потянул Джейн к ковру перед огнем.
- Садись, - сказал он с притворной строгостью. – У меня для тебя кое-что есть.
Она послушно села, поджав ноги, и с любопытством посмотрел на него.
Он подошел к столу и достал прямоугольную зеленую бархатную коробочку.
Рис опустился на пол рядом с ней и вытянул ноги, а потом протянул коробочку ей.
Джейн хмуро поглядела на нее, глаза ее потемнели от смущения.
- Рис, что это?
Он лукаво улыбнулся.
- Ну, тебе придется открыть ее, чтобы узнать это. – Он снова протянул коробочку ей.
Джейн еще какое-то время колебалась, но потом взяла коробочку, снова поглядела на него и открыла крышку. Глаза ее расширились. Она покачала головой, пытаясь сунуть коробочку обратно ему.
- Нет, Рис, - сказала она твердо. – Нет, я не могу принять его.
Рис усмехнулся, увидев ее изумление.
- Конечно, можешь. Ты должна его принять.
Мать Риса оставила ему несколько украшений, которые он должен был в один прекрасный день передать жене. Много лет он и не вспоминал о них, но теперь ему захотелось, чтобы фамильные ценности принадлежали этой женщине.
Он вытащил кулон из коробочки и протянул ей. Каминный свет плясал в гранях золотистого топаза, заставляя окружавшие его бриллианты переливаться. Он придвинулся к ней, чтобы надеть украшение ей на шею.
Джейн сидела не двигаясь, пока он возился в застежкой. А потом она подвинулась и заглянула ему в лицо. Топаз оказался прямо у нее на груди.
И внезапно стало казаться, что свитер, всего несколько секунд назад такой вызывающий, скрывает слишком много. Рис хотел видеть, как камень сверкает на ее бледной коже. Хотел заниматься с ней любовью, когда на ней не будет ничего кроме этого кулона – символа того, что она принадлежит ему.
- Рис, пожалуйста, я не могу принять его.
Мгновение он изучающе ее разглядывал.
- Я хочу, чтобы оно было у тебя. Не только как подарок к свадьбе, но и чтобы отметить наше первое Рождество.
Зеленые глаза заблестели как огромные изумруды, в них застыли слезы.
Он встревоженно нахмурился.
- Почему ты плачешь?
- Потому что мне хочется, чтобы все это было правдой, - сказала она и закусила нижнюю губу, словно решив, что сказала что-то не то.
Он мягко взял ее двумя пальцами за подбородок.
- Джейн, это – правда. Это более реально, чем все, что когда-либо со мной происходило. – Он не мог сказать, почему ему так казалось, но знал, что этот так. – Пожалуйста, не снимай его. Ради меня.
Секунду она смотрела на украшение. Затем кивнула - очень медленно - он начинал понимать, что Джейн делает так, когда в чем-то не уверена.
Рис улыбнулся и притянул ее к себе, так что она оказалась между его длинных ног. Джейн смущенно прислонилась к нему, ее напряженная спина оказалась прямо у его груди. Но она не стала отодвигаться.
Они сидели так какое-то время, молча смотря в огонь. Его переполняло счастье. И он знал, что этот момент особенный, такое нечасто с ним случалось, счастье очень долго ускользало от него.
Но почему? Ему стоило бы быть счастливым: у него прекрасная семья, у него есть все, что только должно быть у очень богатого человека. Почему же он вдруг решил, что прошлое не всегда было безоблачным?
Рис сделал глубокий вдох, пытаясь понять свои расплывчатые мысли, когда его ноздри защекотал ее чистый, цветочный аромат.
Он не смог сдержаться и зарылся носом в ее мягкие волосы. Его руки крепче сжали ее талию, и он отметил про себя, что она осталась абсолютно расслабленной.
Его туманные воспоминания вдруг перестали иметь значение. В эту минуту Рис чувствовал себя счастливым, и он поклялся себе, что Джейн тоже узнает, что такое счастье.
Он в этом убедится — не будь он пятым виконтом Ротмером.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 17:43 #9 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Глава 8
[/b]


Джейн лежала в постели, держа перед собой кулон, и зачарованно наблюдала, как он переливается в свете лампы. Камень посередине был размером с серебряный доллар, овальный, с множеством граней, казалось, он впитывает свет золотистыми глубинами. Топаз окружали квадратные алмазы, сверкающие как звезды.
Она боялась даже подумать о том, сколько в кулоне карат или сколько он может стоить. И она не сомневалась, что камни настоящие. Джейн расстроенно покачала головой. Не стоило брать его, даже понарошку. Это украшение предназначалось другой, а не женщине, которую Рис едва знал.
Зачем она приняла его? Она ведь могла отказаться. Могла убедить его, что еще слишком рано. Да в чем угодно. Но она взяла его и надела. И на какое-то мгновение притворилась, что это изысканное украшение в самом деле предназначалось ей. Не потому что кулон явно был дорогим или красивым, а потому что он вызывал в ней такое ощущение, словно ее место действительно здесь – рядом с ним.
Она перекатилась по кровати и положила кулон на ночной столик, цепочка золотой лужицей окружила подвеску.
Подложив ладони под щеку, она продолжала разглядывать подарок.
Как это ни печально, сегодня было лучшее рождество в ее жизни. И о чем это говорит?
Она прикрыла глаза, и на нее нахлынули воспоминания о Мэне. Рождество в полуразвалившемся, мрачном старом доме, отец, слишком погрязший в мире фантазий, чтобы уделять дочери внимание, которое было так ей необходимо. Одиночество.
Ее как обычно охватило чувство вины. Отец делал все, что в его силах. Может, просто она ждала слишком многого.
Джейн открыла глаза и снова посмотрела на кулон. Нужно думать об этой ночи, как о просто хорошо проведенном времени. Подарок, снег и огонь в камине. Это было так здорово. И поцелуй Риса. Очень здорово.
Она потерла губы костяшкой указательного пальца. Нежную кожу начало покалывать от одного лишь воспоминания о поцелуе. Его прикосновения были такими чудесными - идеальными. И пока он обнимал ее, ей даже в голову не приходило, что не следовало отвечать на его поцелуй. Когда он прикасался к ней, все было правильным, все внезапно начинало иметь смысл.
Ночь была волшебной, и такой она ее и запомнит – даже когда они оба вернутся в реальный мир.
Она снова устало закрыла глаза. Кто знает, может, все это просто сон, и завтра она проснется в Мэне. Одна.

Джейн вздрогнула, открыла глаза и попыталась понять, где находится. Она в квартире Риса, в красивой сине-белой комнате. Но сейчас комната больше не казалась ни уютной, ни безопасной. Здесь чувствовалось чье-то присутствие, жуткое и зловещее.
Она лежала, не двигаясь, едва дыша, укрывшись до подбородка, и прислушивалась. В комнате было тихо; даже шум города не нарушал тишину. Но ей не нужно было слышать то, что здесь находилось. Она могла чувствовать это. Воздух стал пронизывающе сырым и касался кожи, словно холодные, липкие ладони, даже под толстыми покрывалами. Она подавила дрожь, оставаясь абсолютно неподвижной.
Ощущение никуда не делось. Наоборот, стало сильнее. Что-то влажно-липкое коснулось лодыжек и скользнуло вверх по ногам. Обвилось вокруг рук, вдавливая ее в матрас, не давая пошевелиться.
Джейн посмотрела на часы. Шесть тридцать утра. Комнату все еще слабо освещал ночник, стоящий на столике, скоро встанет солнце. Она знала, что это глупо, но сейчас ей было все равно. Джейн чувствовала, что здесь кто-то есть. Кто-то или что-то, и это что-то плохое. Она поняла, что надо бежать. Давление усилилось, Джейн начала задыхаться.
Собравшись с духом, она задержала дыхание и спрыгнула с постели - мимо возвышения, сразу на пол – словно ребенок, испугавшийся монстра под кроватью, но ей было плевать. Она просто знала, что нужно срочно выбраться отсюда.
Джейн промчалась мимо двери Себастьяна, хотя его комната была ближе. Ее единственной мыслью было добраться до Риса.
Она не стала стучать, просто распахнула дверь и забежала внутрь. Только захлопнув дверь, она поняла, что осталась в абсолютной темноте. Слегка приоткрыв ее, чтобы впустить свет из коридора, Джейн бросилась в ванную, включила свет, вернулась к двери и снова закрыла. На этот раз на замок.
Она посмотрела на кровать, где на спине лежал Рис, одеяла укрывали его от талии, оставляя открытой грудь. Глаза его все еще были закрыты.
Как можно спать, когда она тут носится, хлопая дверьми?
Джейн подошла к постели и дотронулась до его плеча, удивившись прохладе его кожи.
- Рис, - прошептала она.
Когда он не пошевелился, она повторила его имя громче.
Нет ответа. Запаниковав, она пихнула его в бок, чуть не прокричав его имя. Что если зло, которое она почувствовала в своей комнате, сперва добралось до Риса? Он не двигался, и в тусклом свете Джейн не могла понять, дышит ли он.
Когда она уже собиралась бежать проверить Себастьяна, ресницы Риса дрогнули.
- О слава богу, - воскликнула она и обвила его руками, насколько только позволяло его положение.
Вяло, словно еще толком не проснувшись, он поднял руки и обнял ее в ответ.
- Джейн… что случилось?
Она отстранилась.
- В моей комнате кто-то есть.
Рис нахмурился, на его лице отразилась растерянность.
- Что?
По его тяжелым векам Джейн поняла, что он кажется растерянным скорее от усталости, чем от ее слов. Поэтому она медленно повторила:
- В моей комнате кто-то есть.
- Ты видела кого-то?
- Нет… но я знала, что он там.
Рис кивнул, хотя она была почти уверена, что он ей не поверил. Он похлопал по постели.
- Ложись.
Она остановилась в нерешительности, потом обошла кровать и забралась под покрывала. Повернувшись к Рису, она поняла, что он уже снова заснул. Он опять был абсолютно неподвижен.
Она перевернулась на бок и посмотрела на запертую дверь. Холодное, противное ощущение исчезло. Все казалось таким нормальным, но она ни за что не вернется в коридор. Или в свою комнату.
Джейн передернуло, и она сильнее завернулась в покрывало. Может, это был просто дурной сон. Или она перенервничала из-за того, что случилось с тем парнем из бара. Или даже из-за ограбления. Но сейчас это неважно, потому что она останется здесь – даже если утром Рис решит, что она трусиха.
* * *
Кристиан появился в заброшенном здании, которое сделал своим временным убежищем, как раз когда на горизонте появились первые лучи солнца.
Он упал на матрас, который положил посреди зала – там, куда не доставали смертоносные лучи.
Его одолевала усталость – для таких как он это было нормально, особенно в ясные солнечные дни.
Но последняя его мысль, прежде чем он погрузился в черное забытье, была о женщине Риса. Он пришел проверить, как тот пережил нападение, и обнаружил маленькую смертную из аллеи. От нее пахло Рисом.
Как интересно.
Нужно за ней приглядывать.

Оперевшись на локоть, Рис смотрел, как Джейн спит. Они оба умудрились проспать весь день.
Она лежала, прижавшись к нему, положив голову ему на изгиб локтя. Ровное тихое дыхание тепло щекотало грудь и плечо.
Он не мог понять, чем ему так нравится то, как она дышит. Но в этом было что-то завораживающее, почти возбуждающее. То, как билась жилка сразу над ямкой между ключицами.
Он поднял руку, чтобы потрогать ее, но вместо этого откинул прядь медных волос с ее щеки. Его пальцы чуть задержались, и он подумал, какая нежная у нее кожа, чистая и гладкая, как бледно-розовый фарфор. Его палец скользнул к ее губам, кожа здесь была розовее и еще мягче.
Он убрал руки, боясь разбудить ее. Она казалась такой расслабленной – совсем не похожей на настороженную, неуверенную в себе женщину из предыдущей ночи.
Конечно, он понимал ее страхи. Ее лишили всего, что она знала, и она оказалась в абсолютно новом мире в окружении незнакомцев, совершенно не похожих на нее.
Слишком непохожих, - подсказал внутренний голос, но он отбросил эту мысль. Нет – он все делает не так. Ему просто нужно заставить ее понять, по-настоящему понять, что теперь он будет о ней заботиться. Под всей ее неуверенностью он чувствовал смелость. У нее все будет хорошо.
Он положил ладонь ей на талию и обнял.
Она с довольным вздохом приникла к нему, а потом вдруг открыла глаза и посмотрела на него. Вся ее доверчивость испарилась.
- Доброе утро.
- Привет, - сказала она, отодвигаясь.
Он знал, что нужно отпустить ее, так должен был поступить настоящий джентльмен, это было правильно, но его рука крепко держала ее.
Она еще шире распахнула глаза, замерла, сглотнула и сказала:
- Мне не следовало сюда приходить. Я… я думала, что в моей комнате кто-то есть. Но, наверное, это был просто плохой сон.
Рис кивнул. Он помнил.
- Я сейчас проверю. Нужно было сделать это еще ночью, но я устал сильнее, чем думал.
- Тогда я лучше оставлю тебя отдыхать. – Она попыталась соскользнуть с матраса.
Да, он устал, устал сильнее, чем когда-либо. Сон окутал его неотвратимой чернотой. Но сейчас он чувствовал себя великолепно. Полным энергии, словно заново родился.
- Я и так хорошо отдохнул, - заверил он ее, позволив слегка отодвинуться, но так и не отпустив талию. Он нежно погладил ее бок, его прикосновения не были ни настойчивыми, ни агрессивными, скорее убаюкивающими и успокаивающими.
Она снова замерла, зеленые глаза поймали его взгляд.
- Я знаю, что должен отпустить тебя, - честно сказал он. – Но мне нравится обнимать тебя. Прикасаться к тебе.
В ее глазах отразилась тревога, но Рис видел, что они потемнели от желания.
Какое-то мгновение она молчала. А потом призналась:
- Мне тоже нравится, когда ты ко мне прикасаешься.
Большего поощрения ему не требовалось. Он притянул ее к себе и прижался к ее губам.
Джейн поцеловала его в ответ, обвив руками шею. Здравый смысл твердил, что она поступает неправильно, что она сама себе сделает больно. И что по отношению к Рису это тоже несправедливо. Но ее тело пело и не обращало абсолютно никакого внимания на здравый смысл.
И Джейн послушалась тела, которое сжималось от смеси нервного возбуждения и страсти. Она запустила пальцы в шелковистые волосы Риса, крепче прижимаясь к нему.
Его рот приник к ее губам, лаская, пробуя на вкус. Он слегка покусывал ее и ласкал языком.
Она застонала, наслаждаясь каждым его движением, повторяя их, желая заставить его почувствовать то же, что и она. Обжигающий жар.
Он тоже застонал и углубил поцелуй.
Его рука продолжала гладить ее сквозь тонкий хлопок пижамы, медленно скользя вверх-вниз и снова вверх. Его ладонь казалась большой и горячей, а пальцы – волшебными. Она хотела почувствовать их на своей обнаженной коже, на всем своем теле. Она никогда не испытывала ничего подобного, никогда и никого не хотела так сильно. И даже хотя она нервничала и испытывала неуверенность, Джейн не хотелось останавливаться.
Но он остановился. Его губы оставили ее, и он посмотрел на Джейн. Комнату освещал лишь слабый свет из ванной, но она видела его глаза, они блестели, словно в янтарной глубине горело пламя.
- Джейн, скажи мне остановиться. Скажи, что мы поступаем неправильно. Скажи, что нужно подождать.
Она посмотрела в его красивое лицо, на четко очерченные губы, высокие скулы. Да. Самое время поступить правильно. Остановиться.
- Не могу, - прошептала она. Она слишком хотела его, слишком долго ждала этого.
Он застонал, словно ее слова причиняли ему физическую боль, но его губы снова вернулись к ее губам, накинувшись с таким яростным голодом, что Джейн тут же забыла о своей слабости. Все казалось таким правильным.
Она скользнула ладонями по гладкой коже его плеч, наслаждаясь тем, как перекатываются мышцы под ее пальцами.
Рука на ее талии сжала край топа, медленно задирая, и широкая ладонь бархатом прошлась по коже. Он потянул хлопок вверх, пока не обнажилась ее грудь. Рис слегка отодвинулся и окинул ее взглядом.
- О, боже, Джейн, ты такая красивая.
По ее венам, по коже, заструилось наслаждение. Она никогда такого не испытывала. Она всегда думала, что если кто-то увидит ее голой, ей будет слишком неловко, но сейчас не было никакой неловкости, лишь глубокая, мучительная жажда.
Груди ныли и пульсировали. Соски затвердели, словно умоляя его прикоснуться к ним. И он послушно подчинился, нежно сжав заострившиеся вершинки пальцами. Рис продолжал наблюдать за ней. Он смотрел, как его пальцы дразнят ее, следя за реакцией.

Она застонала и выгнулась, умоляя о большем.
Он снова подчинился, наклонившись и поймав один из сосков ртом, осторожно царапая нежную плоть зубами.
Она ахнула и снова выгнулась, вжимаясь в его тело, впервые заметив, что он обнажен, когда почувствовала, как его твердая плоть обожгла ее бедро. Но удивление исчезло под жаром его рта.
Его губы перешли к другому соску.
- Пожалуйста, Рис, - взмолилась она.
- Пожалуйста, что, Джейн? – спросил он, словно запыхавшись, глаза его заблестели еще сильнее.
- Я… н-не знаю, как сказать, чего хочу.
Он поймал ее взгляд.
- Просто скажи. Можешь сказать мне все.
Сердце стучало в груди, в ушах. Все? Его слова были самой возбуждающей фантазией, какую она только могла себе представить.
Она посмотрела на Риса. Он был таким красивым, линия подбородка, форма губ, шелковистые волосы. И тело. Мечта любой женщины.
И она понятия не имела, что с ним делать.
- Как тебе такая идея, - сказал он и уткнулся носом ей в ухо, пощекотав дыханием кожу, его слова коснулись ее словно замша. – Я буду делать что-нибудь, а ты - говорить, нравится тебе или нет.
Она кивнула, закрыв глаза, наслаждаясь прикосновением его губ к мочке уха.
Он слегка прикусил кожу.
Она всхлипнула, почувствовав укус.
- Понравилось?
Она снова кивнула.
Он поцеловал ее в шею, его губы начали ласкать чувствительную кожу за ухом.
Она вздрогнула, снова почувствовав, как по всем членам растекается возбуждение.
Его губы задержались на мгновение, прежде чем он спросил:
- А так?
- Да. – Голос ее был едва слышен.
- Мне остаться здесь? – Он лизнул ее в шею. – Или вернуться сюда? – Он приподнялся на руке, чтобы второй погладить ее грудь, словно перышком задевая напряженные, ноющие соски.
Она ахнула, будто от боли.
- Моя… моя грудь. Пожалуйста.
Он улыбнулся несколько самоуверенно, но желание во взгляде делало его поразительно красивым в ее глазах. Рис ущипнул ее набухший сосок – она со свистом выдохнула.
- Нравится? – Он снова сжал твердый бутон, нежно перекатывая его между указательным и большим пальцами. – Или лучше так? – На смену пальцам пришел рот.
- Рис. – Его имя слетело с губ.
Он продолжал мучить ноющие соски, втягивая их глубоко в рот, дразня языком.
Она задержала дыхание, тянущая боль внутри все усиливалась, становясь почти невыносимой. Значит, вот каково это – заниматься любовью? Словно ее несет по волнам неизвестно куда, а Рис – единственный, кто может ее спасти.
- Мне нравится прикасаться к тебе, - прошептал он у ее груди и провел языком по другому соску. – Нравится твой вкус.
Она изогнулась под ним, тело молило о том, чего она не могла выразить словами.
- Где еще мне тебя потрогать? – Вопрос мог бы прозвучать небрежно, если бы дыхание Риса не было таким же тяжелым, как и ее.
Она снова прижалась к нему. Пульсирующее местечко между бедер молило о его прикосновениях. Но Джейн все еще не могла объяснить ему, чего хочет.
- Может, тебе понравится, если я потрогаю тебя здесь. – Его палец скользнул между ее бедер, легкое прикосновение к тому месту, которое так отчаянно жаждало его ласк.
Она инстинктивно приподняла бедра, вжимаясь в его ладонь.
Он глубоко застонал и хрипло проговорил:
- Джейн, ты меня прикончишь.
Она не поняла, комплимент ли это, но ей совсем не хотелось думать, потому что он подцепи пояс пижамных штанов и потянул вниз. А потом его палец раздвинул складки плоти, чтобы потрогать ее в том самом месте, что сводило ее с ума, и единственном, которое могло вернуть ей рассудок.
Он стал гладить ее, пока она не начала повторять его имя словно мантру. Несколько раз она думала, что магия его пальцев и ее молитвы все-таки приведут ее к разрядке. Но стоило ей оказаться на грани, как он отстранялся.
- Я… я больше не могу, - выдохнула она и затуманенными от страсти глазами посмотрела на него.
Он ухмыльнулся, его глаза потемнели от желания.
- Скажи, чего ты хочешь? Тебе придется попросить меня.
- Я не могу.
- Тебе придется.
Она заглянула ему в глаза, и голод, который она там увидела, придал ей смелости, сорвав все запреты.
- Рис, я хочу тебя. Возьми меня. Пожалуйста.
Он передвинулся, так что его твердое тело прижалось к ней. Кожа к коже. Сокращающиеся мышцы. Обжигающий жар.
Джейн снова ахнула.
Он приподнялся на руках, чтобы ей не было тяжело.
- Ты в порядке?
В порядке? Она вздохнула, лаская мышцы его спины, прижимая его еще крепче.
- Мне никогда не было так хорошо, - искренне ответила она.
Какую-то секунду он смотрел на нее, а потом послал ей улыбку, полную желания и восхищения.
- Мне тоже.
Рис опустил голову и снова поцеловал ее. Его тело нежно терлось о ее грудь и живот. Но она хотела большего. Она хотела его всего.
Джейн раздвинула ноги, обвив его бедра, и почувствовала, как его член прижался к ней.
Он продолжал целовать ее, их языки сплелись, его ладонь скользнула между ее раздвинутых ног. Пальцы раздвинули нежные складки, и он обвел одним из них бугорок.
Она застонала ему в губы и выгнулась.
- Пожалуйста, - снова попросила она и почувствовала, что он улыбается.
Он убрал руку. Удерживая ее взгляд, он стал входить в нее дюйм за дюймом.
- Ты в порядке? – спросил он, оказавшись глубоко внутри нее.
Джейн кивнула. Тело словно натянулось, став чересчур чувствительным, но было просто здорово ощущать этого сильного, великолепного мужчину в себе.
Рис не двигался. Это убивало его, но он не хотел сделать Джейн больно. Ему хотелось показать ей, что она выходит замуж за великодушного любовника – не эгоиста из прошлой ночи. Показать, что она никогда не пожалеет, если будет принадлежать ему.
Но, черт возьми, в ней было так хорошо. Она была такой тугой, горячей и влажной.
Он стиснул зубы и заставил себя не двигаться. Удерживая вес на одной руке, другой он скользнул по телу Джейн. Начал ласкать сморщенные розовые соски, но когда она стала нетерпеливо извиваться, скользнул рукой меж их слившимися телами.
Ноги ее были широко раздвинуты. Он дотронулся до крошечного набухшего бутона, лаская его легкими движениями, пока Джейн не начала двигать бедрами, словно имитируя будущие сильные, глубокие толчки. Но сейчас ему хотелось помучить их обоих.
Он надавил пальцем сильнее.
Она застонала, звук был почти болезненным. Ее бедра приподнялись, втягивая его глубже. Мышцы стиснули его плоть.
Он ускорил темп, лаская ее быстрыми, настойчивыми движениями, пока она не вскрикнула, отчаянно сжав его внутри себя, чуть не заставив последовать за собой.
Он смотрел, как она закрыла глаза, как успокаивается ее дыхание, становясь медленнее, глубже. Наконец она заморгала и посмотрела на него затуманенными глазами, щеки ее порозовели.
- О боже, - прошептала она, хватая ртом воздух.
Он улыбнулся. Похоже, это ее любимые слова после оргазма.
- Тебе хорошо?
Она кивнула, щеки из розовых стали ярко-красными.
- А так? – Он вышел почти полностью, оставив внутри только головку, а потом медленно погрузился обратно.
Ее глаза расширились.
- О боже, - выдохнула она, впившись пальцами в его спину.
Он ухмыльнулся и повторил движение. Снова и снова. Врываясь в нее все сильнее и глубже, так что скоро оба задыхались от напряжения, и на этот раз он не остановился, пока они не закричали от наслаждения.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 18:07 #10 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Бета: Viktoria))))

Глава 9
[/b]


Джейн тихо застонала, когда Рис вышел из нее. Чувствовать его внутри себя было так странно, и все же сейчас, когда он вышел, ощущения оказались еще страннее.
Он перекатился на бок и притянул ее к себе, так что они оказались лежащими лицом к лицу, их руки продолжали ласкать разгоряченные тела друг друга.
- Ты в порядке? – спросил он.
- В полном, - ответила она. – Лучше, чем в полном. – И это было абсолютной правдой. Она не могла себе представить более приятные ощущения и более идеального мужчину.
- Ты само совершенство, - согласился он, словно услышав ее мысли. Большая ладонь нежно погладила ее бедро.
Она вздохнула. Значит, именно над этим школьницы хихикают в раздевалках, а молодые девушки обсуждают за кофе в кафешке у колледжа. Джейн всегда чувствовала себя другой, она была слишком занята учебой и домашними делами, чтобы тратить время на парней. А теперь, в двадцать пять, она наконец-то поняла. Не дав себе времени подумать, она добавила:
- Я наконец-то чувствую себя нормальной.
Рис вскинул брови и насмешливо улыбнулся.
- Нормальной? Я рассчитывал на несколько иной результат.
Зачем она это сказала?
- Я… я… - Джейн поморщилась, пытаясь подобрать верное объяснение. – Я о том, что теперь понимаю все, о чем говорят другие женщины.
Его улыбка стала шире.
- Женщины говорят о сексе?
Она распахнула глаза, удивленная вопросом.
- О да, постоянно.
Выражение на лице Риса стало смесью веселья и изумления.
- В самом деле? Значит, порядочные леди вовсе не такие порядочные, какими кажутся?
Джейн нахмурилась. Она умудрилась снова забыть, что Рис живет не в том времени, что и все остальные.
- Ну… наверное, порядочные женщины говорят об этом не так уж много.
- Пытаешься сказать мне, что не общаешься с порядочными леди? – Он ухмыльнулся и притянул ее к себе. – Или что ты не одна из них?
Нет, она точно не одна из них. Если бы в ней было хоть что-нибудь респектабельное, она бы не позволила всему этому произойти. Она бы оставила его постель, как только проснулась. Но ее воспитание и рассудок покинули ее при одном лишь взгляде на Риса.
- Я… я совершенно точно не такая, как ты считаешь. – Джейн вздохнула, задумавшись, каким будет его мнение о ней, когда к нему вернется память. Она была уверена, что образ будет нелестный.
Рис отодвинулся и посмотрел ей в глаза. Несколько секунд он разглядывал ее молча.
- Почему ты так говоришь?
Что она могла ответить? Я не твоя невеста. Я просто женщина, которую ты встретил в убогой забегаловке.
- Так о чем ты? – повторил он, голос его стал ниже и требовательнее.
- Я-я имела в виду просто… - Она не знала, что сказать.
Он внезапно перекатился и притиснул ее к матрасу – его лицо оказалось прямо над ее.
- Мне все равно, кто ты, Джейн. Потому что теперь… теперь ты моя.
Его рот накрыл ее приоткрытые губы, поймав испуганный вздох. Поцелуй был агрессивным и настойчивым, не оставляющим сил оттолкнуть его. Хотя не то, чтобы Джейн этого хотелось. Она хотела принадлежать ему – очень хотела.
Он перестал целовать ее так же неожиданно, как начал. Уставившись на нее сверху вниз, он внимательно изучал ее лицо, и Джейн подумала, не вспомнил ли он что-нибудь. Кто он – кто она…
- Ты именно такая, какой я тебя считаю, - тихо ответил он, голос его прошелся по ее коже подобно бархату.
- Красивая, милая, честная и такая… такая желанная женщина.
От этих слов она должна бы растечься по матрасу лужицей блаженства, но нет – это ведь неправда. Особенно насчет «честной».
Он вздохнул и нахмурился.
- Снова совсем не та реакция. – Его хмурый взгляд смягчился, и он откинул прядь волос с ее щеки.
- У меня такое ощущение… - Она пыталась не врать. А значит, сказать лишь ту правду, которая не разрушит созданный Рисом мир, - что я тебя использую.
Он изумленно уставился на нее. А потом расхохотался и перекатился на бок, все так же прижимая ее к себе. Вибрация его груди послала теплую волну по ее телу.
Он снова навис над ней так, чтобы видеть ее лицо, прижавшись грудью к ее груди.
- И мне это нравится. А теперь тебе придется сделать из меня честного мужчину.
Она улыбнулась в ответ, но от чувства вины улыбка вышла натянутой. Честного. Снова это слово. Ведь это она спала с ним под фальшивым предлогом. Джейн чувствовала себя настоящей… какой же там был исторический термин? Распутницей? Ага, в самую точку.
Почему-то она думала, что Себастьян вовсе не это имел в виду, когда нанял ее для заботы о Рисе.

Себастьян сидел в гостиной и читал «Участь Сейлема», когда в комнату вошел Рис. Насвистывая.
- Доброе утро.
Себастьян уставился на брата. Рис никогда не свистел. И никогда не вставал в хорошем настроении.
И что это на нем надето?
- Что это на тебе?
Рис посмотрел на свою одежду, темно-коричневая застегнутая на все пуговицы рубашка и потертые джинсы.
– Джейн привезла это из Америки. По крайней мере, я так думаю, и мне показалось, что будет невежливо не носить эту одежду. – Он снова оглядел себя. – Вообще-то она довольно удобная.
Себастьян не знал, что сказать. Рис в джинсах. Он был слишком чопорным для нормальной одежды. Он всегда носил только черное. Себастьян даже удивлялся, что Рис не одевается как Дракула и не выскакивает из-за угла, как какой-нибудь грозный метрдотель.
Рис плюхнулся на стул, закинул ноги на кофейный столик, скрестив лодыжки и широко улыбнулся.
Себастьян заморгал и, наконец, обрел голос.
- Ты выглядишь… счастливым. – Боже, понадобится время, чтобы привыкнуть использовать это слово по отношению к Рису. А тот продолжал улыбаться – да, это даже немного нервирует.
- Похоже, моей невесте кажется, что она меня использует. – Он довольно вздохнул. – Я скомпрометирован.
Себастьян тоже улыбнулся. А, значит Рис наконец-то трахнулся. Это многое объясняло. Да-а, немного ж времени им понадобилось. Он-то думал, что кто-нибудь из них будет бороться с притяжением – ну, хотя бы недолго.
- Это здорово. Ты уже давно нуждался в том, чтобы «тебя скомпрометировали», - заметил Себастьян.
Рис ухмыльнулся.
- Думаю, теперь ей придется выйти за меня.
Себастьян закатил глаза. Только Рис может быть таким правильным – даже когда бредит.
Рис вдруг стал серьезным.
- Нужно попросить, чтобы в церкви сделали объявление. Я должен идти. Скажу Спенсеру приготовить карету. – Он поднялся.
Себастьян вскочил.
- Ты… ты уже это сделал.
Рис нахмурился.
- Да? Я уже говорил со священником? Или уже просил Спенсера приготовить карету?
- Первое. Сразу после приезда Джейн – по пути с лайнера – то есть, с корабля.
- В самом деле? Но я же был пьян!
Себастьян пожал плечами и кивнул.
- Тебе понравилось то, что ты увидел, поэтому ты решил, к чему ждать.
Рис потер лицо, а потом посмотрел на Себастьяна.
- Как будто она лошадь, которую я внезапно решил купить? Боже, удивительно, что она не сбежала прямо оттуда.
- По-моему, ты ей нравишься.
- Только вот ума не приложу, чем. Или как перед ней извиниться.
- Советую секс. Ей ведь нравится, так?
Рис, открыв рот, уставился на брата.
- Подумать только, а ведь мама хотела, чтобы ты стал священником.
Себастьяна передернуло. Да, он избежал этого, выбрав вампиризм. Мать бы гордилась.
Рис покачал головой, явно недовольный своим «ужасным» поведением.
- Нужно пойти посмотреть, что повар готовит на завтрак. Джейн, должно быть, умирает с голоду.
Себастьян шагнул вперед и перегородил ему дорогу.
- Праздники, - сказал он.
На лице Риса застыло недоумевающее выражение.
- Повар – и вся прислуга – уехали на праздники.
- Вся? Одновременно?
Себастьян кивнул.
- В то время это казалось правильным решением.
- Дай-ка догадаюсь. Мы оба надрались?
- Ага.
- Напомни мне еще раз, зачем я вообще послушал Кристиана, - проворчал Рис скорее себе, чем Себастьяну, а потом вышел из гостиной и направился на кухню.
«Что ж, - подумал Себастьян, упав обратно в кресло и с облегчением вздохнув, - пока все идет неплохо».
Если не считать того, что в квартире совсем нет еды. Он постоянно забывал, что смертных нужно кормить. Придется позвонить Мику и попросить его сходить в магазин. В остальном все идет лучше, чем он предполагал. И уж точно гораздо быстрее.
Если Рис будет и дальше верить, что он смертный, может, он поймет, что мог бы получить Джейн, даже будучи вампиром. К тому же Джейн тоже понадобится время, чтобы принять правду о Рисе. Некоторые смертные, конечно, чересчур чувствительны в вопросах, касающихся немертвых, но Себастьян не думал, что Джейн из таких. Он кое-что почувствовал, когда разговаривал с ней. Она знала, что такое смерть.
Но главное то, что между Рисом и Джейн есть связь. И она была сильнее тех, что он когда-либо чувствовал между вампирами.
Может, его правильный братец наконец-то поступит правильно, обратит эту женщину и женится?

Джейн разглядывала себя в зеркале. Обычная юбка и рубашка выглядели вполне нормально. Очень прилично. Никто бы не догадался, что она шлюха, которая совсем не умеет себя контролировать. Джейн сама не могла в это поверить.
Она только что занималась сексом с Рисом!
Пока он обнимал ее, все казалось таким правильным. Но сейчас… Сейчас она не могла поверить в то, что наделала. Как ее жизнь могла так покатиться под откос? Уезжая из Мэна, она была полна решимости заниматься тем же, чем и другие женщины. Она думала, что станет ходить на свидания. Узнает, что такое близость. Заведет друзей и научится развлекаться. Пока же она сразу перешла ко второму пункту.
Сердце бешено заколотилось, в животе и пальцах началось покалывание, которое тут же перебралось к чувственной плоти между ног. О, да, теперь она точно знает, что такое близость – и это было так… так здорово.
Но она не позволит этому случиться снова. Как бы он ей ни нравился, они не могут еще раз заняться сексом.
По крайней мере, пока он не поправится. Это неправильно.
Хоть и казалось чертовски правильным.
Джейн сердито посмотрела на свое отражение. Она не должна об этом думать. И не станет.
Но, возможно – возможно, однажды, когда Рис поправится, они смогут начать все заново. Она могла бы узнать настоящего Риса. И, возможно, он не станет думать о ней плохо из-за одной ошибки, и они смогут… начать встречаться.
Ага, а еще, может быть, Рис в самом деле виконт.
Скорее всего, когда к нему вернётся память, он тут же вспомнит, что ему нравятся только женщины, которые выглядят так же сногсшибательно, как и он сам. А не маленькие, неприметные и лишенные нравственных убеждений.
Она поправила юбку, пригладила блузку и вышла из комнаты, чтобы найти Риса – объяснить ему, что нужно подождать. Он, конечно же, подумает, что она говорит о свадьбе, что просто замечательно, потому что никакой свадьбы все равно не будет.
Но вместо Риса она обнаружила Себастьяна. Когда Джейн вошла в гостиную, он поднял глаза от книги, которую читал, и улыбнулся.
- Привет. Хорошо выглядите.
Она улыбнулась, но почти не обратила внимания на комплимент. Джейн была слишком поглощена мыслями о том, что должна сделать.
- Вы видели Риса?
- Да, видел. – Он улыбнулся, окинув ее понимающим взглядом.
О нет. У Джейн внутри все оборвалось.
- Я тут слышал от Риса, что вы его скомпрометировали.
Она покраснела и с трудом подавила стон.
- Мне очень жаль. Знаю, не следовало это допускать… мне нет оправдания. Я могу уйти прямо сейчас. – Джейн понятия не имела, куда пойдет, но придется что-нибудь придумать.
- Вы шутите? Уйти? Джейн, все просто превосходно. Я о том, что в постели вы уж точно не выпустите его из виду, ведь так?
Джейн уставилась на него, открыв рот. С каждым днем ей все больше казалось, что оба брата чокнутые.
- Но это нечестно по отношения к нему. Он считает, что мы помолвлены. Кроме того, вы мне платите. Все это… непорядочно.
- Значит, - протянул Себастьян, - это идет вразрез с вашими моральными принципами?
- Да.
Он покачал головой, в каре-зеленых глазах плясали веселые искорки.
- Черт, да вы двое просто идеально друг другу подходите.
Она нахмурилась, не понимая, о чем он говорит.
- Послушайте, - сказал он, - вам ведь нравится Рис?
Она кивнула.
- И вы хотите быть с ним?
Джейн задумалась, не стоит ли солгать, но не смогла. Она действительно хотела быть с ним – очень хотела. Джейн кивнула.
- Тогда я не вижу здесь проблемы. Не думаю, что Рис находит вас привлекательной только из-за амнезии. Черт, да ничто не смогло бы привлечь его к настоящей неве…
Джейн уставилась на него, широко распахнув глаза. Он говорит о настоящей невесте Риса? У нее закружилась голова.
Себастьян тут же оказался рядом и взял ее под руку, словно понял, что ей стало плохо.
- Я не так выразился, - сказал он, голос его звучал ровно, но в нем явно проскальзывали виноватые нотки.
- Похоже, Рис считает себя нашим предком, а я видел изображения американки, на которой женился настоящий виконт. Она была… некрасивой.
Джейн накрыло волной облегчения. По крайней мере, не придется добавлять измену к списку прегрешений.
- Джейн, сейчас Рис выглядит счастливее, чем за все предыдущие годы. И дело не в амнезии, дело в вас.
Ее сердце заколотилось при мысли, что она делает Риса счастливым – но что-то в словах Себастьяна казалось странным. С какой стати с амнезией Рису быть счастливее? В его настоящей жизни были вещи, о которых ему хотелось забыть? А, может быть, она просто видит в словах Себастьяна то, чего в них нет?
Джейн изучающе посмотрела на него, пытаясь понять, в чем дело, но каре-зеленые глаза ничего не отражали.
Она вздохнула.
- Мы с Рисом даже не знаем друг друга. И не можем узнать, потому что он считает себя виконтом, а я притворяюсь его невестой.
- Но так будет не всегда. Вы ему подходите.
Ей так хотелось, чтобы это было правдой.
- Джейн, я знаю своего брата. Он очень требователен, и если он с вами, то только потому, что хочет вас. А не потому, что вы случайно стали частью его иллюзий. Просто расслабьтесь.
Как было бы здорово последовать его совету. Но Джейн все так же думала, что продолжать сексуальные отношения неправильно. Нужно подождать, пока они не узнают друг друга по-настоящему.
- Вы ведь останетесь? – спросил Себастьян.
Джейн кивнула. Она останется. Она продолжит пользоваться предлогом, что такое решение самое разумное, учитывая ее финансовое положение, но Джейн знала, что обманывает себя. Ей просто хотелось быть ближе к Рису. А еще ей хотелось узнать о нем как можно больше. Понять его.
- Да, останусь, но я не могу принять ваши деньги, - решительно заявила она. – Если я это сделаю, то, что произошло между мной и Рисом, будет выглядеть… низко. Я останусь, потому что в долгу перед ним. А еще… вы можете рассказать мне что-нибудь о нем – о его настоящей жизни – чтобы я хотя бы что-то о нем знала? – Чтобы не думать, что спала с совершенно незнакомым мужчиной.
- Что… что он вам рассказывал?
Джейн нахмурилась. Какая разница, что говорил ей Рис? Ведь это у него амнезия, не наоборот?
Но в конце концов ответила:
- Он сказал, что ваши родители умерли.
- Да, когда мне было двадцать два, а Рису – двадцать шесть.
Джейн кивнула, значит, Рис понимал, что такое терять близких. В этом они похожи.
- У вас в самом деле есть еще брат и сестра?
- Да.
Джейн кивнула, хотя радость в ней боролась с завистью. У него были и другие, кто заботился о нем, любил его. Нет, она вовсе не этому завидовала. Ей хотелось, чтобы в его жизни был и еще кто-то. Просто его братья и сестра заставляли ее еще яснее видеть свое одиночество. А когда Рису станет лучше, она может снова оказаться совсем одна.
Джейн выпрямилась. Наверное, лучше, несмотря на прошедшую ночь, подготовиться к такому. Может, в конечном итоге так будет легче.
- Я останусь, - повторила она, - как мы и договорились. Но мне нужно найти себе квартиру и работу.
Себастьян открыл было рот, собираясь спорить. А потом закрыл. Задумчиво поглядел на нее и спросил:
- А чем вы обычно занимаетесь?
- Я управляла похоронным бюро. Но у меня степень бакалавра по бухучету. Этим я и собиралась заняться здесь, в Нью-Йорке.
- Похоронным бюро?
- У моего отца была контора. – Она подождала, ожидая от него какой-нибудь типичной реакции: отвращения или извращенного любопытства.
Но не дождалась ни того, ни другого. Вместо этого Себастьян усмехнулся и покачал головой.
- Да вы просто два сапога пара.
И прежде чем она успела поинтересоваться, что он имеет в виду, он спросил:
- Сможете разобраться в финансовых делах ночного клуба? Счета? Поставки? Выдача заработной платы? Налоги – и все такое?
Она нахмурилась.
- Почему бы нет?
- Замечательно! Вы наняты. Мы с Рисом ни черта не понимаем в финансах. И хотя мне приходится ими заниматься, я ненавижу это дело. С удовольствием спихну это на кого-то другого.
Она покачала головой, странное чувство снова завладело ей.
- Вы хотите, чтобы я работала в ночном клубе?
- Верно. Это идеальное решение. Вам не придется брать деньги за то, что вы обманываете моего брата, и в то же время останетесь здесь и будете финансово независимы.
- Но тогда я не смогу присматривать за ним – а именно для этого вы хотели, чтобы я осталась.
- Ну, мне бы не хотелось, чтобы вы брались за работу раньше нового года, а кто знает, может, к тому времени Рис уже придет в норму.
Она нахмурилась. Что-то тут не складывается. Зачем Себастьяну так нужно, чтобы она осталась? А еще ее по-прежнему мучило ощущение, что недуг Риса Себастьяна ни капельки не тревожит. Сегодня даже врач не пришел, хотя он и обещал.
- Я думала, что сегодня должен придти доктор, чтобы обследовать Риса.
Себастьян кивнул, прежде чем она успела договорить.
- Я тоже так думал. Поэтому и позвонил ему, но, оказалось, что я не так понял. Он сказал «завтра», сейчас ведь праздники.
Она кивнула. Ладно, но это все же не объясняет, почему ему так важно, чтобы она оставалась здесь.
- Даже если я соглашусь работать в клубе, мне понадобится собственная квартира… когда мы заключим новое соглашение относительно Риса.
Себастьян пожал плечами.
- Хорошо, – и поднял книгу, словно собираясь снова начать читать, а потом замер, положив книгу на колени. – Я просто думал, что раз уж у нас такая большая квартира, а вам нужно жилье, было бы легче, если бы вы просто остановились здесь. Найти хороших квартиросъемщиков в этом районе чертовски сложно, хотя, думаю, вы можете и съехать…
Джейн вдруг почувствовала себя маленьким глупым ребенком. Откуда в ней такая подозрительность? Он просто старается быть любезным, а ей кругом мерещатся скрытые мотивы.
- Думаю, вам понравится работать в «Карфакс Эбби». Это неплохое место.
Когда она растерянно нахмурилась, он пояснил:
- Ночной клуб.
Джейн кивнула. Ей в самом деле нужна была работа, а в этот раз Себастьян предлагал настоящую. В ночном клубе, который уж точно совсем не похож на похоронное бюро. Это может быть весело и интересно. Ей нравилась идея все время быть в окружении людей. Танцующих, разговаривающих, живых.
Она не собиралась задумываться, почему пульс ее слегка зачастил при мысли о том, что она будет работать с Рисом. Учитывая то, какими неопределенными были ее отношения с этим мужчиной, глупо соглашаться на эту работу. Джейн приходилось постоянно напоминать себе, что все может измениться. И, скорее всего, так и будет.
Но, с практической точки зрения, Себастьян предлагает ей великолепную возможность. Глупо от такой отказываться. И если положение изменится, когда к Рису вернется память, что ж, она станет думать об этом, когда придет время. А сейчас ей хотелось остаться, хотя Джейн и не собиралась позволять всему снова выйти из-под контроля как прошлой ночью. Она все еще считала, что, прежде чем продолжать сексуальные отношения, им с Рисом нужно подождать, пока оба не поймут, что происходит.
- Хорошо, - чуть подумав, ответила она, - я согласна.


Salem’s Lot – роман Стивена Кинга - прим. переводчика

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 18:09 #11 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Вычитка Viktoria

Глава 10
[/b]


Рис внимательно разглядывал кухню. Он никак не мог понять, в чем дело, но что-то точно было не так. Разве тут не было камина? И он готов был поклясться, что повар месил тесто на большом деревянном столе. Хотя, конечно, Рис с детства не был на кухне. А может, он просто вспоминает поместье в Дербишире. Наверное, так.
Дверь распахнулась, и в комнату вошла Джейн. На ней была простая темно-синяя юбка и белая блузка с рядом пуговиц. Воротник был расстегнут, открывая ямочку в основании шеи и треугольник кремовой кожи.
- Привет, - сказала она, смущенно улыбнувшись.
Перемены, произошедшие на кухне, тут же перестали иметь значение.
Он подошел к Джейн и прижал ее к себе. Она охнула от неожиданности, но звук вобрали его губы. После секундного колебания она все-таки ответила на поцелуй.
- Как приятно, - сказал он, когда они наконец смогли оторваться друг от друга. Пальцы Риса играли с пуговицей ее блузки.
Джейн покраснела.
- Тебе очень легко угодить.
- Вообще-то, наоборот. Я очень требователен. И очень разборчив. Просто ты само совершенство.
Она издала странный звук – что-то среднее между смешком и хмыканьем.
- Ты мне не веришь?
Она покачала головой.
- Забавно, твой брат тоже назвал тебя требовательным.
- В самом деле? Иногда Себастьян бывает прав. – Рис сжал ее бедра и заставил пятиться, пока она не наткнулась на кухонную стойку.
Комната наполнилась ее удивленным звонким смехом.
Рис улыбнулся, прижимая ее к стойке.
Улыбка Джейн померкла, и она посмотрела на него, широко распахнув серьезные зеленые глаза.
- Ты постоянно это делаешь. Реагируешь совсем не так, как я ожидаю.
Она улыбнулась, хотя улыбка вышла горькой.
- Прости, это все так ново для меня – приходится действовать методом научного тыка.
Его улыбка стала шире.
- Почему так? – спросил он.
- Мне… - Ее щеки порозовели. – Мне очень понравилось то, чем мы занимались сегодня…
- Ммм, мне тоже. – Очень-очень понравилось. Он наклонился и снова поцеловал ее.
Щеки ее из розовых стали красными.
- Но, я думаю, нам не стоит больше этого делать.
Его улыбка померкла.
- Знаю, я говорила, что не желаю ждать… но, думаю, все же придется. Подождать. Пока мы… пока положение не изменится.
Джейн не знала, какой реакции ждала от Риса, но точно не той, которая последовала.
Он вдруг развернулся и громким голосом закричал:
- Себастьян!
Подождав мгновение, он снова позвал брата.
Через несколько секунд на кухне появился Себастьян, вид у него был такой, словно он даже не слышал громогласные крики.
- Боже, Рис, ты никогда не задумывался, что можно просто пойти в комнату, где живет тот, кто тебе нужен… и поговорить с этим человеком нормальным голосом?
Рис не ответил, вместо этого бросив:
- Пожалуйста, скажи, что в доме остался хоть кто-то из прислуги.
- Что? Зачем?
- Нам с Джейн нужен викарий… и немедленно.
Себастьян озадаченно посмотрел на Джейн.
Та покачала головой. Она понятия не имела, что можно сказать или сделать. Но Рис, видимо, согласен подождать, пока положение не изменится. Только теперь он собирается изменить его как можно скорее – и пожениться. Жаль только, она говорила о другом положении.
- Хоть кто-нибудь? – нетерпеливо повторил Рис. – Я не хочу ехать в церковь верхом.
- Ну, слуг не осталось. Поэтому вам просто придется подождать, - невыразительным голосом произнес Себастьян.
И в этот момент дверь кухни распахнулась, и в комнату вошел здоровенный бритоголовый мужчина с аккуратной бородкой. Он оглядел всех присутствующих, но лицо его осталось бесстрастным.
- Мик, - поприветствовал Себастьян, а потом махнул рукой на два пластиковых пакета, которые мужчина поставил на пол. – Спасибо.
Тот кивнул и повернулся, чтобы уйти.
- Мик? – переспросил Рис.
Гигант остановился и оглянулся.
- Мик, - повторил Рис. – Вы работаете на нас?
В ответ тот вскинул брови.
- О, слава Богу! – Рис подошел к нему и хлопнул по плечу. – Приготовьте карету. Немедленно.
Брови Мика поползли еще выше, на мужественном лице появилось почти комичное выражение недоумения.
Себастьян шагнул к брату.
- Нет. Не надо готовить… карету, Мик.
- Ладно, - согласился здоровяк, слово прозвучало низко, словно раскат грома.
Рис вызверился на брата.
- Почему нет?
Себастьян на минуту замешкался, а потом заявил:
- Уже больше девяти. Слишком поздно ехать к викарию. Он уже спит.
Рис задумался и наконец кивнул.
- Пожалуй, ты прав. – Он снова повернулся к Мику. – Но, пожалуйста, приготовьте карету первым делом с утра.
Мик посмотрел на Себастьяна – тот кивнул. Гигант кивнул в ответ.
- Ладно, - сказал он, в низком голосе явно слышалось замешательство.
- Спасибо, Мик, - сказал Себастьян.
- Да ладно, - повторил тот и вышел.
Рис снова подошел к Джейн и сжал ее руки в ладонях, потирая большими пальцами костяшки.
- Завтра же первым делом мы отправимся в церковь и поженимся.
Себастьян выступил вперед.
- Вы не можете.
Рис бросил на брата сердитый взгляд через плечо.
- Нет, можем.
- Нет, не можете.
Рис выпустил одну руку Джейн и повернулся к Себастьяну.
- И почему это?
- Эээ… - Себастьян на мгновение возвел глаза к потолку, словно изучая в поисках ответа. – Ваши имена только огласили, - ответил он, а потом самодовольно улыбнулся. – Прежде чем вы сможете пожениться, должны пройти две недели.
Рис опустил глаза, обдумывая это заявление.
Себастьян коротко глянул на Джейн и поиграл бровями.
Джейн выдавила из себя слабую озадаченную улыбку. Спор казался бы смешным, если бы не был таким странным.
- Я пойду к архиепископу и скажу ему, что нам нужно особое разрешение. – Рис выразительно посмотрел на брата, хотя Джейн не поняла, в чем дело.
Себастьян, открыв рот, уставился на Риса.
- Пойдешь куда? Ты собираешься полностью опорочить репутацию Джейн?
Рис виновато поглядел на девушку.
Джейн пристально посмотрела на Себастьяна, слово «опорочить» в его устах звучало несколько странно.
- Я, конечно, потребую у викария полной конфиденциальности. Но, по-моему, репутация Джейн будет в гораздо большей опасности, если мы станем тянуть. В конце концов, у нее же нет компаньонки – нет даже горничной. И вполне возможно, она уже беременна.
Джейн, открыв рот, смотрела на братьев. Рис хотел, чтобы они поженились, потому что она может быть беременна! Сердце в груди выполнило несколько кульбитов. Она может быть беременна!
Джейн тяжело прислонилась к стойке, резкое движение отвлекло Риса.
- Ты в порядке? – спросил он, вглядываясь в ее лицо.
- Ты ведь на самом деле не думаешь, что я беременна? – Голос казался очень высоким, словно не ее. Как она могла быть такой легкомысленной, такой… такой идиоткой. Она может быть беременна. Конечно, может.
Рис нежно сжал ее пальцы.
- Это возможно.
Джейн заморгала, из-за шока ей было трудно осмыслить происходящее. А потом она заметила за спиной Риса Себастьяна. Он твердо покачал головой, несколько раз помахав руками, губы выговорили слово «нет».
Джейн нахмурилась. Что он пытается ей сказать? Она склонила голову набок и растерянно посмотрела на него.
- Себастьян? Какого черта ты делаешь? – резким голосом спросил Рис, проследив за ее взглядом.
Тот тут же опустил руки и закрыл рот. А потом небрежным тоном – словно не он только что изображал спятившего мима – отозвался:
- Хорошо. Мы получим особое разрешение, но этим займусь я. Я отправлюсь к архиепископу, а потом приведу сюда викария. Это уменьшит риск скандала.
Рис обдумал это предложение и кивнул.
- Неплохая идея.
Себастьян с облегчением вздохнул.
- Ну вот и славно. А теперь, раз у нас больше нет никаких проблем, я, пожалуй, пойду в клуб.
- Тоже неплохая идея, - согласился Рис.
Себастьян послал Джейн утешающую улыбку и вышел из кухни.
Она продолжала стоять, привалившись к стойке, пальцы Риса сжимали ее ладонь, от событий последних нескольких минут все еще немного кружилась голова.
- Джейни, ты в порядке?
Она сглотнула и с трудом встретила взгляд янтарных глаз. Может, она и правда беременна от этого мужчины? Вероятность невелика – но все же есть.
- Да, я просто не подумала о беременности, когда мы…
Он улыбнулся.
- Мы тогда мало о чем думали, кроме друг друга.
- Точно.
- Послушай, ты, должно быть, умираешь с голоду. Давай ты соорудишь нам что-нибудь перекусить, а я пока пойду в библиотеку и разведу огонь. Поужинаем там.
Она кивнула, все еще слишком ошеломленная, чтобы думать о еде.
Рис наклонился и нежно поцеловал ее, едва касаясь губами ее губ.
- Все будет хорошо, - заверил он ее еще раз.
Она выдавила из себя улыбку, и он грациозной уверенной походкой вышел из комнаты.
Джейн сделала глубокий вдох – а она-то считала, что страннее ситуация быть уже не может. Джейн сомневалась, что беременна. Да и время не то… ну, вроде бы. Джейн никогда не задумывалась о такой мелочи, как беременность. Не было необходимости. Но ей следовало бы быть более осмотрительной по многим причинам.
А она увидела Риса и будто лишилась рассудка.
- Хорошо, что вы одна.
Голос вырвал ее из задумчивости, и Джейн увидела в дверях Себастьяна.
- Да.
Он вошел в кухню.
- Откуда вдруг эта необходимость немедленно пожениться?
Джейн совсем не хотелось об этом разговаривать. По ее мнению, Себастьян уже и так слишком много знал о ее сексуальной жизни. Но, похоже, без ответа он уходить не собирался, поэтому она призналась:
- Я попыталась сказать ему, что нам нужно перестать… заниматься любовью, пока положение не изменится. Естественно, я говорила о его амнезии.
- Но он, конечно, решил, что речь о свадьбе.
Она кивнула.
Себастьян усмехнулся.
- Что ж, вы должны чувствовать себя польщенной. Он собирался жениться на вас сегодня же, только чтобы вернуть в свою постель.
- Да, это очень лестно, - сухо подтвердила Джейн. – Прямо как в сумасшедшем романе времен Регентства.
Улыбка Себастьяна потускнела.
- Простите, я не хотел, чтобы это так прозвучало.
Джейн вздохнула.
- Ничего. Но мне в самом деле кажется, что ему очень нужен доктор.
Себастьян кивнул.
- Согласен.
Он поднял пакеты, которые оставил под дверью Мик, и водрузил их на стойку.
- Здесь еда.
- Спасибо, - ответила она, рассматривая пакеты, но мысли ее снова вернулись к собственной глупости и незащищенному сексу.
Себастьян словно прочел ее мысли, потому что вдруг коснулся ее плеча и сказал:
- Не волнуйтесь. Вы не беременны. Рис не может иметь детей.
- Не может?
- Нет. Когда он был моложе, на него напала… напало животное. Ммм… летучая мышь.
Джейн нахмурилась. Мышь?
- Но как…
- Мышь была заражена, и теперь Рис не может иметь детей.
Сильная аллергия на солнце и еду, амнезия и стерильность. Рис чертовски невезучий парень.
- Это просто невероятно.
- Да. Вы не знаете и половины.
Облегчение смешалось с разочарованием. Да, она была очень рада, что не беременна. Сейчас для этого совсем не время. Но она очень жалела, что у Риса не может быть детей.
- Хорошо, - сказал Себастьян. – Я иду в клуб. Надеюсь, остаток ночи пройдет нормально.
Она тоже очень на это надеялась.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 18:13 #12 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Редактура - спасибо, Viktoria

Глава 11
[/b]


Джейн доделала сэндвич с индейкой, положила его на тарелку, добавила немного жареной картошки, потянулась было к пакету, чтобы достать еще хлеба, и остановилась.
Рису нельзя хлеб. Только протеиновые напитки и мясо с кровью.
Она передернулась и закинула в рот несколько кусочков картофеля.
- Протеиновый напиток, - задумчиво протянула она и решила сперва посмотреть в холодильнике.
Там действительно обнаружилось несколько упаковок с надписью «Для Риса». Она вытащила одну и перевернула, пытаясь отыскать способ приготовления. Ничего.
Джейн задумалась, что делать, ведь Себастьян в клубе, а Рис, скорее всего, не вспомнит, как это готовится.
По звуку жидкость внутри напоминала смешенные шоколадный и вишневый сиропы. Может, он вообще не станет пить эту дрянь. На здоровую пищу совсем не похоже – это точно.
Скривившись, Джейн направилась к шкафам и вытащила высокий стакан. А потом хмуро уставилась на упаковку. На самом верху располагались две пластиковые крышечки, похоже, особой разницы между ними не было.
Джейн с трудом отвинтила одну и налила густую жидкость в стакан. Затем поспешно закрутила обратно и убрала оставшуюся смесь в холодильник.
Взяв свою тарелку в одну руку и напиток – в другую, она поднесла стакан к носу и понюхала темный коктейль. Запах меди с примесью чего-то сладкого ударил в ноздри.
- Фу, - поморщилась Джейн, но все-таки пошла в библиотеку вместе со стаканом.
Рис сидел в мягком кресле. Он поднялся, когда она вошла в комнату, и забрал у Джейн тарелку, хмуро взирая на нее, когда ставил на стол.
- Это – наказание за то, что тебе пришлось самой готовить?
Джейн понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что он намекает на то, что она принесла всего одну тарелку.
Да, учитывая, что ее ужин гораздо аппетитнее, будет трудно убедить его выпить эту склизкую мерзость.
- Себастьян сказал, что ты… - Она подумала, что можно открыть ему правду. – Он сказал, что у тебя аллергия на многие виды пищи и обычно ты пьешь это. – Она протянула Рису стакан.
Он уставился на жидкость, на его лице смешались изумление и недоверие.
- В самом деле?
Джейн кивнула.
- А ты уверена, что не пытаешься отравить меня за то, что я был такой грубой скотиной?
- Ты не был грубым, и скотиной тоже.
Рис улыбнулся, явно довольный, взял стакан и внимательно изучил его, прежде чем сделать глоток. Задумался и наконец одобрительно кивнул.
- Не так уж плохо. – Он сделал еще глоток. – Но теплым было бы вкуснее.
- Поверю тебе на слово. – Джейн опустилась на диван и занялась сэндвичем.
Рис сел рядом с ней, и хотя он был в нескольких дюймах от нее, его мускулистая фигура словно подавляла. Его присутствие коконом окутывало Джейн. Даже сэндвич с индейкой вдруг стал казаться вовсе не таким аппетитным, как сам Рис.
- Что-то не так?
Джейн молча уставилась на него, и Рис показал рукой на половину сэндвича, про который она просто забыла.
Джейн охнула и смущенно засмеялась.
- Нет, все замечательно.
- Мне, право, неловко, что я не смог сам позаботиться о твоих нуждах.
На слове «нуждах» ее взгляд, словно сам собой, упал на его губы. Он что, специально?
- Мои… нужды полностью удовлетворены, - ответила она, стараясь не смотреть ему в глаза. Но перед тем как решительно сосредоточиться на своем сэндвиче, она все же заметила, что уголки его четко-очерченных красивых губ слегка приподнялись.
Сэндвич закончился слишком быстро, и Джейн отряхнула юбку от крошек и встала, чтобы собрать все и отнести обратно на кухню.
Когда она потянулась к его пустому стакану, Рис накрыл ее пальцы своими.
- Почему ты так нервничаешь?
Она подняла взгляд, его глаза цвета виски блестели в свете камина. В этих глазах можно утонуть.
Джейн выпрямилась и осторожно высвободила руку.
- Я не нервничаю. Просто… - Она не знала, что сказать. Она просто пыталась не показать, как сильно ее влечет к нему. Просто пыталась вести себя так, словно никогда не пробовала на вкус его поцелуев, не обнимала, не занималась с ним любовью.
- Джейн. Мы подождем. Если ты хочешь этого, значит, будем ждать. Но я не могу делать вид, что не хочу тебя.
Ее сердце екнуло.
- Понимаю.
- Поэтому иди сюда. – Он осторожно потянул ее за руку, желая, чтобы она подошла поближе. – Я просто хочу обнять тебя.
Джейн замешкалась, но все-таки придвинулась к Рису. Он прижал ее к себе, просунув руку ей под мышку.
Джейн застыла, словно каменное изваяние, ей казалось, что даже эти прикосновения неправильны.
Но Рис просто обнимал ее, его большая ладонь неподвижно лежала на ее плече, бедро прижималось к ее ноге. Очень медленно его сила и тепло и успокаивающее потрескивание огня помогли ей расслабиться. Было так здорово снова оказаться в его объятиях, что Джейн хотелось поверить в то, чего на самом деле никогда не было. Наверное, все дело в том, что раньше ее жизнь была слишком одинока.
- Расскажи мне о том, как жила раньше.
Джейн замерла. Как братья это делают? Оба обладают пугающей способностью читать ее мысли – или, по крайней мере, ей так казалось.
- Например, что? – Джейн не знала, скольким может поделиться… и вообще, хочет ли рассказывать о прежней жизни. Если придя в себя, он выставит ее за дверь, ей совсем не хотелось, чтобы Рис испытывал к ней жалость.
- На что был похож твой дом?
- Большой старый викт… старый дом.
- А твой отец часто устраивает званые вечера?
Джейн рассмеялась, прежде чем успела подумать.
- Нет, нечасто. Наш дом не слишком располагает к веселью. А мой отец… он был несколько эксцентричен.
- Да? В чем именно?
Она чуть отодвинулась, чтобы заглянуть ему в лицо. Рис следил за ней своими странными глазами, теперь в них читалось еще и любопытство.
- Что ж… - Она не знала, что ему известно о невесте из Америки. Он думает, она леди? Или незнатного происхождения? Наверное, последнее маловероятно, если он считает себя виконтом.
Джейн вздохнула. Все это слишком сложно. Именно поэтому она и не может быть с Рисом – ей хотелось рассказать ему слишком много. Хотелось, чтобы он понимал ее.
Может, оттого что они были физически близки, ей теперь кажется естественным сблизиться и эмоционально. Или все дело в том, что никто никогда не расспрашивал ее об отце и жизни в Мэне. Без этого нездорового любопытства.
- Когда мама умерла, отец… немного сдвинулся рассудком. – Она посмотрела на Риса, чтобы убедиться, что это не идет вразрез с тем, что он уже знает.
Он ждал, пока она договорит, на красивом лице ничего не отражалось.
Джейн уставилась в потрескивающее пламя и продолжила:
- Он разговаривал с ней и вел себя так, словно она не умерла. И он был не слишком… внимателен ко мне. – Она поспешно добавила: - Нет, он был хорошим и любил меня, но часть его словно тоже умерла. Он стал каким-то рассеянным и жил в своем собственном мире, и это было тяжело.
Ее снова охватило знакомое чувство вины, вины из-за обиды, которую она испытывала к отцу. Вины из-за того, что она до сих пор желала, чтобы он ставил ее, свою живую дочь, выше воспоминаний о матери.
Джейн заморгала, только сейчас поняв, что Рис так и не ответил. Она скрепя сердце подняла на него глаза, но вместо жалости, которую, как она была уверена, увидит, заметила, что он хмурится.
- Наверное, тебе было нелегко, - заметил он резким голосом. – Ты была совсем ребенком – всего десять лет. Тебе нужен был отец.
Да, нужен.
- И что ты сделала? Как ты жила? – спросил он. Его пальцы погладили ее руку, нежно потирая хлопок блузки, словно Рис думал, что она замерзла.
Джейн вздрогнула, хотя ей вовсе не было холодно.
- Я быстро повзрослела. Как и любой ребенок на моем месте, наверное.
- Элизабет тоже пришлось быстро повзрослеть, но она лишилась обоих родителей сразу. У тебя оставался отец.
Джейн ничего не ответила, хотя ее успокаивали его осторожные прикосновения, его тихое негодование. Он понимал и оправдывал ее чувства, а Джейн уже начала было думать, что испытывать их с ее стороны эгоистично.
Какая ирония – единственный человек, который понимал ее боль, сам жил в мире фантазий.
- На что была похожа твоя жизнь? Расскажи.
Джейн не хотелось рассказывать ему обо всем. О своем одиночестве, о том, как трудно быть нелюдимой дочерью спятившего гробовщика. Поэтому она просто сказала:
- Я постоянно занималась домашними делами и помогала отцу с работой.
- Какой? – спросил Рис.
Она помедлила.
- Он был владельцем похоронного бюро.
Его рука замерла. Джейн смотрела в огонь, старательно отводя глаза. Теперь его негодование сменится отвращением.
- Он был гробовщиком? – В его голосе в самом деле звучало что-то похожее.
Она кивнула.
- И твой отец занимался этим прямо там? В вашем доме?
Джейн снова кивнула.
- Да, это несколько странно, но я так выросла…
- Этот человек не достоин зваться отцом, - холодно сказал Рис. – Заставлять тебя помогать в подобном деле… заставлять тебя жить с этим.
Джейн заморгала, удивленная его внезапным гневом.
- Ну, я занималась только коммерческой стороной дела. Встречалась с семьями усопших, помогала с похоронами.
- Тебя окружала смерть. Наверное, это было ужасно… страшно.
Джейн задумалась. Да, она всегда была окружена смертью, и это было тяжело, а порой – просто угнетало, но смерть всегда влияла на ее жизнь. Она забрала у Джейн мать и отца еще до того, как тот умер. Смерть изменила ее. Сделала чудачкой. Но в ее мире смерть была единственной постоянной.
- Для меня смерть – это легко, - наконец отозвалась она. – А вот жизнь в самом деле пугает.
Рис нахмурился. Смерть – легко? Он не понимал этого. Гибель родителей оказалась самым тяжелым моментом в его жизни… А смерть Элиз…
Нет, Элизабет не умерла. О чем он думает? С чего вдруг ему в голову пришла эта мысль? Наверное, признание Джейн немного выбило его из колеи – запутало.
- Смерть – это легко? – Он никак не мог взять в толк.
- Нет, я не так выразилась. Смерть, похоронный зал – это все, что я видела. Я только теперь… начинаю строить новую жизнь… и понимаю, как мало я знаю о ней.
Рис посмотрел на нее. Джейн разглядывала его огромными, серьезными глазами. Как она может считать, что мало знает о жизни? Она просто источала внутреннюю силу. Жизнь плясала в ее зеленых глазах и в улыбке. Жизнью, полной свежести и энергии, пахла ее кожа. Он чувствовал жизнь на ее губах, когда целовал ее.
Прежде чем он успел передумать, Рис накрыл ее рот губами. Приник к Джейн, пробуя на вкус. Она тут же ответила, ее руки обвили его шею, губы прижались к его губам.
Он внезапно понял, что не только чувствует вкус жизни и энергии. Он мог слышать, как стучит ее сердце, как кровь течет по венам. Ее жизненная сила обволакивала его.
Его язык с силой раздвинул ее губы, углубляя поцелуй.
Джейн всхлипнула под его бешеным натиском, но дала ему то, чего он хотел.
Рис обхватил ее талию и потянул Джейн к себе на колени, чтобы быть ближе к ее губам, ее теплой, пульсирующей энергии.
Руки Джейн зарывались в его волосы, гладили по лицу. Казалось, она пытается успокоить его, даже давая ему все, что он так настойчиво требовал. Но постепенно Рис все-таки взял себя в руки, усмирив свою жажду.
Он поднял глаза и посмотрел на нее, голова Джейн лежала на сгибе его локтя.
- Прости, - сказал он, голос его прозвучал гораздо ниже и резче, чем ему того хотелось. – Боюсь, когда дело касается тебя, я теряю контроль.
Ее глаза блестели от того же желания, что бушевало внутри него, что совсем не вязалось с ее тяжелым вздохом.
- Я тоже.
Он улыбнулся.
- Думаю, нам просто нужно пожениться поскорее.
Она улыбнулась в ответ, но Рис заметил, что желание в ее глазах сменилось тревогой.
Рис перехватил ее поудобнее, так что она оказалась лежащей на его груди, ее макушка уперлась ему в подбородок.
- Джейн, тебе не о чем волноваться. У тебя будет такая жизнь, о какой ты всегда мечтала. А вокруг будет моя семья, наша любовь и смех.
Но даже когда он заверял ее в этом, какое-то смутное чувство не отпускало его. Странное ощущение, словно он забыл о чем-то важном. Рис никак не мог выяснить, о чем же – воспоминания просто ускользали.
Нет, он все равно не хочет вспоминать. Да и зачем? У него есть Джейн, а остальное не имеет значения.
Хотя он не мог не заметить, что Джейн не ответила на его обещание. Она ему не верит? Может, она права?

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 18:17 #13 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Редактура Тори))) В этот раз я была в ударе, да?)))

Глава 12
[/b]

Джейн плеснула воды в лицо и попыталась нащупать полотенце. Обнаружив мягкую ткань, она промокнула лицо и быстро вышла из ванной, даже не став глядеть на свое отражение.
Она не хотела смотреться в зеркало. Видеть жалкую женщину, которой так отчаянно хотелось верить Рису. Верить каждому его слову. Хотелось стать частью его семьи. Хотелось жить той жизнью, которую он нарисовал. Хотелось смеха.
Джейн резко откинула покрывало и забралась в кровать, с трудом поборов искушение накрыться с головой от стыда.
Вместо этого она укрылась, сложила руки на груди и уставилась в потолок.
Что же она делает? Вместо того чтобы держать его на расстоянии, она все ближе и ближе подпускает Риса к себе. Хотя если начистоту, Рис излучал такую силу, что его трудно было игнорировать. Джейн заметила это еще в баре, даже до того как он с ней заговорил.
И он был абсолютно убежден, что хочет ее.
Даже сейчас сердце Джейн неистово колотилось при воспоминании об их поцелуе. Он словно хотел полностью подчинить ее. И ни единая частичка ее существа не противилась ему, не могла сказать «нет».
Одно только физическое притяжение между ними уже было бы достаточно серьезной проблемой, но сегодня к нему добавилось еще и эмоциональное. Рис тотчас понял ее отношение к отцу – ее обиду. И он считал, что ее чувства справедливы. Это не смягчало вины, которую Джейн испытывала со смерти отца. Но было так здорово, что хоть кто-то ее понимает.
Джейн закрыла глаза. Она обречена. Если она останется рядом с Рисом… то не выдержит. Он с такой легкостью заставлял ее заботиться о нем, хотеть его.
Но нет, она будет придерживаться изначального плана и попытается держаться от него подальше, пока к Рису не вернется память. И тогда…
Джейн очень надеялась, что его чувства к ней не изменятся, потому что она хотела его. Хотела больше, чем чего-либо когда-либо в своей жизни. А учитывая, что она всю свою жизнь чего-то хотела… это хоть чего-то да стоит.

Джейн проснулась и тихо ахнула, прежде чем успела себя остановить. Инстинкт подсказывал ей не двигаться, чтобы хищник, прячущийся в темноте, ее не заметил.
Но даже если бы она молчала, это не сыграло бы роли. Зло - то же самое, что она почувствовала прошлой ночью, словно окутало ее туманом, холодным, влажным, становящимся все гуще.
Сердце бешено стучало, Джейн с трудом поборола панику, желчью подступавшую к горлу. Это просто сон. Это должен быть сон – кошмар. Но ощущение казалось таким реальным.
Она вгляделась в темноту, пытаясь увидеть фигуру или даже сам туман, но ничего не разглядела. В комнате было абсолютно темно – дверь закрыта, шторы задернуты.
А потом этот туман опустился на нее, тяжелый, угрожающий.
И Джейн поняла, что не может больше ждать – нужно бежать. Выбраться из этой комнаты.
Нужно к Рису.
Джейн вскочила с кровати и побежала туда, где должна была находиться дверь. Стон бессилия сорвался с губ, пока она пыталась нащупать ручку.
Туман сгущался вокруг нее, давил, заставляя задыхаться. Или это просто слепой страх?
Джейн попыталась успокоиться, сосредоточиться. Дрожащими пальцами она ощупала стену. И снова застонала, теперь уже потому, что наконец обнаружила, что искала - металл задребезжал под ее ладонью.
Джейн повернула ручку и распахнула дверь, боясь, что зло, окружавшее ее, захлопнет дверь снова. Но, к счастью, «нечто» этого не сделало, и она понеслась по коридору к спальне Риса.
На этот раз она не стала включать свет в ванной или вообще пытаться разбудить Риса. Она захлопнула дверь, закрыла на замок и забралась в постель рядом с ним.
Рис не проснулся – просто перекатился на бок и притянул ее к себе.
Джейн закрыла глаза от облегчения, весь страх, ужас медленно испарялись, пока она не расслабилась и не заснула в его руках.

Кристиан появился в темноте пустой комнаты. Ухмыльнувшись, он услышал, как хлопнула дверь, и щелкнул замок.
Закрытая дверь едва ли остановила бы его, если бы он в самом деле хотел добраться до девчонки. Правда, то, что его брат находился в той же комнате, конечно, минус.
Он знал, что Рис кинется на ее защиту. Он трахался с этой смертной – Кристиан почувствовал запах секса, стоило ему войти в спальню. Хотя этот дурак, наверное, защищал бы ее, даже и не из-за секса. Самого Кристиана после связи с Лилой секс со смертными не привлекал, ибо не выдерживал никакого сравнения - слишком примитивен и неприятен.
Но пусть Рис продолжает свою мелкую интрижку. Кристиан даже надеялся, что брат в самом деле привяжется к этой девушке. Ему хотелось, чтобы Рис понял боль, которую причинил ему, Кристиану, переспав с Лилой. Правда, боль Риса будет еще ужасней, потому что, переспав с малюткой-смертной, Кристиан собирался убить ее.

Когда Джейн проснулась снова, то едва не застонала. Она снова это сделала. Она опять в постели с Рисом. И хотя он к ней не прикасался, она чувствовала его тело рядом с собой.
Она неохотно подняла голову. Рис лежал, оперевшись на локоть, и наблюдал за ней. Покрывала соскользнули, открывая мускулистую грудь, плоский живот и изгиб бедра. Он был просто великолепен.
И она решила держать руки подальше от этого великолепия? Она просто идиотка.
Джейн спешно перевела взгляд обратно на лицо Риса. Его легкая, самодовольная улыбка сказала ей, что он прекрасно знал, о чем она думает.
- Не пойму, почему мы ложимся спать в разных спальнях, - заметил он. – Ведь каждое утро просыпаемся в одной.
- Или вечер, - поправила его Джейн, предпочтя придраться к словам, лишь бы не обсуждать поднятую тему.
Рис, нахмурившись, поглядел на радио-будильник, на котором красным горели цифры.
- Верно. С нашим расписанием явно что-то не так.
«Все не так», - насмешливо подумала Джейн. Зато удалось увести его от темы «Что она делает в его постели?» Джейн решила сбежать, прежде чем совершит какую-нибудь глупость. Восхитительную глупость, такую приятную глупость.
Но Рис протянул руку и погладил пальцами ее талию.
- Тебя снова что-то напугало? – спросил он, выражение его глаз стало серьезным, беспокойным.
Она застыла, наслаждаясь движениями его руки. Забавно, одно только его прикосновение смогло стереть страх, который она испытывала ночью. Как только она забралась в постель и он прижал ее к себе, Джейн почувствовала, себя в безопасности. Правда, сейчас вовсе не от чувства безопасности покалывало кожу. Хотя эти прикосновения отвлекали не меньше.
- Думаю… нет, я уверена, что это был просто кошмар. – Теперь, когда она лежала рядом с Рисом, ощущения прошлой ночи казались такими далекими, почти сюрреалистическими.
- А я думаю, что отныне тебе надо всегда спать здесь. – Хотя он лукаво улыбался, Джейн поняла, что жаловаться, если она скажет «да», он не станет. Да и она тоже не стала бы, но все же решительно покачала головой.
- Пока все не устроится… нет.
- Поверь мне, я попрошу Себастьяна достать специальное разрешение. Но сперва я собираюсь тебя поцеловать. - Он наклонился и нежно поцеловал ее в губы. - А потом мы с моей невестой отправимся смотреть город.
Ей понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя после теплого поцелуя и понять, что он только что сказал. Но как только это произошло, Джейн резко села на постели.
- Нет! Мы не можем.
Он нахмурился, хотя глаза его весело сверкали.
- Ну, конечно, можем. Я понимаю, что идти пешком – это вульгарно, а так как кучера у меня в данный момент нет, я могу нанять карету. Мы могли бы съездить в театр, если хочешь. А еще сейчас идет опера, которую я давно хотел послушать, если тебе, конечно, нравится опера.
- Думаю, нам лучше остаться здесь, - сказала Джейн.
Хмурое выражение стерлось с его лица, сменившись соблазнительной улыбкой.
- Прямо здесь? У тебя на уме что-нибудь определенное?
Она бы рассмеялась от того, сколько надежды прозвучало в его голосе, если бы так не волновалась о том, как удержать его в квартире. И не была так полна решимости поступить правильно.
- Мы могли бы сыграть в игру.
Он заинтригованно вскинул бровь.
Джейн чуть не застонала. Да, он явно совсем неправильно ее понял.
- Или… - Она попыталась придумать что-нибудь другое, что-нибудь не такое двусмысленное. – Мы могли бы…. могли бы найти Себастьяна. – Нужно, чтобы этой проблемой занялся он.
- Как я уже сказал, я поговорю с ним до ухода.
- Я найду его, - сказала она, выскользнув из объятий Риса и бросившись к двери.
- Джейн?
Она замерла в дверях и обернулась.
Его глаза скользнули по ее телу.
- Я вынужден попросить тебя одеться, прежде чем искать моего брата. В конечном счете, он всего лишь смертный.
Джейн оглядела свою пижаму - футболку с шортиками. Не так чтобы очень открыто – по современным стандартам – но она ведь имеет дело со стандартами времен Регентства, так?
Она кивнула и снова потянулась к ручке.
- Джейн?
Она остановилась.
- Оденься потеплее. В Лондоне бывает очень холодно в это время года.
Она кивнула и вышла из комнаты. Нужно отыскать Себастьяна. Немедленно.
К несчастью, обойдя всю квартиру, она так и не нашла его. Себастьяна не было.
Джейн направилась в свою спальню, чтобы одеться и решить, как остановить Риса в одиночку. Ей совсем не улыбалось, чтобы из-за нее он лишился памяти навсегда.
Оказавшись у своей комнаты, она вдруг вспомнила прошлую ночь. Джейн стояла в дверях, пытаясь почувствовать что-нибудь странное. Может, в воздухе что-нибудь гнетущее? Может, что-то скрывается в тенях?
Джейн нерешительно шагнула в темную спальню, готовая сбежать, если ощутит хоть что-нибудь… но ничего. Мурашки не бегали по спине. Она совершенно спокойно прошлась по темной комнате и включила лампу на прикроватном столике. Сине-белая спальня казалась такой же, как и любая другая. Никаких следов чего-нибудь необычного.
Хотя следы ее спешного побега имелись. Покрывала свесились с постели после ее сумасшедшего броска в комнату Риса.
Застилая кровать, Джейн задумалась, может, она неосознанно придумывает предлоги, чтобы оказаться поближе к нему. Но взбив подушку и кинув ее к изголовью рядом с точно такой же, Джейн отринула эту идею. Должно быть, у нее был просто кошмар – это единственное правдоподобное объяснение.
Может, из-за ее образа жизни – шутка ли, столько лет безвылазно провести в похоронном бюро! - а может, из-за болезни отца, но Джейн не верила в сверхъестественное. Она очень давно для себя решила, что ничего подобного не существует. Но две прошлые ночи казались такими реальными.
«Нет, - твердо сказала она себе. – Это был просто кошмар – ничего больше».
Вздохнув, она отошла от кровати, чтобы найти, что надеть. «Теплое», - сказал Рис, но Джейн не была уверена, что его нужно слушать. В конце концов, ее задача – удержать его в квартире.
- Что-нибудь, что удержит его здесь, - бормотала она, роясь в вещах. – Что-нибудь, что удержит его здесь.
- Я могу придумать пару вещей, которые меня здесь удержат, - послышался от дверей голос Риса, заставив Джейн уронить рубашку, которую она рассматривала.
Она развернулась.
Он стоял, прислонившись плечом к дверной раме, сложив руки на груди.
- Но поскольку мы с тобой решили подождать до свадьбы, думаю, лучше отправиться на экскурсию по Лондону. Иначе я точно нарушу свое обещание.
Он пробежался глазами по крохотному костюмчику, который красиво обтягивал холмики грудей и изгиб талии, открывая длинные ноги.
Рис вспомнил, как эти ноги обнимали его талию. Его член оживился.
Рис выпрямился и гораздо грубее, чем намеревался, бросил:
- Одевайся. – А потом более ровным голосом, так как едва ли в том, что он не может обуздать свое желание, виновата она, добавил: – Нам нужно многое успеть.
Он развернулся, чтобы выйти из комнаты, когда Джейн сказала:
- Знаешь, я себя немного нехорошо чувствую.
Он снова повернулся к ней, вглядываясь в ее лицо. Джейн выглядела абсолютно нормально. Нет, намного, намного лучше. Хотя в глазах ее читалась тревога.
Рис знал, что должен подчиниться ее желанию и остаться дома, но не мог. Он не мог находиться с ней здесь и ждать, пока они поженятся, чтобы снова заняться любовью. Ему хотелось проводить все время с ней, но также ему требовалось хоть как-то отвлечься.
- Что ж, тогда, может, тебе в самом деле вернуться в постель.
Она облегченно вздохнула.
- А я составлю тебе компанию.
Он знал, что это удар ниже пояса – кроме того, эти слова выставляли его мужчиной, который не держит обещания. Поэтому он был изумлен до глубины души, когда она ответила:
- Хорошо.
Джейн посмотрела на свою кровать, потом – на него. Но Рис не видел желания в ее глазах, только беспокойство. Совсем не то чувство, которого он ждал от нее в своей постели… или в ее постели.
Зачем ей менять свое решение? Просто чтобы он остался здесь? Тут что-то не так.
- Нет, - отрезал он, хотя его тело тотчас сочло его полным идиотом. – Сегодня мы отправляемся на прогулку.
Джейн слегка наклонила голову - едва заметный кивок, как понял Рис, должен был означать, что она согласна, но не уверена, что ей стоило соглашаться.
Он тоже кивнул и закрыл дверь.
Рис отправился в гостиную, чтобы отыскать Себастьяна. Вообще-то он остановился у комнаты Джейн, только потому что хотел узнать, не видела ли она его. Но его отвлекло ее ночное одеяние… а после ее предложение.
Гостиная была пуста, когда он вошел туда. Рис открыл было рот, чтобы позвать Себастьяна, но тут же закрыл. Крики действовали его брату на нервы… и Рис решил, что это несколько невежливо. А ему нужно следить за собой, если он собирается заставить Джейн поверить в то, что она выходит замуж не за абсолютного грубияна.
Сегодня вечером он собирался произвести на нее впечатление. Ухаживать за ней, как она того заслуживает. Если, конечно, он сможет заставить ее выйти из дома.
Рис прошел в библиотеку. Комната тоже была пуста.
Где, черт возьми, Себастьян? Рис замер и прислушался. Он не чувствовал Себастьяна в доме.
Рис нахмурился, задумавшись, откуда он знает, что брата тут нет, просто прислушавшись. Рис не знал, как, но был абсолютно уверен, что Себастьяна нет дома.
Значит, он снова в клубе, Рис был практически уверен. Почти все ночи тот проводил там. Себастьян был одержим женщинами.
И Рис впервые понимал эту одержимость. Ему всегда нравились женщины, но он никогда не думал о них постоянно – как о Джейн. Для нее он готов был сделать что угодно… что угодно, чтобы получить ее.
Он вернулся в гостиную, чтобы подождать Джейн. Устроившись в одном из кресел, он потянулся за книгой, которую читал Себастьян. «Участь Сейлема»? Он полистал книгу и прочитал аннотацию на обложке.
Вампиры.
Он поморщился и бросил книгу обратно на стол.
Рис поднял глаза на дверь, задаваясь вопросом, появится ли Джейн. Ей очень хотелось, чтобы они остались здесь. Может, она нервничает, потому что впервые в большом городе? Рис знал, что Лондон – пожалуй, больше любого места, в котором она бывала, но он был уверен, что Джейн понравится, как только она чуть-чуть привыкнет.
К его облегчению, Джейн вскоре вошла в комнату, и – что еще больше его удивило, – на ней была теплая одежда, а в руках она держала пальто.
Он встал.
- Значит, ты готова?
Она кивнула – снова едва заметный наклон головы.
- Ты увидишь много просто фантастических мест, тебе обязательно понравится. – Он подбадривающе улыбнулся. – Обещаю.
Еще один слабый кивок, но повернувшись, чтобы отправиться на кухню, он услышал, как она пробормотала:
- Посмотрим, кому они покажутся более фантастическими.
- Что, прости? – спросил он, нахмурившись. О чем она?
- Я ничего не говорила, - отозвалась Джейн, но он явно читал смятение в ее глазах.
Рис решил пока не думать о ее словах. В конце концов, они вместе идут на прогулку, и ему не хотелось портить вечер.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 18:21 - 05 Ноя 2012 18:24 #14 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Глава 13


Джейн смотрела, как Рис схватил пальто с вешалки у двери. То же самое черное пальто, что было на нем ночью, когда он ее спас.
Ее охватило чувство вины – ведь она-то, похоже, спасти его не смогла. Хотя и сделала все возможное – включая предложение отправиться с ним в постель. Джейн, пожалуй, обиделась бы на его отказ, если бы так не волновалась.
Рис надел пальто и открыл дверь из кухни – она выходила в длинный коридор, напоминавший коридоры заводских помещений. Металлические трубы и голые стены. В конце находился грузовой лифт – просто огромная клетка с решеткой, которая опускалась вручную, как только люди забирались внутрь.
Странно, что коридор так сильно отличается от роскошной квартиры. Но что еще необычнее – Джейн не имела никакого представления об этой части здания. Как будто она оказалась в вымышленном мире, совсем забыв обо всем, что осталось за стенами этой квартиры.
Не впервые ее поразило, в какой ненормальной ситуации она оказалась; и, похоже, положение запутывается все сильнее. Становится потенциально опасным для Риса.
Джейн так и не придумала ничего, что могло бы остановить его – ну, кроме Себастьяна. А он, наверное, в ночном клубе; но поход в клуб, где вспыхивают огни, и громко ревет музыка, наверное, не слишком хорошо отразится на психическом состоянии Риса. А как заставить его подождать снаружи, в голову не приходило.
Он был полон решимости повести ее на прогулку.
Они добрались до лифта, и Рис с легкостью приподнял решетку, придерживая, чтобы Джейн могла забраться в кабину. Затем он втиснулся вслед за ней и опустил решетку. Без колебаний Рис нажал на черную кнопку с буквой G – нижний этаж.
Джейн уставилась на кнопку, потом – на профиль Риса. Он выглядел собранным и спокойным.
Его совсем не смущало то, что они находятся в лифте. Рис прекрасно знал, как он работает.
Джейн нахмурилась. Теперь, подумав об этом, она вспомнила, что ничто современное его не смущало. Свет, водопровод, цифровой будильник сегодня утром. Почему она не заметила раньше?
- А в Лондоне во всех зданиях есть лифты? – внезапно спросила она его.
Рис задумался над ее вопросом и пожал плечами.
- Наверное, только в высоких.
- А свет – во всех?
Он кивнул.
- Конечно. Мы ведь не пещерные люди. – Он улыбнулся, словно она ляпнула глупость.
Почему Себастьян не обратил на это внимания? Или обратил? Интересно, он спросил доктора, почему у Риса выборочная амнезия?
- Вот мы и на месте. – Рис с легкостью откинул металлическую решетку, словно жалюзи.
Они оказались в другом коридоре, как две капли воды похожем на тот, что был наверху.
Рис повел ее к тяжелой стальной двери с несколькими засовами. Открыв их, он громко сказал:
- Мик, закрой за нами, пожалуйста.
Джейн обвернулась и поняла, что в конце коридора небольшая комнатка.
Гигант Мик стоял в дверях; из-за спины на него падал голубоватый свет телевизора. Он приветственно кивнул в ответ на ее удивленный взгляд.
Она тоже кивнула и быстро отвернулась.
Рис отступил в сторону и подождал Джейн, протянув руку, чтобы помочь ей сойти со ступенек. Джейн приняла его руку и шагнула на улицу. Тяжелая дверь захлопнулась, и они оказались в тускло освещенном переулке.
«Снова там же, откуда начали», - иронически подумала Джейн.
Рис, должно быть, заметил ее насмешливое выражение.
- Не самое лучшее место для начала экскурсии, но идем туда.
Все еще сжимая ее пальцы, он потянул ее на освещенную огнями улицу.
Из здания раздавалась приглушенная музыка, и Джейн догадалась, что это, должно быть, тот самый ночной клуб.
Они вышла на широкую улицу, и Джейн наконец увидела здание, где теперь жила.
Это был огромный, кирпичный склад, хотя фасад попытались сделать готическим. На крыше виднелись горгульи и шпили. Разноцветные узоры витражей светились, когда внутри вспыхивал свет. Еще две горгульи, словно собираясь взлететь, охраняли вход. Над двойными дверями горела красная неоновая вывеска «Карфакс Эбби».
Джейн замерла, отчего Рис тоже остановился.
Нереальность ситуации снова поразила ее, она жила в доме, где смешились сразу три разных мира.
Два очень странных типа с бледными лицами, черными тенями, в черной же кожаной одежде шли к ним по тротуару. Они с любопытством поглядели на Джейн и Риса, прежде чем подняться по ступенькам и скрыться за дверью.
Джейн помешкала на мгновение, а потом решила, что лучше взять Риса с собой и все-таки пойти разыскать Себастьяна. Нужно сказать ему о том, что амнезия у Риса очень необычная.
- Может, зайдем поищем Себастьяна?
- Себастьяна? С какой стати он должен быть здесь? – Рис проследил за ее взглядом.
- Это его клуб.
Рис фыркнул и, когда они приблизились к входу, с отвращением посмотрел на группу готов.
- Нет, нет. Наша семья не стала бы иметь дело с подобными людьми.
Джейн посмотрела на готов и виновато улыбнулась. Когда те прошли мимо, почти не обратив на них с Рисом внимания, она спросила:
- А где же клуб Себастьяна?
- «Уайтс»? Недалеко отсюда. Но мы не можем туда пойти, это ведь мужской клуб.
Рис не помнил собственного ночного клуба, клуба, который принадлежал им с Себастьяном, зато прекрасно помнил название клуба девятнадцатого века. Почему?
Сзади громко засигналило такси, заставив Джейн вздрогнуть. Рис почти никак не отреагировал, только оглянулся через плечо, нахмурившись, посмотрел на водителя и спросил:
- Наймем экипаж, или предпочитаешь идти пешком?
Она на мгновение уставилась на него.
- Думаю, лучше пешком. – Может, холодный воздух поможет ей проветриться и разобраться, что происходит.
Они шли молча, шум большого города вокруг делал молчание не таким заметным. А Джейн исподтишка следила за реакцией Риса. Полицейская машина с завывающей сиреной. Подросток с пирсингом в ушах, губах и бровях. Яркие вывески. Небоскребы. Машины.
Ничто из этого не заставило его даже остановиться.
Да, потеря памяти у Риса явно выборочная, а это наводило на мысль, что он пытается забыть что-то определенное. Вопрос лишь в том, какой вид амнезии более опасен?
Часть ее думала, что его болезнь менее серьезна, ведь вспомнить ему нужно было не так уж и много, большая часть воспоминаний осталась при нем. Правда, с другой стороны, она могла оказаться хуже обычной, потому что ничто не в силах поразить его, заставить вспомнить забытое. Он мог все объяснить, пользуясь собственной системой.
Ему нужен врач. Это она знала наверняка. И не шарлатан, который ставит диагнозы по телефону. Ему нужен специалист, и она проследит, чтобы Рис попал к нему на прием.
- Посмотри, - внезапно сказал он, схватив ее за руку и подтащив к большой витрине. На ней выстроились аниматронные эльфы и северный олень. Праздничные декорации оставили до Нового Года.
Эльфы усердно собирали игрушки для саней Санты.
- Удивительно, - сказал он, и золотистые глаза восторженно заблестели.
Джейн не смогла скрыть улыбку. Это все равно что наблюдать за кем-то, кто видит все это впервые. Хотя Рис наверняка бывал здесь раньше. Почему он забыл что-то подобное?
- Посмотри туда, - сказал Рис, подведя ее к другой витрине, прежде чем она успела придумать хоть какое-то объяснение.
Взявшись за руки, они пошли вниз по людной улице, останавливаясь, чтобы повосхищаться красотой причудливых праздничных украшений. Вскоре Джейн решила выбросить болезнь Риса из головы, хотя бы на одну ночь. Он явно веселился – и она тоже.
- Жаль, Элизабет здесь нет, - неожиданно заметил он, когда они рассматривали очередную витрину с двигающимися игрушками – на этот раз – куклами в викторианских платьях, размахивавшими свечами и распевающими хоралы. – Она всегда была без ума от кукол. У нее были десятки. - Рис поглядел на Джейн и мягко улыбнулся. - Она была очень избалованной.
- Могу себе представить. Наверное, здорово, когда у тебя три старших брата.
- Ее хочется баловать, - сказал он, бросая еще один взгляд на кукол, прежде чем стиснуть пальцы Джейн и снова двинуться вниз по улице. – Она такая хрупкая, часто болеет. Но она много смеется, несмотря на слабое здоровье. Она говорит, что не может быть серьезной, что быть серьезным – это моя работа.
Джейн задумалась над его словами. Рис, которого она встретила в баре, казался серьезным – даже более чем, почти мрачным. Но теперь она не могла сказать того же о мужчине, держащем ее за руку. Этот Рис был целеустремленным и серьезным, но при этом очень много улыбался.
- Может, она путает серьезность с ответственностью, - предположила Джейн.
Рис запнулся.
- Почему ты так думаешь?
Джейн пожала плечами.
- По тому, о чем ты мне говорил, можно с уверенностью сказать, что на тебя можно положиться. Я знакома с Себастьяном – он беспечный разгильдяй. Ты говорил, что Кристиан неуправляем. А Элизабет самая младшая. Значит, тебе остается заботиться обо всех.
Джейн замолчала. Может, она сказала слишком много. Но почему-то она была уверена, что права – Рис в самом деле заботился обо всех. И его амнезия этого не изменила. Он был хорошим человеком, он умел сострадать. Такие готовы прийти на помощь даже совсем незнакомым людям. Уж кому знать, как не ей?
Несколько секунд спустя она вдруг поняла, что он до сих пор молчит. Его глаза уже не блестели, а рот сложился в мрачную полоску. Он вдруг напомнил ее того, другого Риса из бара.
- Мне следовало лучше о них заботиться.
Как только слова сорвались с губ, он пожалел о них. Рис даже не понимал, почему он это сказал. Он заботился о братьях и сестре с самой смерти родителей. Но он должен был сделать больше. Если бы он был сильнее, то мог бы предотвратить то, что случилось. Он должен был…
- Ну, судя по тому, что ты мне рассказывал, тебе это прекрасно удается, - нежный голос Джейн вырвал его из туманных мыслей.
Он растерянно заморгал.
- Надеюсь, что так.
- Быть старшим нелегко. Это тяжкая ноша, которая ложится на твои плечи.
Это верно. Иногда даже слишком тяжкая.
Рис посмотрел на Джейн. Она послала ему утешающую улыбку. Он улыбнулся в ответ, радуясь, что она здесь. Может, она ему поможет. Поможет справиться с этой ношей.
Оба вновь пошли по тротуару, сосредоточенно смотря под ноги.
- О, погляди, - внезапно воскликнула Джейн, показывая на фургон, где продавались хот-доги. - Я хочу один.
Рис слегка недоуменно улыбнулся – и чем ее так восхитила обыкновенная повозка - но кивнул.
- Хорошо.
Она выпустила его руку и побежала к фургону. Джейн так не терпелось поскорее получить заказ, пожалуй, даже сильнее, чем смуглому продавцу с густыми усами хотелось обслужить ее.
Рис подошел к фургону.
- Я буду хот-дог с горчицей и острым соусом. Побольше горчицы, пожалуйста. – Она бросила на Риса полный гордости взгляд, словно сделала что-то удивительное. – Знаешь, в кино… то есть, люди постоянно говорят о том, как здорово покупать хот-доги у уличных торговцев в Нью… эээ, Лондоне.
Рис заметил, что продавец вскинул бровь, явно тоже удивленный ее словами. Хот-доги? Странные вещи нравятся этим американцам. Рис даже не знал, что Англия славится этим блюдом.
- А тебе что, приятель? – спросил мужчина, готовя хот-дог для Джейн.
Рис глубоко вдохнул и, хотя запах хот-догов ему совсем не понравился, заказал то же, что и Джейн.
- Я угощаю, - сказала ему Джейн и вытащила деньги из кармана пальто.
Рис начал было спорить, но она кокетливо улыбнулась и сказала:
- За двоих, – и протянула купюру продавцу.
Получив сдачу и завернутую в фольгу еду, Джейн повела Риса к низкому бетонному бортику, который окружал фонтан.
Они сели спиной к воде. Джейн радостно развернула свой хот-дог и впилась зубами в желто-зеленую жирную мерзость. В ее глазах читалось блаженство, и она даже застонала от удовольствия.
Тело Риса тотчас отреагировало на гортанный звук. Его охватил голод, Рис не мог отвести глаз от ее восторженного лица. А потом его взгляд словно сам собой скользнул по лицу вниз, к бледной коже в основании шеи.
Рису вдруг захотелось попробовать ее на вкус. Там. Ему просто необходимо было ее попробовать.
- Так ты будешь есть?
Он заморгал и снова посмотрел ей в глаза. Джейн подняла свой хот-дог и махнула рукой на тот, что он все еще сжимал в пальцах.
Рису понадобилось несколько секунд, чтобы обуздать яростное желание, но он смог наконец кивнуть.
- Да.
Еще несколько секунд, и он, повторив за ней, развернул фольгу. Рис помешкал, подозрительно рассматривая неаппетитную мясную палочку. А потом откусил кусочек.
Рис тут же поморщился и начал медленно жевать, пытаясь побороть рвотный рефлекс. Как ей может такое нравиться? На вкус мясо было старым и несвежим, словно сосиску зачем-то прокоптили.
Он заставил себя проглотить кусок, хотя каждый мускул его тела приказывал ему выплюнуть мерзкую гадость.
- Боже правый, - простонал он, когда смог наконец говорить. – Это абсолютно отвратительно.
Джейн хихикнула – ей пришлось прожевать кусок, прежде чем она смогла спросить:
- Ты что, никогда раньше не ел хот-догов?
Рис покачал головой.
- Нет. И больше никогда не стану.
Джейн рассмеялась. А потом вдруг глаза ее расширились, и она выхватила остатки булочки из его пальцев.
- О нет! Тебе наверняка их нельзя. Себастьян сказал, что у тебя аллергия на очень многие виды пищи.
- Да, помню, ты говорила, - ответил Рис, бросив на нее лукавый взгляд. – И я понятия не имею, с чего он это взял. Если бы у меня была аллергия, я бы это запомнил. Но в данном случае, думаю, дело не в аллергии – просто я не люблю хот-доги. Очень не люблю.
Где-то минуту Джейн изучала его, а потом черты ее лица смягчились, и выражение очень быстро сменилось другим – почти лукавым.
- Тогда я просто обязана доесть и твой.
Он передернулся и расхохотался.
- Да ради бога.
Они сидели и молчали. Джейн счастливо жевала, Рис все еще был голоден, но ему хотелось совсем не хот-догов. Он жаждал чего-то другого и никак не мог понять, чего же именно.
Он следил за Джейн. Может, он просто путает голод с желанием, хотя Рис не стал даже пытаться понять, чего хочет. Джейн. Конечно, Джейн. Жаль, что в данный момент ее он тоже не мог получить.
Джейн доела, свернула фольгу и довольно вздохнула.
- Это было здорово. Жаль, что тебе не понравилось.
- Ну, мне понравилось наблюдать за тобой. Я люблю леди со здоровым аппетитом.
Она покраснела.
- По-моему, это не комплимент.
- Определенно комплимент, - заверил ее Рис, а потом наклонился и поцеловал, несмотря на то, что сейчас поцелуй казался ему мучительной пыткой. Сладкий кусочек того, что он не мог получить. По крайней мере, еще какое-то время.
Джейн ответила на поцелуй как всегда.
Когда они оторвались друг от друга, она вздрогнула.
Рис надеялся, что дрожь вызвана желанием, но все же спросил:
- Замерзла?
Джейн покачала головой, но голос ее звучал не слишком уверенно.
- Я в порядке.
- Может, поищем местечко, чтобы немного погреться?
Джейн снова покачала головой.
- Нет, я прекрасно провожу время, прогуливаясь и осматривая достопримечательности. Как ты и сказал.
- Уверена?
- Да. – Она встала. – Кроме того, я согреюсь, как только мы снова пойдем.
Рис расслабился.
- Куда теперь?
- А давай в Центральный Парк, - предложила она с широкой улыбкой.
Он снисходительно усмехнулся.
- Ты имеешь в виду Гайд-Парк.
Ее улыбка померкла.
- Верно.
- Не волнуйся, - успокоил он ее. – Скоро ты все здесь запомнишь.
Джейн вскинула бровь, но промолчала.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Coraline
  • Coraline аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Адепт ОС
  • Адепт ОС
Больше
05 Ноя 2012 18:30 #15 от Coraline
Coraline ответил в теме Re: Кэти Лав "Клыки и Воспоминания"
Вычитка Viktoria

Глава 14
[/b]


Они шли по Пятой Авеню, и Рис держал Джейн за руку. Поначалу она боялась, что они заблудятся, но потом отбросила эти мысли. Его уверенный шаг заставлял думать, что он точно знает, куда идет.
Они добрались до перекрестка и как раз собирались переходить дорогу, когда ее ноздрей коснулся богатый, замечательный аромат кофе. Джейн огляделась и заметила на углу за ними небольшую кофейню. Из дверей вышло несколько посетителей с белыми дымящимися стаканчиками в руках.
– Ооо, все бы отдала за чашку горячего чая. А ты?
Рис проследил за ее взглядом.
– Я не пью… чай. Но давай купим чашечку. Может, он поможет тебе согреться.
Джейн улыбнулась, тронутая его заботой. Она не привыкла, чтобы за ней ухаживали.
– Да, – согласилась она, и они направились к кафе.
В кафе было людно – посетители сидели на мягких красных бархатных стульях и диванчиках, потягивая латте и капучино. Некоторые читали или печатали на лэптопах, но многие просто разговаривали, в зале стоял гул голосов, и в теплом воздухе разносился приятный запах свежеобжаренных зерен.
– Подожди меня здесь, – предложил Рис, махнув рукой на свободный стул. – Я сделаю заказ.
Она посмотрела на очередь и место у кассы.
– Хорошо, я буду большой пряный чай.
Рис нахмурился.
– Большой и пряный?
Она рассмеялась.
– Это вид чая и размер стаканчика.
– Ах да! Большой.
Она кивнула и, улыбаясь, проводила его взглядом до стойки, на его лице ясно читалось замешательство. Она устроилась на удобном стуле и осмотрелась. Место оказалось уютным – почти богемным, – если можно так сказать. А посетители выглядели именно так, как Джейн представляла себе ньюйоркцев – стильно даже в повседневной одежде. Модно и интересно.
Она опустила глаза на свои джинсы, толстый свитер и пуховую куртку. Да, она похожа на жительницу Мэна – не хватает только сапог из «Л.Л.Бин» и ушанки.
Она снова повернулась к Рису. В своей дорогой черной одежде он вписывался в здешний антураж вплоть до невысоких сапог. И черный был ему очень к лицу, подчеркивал янтарные и золотистые блики в его темных волосах, делая его кожу теплой и идеальной.
А потом Джейн заметила женщину рядом ним, высокую с раскосыми темными глазами и длинными блестящими темно-каштановыми волосами. Она искоса бросала на Риса явно заинтересованные взгляды.
Наконец, ей, должно быть, удалось завладеть его вниманием, потому что она широко улыбнулась и что-то сказала. Джейн не могла видеть, как отреагировал Рис, потому что он стоял к ней спиной, но внутри уже вскипало чувство, похожее на ревность.
Разве у нее есть право ревновать?
Ладно, они переспали, но она понятия не имела, может, для Риса это в порядке вещей. В конце концов он очень красивый мужчина и нравится женщинам.
«Наверняка», – с горечью подумала она, когда брюнетка рассмеялась в ответ на какую-то его реплику.
Джейн откинулась на спинку стула, вдруг почувствовав себя еще более старомодной по сравнению с этой женщиной. Она снова оглядела себя с ног до головы. И как будто громоздкая тяжелая куртка была недостаточно ужасной, заметила маленькое пятнышко горчицы на темно-зеленой ткани.
Она выпрямилась и потерла пятно, осматриваясь в поисках салфетки. Они обнаружились у двери на столе со сливками, сахаром и соломинками.
Подождав, пока мужчина перед ней добавит в свой кофе, наверное, с десяток пакетиков сахара, она наконец добралась до салфетницы. Вытащив парочку, Джейн начала яростно тереть пятно, пока оно не стало едва заметным на ткани.
«Почти не видно», – сказала она себе, направляясь к своему стулу. Но там, откинувшись на мягкую спинку, сидел мужчина с очень-очень сладким кофе.
Джейн посмотрела на Риса, думая к нему присоединиться, но заметила, что он все еще болтает с брюнеткой. Потом он бросил взгляд на стул, где сидела Джейн, увидел там мужчину и стал быстро оглядывать зал, пока не отыскал ее. В этот момент в его глазах что-то промелькнуло, но она не смогла разобрать что.
Он улыбнулся и снова развернулся к женщине.
Джейн охватило разочарование. А чего она, собственно, ожидала? Воздушного поцелуя? Того, что он закричит на весь зал, что она его девушка? Или что он ее любит?
Она замерла, сверля взглядом его спину. С какой стати это вообще пришло ей в голову? Любовь. Ей, пожалуй, стоило рассмеяться, но вместо этого на Джейн накатила тошнота. Она ведь не может всерьез думать, что хочет, чтобы Рис в нее влюбился. Или что она могла влюбиться в него.
Она все еще смотрела на него, абсолютно выбитая из колеи этими мыслями, когда кто-то задел ее.
– Простите, – произнес глубокий голос у ее уха.
Она вздрогнула и, обернувшись, уставилась в такие светлые глаза, что они казались скорее белыми, чем голубыми.
– Ничего… страшного, – выдавила она.
Мужчина слегка улыбнулся.
– Кого-то ждете?
Она кивнула, внезапно почувствовав себя неловко.
Он снова улыбнулся.
– Жаль. – Он слегка поклонился и вышел из кофейни.
Джейн проводила его взглядом. Он замер на улице у дверей, поправил воротник куртки, а потом скрылся за углом.
Она сморгнула и покачала головой. Что это было?
Рядом вдруг оказался Рис, его глаза с тревогой изучали ее лицо.
– Ты в порядке?
Она кивнула, удивленная его вопросом.
– Да. А что? – Если не считать того, что я ревную тебя к женщине, с которой ты просто разговаривал.
Он еще секунду внимательно смотрел на нее, а потом почти растерянно покачал головой.
– Не знаю… просто у меня вдруг возникло такое странное ощущение… – Он усмехнулся. – Наверное, я это придумал. – Он протянул ей закрытый стакан. – Вот. Пряный чай. Большой.
– Спасибо, – сказала она, взяв напиток. Тепло бумажного стаканчика согревало замерзшие пальцы.
– Хочешь выпить его здесь или пойдем в парк?
– Пойдем. – Из-за мужчины со странными глазами и шикарной брюнетки Джейн хотелось поскорее убраться отсюда.
Но прежде чем они успели выйти за двери, высокая брюнетка подошла к Рису.
– Было очень приятно познакомиться, – сказал она. В ее голосе слышался легкий акцент.
– Взаимно. – Хотя Рис тоже был вежлив, Джейн не заметила в его взгляде интереса.
Брюнетка бросила взгляд на Джейн, зацепившись на мгновение глазами за едва заметное пятно горчицы на куртке. И обернулась к Рису. Засунула руку в карман своего приталенного кожаного пальто, достала визитку и протянула маленький прямоугольный кусочек картона ему.
– Если захотите продолжить знакомство.
Джейн знала, что, скорее всего сейчас напоминает выброшенную на берег треску: с открытым ртом и круглыми от изумления глазами. Но она просто не могла поверить такой наглости.
Джейн собралась с мыслями, подвинулась поближе к Рису и взяла его под руку, молча давая женщине понять, что по крайней мере сегодня Рис с ней.
Женщина не поняла намека. Хотя действия Джейн были даже не намеком, а неоновым предупреждающим знаком.
– Возьмите, – сказала брюнетка, еще раз помахав визиткой перед Рисом.
Джейн никогда еще никого не ревновала, но, черт возьми, если она позволит этой женщине открыто заигрывать с Рисом, словно ее тут нет.
Она протянула руку и выхватила визитку из пальцев женщины.
– Эй, – воскликнула брюнетка, вызверившись на Джейн.
– Простите, – сказала та, стараясь говорить как можно вежливее. – Вы, наверное, не поняли. Рис мой. – О господи! Она в самом деле это сказала?
Вместо того чтобы смутиться или разозлиться, женщина недоверчиво посмотрела на Риса, который подтвердил:
– Она абсолютно права. Я ее, целиком и полностью.
Женщина побледнела, выхватила свою визитку, развернулась и вышла из кафе.
Но вместо торжества Джейн снова почувствовала тошноту.
– Ты в порядке? – спросил Рис, наклоняясь к ней и заглядывая в глаза.
– Может, пойдем? – Ей хотелось выбраться отсюда… воздух тут внезапно показался слишком теплым, запах кофе – слишком приторным.
– Конечно. – Не выпуская ее руки из своей, он повел Джейн к дверям.
Только вдохнув холодный зимний воздух, она осознала то, что испугало ее до чертиков. Она хотела, чтобы Рис принадлежал ей… и плевать на их ситуацию.

Кристиан стоял в тени, наблюдая, как брат и эта смертная шлюшка выходят из супермодной кофейни. Он знал, что приближаться к смертной, пока рядом Рис, рискованно, но не смог ничего с собой поделать. Ему нравилось это ощущение опасности и возбуждения. Хотя он и не понимал, почему Рис его не почувствовал. Кристиан даже не потрудился замаскировать свою энергию. Ему было плевать, увидит ли Рис его. Он даже хотел, чтобы тот его увидел.
Хотел, чтобы Рис испугался. Ему давно пора понять, что такое страх потерять ту, что тебе небезразлична, страх, что ее могут забрать, увести. А даже если она и вернется, то никогда не станет прежней.
Прикрываясь тем, что делает то, что должен, и защищает свою семью, Рис забрал Лилу, и она вернулась лишь наполовину, вернулась женщиной, которая больше не принадлежала Кристиану, как раньше.
Он смотрел, как парочка идет по шумной улице и растворяется в толпе.
– Теперь моя очередь отплатить тебе тем же, старший братишка, – едва слышно прошептал Кристиан.

Рис краем глаза посматривал на Джейн. Она молчала с того момента, как они вышли из кафе, с инцидента с той настырной особой. Она не сказала ни слова, даже когда они вошли в парк.
Конечно, он тоже молчал, погрузившись в собственные мысли.
Что-то там произошло… что-то, не имеющее отношения к той настойчивой грубиянкой. Он никак не мог понять, что же именно, но когда он заказывал Джейн чай, у него возникло странное ощущение, словно ей грозит опасность. Словно сейчас случится что-то плохое. Но когда он вернулся к ней, все было в порядке. Ничего необычного, если не считать брюнетки.
Он снова посмотрел на Джейн и едва заметно улыбнулся. Та женщина ее явно разозлила.
– Значит, я твой, да? – насмешливо спросил он, прерывая молчание, хотя ему нравилось, что Джейн ревнует.
Та тотчас побледнела.
– Я… я просто была поражена ее наглостью.
– То есть на самом деле я тебе совсем не нужен?
Она задумалась на секунду, смотря под ноги.
– Нужен.
Рис поймал ее запястье, заставив остановиться и посмотреть ему в лицо.
– Почему ты говоришь это так, словно тебе стыдно?
Ее широко распахнутые глаза встретились с его, и он в самом деле прочитал в них стыд.
– Рис, что ты сейчас чувствуешь? Это все ненастоящее. Это… это словно мы оба оказались в мире фантазий, а реальность скоро вернется. И я боюсь того, что ты почувствуешь, когда это произойдет.
Он нахмурился, смущенный и расстроенный. Как можно считать это фантазией?
– Нет, – возразил он, качая головой. – Это реально. Сейчас все по-настоящему, и все, что я к тебе испытываю – тоже настоящее.
Она опустила глаза на стаканчик с чаем, который почти не пила с тех пор, как они вышли из кофейни, и покрутила пластиковую крышку.
– Ты меня не знаешь, – медленно произнесла она. – На самом деле не знаешь. И может… может, когда узнаешь, тебе не захочется… ты можешь решить, что я не то, что тебе нужно.
– Ты уже это говорила после того, как мы занялись любовью. Что я тебя не знаю. И наверное, ты права, мы слишком мало знакомы, чтобы знать все друг о друге. Но то, что мне все-таки известно, мне нравится.
Она смотрела ему в глаза, будто умоляя о чем-то.
– Но позже может разонравиться… и я не уверена, что готова так рисковать.
– Я всегда буду хотеть тебя. Я так долго ждал этого. Не могу объяснить, откуда мне это известно, но я знаю, что это чувство никогда меня не оставит. Ты никогда мне не разонравишься.
Она продолжала смотреть на него. Стыд исчез, сменившись тоской. Она все еще не верила ему, хоть и хотела.
Он заставит ее поверить.
Рис притянул ее к себе, отыскав губами ее рот. Он хотел, чтобы поцелуй был успокаивающим, нежной, утешающей лаской, которая развеет ее сомнения.
Но стоило ему распробовать бархатную мягкость ее губ, жадно приникших к его, все мысли об утешении вылетели из головы.
Он хотел ее.
Жажда бежала по венам, заставляя делать поцелуй глубже. Джейн ответила, приоткрыв рот, впуская его в нежную влажность своего рта.
Нежную влажность.
Он застонал, когда ее язык коснулся его. На мгновение.
Всего лишь на мгновение.
Он прихватил зубами ее нижнюю губу, нежную и чувствительную. Зубы вонзились в податливую мягкость чуть сильнее. Розовую, теплую и такую, такую сладкую.
Джейн ахнула, и Рис тут же выпустил ее.
Пытаясь отдышаться, он опустил на нее глаза, понимая, как легко его желание вышло из-под контроля. От одного лишь поцелуя.
– Прости, – выдохнул он.
Она покачала головой, при этом вид у нее был такой же ошеломленный, как у него.
– Ничего, это было… – Она коснулась кончиком языка нижней губы, которая блеснула в фонарном свете. Красным.
Его взгляд замер на несколько секунд, прежде чем Рис понял, что видит… у нее шла кровь.
– Джейн, – сказал он, чувствуя, как беспокойство сводит желание на нет. – Проклятье. – Он протянул к ней руку и приподнял подбородок, чтобы лучше видеть.
Она нахмурилась.
– Что?
– У тебя губа кровоточит. Должно быть, я ее прокусил.
Она подняла руку и прикоснулась к губам. Пальцы казались очень бледными, тонкими и изящными на фоне покрасневшей кожи.
Она, сведя брови, посмотрела на свои пальцы, а потом с подбадривающей улыбкой показала их ему.
– Ничего страшного.
Он смотрел на кровь, размазавшуюся по указательному пальцу. И его переполняло отвращение к себе. Неужели он мог настолько потерять голову? Он не собирался делать ей больно. Никогда.
– Я в порядке, – заверила она его. – Пожалуйста, перестань смотреть на меня так, словно на смертельно раненную. Я ничего даже не заметила, пока ты не обратил на это внимание.
– Но ты ахнула.
Она снова улыбнулась, на этот раз смущенно. Щеки ее стали красными – почти как губы.
– Просто потому… потому что это было слишком.
Он вгляделся в ее зеленые глаза. Несмотря на темноту и тени деревьев вокруг, они казались все такими же яркими.
Но даже хотя она успокаивающе улыбалась, Рис продолжал злиться на себя.
– Наверное, нам лучше вернуться домой.
Джейн замешкалась, ему даже показалось, что она хочет что-то сказать, но она лишь кивнула и пошла рядом.
По пути обратно к клубу Джейн пыталась угнаться за скачущими мыслями. Она чувствовала растерянность, страх и волнение одновременно. Рис всегда так на нее действовал, заставлял испытывать больше, чем она когда-либо считала возможным. С ним она чувствовала себя более живой. Более возбужденной. Более красивой.
А этот поцелуй… Она прерывисто вздохнула. Этот поцелуй был как прыжок вниз головой в море чистого желания.
Когда он попробовал ее на вкус, укусил ее… Она почувствовала, что возбуждение растекается по всему телу. Она ощущала Риса внутри себя так же, как когда они занимались любовью.
Как можно было испытать все это после одного поцелуя?
Хотя надо признать, Рис умел целоваться. Даже сейчас у нее поджимались пальцы на ногах.
Рассудок напоминал, что нужно стараться держаться от него подальше. Нужно помнить, что они не знают друг друга на самом деле. Что нужно подождать.
А сердце говорило, что она уже влюбилась в его нежность, его замечательную улыбку и великолепные глаза. Она уже без ума от него, и никакие уговоры и логические рассуждения не смогут удержать ее от этого мужчины.
Громкая музыка вырвала ее из задумчивости, и Джейн с удивлением обнаружила, что они уже у клуба.
У входа выстроилась длинная очередь довольно экстравагантных на вид посетителей. Рис даже не посмотрел на них. Он, похоже, тоже слишком глубоко ушел в собственные мысли, и, судя по серьезному выражению его лица, они были не слишком приятными.
Они дошли до конца переулка, и Рис громко постучал в стальную дверь. Через какое-то время Джейн услышала, как щелкают замки, и дверь распахнулась. Мик отошел в сторону, пропуская их внутрь. Свет ламп, игравший на его лысой голове, был единственным, что хоть как-то оживляло застывшие черты мужчины.
Рис благодарно кивнул ему, но тоже ничего не сказал, просто повел ее к лифту.
Как и до этого он придержал решетку и подождал, пока Джейн зайдет. Она шагнула внутрь и встала в центре лифта.
Рис опустил решетку и нажал кнопку четвертого этажа.
Джейн слегка повернулась, чтобы можно было смотреть на него, его стройное, сильное тело, красивое лицо.
Она помнила, что подумала, впервые увидев его на соседнем стуле в том баре. Сердцеед.
«И возможно, ты была права, – предупреждал ее рассудок. – И он может разбить твое сердце».
Рис вдруг повернул голову. Глаза, похожие по цвету на лужицы янтаря, встретились с ее, будто затягивая в свой жар.
«Слишком поздно, – сказало сердце. – Ты уже вляпалась по уши».
– Я хочу сегодня спать с тобой, – сказала она, и сердце радостно екнуло.

«Л.Л.Бин» - сеть магазинов дешевой одежды.
Поблагодарили: Irisha1979

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.