САЙТ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ ДЛЯ ПРОСМОТРА ЛЮДЯМ МОЛОЖЕ 18 ЛЕТ

×
Последние обновления (14 Июн 2018)

12 глава Джослин Дрейк и Ринда Эллиот "Дрожь"
11 глава Джослин Дрейк и Ринда Эллиот "Дрожь"
46 глава Либби Ридз "Хаос-Принц"
8 глава Кейдж Харпер "Год перестройки"
9 и 10 главы Джослин Дрейк и Ринда Эллиот "Дрожь"
19 глава Бетани Брукс "Ее идеальный граф"
Новинка ОС))) Marchela24 "Независимый" Закончено)))
45 глава Либби Ридз "Хаос-Принц"
7 глава Кейдж Харпер "Год перестройки"
8 глава Джослин Дрейк и Ринда Эллиот "Дрожь"
Новинка ОС))) Marchela24 "Оргия" Закончено)))
Новинка ОС))) Feotais "Белый букет, или Das ist fantastisch" Закончено)))
Новинка ОС))) nhasablog "Украденные слова" Закончено)))
Новинка ОС))) Милфорд Слэбо "Первый контакт по-жесткому" Закончено)))
Новинка ОС))) Милфорд Слэбо "Мой питомец" Закончено)))
Новинка ОС))) Дик Цукер "Босоногие мечты" Закончено)))
7 глава Джослин Дрейк и Ринда Эллиот "Дрожь"
6 глава Кейдж Харпер "Год перестройки"
44 глава Либби Ридз "Хаос-Принц"

compress Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 10/22 глав, обн. 07.05.16

  • Regina
  • Regina аватар
  • Wanted!
  • Терминатор ОС
  • Терминатор ОС
Больше
17 Апр 2016 10:25 - 09 Май 2016 18:16 #61 от Regina
Regina ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 9/22 глав, обн. 17.04.16
Глава 8

Вычитка denils

Глава 9
[/b]
Син дернулся, готовясь отразить нападение, и раскрыл рот от изумления. Нет...
Быть того не может.
— Вик?
Небольшая металлическая птичка на подоконнике окинула его холодным взглядом. Вик переливался и блестел. Ни одному боту не понравилась бы такая расцветка – слишком девчачья.
— Удивительно, что ты помнишь мое имя. – Помолчав, Вик едко добавил: — Придурок.
Син засмеялся и откатился от Шахары.

— Иди сюда, мелкий задиристый паршивец.
Бот опустился на кровать между ними. Он разлетелся на части, трансформируясь из птицы в механобота более привычного вида, и стукнул Сина по руке.
— Я думал, ты за мной приедешь.
— Я хотел. Честно. Но когда наконец появилась возможность, решил, что тебя уже не будет.

Вик зашипел и взглянул на Шахару:
— Тебе он тоже врет?
Она молчала, разинув рот и пытаясь понять, какое место в жизни Сина занимает это существо.
— Ты вообще кто такой?
Бот буквально ощетинился. Металл вздыбился иглами и снова разгладился.
— О, замечательно. Твоя подружка знать меня не знает. – Он снова стукнул Сина. – Предатель.

Тот схватил его за руку и дернул на себя:
— Ударишь меня еще раз, и я отправлю тебя в утилизатор.
— С тебя станется. Лживый гад.
Шай нахмурилась:
— Кем вы друг другу приходитесь?
Син снова усадил его на кровать.
— Вик — одно из моих первых детских творений.
— Я был твоим напарником.

Син улыбнулся:
— И сообщником. Когда отец посылал меня на дело, Вик был моими глазами и ушами, пока я добирался до цели и удирал.
— Ага, и вот как он мне отплатил. Бросил меня при первой же возможности.
— Неправда. Ты должен был приглядывать за Диггером.
Бот не обратил на него внимания.

— И что, он звонит? Нет. Пишет письма или смс? Нет. Просто сбегает и оставляет меня тут ржаветь и умирать. – Он повернулся к Сину. — Хреновый из тебя друг.
— Хреновый. Прости.
— Гм. Подлизываешься? С кем ты мне изменял? С какой-нибудь примитивной ерундой на батарейках? Надеюсь, каждый раз, когда ты до нее дотрагивался, она била тебя током.

Син засмеялся%
— Ты единственный, Вик. Единственный бот, которого я готов терпеть.
— Вранье, вранье, вранье. Стекает с твоего языка, как слюна с собачьей морды. - Вик покачал головой.
Шахара скривилась, живо представив такую картину.
— Слушай, если тебя это утешит, я попал в тюрьму, потому что тебя не было рядом.
— Я бы сказал, что так тебе и надо, но даже я не настолько черствый.
Робот очаровал Шахару. Очень умный и отлично запрограммирован.

— А сколько тебе было, когда ты сделал... — Она осеклась, прежде чем успела произнести «это», потому что не хотела оскорблять машину. – Его?
— Семь. Потом еще несколько лет вносил кое-какие изменения.
Ого. Впечатляет. В этом деле она и сейчас ему в подмётки не годится, а ведь тогда Син был совсем маленьким...
Да, Син едва ли походил на других детей.
— Есть хоть что-то, чего ты не можешь?
Син бросил на нее лукавый взгляд.

— Найти женщину, которая бы не пыталась пырнуть меня ножом в спину или предать. Хотя постой, ты же пырнула меня в руку!
Справедливо, и что самое неприятное — он говорил правду. Но Шай ничего не ответила, да и в его голосе не было раздражения. Он просто констатировал факт.
Вик передвинулся к ней.
— Может, бросишь его и выберешь настоящего мужчину?
Она расхохоталась:
— Ты не в моем вкусе, Вик.

Он цокнул:
— Ну да, вам, таким здоровенным, тяжело признать, что мы лучше в постели. Ничего. Я все понимаю, - и фыркнул: – Меня, например, тоже не очень привлекают огромные настольные лампы.
— Ты же знаешь, что я по тебе скучал, — улыбнулся Син.
Вик уставился на него укоризненно — просто невероятно, но программа позволяла ему менять выражение лица.
— Но не настолько, чтобы вернуться.

— Мне правда очень жаль, Вик. Я не думал, что ты так обидишься. Мне казалось, тебе нравится с Диггером.
— Он ничего. Но он — не ты. Такой осторожный, что тоска берет. Бегал когда-нибудь со стариком? Скучаю по тому, как мы жили. – Он помедлил и сказал: — Можно мне теперь поехать с тобой?
Син заколебался. С одной стороны, он был бы очень этому рад. Но с другой...
— А Диггер?
— Да он ничем особенным сейчас не занимается. Пожалуйста, Шеридан. Я не хочу тут оставаться. Я заржавею и умру от безделья.
Этого Син совсем не хотел.

— Хорошо, но не называй меня Шериданом. Меня теперь зовут по-другому.
— Придурком? Мне нравится.
— Син. Мое имя Син, - закатил он глаза.
— Син? Что еще за идиотизм? - фыркнул Вик.
— Получше, чем Вик.
— Ненамного, но ладно. Если это твое условие, я подчиняюсь. – Он снова принял форму птицы и перелетел на подоконник. – Кстати, я узнал, что ты вернулся, подслушав, как какие-то придурки обсуждают награду за твою голову. Они собирают банду, чтобы явиться за тобой. Надо бы подготовиться.

— Надо валить отсюда. - Син выругался.
И тут же ощутил беспокойство за Диггера. Задумавшись, куда тот подевался, Син вышел в гостиную.
В комнате было пусто, на диване поверх сваленной кучей черной одежды лежала записка. Син взял ее и поднял глаза на Шахару, которая замерла в дверном проеме.
— Диггер пошел за едой.

Сложив листок, он занялся одеждой. Костюм поменьше он бросил Шахаре и тут обнаружил ботинки.
— Аллилуйя, — с облегчением выдохнул он. — Наконец-то у меня будет обувь по размеру.
— В жизни не видела человека, так одержимого обувью. Что еще сообщишь о себе? Какие–нибудь необычные пристрастия, например привычка надевать женское нижнее белье?

Он насмешливо фыркнул, вспоминая, как в детстве резал ноги, потому что приходилось ходить босиком.
— Там, где я вырос, подходящая обувь была редкостью, а я с тех пор слишком привык к роскоши носить нормальную.
Рядом с диваном он заметил два рюкзака. Отлично. Диггер, похоже, нашел то, что он просил. Можно всё осмотреть попозже. Сейчас ему до смерти хотелось помыться. И сбрить жесткую, колючую щетину с лица.
— Я в душ. Диггер пишет, чтобы мы чувствовали себя как дома.

Шахара отступила в сторону, чтобы дать ему пройти. Она смотрела ему вслед и не могла шевельнуться, пока не услышала шум воды. Прижавшись спиной к стене, она представила его обнаженное мускулистое тело, покрытое блестящими капельками. Она сделала глубокий вдох, пытаясь унять волной нахлынувшее яростное желание.
Она бы что угодно отдала, чтобы быть как Кейсен. Ее сестра сейчас сорвала бы с себя одежду и направилась прямиком в душ к Сину.
Зрелище было бы потрясающее: вода стекает по мужественному лицу, темные влажные волосы вьются кольцами на шее и широких плечах, мокрый пушок на ногах и в других местах.

Можно проследить путь капелек языком, а потом прижаться губами к рельефной...
Она шумно выдохнула. Син потрясающе выглядит. Если бы только она сама была другой.
Огонь в крови все не унимался. Каково это – заниматься любовью с таким мужчиной? Ощущать, как он крепко сжимает тебя сильными руками и нежно целует, пока не начнёшь просить пощады?

Шай в задумчивости закусила губу. Неужели его доброта лишь притворство?
Может, он такой же, как Гейлин, который водил ее за нос и нанес удар, как только она ему доверилась? Что-то подсказывало, что это не так, но она не могла заставить себя поверить Сину. Не могла позволить себе снова совершить ошибку.
Она со вздохом оттолкнулась от стены и отправилась на поиски еды. Вскоре к ней на кухне присоединился Син.
— Чем это так вкусно пахнет? – спросил он, подходя к столу.

Шай хотела ответить, но могла только молча смотреть на него, такого бодрого после душа.
Темные штаны почти неприлично обтягивали бедра и все остальное, не оставляя простора воображению. Да и нечего тут было воображать. Она и так отлично знала, что находится под этой тесной одеждой.
Тело опалило жаром, в ушах зашумело.
Рубашку он перекинул через крепкое плечо. Он был похож на сказочного бога, возникшего из тумана. Само совершенство. Никогда в жизни она не видела такого красивого мужчины.

Она не ответила, и Син оглянулся на нее.
— Ничего, если я возьму немного?
Шахара с усилием сглотнула.
— Бери.
Она опустила глаза в свою тарелку, надеясь, что он не заметит, как она покраснела. Он повернулся к ней спиной, Шай не удержалась и опять взглянула на его неприлично красивую фигуру. У него однозначно самая накачанная задница из всех, что ей доводилось видеть. Впервые за всю сознательную жизнь ей захотелось отхватить кусочек такого великолепия.
Он наполнил тарелку и сел за стол. Откусил и тут же сморщился.

Прежде чем она успела сказать хоть слово, он выскочил из-за стола и выплюнул еду в утилизатор. Расстроенная тем, что ему не понравилась ее стряпня, она подбоченилась и посмотрела на него с упреком.
— Да ладно, не так уж все плохо.
Схватив стакан с водой, он сделал два больших глотка.
— Неудивительно, что ты такая худая. Я бы помер с голоду, если б пришлось есть подобное.
— Большое спасибо.

Вид у него сделался виноватым.
— Извини. Но ты могла бы предупредить, что собираешься меня отравить.
Закатив глаза, Шахара положила в рот кусочек омлета. Если честно, он прав. Яйца получились недожаренными и пересоленными, бекон пригорел, а вот рулеты, пожалуй, сгодятся. Чтобы использовать их вместо дверного доводчика.
— Что я могу сказать? У нас в семье готовить умеют Тесса и Кайлен, я – нет.

Син вынул кусочек хлеба из стеклянного контейнера на столешнице и сунул его в рот, будто пытаясь перебить послевкусие. Шай, может, и обиделась бы сильнее, если бы не выросла с Кайленом, который нещадно критиковал её готовку.
— Так какой у нас план? – спросила она, чтобы сменить тему.
Он отпил из стакана.
— Сперва перевяжи мне ребра.
— Принапин не помог?

— Он хорошо залечивает небольшие травмы, устраняет боль и синяки. Но при более серьезных повреждениях, например при переломах ребер, он бесполезен. Последнее, что нам нужно – чтобы мне в легкое вонзился осколок кости.
Она отложила вилку и отодвинула тарелку.
— Так что же нам тогда делать?
— Я покончу с собой. — Она удивленно уставилась на него. — Не по-настоящему. Мне нужно кое за чем вернуться домой. Насколько я знаю ритов, кто-нибудь будет меня там ждать. Так что ты останешься тут, а я отправлюсь один.

— Погоди-ка...
— Не спорь. Меня с детства учили проникать в здания незаметно. А вот ты...
— А вот я забралась в твою квартиру, и ты этого даже не заметил.
— Да, но я все-таки тебя поймал.
Возразить на это было нечего.

— Это не отнимет много времени, потом я вернусь за тобой.
Неужели? Она в этом сомневалась, да и стоит ли ему доверять?
— Ну, думаю, и мне пора в душ, — сказала она, протягивая руку за одеждой, которую положила на стул рядом с собой. – Если, конечно, осталась горячая вода.
— Неа.
Шай закатила глаза.
— Стой, — окликнул он, пока она не ушла. – Ребра.

Едва не подпрыгнув от радости, что сможет к нему прикоснуться, она пересекла комнату и взяла из его рук белый эластичный бинт.
— Что нужно сделать?
Он отогнул конец ленты и прижал к животу прямо над пупком.
— Бинтуй потуже. Только не слишком, иначе нарушится кровоснабжение.
Шахара сделала, как он сказал. Перетянув ему грудь, слегка касаясь пальцами жестких выпуклых мышц, она заметила, что от ее прикосновений они вздрагивают и напрягаются. У него на самом деле потрясающее тело...

Громко дыша, она изо всех сил старалась не думать о том, как внутри зарождается жаркая ответная пульсация. Или о том, как покрывается мурашками его кожа, как напрягаются соски под ее пальцами.
Ее груди тоже налились тяжестью, будто умоляя приласкать их.

Но труднее и мучительнее всего было обводить бинт вокруг его спины: грудью Шай почти прижималась к его животу.
Син, наблюдавший за ней, облизал внезапно пересохшие губы. Он призвал на помощь весь самоконтроль, пытаясь сдержаться и не обнять ее, чтобы попробовать вкус ее губ. Он ухватился за стол с такой силой, что край вонзился в ладони, а суставы побелели.
Иерпеть это было труднее, чем все, что с ним делали риты. Черт, да пара часов, и он начал бы умолять.

Она подняла глаза, и он прочитал в их золотистой глубине желание. Забыв обо всем, он склонил к ней голову.
Она не попыталась увернуться, наоборот, подалась вперед, но как только он решил, что сейчас коснется ее губ, вдруг отпрянула.
— Готово, — сказала она напряженно.
Весь пылая, он не нашел в себе сил поблагодарить ее. Он с трудом сдерживал ругательства. Трещины в ребрах беспокоили его гораздо меньше, чем тяжесть в паху.

Она быстро взглянула на туго натянувшуюся ширинку, под которой, как каменный, стоял член, и жарко покраснела. Ни слова не говоря, она развернулась на каблуках и бросилась в ванную.
— Не задерживайся, — пробурчал он, пытаясь найти позу поудобнее. – Мне необходим холодный душ, чтобы притушить пожар.
Син взял стакан с водой и подумал было плеснуть на себя, чтобы немного успокоиться. Но вместо этого отпил из него и вышел в гостиную, чтобы проверить рюкзаки и примерить ботинки. Копаясь в вещах, он улыбнулся предусмотрительности Диггера. Тот обо всем позаботился. В том, что касалось экипировки взломщика, старик разбирался лучше всех и точно знал, что может потребоваться в самых неожиданных обстоятельствах.

Преисполненный благодарности, Син отодвинул сумки в сторону и натянул рубашку и обувь. Дверь открылась. Диггер с полными руками пакетов остановился на пороге.
— Рад видеть, что ты встал и занят делом.
— Я тоже рад. — Син забрал у него пакеты и понес их в кухню.
— Я надеялся вернуться до того, как ты проснешься. Твоя девушка сказала, что не умеет готовить, поэтому я решил принести тебе что-нибудь, чтобы ребра быстрее заживали.

Син рассмеялся:
— Боюсь, ты опоздал. Она меня уже отравила.
— Ну, женщине, которая так хороша, ни к чему готовить, правда?
Син кивнул, раскладывая на столе продукты.
— Слышал какие-нибудь сплетни, когда выходил?
— Неа. – Диггер принялся вынимать еду из пакетов и убирать в шкафы. – Поинтересовался у пары человек, но пока ничего.

Син потер шею:
— В общем, вчера на улице мне встретились двое, они меня узнали, да и Вик говорит, что кое-что слышал. Я так понимаю, их появление — лишь вопрос времени. Наберутся мужества или выпьют достаточно и придут за мной.
— Черт, как грустно, когда у человека ни минуты покоя. – Диггер поднял на него не читаемый взгляд. – Но мне кажется, ты к этому привык.
Да, привык. Син помог разобрать пакеты.
Они помолчали, потом Диггер кашлянул. Син обернулся и увидел на его лице несвойственное ему застенчивое выражение.
— В чем дело?

Диггер вынул разделочную доску, нож и развернул кусок сыра.
— Я знаю, это ты пополнял мой счет.
— Какой еще счет?
Тот отрезал тонкий ломтик.
— Послушай, парень, не разговаривай со мной как с идиотом. Кроме тебя, я никому не нужен. Я уверен, все эти годы это был ты. И я знаю, зачем ты послал ко мне Вика. Я просто хочу понять причину.

Син прислонился к краю столешницы. Он хотел было солгать, но для чего? Правда в том, что он любит своего дядю. И всегда любил.
— Я тебе должен.
— Ни черта ты мне не должен.
— Неправда. Ты вытащил меня из тюрьмы.
— Да, но сам же и помог тебя туда посадить. Был бы я мужиком, забрал бы тебя и Талию от папаши, когда мать ушла от вас. Нельзя было вас с ним оставлять.

— Ты не знал, на что он способен, когда дело касалось нас.
— А стоило догадаться.
— Если бы за каждое «если» и «но» мне давали по конфетке, я бы никогда не ходил голодным... — Син вздохнул.

Раздались аплодисменты. Син повернулся к двери и увидел Шахару. Она была в таком же, как у него, черном костюме, но, надо признать, на ней он смотрелся намного лучше.
— Надо будет это запомнить.
Диггер поднял голову.
— Шеридан вот говорит, что ты пыталась его отравить.

Она посмотрела на Сина с укором. Прежде чем он успел ответить, в окно влетел Вик и свистнул так пронзительно, что все трое вздрогнули.
— Вик! — крикнул Син. — Хватит!
— Хватит, чтоб тебя. Кучка бродяг только что перешла через дорогу. Они идут за тобой и твоей подружкой, так что вам пора валить, или от вас мокрого места не останется.
Шахара бросила испуганный взгляд на бесстрастное лицо Сина.
— Что нам делать?

Син взял рюкзаки, один закинул себе на плечо, второй бросил ей.
Диггер запер входную дверь.
— Могу задержать их на пару минут.
Сердце Шай гулко забилось. Против молодых Диггер долго не продержится. Они с Сином обречены.
Тот взял ее за руку и потянул в спальню.

— Ты что делаешь?
— Ты мне доверяешь?
Она фыркнула:
— Ничуть.
— Учись, — ответил он, отпуская ее руку и рывком открывая окно. При мысли о том, что он заставит ее делать дальше, Шай охватила паника.

— Нет, ни за что, я не полезу.
— Ну же, Шахара. – Он кое-как держался рукой за раму, вися на высоте пяти этажей. – Выбора у нас нет.
— Нет! — испуганно покачала головой Шай.
Прищурившись, он мрачно посмотрел на влетевшего в окно Вика. Тот сперва собирался сесть на пол, но покружил и завис над плечом Сина.
— Они вот–вот будут здесь! – нахохлившись, крикнул он.

— Шахара! – Взгляд Сина стал жестким. – Шевели же задницей. Быстро. Надо убираться отсюда.
Но все не так просто. Она не могла сделать, как он говорил. Не могла.
— Я ужасно боюсь высоты.
Он сунулся обратно в комнату.
— Чего?

На нее нахлынули давние воспоминания, и она сглотнула. Боль в сломанной руке и затмевающий все ужас... Если бы она не приземлилась на кучу мусора, которая смягчила падение, сейчас была бы уже мертва. А так отделалась переломами.
— В детстве я выпала из окна второго этажа, и с тех пор мне бывает плохо от высоты, Син. По-настоящему плохо.
При одной мысли о том, чтобы...
Хотелось бежать.

Он медленно выдохнул:
— Круто. Кому ж, как не мне, повезло встретить единственного во вселенной охотника за головами, который боится высоты. – Он стиснул зубы, потом вновь взглянул на нее. — Давай руку.
— Зачем?
Входную дверь сотряс громкий удар.
— Открывай, старик. Или мы ее взорвем.

— Или я, или риты, Шай. Кого выбираешь?
Вот и весь выбор? На самом деле она знала, что он прав. Надо собраться с духом и быть женщиной.
— Выбираю третий вариант, — сказала она, протягивая ему руку.
Син прижал ее к груди.
— Держись крепко и не смотри вниз.

Пытаясь справиться с паникой, Шахара сделала, как он сказал. Сильные руки обвили ее, как защитный покров, и в следующее мгновение они с головокружительной скоростью взмыли ввысь.
Она перевела взгляд на его застывшее лицо.
— Что?..
— Трос-пружина. – Он помог ей перебраться через край крыши.
Вся дрожа, Шахара полезла дальше, изо всех сил стараясь не думать, как далеко отсюда до земли.

— И чего мы этим добились?
— Немногого.
Син подтянулся на руках, взобрался на крышу и щелкнул кнопкой, чтобы убрать трос в специальный отсек в своем браслете. Он обвел взглядом соседние крыши, потом достал из наружного кармана ее рюкзака дубинку.
— Возьми такую же из моего.

Озадаченно хмурясь, она последовала его совету, а Вик тем временем вернулся с очередным докладом о том, что у преследователей пополнение. Син нажал на кнопку в середине двенадцатидюймового металлического цилиндра, и дубинка удлинилась до шести с половиной футов. Прежде чем Шай успела спросить, к чему все это, он, пользуясь этой палкой точно шестом, перелетел на соседнюю крышу. У Шай закружилась голова. Он ведь не...
— Давай, — бросил Син, оглядываясь на нее.

Ни за что.
— Ты псих!
— «Свихнутый вусмерть», — очаровательно улыбнулся он. — Быстрее, пока нас не поймали.
Я умру...
Она услышала выстрелы бластеров в квартире Диггера и поняла, что остается только следовать за Сином. Затаив дыхание, она в точности повторила его маневр, хоть и боялась, что шест сложится. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем она приземлилась рядом с ним. Он укоризненно посмотрел на нее.

— Ну, не так уж и страшно?
Она свирепо уставилась в ответ. Весело засмеявшись, он ловко, будто танцуя, перелетел еще через пару крыш. Шахара с завистью посмотрела ему вслед.
— Глядя на тебя, кажется, что это так легко, — вздохнула она. – Если упаду, клянусь, я тебя прикончу.
Когда она его догнала, он сложил шесты.
— Запомни, куда его кладешь. Это лучший друг вора.

— Я не ворую.
— Еще как воруешь, детка. Ты похитила меня у ритов. Уверяю, для Мерджека это преступление куда серьезнее какой-то кражи.
— Я правда тебя ненавижу. И перестань называть меня деткой.
Он рывком прижал ее к твердой как сталь груди. Его глаза искрились весельем, и он наклонился так близко к ее лицу, что его дыхание защекотало ее губы.

— Я счастлив, что вызываю у тебя сильные чувства, все равно какие, — ответил он, потеревшись носом о ее нос. – Это лучше равнодушия.
Он отпустил ее и огляделся, словно обдумывая возможности. Она вынуждена была признать, что он выглядел очень привлекательно, когда, гордо выпрямившись, осматривая крыши вокруг. В его движениях проглядывала грация дикого зверя, и она, как женщина, не могла этого не заметить.

Вик спикировал к ним. Тут же послышались крики.
— Они на соседней крыше.
Шай запаниковала. На их крыше не было ни дверей, ни лестниц.
— Куда теперь?

Он перегнулся через край и посмотрел вниз.
— Ты сколько весишь?
— Сто три, а что?
Он не ответил, пристально глядя на компьютер на запястье.
— Как мы выберемся с этой крыши?

Ненавистная ухмылка, которую Шай уже терпеть не могла, вновь появилась на его лице.
— Ты точно хочешь, чтобы я ответил на твой вопрос?
По спине прошел холодок.
— Это ты к чему?

Син раскрыл объятия.
— Иди к папочке, дорогая. Прокатимся еще разок.
Она помотала головой.
— Если ты рассчитываешь, что я спущусь по стене...
— У нас нет на это времени.

— В таком случае что мы будем делать?
Он еще шире развел руки и подмигнул ей. В животе все сжалось от ужаса. Наверное, она умерла и оказалась в аду. Вокруг загрохотали выстрелы. Вик спикировал вниз.
— Лучше поторопитесь, идиоты.
— Ну же, Шахара.

Выругавшись, она подошла и встала рядом с ним. Он вытянул трос.
— Что ты делаешь? – растерялась она, когда Син, пропустив трос под ее ягодицами, привязал Шай к себе так крепко, что у нее все мысли вылетели из головы.
— Держись.
Ее уже тошнило от этой фразы, но она послушно обвила его шею руками.
— Обхвати меня ногами.

Она бросила на него полный негодования взгляд.
— Не буду.
— Секс тут ни при чем. Давай.
Она подчинилась и тут же пожалела об этом. Они прижимались друг к другу так тесно, что у Шахары запылало лицо. Она ощущала твердые мышцы его пресса пахом, и ей отчаянно хотелось, чтобы он потрогал ее там. Шай с ужасом почувствовала, как наливаются груди, прижатые к торсу Сина. Что она творит? Никогда раньше она не касалась мужчины вот так. Додумать она не успела, потому что Син обнял ее за талию и шагнул за край, в пустоту.

— О боже! — закричала она, когда они понеслись навстречу тротуару.
— Перестань орать, у меня сейчас барабанные перепонки лопнут. – Руки сдавили ее сильнее. – Держись за меня и молись.
Шай зарылась лицом в его плечо и крепче обхватила руками и ногами. Вдруг она услышала, как он выругался, перекрывая свист ветра в ушах.
— В чем дело?

— Похоже, мы умрем.
— Что?
— Держись.
— Держись, — повторила она, оглушенная его словами. – Что значит держись? – Если она сожмет его еще крепче, то переломит пополам. А потом она почувствовала, как они замедлились.

Последний рывок, и они остановились. Или умерли... Син сдавил ее сильнее, а когда заговорил, в его голосе звучал смех:
— Открывай глаза. Мы в безопасности. Но можешь обнимать меня сколько хочешь.
Шай посмотрела на него, с трудом сдерживая желание удавить. Но тело не слушалось. Ослабев от пережитого, она только и могла, что прижиматься к нему.
— Ненавижу тебя, уголовник.
Он рассмеялся, отчего мышцы живота снова потерлись о ее промежность. Шахара вызверилась на него.

— Что тут забавного? Ты чуть не убил нас обоих.
— Я? Это ты соврала про свой вес.
— Неправда! Ты когда взвешивался последний раз?
Он изогнул бровь.
— Ты права.

Она высвободилась из его объятий и ударила Сина в плечо.
— Мог бы предупредить, что на тебе антигравитационные ботинки. Я думала, нам конец.
— Не хотел говорить заранее, вдруг ты бы передумала прыгать.
— Это подло.
— Переживешь.

— Как только убью тебя!
— Вон они!
Они одновременно вскинули головы и увидели, что к ним бегут двое. Син схватил Шай за руку и рванул в другую сторону, а Вик полетел к наемникам, пытаясь их задержать. Пока они бежали, Шахара поняла, что ей совсем не по душе быть дичью. Ничуть. Охотником ей нравилось гораздо больше.

Син увлек ее в темный переулок. Они перескакивали через урны и бесхозный хлам, и она все время слышала, как приближается погоня и Вик осыпает преследователей ругательствами, а они в него стреляют. Сердце громко стучало в ушах. Син, то и дело на бегу оглядывающийся через плечо, казался таким спокойным, что ей захотелось придушить его.
Внезапно они уперлись в забор. Начав взбираться, Шай увидела сверху колючую проволоку.

— Что нам делать?
— Спрыгивай.
Она послушалась, и он поймал ее и прижал к себе. Посмотрев ему за спину, Шай увидела, что наемники направляются прямо к ним. Син вынул из рюкзака емкость размером с ладонь и бросил назад. Повалил дым.
— Не дыши, — приказал он, вынимая дубинку. Растянув ее на половину длины, он поддел сетку снизу.
— Лезь.

Она проползла в дыру и обернулась к нему. Одним аккуратным движением он перекатился под сеткой, сложил шест и убрал обратно в рюкзак. Слышно было, как преследователи спотыкаются сквозь дымовую завесу и стреляют в Вика.
— На сколько это их задержит?
— Ненадолго.
Взяв ее за руку, он потащил Шай к часовне через дорогу. Пришлось прибавить шаг.
— Что ты задумал?

— Доверься мне. – Он приоткрыл дверь церквушки и скользнул внутрь. Вообще-то, она и раньше ему не особо доверяла, но все же последовала за ним. В темном вестибюле вдоль бледно-розовых стен стояли ящики с белыми свечами. Син взял две, одну протянул Шахаре.
— Повторяй за мной.
Он отворил покрытую затейливой резьбой внутреннюю дверь и медленно двинулся по проходу между скамьями. У Шай дрожали ноги, и она все думала, не видели ли убийцы, куда они скрылись. И если да, пойдут ли следом? Ей совсем не хотелось устраивать перестрелку в святом месте.
Разглядев затейливо вырезанные статуи святых, стоящих на пьедесталах в нескольких футах друг от друга, Шай вдруг поняла, что это килоранский храм. Вокруг царили красота и покой.

Тихо ступая по паркету под внимательными взглядами статуй, Син провел ее к затянутому в бархат алтарю с лампадой. Опустившись перед ним на колени, он дважды коснулся пола лбом, а потом положил руку на сердце. После этого поцеловал свечу и зажег ее от лампады.
— Теперь ты, — прошептал он.
Она повторила за ним. Он прикрыл пламя рукой и пошел к скамье рядом с маленькой дверцей справа от алтаря. Там он встал на колени и поставил свечу в подсвечник. Шай сделала то же самое. По всему украшенному позолотой пространству храма разносился шепот читавших молитвы людей.

А Син молчал. Спокойно склонив голову, он не произнес ни слова, только притворяясь, что молится. Она заметила, что его глаза открыты, и он незаметно обводит глазами храм, будто что-то ищет.
Дверь в часовню со скрипом открылась. Шахара оглянулась и увидела одного из наемников.
— Син... нас нашли.

Он бросил взгляд на дверь, потом задул свечу и взял ее за руку. Она едва успела потушить свою, когда он потащил ее в боковую дверь.
Сердце колотилось где-то в горле, не давая дышать. Он же не собирается пробираться через частную территорию храма?

Это ведь наверняка незаконно. И как пить дать смертный грех. Холодный темный коридор все никак не кончался, и дверей нигде не было. Син тянул ее вперед, пока наконец они не добрались до маленького алькова. Он обнял ее и увлек в тень. Шай хотела было возразить, но дверь заскрипела, и раздался звук тяжелых приближающихся шагов.
Потом кто–то хрипло закашлял. Ее сердце пропустило удар. В этот раз их поймали. Отсюда им деваться некуда.
Поблагодарили: Калле, KuNe, ninych, Gusay, Mari Michelle, ALino, Vivid, devushkaskosojj, Tigrenok, Rin, natalymag, Алекта, Кассиопея, Москвичка, АЛИСА

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • KuNe
  • KuNe аватар
  • Wanted!
  • Редактор ОС
  • Редактор ОС
  • Властительница табуретки
Больше
17 Апр 2016 14:59 #62 от KuNe
KuNe ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16
Регина, Денилз, спасибо за продолжение!  :flirty2:
вот и снова погоня, снова убегают. но зато появился Вик, интересное создание  :shy:
интересно, что теперь будет с Диггером.

"многие хотят, чтобы было по ихнему. но так не будет. потому что нет такого слова"

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
18 Апр 2016 10:49 #63 от natalymag
natalymag ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16
Спасибо за продолжение!  :lublu:  :pocelui:
Поблагодарили: Regina

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Regina
  • Regina аватар
  • Wanted!
  • Терминатор ОС
  • Терминатор ОС
Больше
18 Апр 2016 11:05 #64 от Regina
Regina ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16

KuNe пишет: Регина, Денилз, спасибо за продолжение!  :flirty2:

Наслаждайтесь)

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

Больше
18 Апр 2016 14:14 - 18 Апр 2016 14:15 #65 от ninych
ninych ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16
Вот этого я никогда не понимала: за ними гонятся, надо срочно удирать, а она: "что", да "почему", да " я не буду- не могу". Ты охотник или нет, в конце концов? Чему-то тебя учили! Бери ноги в руки и драпай, раз других идей нет! А последнее "это же грех" меня вообще потрясло. Нет, давайте вас убьют, если не хуже, ну уж дольше-то точно и больнее.
Ах, какие всё-таки мужчины у Кеньон, слюнки текут!
Спасибо за продолжение!

Regret is usually a waste of time
Поблагодарили: Калле, denils

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Tigrenok
  • Tigrenok аватар
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Привидение Тигрёнка
Больше
23 Апр 2016 23:20 #66 от Tigrenok
Tigrenok ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16
Региночка, Денилз, спасабо вам огромное за перевод и редактуру.

Огромное спасибо Иллюзия

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Regina
  • Regina аватар
  • Wanted!
  • Терминатор ОС
  • Терминатор ОС
Больше
24 Апр 2016 10:57 #67 от Regina
Regina ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 9/22 глав, обн. 17.04.16
И вам, дорогая, что читаете. Наслаждайтесь.

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Regina
  • Regina аватар
  • Wanted!
  • Терминатор ОС
  • Терминатор ОС
Больше
24 Апр 2016 10:58 #68 от Regina
Regina ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16

ninych пишет: Вот этого я никогда не понимала: за ними гонятся, надо срочно удирать, а она: "что", да "почему", да " я не буду- не могу". Ты охотник или нет, в конце концов? Чему-то тебя учили! Бери ноги в руки и драпай, раз других идей нет! А последнее "это же грех" меня вообще потрясло. Нет, давайте вас убьют, если не хуже, ну уж дольше-то точно и больнее.
Ах, какие всё-таки мужчины у Кеньон, слюнки текут!
Спасибо за продолжение!

Ниныч, Кеньон забыла))) что это badass охотница, головорез и вапще опасная дамочка)

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Москвичка
  • Москвичка аватар
  • Wanted!
  • Редактор ОС
  • Редактор ОС
  • Мока
Больше
24 Апр 2016 21:01 - 24 Апр 2016 21:07 #69 от Москвичка
Москвичка ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16
Почему-то я всегда считала, что только авторы ИЛР грешат всякими несуразностями и несоответствиями - наверное, за счёт безграмотности (и чего тогда браться за незнакомую эпоху?!). Потому иногда даже драматические события вызывают гомерический хохот. Но, видать, и в романах в фантастическом антураже авторы склонны к воистину фантастическим допущениям. :lol:

Но всё равно... Что там дальше-то?!  :whistle:

Лучшее - враг хорошего
Поблагодарили: Калле

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Калле
  • Калле аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Вождина
  • Вождина
  • Кавайный элемент
Больше
24 Апр 2016 21:07 #70 от Калле
Калле ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16
Мне казалось, в любой фантастике все начинается с фант.допуска. Кеньон просто никогда не заморачивается особо - у нее ведь главное - любовь)

Save a Tree, Eat a Beaver

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Москвичка
  • Москвичка аватар
  • Wanted!
  • Редактор ОС
  • Редактор ОС
  • Мока
Больше
24 Апр 2016 21:09 - 24 Апр 2016 21:19 #71 от Москвичка
Москвичка ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16
Любовь - оно, конечно. Но и в сказке любовь должна быть достоверна. А тут явный диссонанс в характере. Однако ж детективная линия захватывает.

Лучшее - враг хорошего
Поблагодарили: Калле

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Калле
  • Калле аватар Автор темы
  • Wanted!
  • Вождина
  • Вождина
  • Кавайный элемент
Больше
24 Апр 2016 21:21 #72 от Калле
Калле ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16
Мне кажется, все просто чересчур серьезно восприняли иронию в фокале героини. Она ведь отнюдь не девочка из церковного хора.

Save a Tree, Eat a Beaver

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Tigrenok
  • Tigrenok аватар
  • Wanted!
  • Свои Люди
  • Свои Люди
  • Привидение Тигрёнка
Больше
24 Апр 2016 21:23 #73 от Tigrenok
Tigrenok ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 8/22 глав, обн. 06.04.16

Калле пишет: Мне кажется, все просто чересчур серьезно восприняли иронию в фокале героини. Она ведь отнюдь не девочка из церковного хора.

Согласна. Вот полностью согласна.

Огромное спасибо Иллюзия

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Кассиопея
  • Кассиопея аватар
  • Wanted!
  • Редактор ОС
  • Редактор ОС
  • candy
Больше
28 Апр 2016 07:38 #74 от Кассиопея
Кассиопея ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 9/22 глав, обн. 17.04.16
Девочки-солнышки, спасибо огромное за такую возможность почитать Кеньон. Я, оказывается, жутко по ней соскучилась, но ТО перечитывать не хочу. А тут такая вкусняшка.
ГГ-ня мне очень даже нравится. Она не гром-баба, а вся такая женщина с тысячей вопросов в самый неподходящий момент, привыкшая к самостоятельности и вдруг обнаружившая, что в настоящий момент ее способностей не хватит, чтобы выжить.
В общем, словила я вчера кайф. Хочу еще.  :flirty:  :flirty2:

Подруги твои, которые к орфографии парней в сообщениях не придирались, уже давно замуж повыскакивали, а ты что? Ну давай, жди своего грамотея. ©
Поблагодарили: Калле

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.

  • Regina
  • Regina аватар
  • Wanted!
  • Терминатор ОС
  • Терминатор ОС
Больше
07 Май 2016 22:31 - 08 Май 2016 01:03 #75 от Regina
Regina ответил в теме Re: Шеррилин Кеньон "Рожденные Огнем", 9/22 глав, обн. 17.04.16
Глава 9
вычитка denils
Глава 10
[/b]
Син прижимал Шахару к груди так крепко, что она чувствовала, какие твердые у него мышцы, и ощущала биение его сердца. Ужас понемногу отступал.
Где–то впереди открылась дверь, и послышались голоса. Женщины негромко переговаривались на языке, очень похожем на тот, на котором говорил Син. Преследователь остановился.
— Что вы здесь делаете? – возмущенно воскликнула одна из женщин. Шахара уже решила, что их с Сином обнаружили, но тут раздался мужской голос:
— Видел, как сюда зашел убийца. Я ищу его.
— В храме вы никого искать не будете. Уходите.

Две монахини прошли мимо их укрытия, ничего не заметив. Третья остановилась прямо напротив алькова, и Син тронул ее за руку. Женщина обернулась и открыла рот от удивления, но постаралась встать так, чтобы заслонить нишу.
— Выведите этого человека отсюда, – кашлянув, распорядилась она. – А вы не смейте больше осквернять нашу церковь.
Как только за всеми троими закрылась дверь, женщина повернулась и ласково улыбнулась Сину.
— Боже мой, дитя, неприятности следуют за тобой по пятам.

Син выпустил Шахару из объятий и опустил голову как провинившийся ребенок перед разгневанной матерью. Шай подняла бровь. Она видела Сина рассерженным, обиженным и смиренным, но никогда – устыдившимся, и ей стало любопытно, какое место в его жизни занимает эта женщина.
— Простите, матушка Анна. Нельзя было появляться здесь с погоней на хвосте. Я сглупил, но мне некуда больше пойти.
Настоятельница коснулась его щеки:
— Не извиняйся за то, что тебе понадобилась помощь, дитя. Нам всем она нужна время от времени.

В темных глазах Сина все еще горел стыд, и Шахаре захотелось его успокоить. Она перевела взгляд на монахиню в расшитом золотом одеянии. В полумраке оно светилось, словно дрожащий огонек свечи, и казалось мягким, как облако. Женщина держалась как королева. Седые волосы были убраны в косы и уложены вокруг головы. Она была старше Шахары лет на тридцать, но выглядела совсем юной. На добром лице всего несколько морщинок в уголках глаз, как у тех, кто много смеется. Неудивительно, что Син ей доверяет, ведь у нее такой ласковый взгляд.

Матушка Анна пристально посмотрела на Шахару.
— Кого это ты привел?
— Я Шахара.
Монахиня тепло улыбнулась:
— Ты красива, как ангел. Не верь тем, кто говорит иначе.
Она повернулась к Сину с укором в глазах:
— Жаль, что мы встречаемся при таких обстоятельствах. Я давно хотела показать, на что идут твои пожертвования.

Они вышли из ниши. Спрятав руки в рукава одеяния, монахиня провела их в тихий дворик. Шахара с любопытством разглядывала чудесный сад. Россыпь цветов и яркие краски восхитили ее. Нежно щебетали птицы, мелодично позвякивали колокольчики, их негромкий перезвон убаюкивал. Даже Вик притих и смотрел на них с ветки, чуть склонив голову.
В центре журчал фонтан, а слева от него был высажен длинный лабиринт из кустарника. Матушка Анна направилась туда.
— На твои деньги мы только что открыли еще один приют, на этот раз на Килдаре. Здесь, в Доме Талии Уэйд, у нас около трехсот беспризорников.

Шахара была удивлена. Сколько же Син им отчисляет, если удалось сделать так много?
Син молчал. Монахиня улыбнулась ему.
— И они каждый вечер молятся за тебя, сын мой.
— Не надо за меня, матушка, – со странным выражением лица покачал головой Син. – Моя душа давным-давно погублена. Пусть молятся за Талию.

Анна хотела возразить, но сдержалась. Они обогнули фонтан и подошли ко входу в ярко–зеленый лабиринт.
— Анна? – окликнул сзади недовольный голос.
Син толкнул Шахару за кусты и прижал палец к ее губам.
— Да, мать-настоятельница, — отозвалась монахиня.
— Отправьте, пожалуйста, Омеру в лазарет. Там кому–то нужна помощь.

— Конечно. Сейчас же распоряжусь. – Матушка Анна шагнула вслед за Сином.
— Поверить не могу, что она еще жива, – удивился он.
— Жива, и годы ее ничуть не смягчили, – ответила Анна, поджав губы – Попадешься ей в храме, и прольется кровь.
— Не сомневаюсь. – Он взглянул на Шахару. – Нужно пробраться в катакомбы.
— В катакомбы? – переспросила она, тяжело дыша и пытаясь совладать с паникой. Она представила себе склеп с грудой костей и гниющей плоти. – В такие, где хоронят людей?

Син закатил глаза:
— Только не говори, что безжалостная, как разящий клинок, охотница боится пары скелетов. Ни хре... – Посмотрев на мать Анну, он покраснел. – Ничего себе, — исправился он, — есть что-то, чего ты не боишься?
— Ты, — огрызнулась она. – И могил я не боюсь. Просто... не хочется туда идти.
На лице Сина ясно читалось: покойники или риты. Шай склонялась к ритам.

— С тобой все будет в порядке, дитя мое, – ободряюще улыбнулась монахиня. – Шеридан отлично знает дорогу.
И это должно ее успокоить? Шахара заметила, что он не поправил мать Анну, когда та назвала его настоящим именем. Интересно... Монахиня поцеловала Сина в лоб.
— Ступай с богом. Помни, Он всегда с тобой.
— Благодарю вас, матушка, – кивнул Син. – За все.

Сделав знак Вику следовать за ними, он взял Шай за руку и углубился в извилистый коридор из кустарника. С каждым шагом ее страх усиливался.
— Син... мне правда тяжело находиться рядом с мертвыми. Я похоронила слишком многих родных. Мне кажется, я не выдержу.
Что-то в ее голосе заставило Сина остановился у отделанного мрамором входа. Он повернулся, и ругательство застряло у него в глотке, как только он увидел ее лицо. Ужас, вспыхнувший в глубине золотистых глаз, полыхал ярче, чем светильники по обе стороны дверей.
— Неужели ты не боишься? – спросила она и сразу стала похожа на маленькую девочку.

— Мертвые ничего тебе не сделают. В отличие от живых.
— Но...
Он отпустил ее руку и отвел со лба выбившуюся прядь волос.
— Послушай, клянусь, что внутри нет ничего страшного. Я там жил. Это самое безопасное место на свете.
Она так удивилась, что перестала дрожать:
— Что ты сказал?

— Что он жил здесь в детстве, — ответил Вик, подлетая ближе. Он раскрыл клюв, и внутри ярко вспыхнул фонарик.
— Все будет хорошо. Обещаю, – заверил ее Син, увлекая за собой.
Собравшись с духом, она шагнула навстречу своему кошмару.
Оказавшись внутри, она решила, что Син прав. Не так уж и страшно. В тусклом свете видны были только бронзовые таблички на мраморных стенах. Длинный коридор скорее напоминал правительственное здание, чем склеп. Слава богу. Шай не выносила мысли о смерти. Особенно о смерти близких.

Мертвую тишину изредка нарушало завывание ветра, стук ботинок по выложенному плиткой полу и шелест металлических крыльев Вика. К ее безграничному облегчению, вокруг не было ни костей, ни трупов. И ничто, кроме холода, не напоминало об усыпальнице.
Син успокаивающе сжал ей ладонь.
— Говорил же, нечего бояться.
Чтобы не соглашаться с ним вслух, она спросила:
— Куда мы идем?
— Отсюда есть секретный проход в космопорт. Его построили четыреста лет назад во время Религиозных Войн. Храм тогда служил военным укреплением. Монахини могли сбежать по подземному ходу в случае нападения врагов. Дождемся темноты и попробуем убраться с планеты.

Они прошли несколько коридоров, пересекающих основной. Шахара сосредоточенно смотрела под ноги, стараясь не глазеть по сторонам, чтобы не растерять остатки мужества. Син отлично ориентировался.
— Сколько же монахинь здесь похоронено? – спросила она, глядя на бесконечные ряды табличек.
— Три тысячи двести или около того.
— Ты считал? – поразилась она.
— Коротал время в детстве.
Вик согласно угукнул:
— Он представлял, будто они стражи, которые его охраняют.

Син бросил сердитый взгляд на механобота:
— Спасибо, Вик.
— Да ладно. У тебя в прошлом случались куда более неловкие моменты.
— В интересах собственной безопасности советую тебе помалкивать.
Шахара слушала их пикировку и качала головой.
— Вы собачитесь, как престарелая супружеская пара.

Син не ответил, потому что коридор наконец закончился. Он опустился на пол и стряхнул пыль с едва заметной трещины в мраморном полу.
— Похоже, проход открыт. – Он уселся поудобнее. — Так и будешь стоять?
Шай села напротив и обхватила колени. Она прислонилась спиной к холодной стене и почувствовала, что замерзает. По коридору гулял сквозняк, и холод пробирал до костей.

— Прохладно тут, да? – поежилась она.
— А знаешь, как сохранить тепло? – спросил Син, с лукавой улыбкой раскрывая объятия.
Она засомневалась, разумно ли садиться так близко к нему. Любому другому она бы выпустила бы ему кишки за подобное предложение, но после всего, что они пережили вместе, она вдруг поняла, что ее к нему тянет, и замерла.
— Я не опасен, — заверил он. – Просто представь, что я Кайлен.

Да, конечно. Она никогда себя так не чувствовала рядом с братом. Шахара привалилась к Сину и погрузилась в тепло и аромат его тела. Он положил руки на согнутые колени, и ей вдруг захотелось, чтобы он обнял ее и крепко прижал. Его дыхание касалось ее щеки и шевелило волосы на затылке. Кожа покрылась мурашками.

Син заметил, как напряглись ее соски под тонкой тканью черной рубашки. Он вспомнил, как нечаянно застиг ее голой, и рот наполнился слюной. Захотелось попробовать ее кожу на вкус. Он с трудом сдерживался, чтобы не коснуться напряженного комочка плоти. Син не мог припомнить, когда в последний раз был так возбужден. Если бы Шай согласилась, они бы провели предстоящие часы ожидания очень приятно.

И Син твердо решил, что возьмет ее. Но не здесь, не на ледяном полу, как дикий зверь во время гона. Она достойна лучшего. Сперва нужно заслужить ее доверие, чтобы она позволила себя касаться. Когда Син целовал ее в первый раз, он понял, что она боится мужчин.
Она рассматривала его татуировку и озадаченно хмурилась. Рукав его рубашки задрался, и она сдвинула его еще выше, легко касаясь кожи пальцами.

— Это на ритадарионском?
— Да.
— Что здесь написано?

Син молчал. После тюрьмы только Никириан, Диггер и Мара видели надпись целиком. Еще, конечно, Мерджэк и его псы, но они не стали разглядывать. Да и вряд ли они умели читать. Мара вопросов не задавала, но настойчиво требовала свести татуировку.
Приличные люди, Шеридан, подобного не делают. Как ты додумался до такой глупости? Удали, пока не увидел кто-нибудь из начальства. Представляю, что они скажут.
От «приличных» людей на работе Син татуировку скрывал. Нужно было в самом деле от нее избавиться, но она напоминала о прошлом. Прошлое – его стержень. Никириан ни словом не обмолвился, увидев татуировку, хотя наверняка прочитал и обо всем догадался. Его друг бывал невероятно проницателен.
— Син?
Он сделал глубокий вдох.
— Тут написано… — Он стиснул зубы и заставил себя договорить: — Ничейная шлюха.
— Ясно… – Судя по лицу Шай, ничего ей ясно не было. – И что это значит?
Он перевел на нее непроницаемый взгляд:

— Я сидел в тюрьме. Думаю, ты догадалась, что это значит.
Теперь, похоже, она поняла. Она обернулась, чтобы заглянуть ему в глаза, и в их глубине увидела боль.
— Что с тобой произошло? — Он отвернулся. Шахара поймала его за подбородок и заставила посмотреть на себя. — Я не стану думать о тебе плохо, Син, потому что сама целую вечность мучилась кошмарами. Я знаю, избавиться от которых невозможно, но очень хочется.
— Ты считаешь меня мошенником.
— Нет, — искренне возразила она. – Не считаю.
Вначале так оно и было, но она быстро поняла, что все это просто сплетни.
Син тяжело вздохнул, вспоминая пережитое унижение. Стоило немного расслабиться, и он будто возвращался в прошлое. …
— В первую же ночь в тюрьме на меня напали. Я боролся изо всех сил, но они оказались сильнее. В тот раз я не смог отбиться. Позже я выследил каждого и убил заточкой, которую стащил у сокамерника. Ориус – он отбывал пожизненное – так развеселился, узнав об этом, что даже набил мне татуировку. Типа предупреждения для желающих развлечься. Он сказал, что я должен ею гордиться.
У Шай сжалось сердце от боли:
— Сколько тебе было лет?
Он перевел на нее отсутствующий взгляд.
«Наверное, тогда его посадили в первый раз», – догадалась она.
— Мне так жаль, Син, – сказала она вслух. Никто не заслуживает таких страданий, тем более ребенок.
— Тот случай не был первым. Но он стал последним.
Её пробрал озноб.
— Что?
На его щеке дернулся мускул.
— Ты же знаешь, кем был мой отец и чем он занимался. Неужели думаешь, он только моей сестрой приторговывал?
Оглушенная его словами, она не могла вздохнуть. Жестокость его отца не укладывалась в голове. Бедный Син! Она погладила его по щеке.
— Диггер знал?
— Мы ему не говорили, – покачал головой Син. – Он бы все равно ничем не помог. А если бы попытался, отец убил бы его.
Шай представила Сина маленьким мальчиком, и на глаза навернулись слезы. Собственные проблемы показались теперь смешными. Она провела ладонью по татуировке, крепко обняла Сина и прижалась щекой к его груди.
— Мне очень жаль.

Син оцепенел. Искреннее сочувствие, прозвучавшее в ее голосе, потрясло его. Вдруг стало жарко.
— Я ни одной живой душе об этом не рассказывал. Знала только Талия.
Он понятия не имел, почему поделился с Шай. Может, потому что она сама пережила подобное. Она тоже ничем не заслужила надругательство. Просто некоторые люди жестоки от природы и издеваются над теми, кто слабее. Син был рад, что не пошел в отца. Чужие страдания не доставляли ему никакого удовольствия.
Он зажмурился и прижал Шай к груди, вдыхая нежный аромат ее волос и успокаиваясь.

— А ты? Ты отомстила тому, кто на тебя напал?
— Я его убила. – Она подняла голову и посмотрела на него. – Выходит, и я ничейная шлюха.
Он через силу улыбнулся.
— Выходит, так.
Шахара слушала, как громко бьется его сердце. Впервые после Гэлина к ней прикасался мужчина. Было очень приятно, но она все еще побаивалась Сина. В глубине души она ожидала, что он в любой момент на нее набросится.
— Как у тебя получается? – спросила она, чтобы отвлечься.
— Что? – нахмурился он.
— Как ты научился доверять людям после того, что с тобой произошло?
— С чего ты взяла, что я научился?
— Ты был женат, – удивилась Шай. – Разве ты не доверял жене?
— Я не рассказывал ей о прошлом, – вздохнул Син. – Думал, что она не поймет, так оно и вышло. Она вышла замуж за созданный мною образ, а не за меня настоящего. Она считала, что я распорядитель фонда, осиротевший сын уважаемого бизнесмена, и что у меня было скучное сытое детство. Жаль, что это не так. Хотел бы я, чтобы никто не знал обо мне правду.
— Но ты с ней спал. Я не выношу, когда меня трогают. Одна мысль о сексе приводит меня в ужас. Я знаю, что не всегда бывает больно, и все равно не могу заставить себя с кем–нибудь переспать.
Его лицо смягчилось.
— Понимаешь, на меня не нападали женщины… ну, до тебя. Я не связываю их с опасностью. Но я тоже не переношу, когда меня касается мужчина. Даже при рукопожатии. Я весь сжимаюсь. Ты верно заметила, секс с тем, кто тебе нравится, – совсем не больно. На самом деле это прекрасно.
Син смотрел в ее доверчивое лицо, мечтая наглядно показать, что он имел в виду, но время еще не пришло. По правде говоря, он и сам несколько лет учился получать удовольствие от близости. Долгое время он считал секс сделкой, возможностью что–то получить взамен.
А потом появилась Мара, и ему впервые в жизни стало хорошо. Он любил доводить ее до оргазма. Ее измены подкосили его. Прошло столько времени… а воспоминания все еще царапали изнутри. Чем он не устраивал Мару? Чего ей не хватало, зачем она стала искать другого мужчину?
Он прислонился затылком к стене и попытался отвлечься.
— Расскажи что-нибудь?
— Что, например? – скривилась Шахара.
— Кайлен говорил, что ты придумывала сказки и рассказывала ему на ночь. У тебя здорово получалось.
Она рассмеялась, вспомнив, как настойчиво брат требовал историй.
Пожалуйста, Шай, давай смешную.
Она тосковала по тем временам, когда ее маленький брат по ее сказкам устраивал представления театра теней.
—Я разучилась. Сто лет этого не делала.
— Почему?
— После смерти отца сказки кончились, – она пожала плечами. – Глупости кончились, начались серьезные проблемы: надо было кормить трех голодных малышей.
Син поднял руку. Шахара напряглась, но он просто поскреб подбородок. Рука вернулась на колено.
— Я обещал, что ничего тебе не сделаю.
— Знаю. Просто это тяжело.
Его пальцы вдруг скользнули по ее щеке, отведя со лба прядь волос.
— Ты меня боишься?
— Да, — призналась она.
Син передал ей свой бластер. Она скривилась.
— Зачем он мне?
— Если полезу, стреляй.
Шахара усмехнулась:
— Глупость какая!
Шай попыталась вернуть оружие, но Син сунул бластер обратно ей в руки. Они встретились глазами, и Шахара замерла. Впервые он смотрел на нее без насмешки или привычной холодности.
— Бояться — не глупо.
— Раньше ты говорил другое.
Син засмеялся. Его смех, эхом отразившийся от стен, очаровывал.
— Пришлось обмануть тебя, чтобы спасти. Сработало.
Шахара опустила бластер на пол и позволила погладить себя по волосам. При мысли о том, какой он сильный, по спине пробежала дрожь. С самого начала он демонстрировал потрясающее мужество. Интересно, его хоть что–то могло испугать?
— Чего ты боишься?
— Ничего.
— Ничего?
Она не поверила.
— Наверняка есть что–то, что тебя пугает.
Син скользнул взглядом по ее груди и скрещенным ногам и облизнул сухие губы. Расслабленная поза, чуть раскинутые бедра будто приглашали коснуться самых интимных частей ее тела. Член напрягся почти до боли. Чего бы только он ни отдал за возможность пройтись кончиками пальцев по груди, подтянутому животу, погрузиться в…
Соберись, черт тебя побери! Если сейчас не успокоиться, штаны треснут по шву. Кашлянув, Син коснулся пальцами ее мягких приоткрытых губ.

— Я испытал все, кроме смерти, и после того, что со мной случилось, она, наверное, покажется мне избавлением. Получается, я ничего не боюсь.
Плавясь от удовольствия в его объятиях, Шахара размышляла над словами Сина. Каково жить без страха? Ей самой тревога не давала ни минуты покоя.

— Расскажи мне, Син. Как десятилетний мальчик выжил в этом мире?
Он убрал руку и напрягся всем телом.
— Прошло много времени, лучше не вспоминать.
— Ты мне солгал, – догадалась она. – Ты боишься, что подпустишь кого-нибудь слишком близко, да?
— Глупости. У меня много близких людей.
— Назови хотя бы одного, кому ты доверяешь. Одного человека, который знает о тебе все.

Молчание.
— Ну?
— Никириан.
Шай покачала головой:
— Нет. Только что ты сообщил мне о том, чего он о тебе не знает. Что еще ты от него скрыл?
Син отвернулся, соглашаясь с с ней:
— Ты права. Обычно я никому не позволяю подобраться ко мне слишком близко.

— Почему?
— Потому что они видят не меня, а сына моего отца.
Последние слова он произнес едва слышно. Даже в неверном свете факелов Шай заметила боль в его глазах.
— Я не считаю, что ты в ответе за его преступления. И я хочу узнать тебя. Хочу понять, почему ты, несмотря ни на что, не превратился в такого же зверя, как он.

Син лукаво улыбнулся в ответ.
— Мне казалось, что ты думаешь по-другому.
— Мало ли что я тебе наговорила. И не пытайся сменить тему.
— Ладно, хорошо, — помрачнел он. – Ты хотела историю, ты ее получишь.
Он с трудом сглотнул и уставился в потолок.

— Жил-был маленький мальчик. Он родился в дождливый день. Его родители ненавидели друг друга. Его мама — примерная девочка — полюбила плохого парня, и он сломал ей жизнь. Но на самом деле девочка от природы была очень жестока.
Шай с трудом выдержала его лишенный выражения взгляд. Она заметила, что он не сказал «семья». Син будто пересказывал сюжет прочитанной книги или говорил о чужих ему людях.

— Как–то раз она чуть не утопила ребенка, и муж так избил ее, что она сбежала.
Шахара застыла, вспомнив слова Диггера.
— Откуда ты знаешь?
— Каждый раз как отец на меня злился, он говорил: «Никчемный ублюдок. Лучше б мать тебя утопила, зря спасал».

Голос Сина звучал ровно, но Шай догадывалась, что разговор дается ему с трудом.
— Ты ненавидишь мать?
Он посмотрел на нее и вздохнул:
— Я слишком мало ее знаю. Единственное, что я помню, это как она вышвырнула меня за дверь и пригрозила вызвать полицию, если я приду еще раз.

У Шахары защипало в глазах.
— Что было после того, как твоего отца казнили?
Син тяжело вздохнул:
— Ты сама знаешь. Меня посадили.
— Не понимаю, как они могли так с тобой поступить. Разве не ясно, что ты не такой, как он?

Он покачал головой:
— Они считали, что ребенок похож на отца, поскольку видел только жестокость, научился терпеть боль и делать больно другим. Мальчик рос злобным, язвительным и чуть что — кидался в драку. Поверь мне. Он не дрогнув прикончил троих педофилов. Перерезал каждому горло и бил ножом до тех пор, пока они не упали замертво. После таких зверств остальные заключенные и смотреть на него потом не решались.

Одно это многое о нем говорило. Но все равно Шай не верила, что Син бессердечный злодей. Диггер тоже говорил, что он убил их только после того, как они его изнасиловали.
— Пацан никого не слушал. Охрану тоже, а поскольку им не удалось укоротить ему язык побоями, его стали запирать в карцере. Однажды камеру по ошибке заперли на электронный замок. Парень хорошо знал свое дело, взломал его в два счета и сбежал.
— Наверное, очень тяжело было справляться в одиночку?

Син пожал плечами:
— Могло быть и хуже.
— Хуже? – пораженно переспросила она. – Тебе пришлось ночевать под мусорными контейнерами!
— Диггер проболтался, да? — Шай кивнула. — Ну, я мог бы до сих пор сидеть в тюрьме, терпеть побои и насилие, так что помойка мне даже нравилась.
Как он может так спокойно это воспринимать? Как может не испытывать ненависти к матери за то, что отвергла его? Она до сегодняшнего дня отчасти презирала отца за бездумное и недальновидное поведение, а ведь ей не пришлось пережить и десятой доли того, что вынес Син.

— А как ты оказался тут?
— Пробрался тайком на борт первого же корабля с открытым шлюзом. – Он невесело засмеялся: – Следовало, наверное, сперва проверить бортовой журнал и узнать, куда он полетит. Мне было наплевать. Я жил так с отцом и к другому не привык.
Шахара прижалась спиной к бедру Сина, чтобы лучше видеть его лицо.
— А когда ты познакомился с матушкой Анной?
— Кто из нас рассказывает историю?

— Извини. Ты.
— Ладно, — сказал Син, прислоняясь головой к стене. – Как только корабль приземлился, мальчик понял, что выжить одному будет непросто. Но он кое в чем пошел в папашу, так что справился.
— Ты воровал?
— Все, что только мог. Не имело значения, у кого стащить, лишь бы не поймали. А однажды вышла промашка: он украл бумажник у человека, который бегал быстрее.
— Он тебя поймал?

— Попытался, но мальчик нырнул в пустое здание, пробежал через него и попал прямиком в космопорт. Он метался между кораблями и кучами мусора, пока случайно не обнаружил туннель в катакомбы.
— И тот человек тебя не нашел?
— Нет, — ответил Син и перешел на первое лицо: – Я бродил несколько часов, пока не понял, что, во-первых, вокруг могилы, а во-вторых, за мной никто не гонится. Я провел тут несколько ночей, и меня осенило – сюда ведь не заходят люди. Только я да покойники.

— И ты тут поселился?
— Что я могу сказать? – На щеках обозначились ямочки. – Это самое чистое и безопасное жилье за всю мою жизнь.
Шахара передернулась:
— Ты не рассказал про матушку Анну.
Он протянул руку и погладил ее по щеке. Его руки казались горячими из-за холода. Она зажмурилась, наслаждаясь его запахом и прикосновением.

— Как–то в катакомбы принесли мертвую монахиню. Я прятался, пока все не ушли, потом уснул, а матушка Анна и сестра Омера вернулись, чтобы исполнить обряд погребения.
Шай открыла глаза.
— Они тебя нашли?
Син кивнул:
— Их доброта изменила мою жизнь. Они поселили меня в келье, кормили и ухаживали за мной. Впервые в жизни я был в безопасности, и никто не пытался сделать мне больно.

Услышав его слова, она поморщилась. Он погладил ее шею, и с ее телом произошло что-то странное — в нем пробудилось желание.
— Монахини научили меня молиться и прощать. Они объяснили, что некоторые люди всю жизнь помогают другим вовсе не по глупости или слабости, что можно не только использовать друг друга.
— Ты поэтому веришь в бога?
— Да. Я обязан монахиням всем.
— Так ты жил в келье?

— Не совсем. — Чуть касаясь пальцами, он очертил линию скул, погладил губы, веки и ее шею. Шай прерывисто вздохнула от удовольствия. — Меня обнаружила настоятельница и закатила истерику, – продолжил Син слегка охрипшим голосом. — Мужчинам запрещено давать обеты, и она сочла, что мое присутствие оскверняет храм.
— И что тогда?
— Я вернулся в катакомбы.

Шахара сжалась:
— Нет, не может быть.
— Может. Теперь хотя бы у меня были одеяло и подушка. Монахини носили мне горячую еду. Они устроили меня в школу неподалеку.
Син нежно водил пальцами по ее губам, поглаживал волосы, и его прикосновения отвлекали Шахару.
— Ты сказал им свое настоящее имя?

— Нет, конечно. Я забыл фамилию Уэйд сразу, как казнили отца.
Она так и не поняла, откуда в таком случае взялся «Син».
— Сином тебя стали называть монахини?
Он рассмеялся, и его губы оказались в опасной близости от ее лица.
— Нет. По вполне понятным причинам они отказывались так ко мне обращаться.
— Тогда откуда это имя?

— Учитывая мою наследственность и то, чем я занимался в юности, только оно мне и подходит.
Шай покачала головой:
— Ты заслуживаешь большего.
Син наклонился, собираясь ее поцеловать. Как бы ей ни хотелось целоваться, она не дала себя отвлечь. Особенно сейчас, когда он рассказывал о прошлом. Она отодвинулась и спросила:
— Так что на самом деле значит С. В.?

В его глазах мелькнуло разочарование, и он со вздохом откинулся назад.
— Свихнутый вусмерть.
Шахара закатила глаза:
— Почему ты не хочешь сказать правду?

— Мне стыдно.
Сложив руки на груди, она бросила на него взгляд из-под ресниц.
— Вряд ли страшнее, чем Гилдарад.
— Гилдарад? – нахмурился он.
Она хмыкнула в ответ на его недоуменный взгляд.

— Мое настоящее имя, дурак. В честь бабушки по матери. — Она улыбнулась. – Отец ненавидел это имя так сильно, что как только я научилась ходить, стал называть меня Шахарой.
От его раскатистого смеха внутри разлилось приятное тепло.
— Гилдарад Дейган. Согласись, это просто кошмарно.
Еще как, но она не собиралась признавать его правоту.
— Раз уж я поделилась своим позорным секретом…
Син покачал головой:
— Я лучше сдамся ритам.
— Что, все так плохо?
— Ты даже не представляешь.

Поняв, что не добьется от него честного ответа, Шай сменила тему:
— Как вышло, что ты снова стал взломщиком, если жил с монахинями?
— Сколько еще вопросов ты собираешься мне задать?
Она пожала плечами:
— Смотря, сколько еще нам…

— Боже правый, женщина. Тебе разве не говорили, что мужчины в день обходятся определенным количеством слов, и если я сейчас не заткнусь, то у меня просто язык отвалится?
Она хихикнула:
— Ты перенял это у Кайлена, или он у тебя?
От его улыбки ее охватила дрожь предвкушения.
— Многие так говорят.

Она надула губы, как делала всегда, когда хотела склонить брата на свою сторону.
— Лучше расскажи, чем закончилась твоя история.
Он поцеловал ее в кончик носа и отстранился на безопасное расстояние.
— Обучение в школе стоило дорого, и монахини позаимствовали деньги из фондов храма. Я боялся, что их поймают и накажут. Так что решил вновь извлечь пользу из единственного наследия отца.

— Взялся шпионить на крупные корпорации? — Син кивнул. — Как тебе не стыдно?
— Стыдно. Но если бы ты знала настоятельницу, то поняла бы меня. Она бы не раздумывая бросила матушку Анну и Омеру в тюрьму. Мой личный опыт подсказывает, что они не продержались бы там и пяти минут.
— А ты смог.
— Что тут скажешь? Я крепкий орешек.

Еще какой. Шахара сама не поняла, что именно придало ей смелости – его рассказ или то, что они сидели так близко друг к другу, но она вдруг потянулась к нему и погладила по колючей щеке, на которой еще темнел синяк. Он игриво прикусил ее пальцы. Смутившись, она убрала руку и сменила тему:
— А откуда ты знаешь Никириана Квиакидеса?

Он поймал ее за запястье и стал поглаживать ладонь большим пальцем. Тело Шай тут же отозвалось вспышкой удовольствия.
— Однажды его ранили во время спецоперации, а я обшарил его карманы. Он хотел меня грохнуть, потом понял, что я жалкая помоечная крыса, и отдал бумажник. Сказал, что мне он нужен больше, чем ему.
Шахара слушала его недоверчиво. Никириан – боец Лиги – последний, кого можно заподозрить в сочувствии. Наемники лишали жизни без раздумий.

— Снова пудришь мне мозги?
— Нет. Клянусь. Я видел, что он умирает, и хотел его там бросить, но не смог. Он ведь был ко мне добр. Монахини учили меня не отворачиваться от тех, кто тебе помог. Я дотащил его до своего жилища и перевязал.
— Но он убийца!

Син кивнул:
— Я спас ему жизнь, а он оплатил мое обучение.
— По доброте душевной?
— И да, и нет. Я работал на него.
— Как?
— Собирал сведения о мишенях. Подкинул пару штучек, которые помогают в слежке и бою. Ничего противозаконного. – Он поднес ее руку к губам и пососал подушечку указательного пальца. — И платил он очень щедро.
— Чтобы ты мог не возвращаться на улицы. — Он склонил голову набок. — А при чем здесь Шеридан Беласк? — Син напрягся всем телом. Взгляд вновь стали непроницаемым, он выпустил ее руку. Шай ощутила неловкость. — Я видела твою лицензию хирурга.
Его дыхание участилось, глаза зажглись гневом.

— Зачем ты рылась в моих вещах? – Она хотела ответить, но он опередил ее: — Глупый вопрос. Искала оружие.
Девушка кивнула:
— Ну и как ты превратился в Шеридана Беласка?
Между ними вдруг будто проскользнула искра. Шай не смогла бы описать словами то, что чувствует. Она внезапно поняла, что, возможно, она единственный в мире человек, кому он рассказал об этом. И сразу ощутила себя такой… Трудно сказать. Несмотря на обстоятельства, которые их свели, и туманное будущее, она обрадовалась, что делит этот миг с ним. Он снова взял ее за руку, поцеловал пальцы и принялся легонько покусывать подушечки.

— Мне нравилась химия и биология. Я стал усиленно заниматься, и один преподаватель посоветовал всерьез задуматься о медицине.
— И ты стал врачом?
— Ну, было не так уж просто, – вздохнул он. — Она смотрела, как он водит кончиком косы по ладони, накручивает его на пальцы. — Я уже тогда понимал, что не хочу всю жизнь быть хакером. Всегда рискуешь нарваться на ищеек, приходится постоянно скрываться. Хакеры долго не живут. Так что я прислушался к совету профессора. – Син пощекотал ей нос кончиком косы. — Мне вдруг подвернулась удачная возможность. Я всю жизнь мечтал о достойной работе.

— Врач — уважаемая профессия.
— Верно.
Он провел кончиком косы по подбородку. Похоже, ему нравилось играть с ее волосами.
— Как же тебя зачислили? Разве для этого не нужно свидетельство о рождении и всякие справки?
— Никириан помог. Задействовал связи в Лиге и создал мне совершенно новую личность.

— А почему ты все бросил?
Син отпустил ее волосы:
— Меня раскрыли.
— Кто?
— Неважно.

Ее распирало от любопытства, но по голосу Сина она поняла, что откровения закончились. Запас слов на сегодня исчерпан. Она снова хотела пошутить, что язык у него не отвалится, но промолчала. Все равно он отделался бы парой язвительных замечаний. Хотя он и рассказал ей о себе больше, чем кому-либо, он по–прежнему оставался чужим. Как же пробиться сквозь возведенные им стены и завоевать его доверие? Впрочем, с его стороны глупо ей доверять.

— Ну, я посвятил тебя в мое грязное прошлое. Теперь ответь на вопрос.
Шахара подняла бровь.
— Ладно.
— Как дочь контрабандиста высшего уровня стала охотником за головами? Я думал, для этого нужен кровный родственник – охотник.
— Так и есть. Мамин брат был охотником, он и отдал меня на обучение, когда я была совсем маленькой.
— Почему не Кайлена?

Она едва не выдала то, чего не знал даже сам Кайлен. Несмотря на откровенность Сина, она не могла открыть ему тайну: ее брат подкидыш. Родители его усыновили. Сам он ничего не помнил. Они полюбили его как родного. Однако для охотников происхождение важно. Шай решила сказать полуправду:
— Дядя считал, что у Кайлена не тот склад характера.
Син засмеялся:
— Да уж. Он скорее специалист по девушкам. Ни одной юбки не пропустит.
Ей тоже стало смешно.

— Это точно. Жаль, его не кастрировали в детстве. Как только он понял, что девчонок можно не только дергать за косички, он пустился во все тяжкие.
— Я называю его кобелем.
— Мы тоже.
Он потянулся к ней, но вдруг отдернул руку.

— Так почему ты решила зарабатывать розыском преступников?
Шахара вспомнила себя в детстве и вздохнула:
— Наверное, чтобы позлить отца. Он ненавидел охотников. Считал, что они слишком выпендриваются. Да и из всех доступных для меня после его смерти вакансий, эта единственная позволяла исполнить обет охотника и к тому же отлично оплачивалась. А еще у меня был гибкий график, и я могла оставаться дома с Тессой и Кейсен.

Син кивнул:
— Я всегда завидовал тому, как дружно вы справляетесь с трудностями, но когда узнал, сколько Тесса проиграла за последние годы, обрадовался, что мне не нужно никого воспитывать.

Шахару беспокоило, что он знает о ее семье так много. У него перед ней явное преимущество.
— Если честно, я пару раз всерьез думала от них сбежать. Я была слишком молода для такой ответственности, но уже тогда понимала, что если не справлюсь, нас определят в разные приюты. Я не могла вынести даже мысль о том, что кто–то надругается над младшими, как в свое время надо мной. И потом, я без них не могла. Кайлен к тому времени стал совсем самостоятельным, а Кейсен и Тесса одни бы просто умерли.

— Да они и сейчас совсем беспомощные.
В точку.
— Больше всего я переживала, когда Кайлен бросил школу, чтобы помочь нам прокормиться. Он очень способный и всегда хорошо учился. Если бы он поступил в университет, многого бы в жизни добился. Вместо этого он пошел по стопам отца и стал контрабандистом средней руки.

— Он мой лучший пилот.
Шахара улыбнулась:
— Спасибо.
Син склонился к ее лицу.

— Я лично считаю, что нужно заставить Кейсен поднять свою ленивую задницу и найти работу.
— Сурово, — нахмурилась она. – Знаешь, ты ей очень нравишься.
— Не так уж сильно нравлюсь, хотя я один из немногих, кого она может вытерпеть более трех секунд.
Шахара помрачнела:
— Ей трудно, у нее астма и диабет. Сплошные запреты. Приходится постоянно беречь себя, чтобы не переутомиться. Она не виновата, что с ней иногда нелегко.

— В смысле? – поперхнулся Син. – Последний гонорар Кайлена она целиком спустила на платья и туфли.
Шахара разинула рот:
— Скажи, что это неправда.
— Правда. Я думал, Кайлен ее прикончит, и собирался помочь.
Виски заломило от боли, и Шахара потерла глаза. Кейсен никогда не повзрослеет, и Тесса тоже.

— Я сама виновата. Когда умер отец, Тессе было десять, а Кейсен – всего восемь. Я боялась, что у них не будет детства, и баловала их как могла. Я не приучила их к ответственности. – Она тяжело вздохнула.
Син взял ее за подбородок и заставил поднять голову.
— Не извиняйся за то, что любишь кого-то слишком сильно.
— Просто боюсь, вдруг я испортила им жизнь.

— Не кори себя за их недостатки. Это их проблемы, а не твои.
Шахара робко улыбнулась. Син прав. Хватит опекать младших, пусть время от времени набивают шишки.
Повисло молчание. Внезапно Вик встрепенулся, взлетел и прожужжал мимо них.
— Слышу шаги, кто-то идет сюда.
Поблагодарили: Калле, KuNe, ninych, Gusay, ALino, Vivid, devushkaskosojj, natalymag, Алекта, Lamashyshka, Lfif, Москвичка, АЛИСА

Пожалуйста Войти или Регистрация, чтобы присоединиться к беседе.